копия

Административное дело № 2а-23/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Реутов 12 февраля 2019 г. 

Реутовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего по делу – судьи Кошкорёва А.В., при секретаре Кондрашовой А.С., с участием представителя административного истца ФИО1, представителя командира и жилищной комиссии войсковой части № майора юстиции ФИО2, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № прапорщика запаса ФИО3 об оспаривании действий командира и жилищной комиссии войсковой части №, связанных со снятием с учета нуждающихся в жилых помещениях,

установил:

ФИО3 через своего представителя обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором указала, что в апреле 2017 года она была уволена с военной службы и исключена из списков личного состава воинской части. При этом решением жилищной комиссии войсковой части № от 19 апреля 2017 года она и члены её семьи (сыновья ФИО4 и ФИО5) приняты на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания. Одновременно этим же решением была установлена максимально положенная ей площадь жилого помещения равная 41,75 кв. м., с учетом 1/2 доли жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, приобретенного в период брака с ФИО6 

Однако решением этой же жилищной комиссии от 23 октября 2018 года ФИО3 и члены её семьи, на основании ст. 50 и п. 2 ч. 1 ст. 56 ЖК РФ, сняты с учета нуждающихся в жилом помещении. Основанием для принятия такого решения явилось соглашение о разделе общего имущества между административным истцом и её бывшим супругом (ФИО6), согласно которому вышеуказанное жилое помещение в 

<

адрес> переходит в индивидуальную собственность ФИО6, а последний обязуется выплатить ФИО3 денежные средства в размере 750000 руб. Данные обстоятельства, по мнению жилищной комиссии, свидетельствуют о совершении административным истцом действий, предусмотренных ст. 53 ЖК РФ. 

Полагая свои права нарушенными, административный истец, с учетом последующих уточнений требований её представителем, просили суд:

-признать решение жилищной комиссии войсковой части №, оформленное протоколом заседания № от 23 октября 2018 года, в части касающейся ФИО3 - незаконным;

-обязать командира и жилищную комиссию войсковой части № отменить свое решение, оформленное протоколом заседания № от 23 октября 2018 года, в части касающейся ФИО3

В судебном заседании представитель административного истца, требования административного иска поддержал и дополнительно пояснил, что ФИО3, а также её дети не являются ни собственниками, ни членами семьи собственника жилого помещения, приобретенного ФИО6 Также об этом свидетельствует тот факт, что данное жилое помещение приобретено в собственность ФИО6 с использованием ипотечного кредита. В связи с чем оно до настоящего времени находится в залоге банка, по этой причине ФИО3 была лишена права распоряжения данным жилым помещением. Отметил, что из представленных документов следует, что местом жительства детей административного истца после расторжения брака и по настоящее время является место жительства ФИО3. 

Указал, что денежные средства по соглашению от 4 августа 2018 года административный истец не получила. При этом ФИО3 заключила данное соглашение по просьбе членов жилищной комиссии. Отметил, что вопреки выводам в оспариваемом решении, заключение данного соглашения не свидетельствует о совершении ФИО3 действий, предусмотренных ст. 53 ЖК РФ.

Пояснил, что протокол заседания жилищной комиссии от 19 апреля 2017 года административными ответчиками не оспаривается, в связи с чем, жилищная комиссия, в силу ст. 55 ЖК РФ, в оспариваемом решении не могла давать оценку правильности принятого ранее ей решения. Полагал, что у комиссии также отсутствовали основания, предусмотренные ст. 56 ЖК РФ, для снятия административного истца с жилищного учета.

Представитель командира и жилищной комиссии войсковой части № требования административного истца не признал и просил отказать в их удовлетворении. При этом пояснил, что решение жилищной комиссии от 19 апреля 2017 года в отношении ФИО3 принято ошибочно. В обоснование чего указал, что ФИО3 и члены её семьи до расторжения брака были обеспечены жилым помещением по установленным нормам. Поскольку на каждого члена её семьи приходилось по 10,625 кв. м. общей площади жилого помещения, при установленной учетной норме в г. Балашиха 9 кв.м.

Кроме этого полагал, что заключив соглашение о разделе имущества и получив денежные средства за долю жилого помещения, приобретенного совместно с ФИО6, административный истец фактически была обеспечена жилым помещением и по этой причине не может быть признана нуждающейся в таковом. Пояснил, что вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО3 совершила действия, предусмотренные ст. 53 ЖК РФ, что также явилось основанием для снятия её с жилищного учета. 

Указал, что в силу ст. 65 Семейного кодекса РФ, после расторжения брака дети административного истца имеют право на обеспечение жилым помещением за счет отца – ФИО6 В связи с этим полагал, что дети ФИО3 могут быть обеспечены жилым помещением, находящимся в собственности ФИО6

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы административного и жилищного дел, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ч. 1 ст. 15 Федерального закона № 76-ФЗ от 27 мая 1998 года «О статусе военнослужащих», государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Военнослужащим - гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

Военнослужащие-граждане признаются федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ, в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 56 ЖК РФ, граждане снимаются с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях в случае утраты ими оснований, дающих им право на получение жилого помещения по договору социального найма

Статья 53 ЖК РФ устанавливает, что граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ, гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

В соответствии с ч.ч. 1 и 2 ст. 34 Семейного кодекса РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу ч.ч. 1 и 2 ст. 38 Семейного кокса РФ, раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

Общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено.

Часть 1 ст. 39 этого же кодекса, устанавливает, что при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

В суде установлено, что ФИО3 до 21 апреля 2017 года проходила военную службу в войсковой части №, на которую поступила после января 1998 года, общая продолжительность её военной службы составляла более 14 лет. При этом она была уволена с военной службы по состоянию здоровья.

Из материалов административного и жилищного дела следует, что в период с 21 октября 2006 года по 11 октября 2016 года ФИО3 состояла в браке с ФИО6 В период брака в 2011 году, ФИО6 приобрел в собственность жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> общей площадью 42,5 

<

адрес>.

Решением жилищной комиссии войсковой части №, оформленным протоколом заседания № от 19 апреля 2017 года, административный истец с составом семьи три человека (она и её сыновья) приняты на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания.

Из нотариально удостоверенного соглашения о разделе общего имущества между супругами 50 АБ № от 4 августа 2018 года усматривается, что жилое помещение, приобретенное ФИО3 и ФИО6 в период их брака, расположенное по адресу: 

<

адрес>, переходит в индивидуальную собственность ФИО6 Вместе с тем, последний обязуется выплатить ФИО3 в счет возмещения стоимости доли ФИО3 в данной квартире денежные средства в размере 750000 руб. После чего ФИО3 не вправе претендовать на указанное жилое помещение. Также из содержания данного соглашения и материалов дела усматривается, что жилое помещение предполагалось к разделу между ФИО3 и ФИО7 не иначе, как в равных долях.

При этом в жилищном деле ФИО3 содержится копия расписки о получении административным истцом денежных средств по вышеуказанному соглашению.

Согласно решению жилищной комиссии войсковой части №, оформленному протоколом заседания № от 23 октября 2018 года, ФИО3 и члены её семьи сняты с учета нуждающихся в жилых помещениях. Основанием для принятия такого решения явилось заключение административным истцом вышеуказанного соглашения и получение в связи с этим денежных средств. Данные обстоятельства, по мнению жилищной комиссии, указывают на то, что ФИО3 совершила действия, предусмотренные ст. 53 ЖК РФ, которые свидетельствуют об утрате административным истцом оснований, дающих право на получение жилого помещения по договору социального найма. Поскольку полученные административным истцом денежные средства по соглашению, свидетельствуют об обеспечении её жилым помещением в денежной форме.

Вместе с тем, из протокола жилищной комиссии войсковой части № № от 19 апреля 2017 года следует, что ФИО3 и члены ее семьи (она и её сыновья ФИО4 и ФИО5) признаны нуждающимися в жилом помещении для постоянного проживания, по п.п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ. Жилищная комиссия в этом же протоколе учла право Ярковой на 1/2 доли (21,25 кв.м. общей площади) жилого помещения, приобретенного в период брака с ФИО6, на которую она могла претендовать после расторжения брака. 

Решением Совета депутатов городского округа Балашиха Московской области № 16/10 от 30 сентября 2015 года установлена учетная норма площади жилого помещения в целях принятия граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в размере не более 9 кв. м общей площади на одного члена семьи. В связи с этим административный истец и члены её семьи после расторжения брака с ФИО6 были обеспечены жилым помещением ниже учетной нормы (21,25 / 3 = 7,08). Данное обстоятельство, с учетом п.п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ, явилось законным основанием для признания административного истца и членов её семьи нуждающимися в жилом помещении.

Одновременно жилищной комиссией в своем решении от 19 апреля 2017 года был установлен максимальный размер площади жилого помещения, на которую ФИО3 была вправе претендовать – 41,75 кв. м., с учетом права на 1/2 доли жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Как следует из материалов административного дела, жилищного дела и объяснений представителя административного истца, жилищные условия ФИО3 и членов её семьи с 19 апреля 2017 года не изменились, за исключением её отказа от права требования 1/2 доли жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Также не изменился и состав семьи административного истца. 

Одновременно из жилищного дела Ярковой не усматривается, что она или члены её семьи имеют в собственности жилые помещения, а также право пользования жилыми помещениями, предоставляемыми по договорам социального найма.

Таким образом действия ФИО3, связанные с отказом от права на 1/2 доли жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, в пользу ФИО6 не свидетельствуют о совершении действий, предусмотренных ст. 53 ЖК РФ. Поскольку наличие права административного истца, в силу ст. 34 Семейного кодекса РФ, на вышеуказанную долю жилого помещения ранее было учтено при принятии её на жилищный учет. В связи с этим вышеуказанные действия совершены Ярковой не с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях. При этом получение денежных средств по названному соглашению не свидетельствует о том, что ФИО3 после их получения стала обеспеченной жилым помещением, в том числе, в денежной форме.

Вместе с тем, в силу ч. 8 ст. 57 ЖК РФ, действия административного истца по отказу от права на долю жилого помещения, могут быть учтены при предоставлении ей жилого помещения. 

На основании изложенного, выводы жилищной комиссии в оспариваемом протоколе заседания об утрате ФИО3 оснований дающих ей право на получение жилого помещения по договору социального найма, ввиду совершения действий, предусмотренных ст. 53 ЖК РФ, а также об обеспечении её жилым помещением в денежной форме являются ошибочными.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение жилищной комиссии войсковой части № № от 23 октября 2018 года, в части касающейся ФИО3, является незаконным и нарушает её права. В связи с чем для восстановления нарушенных прав Ярковой на административных ответчиков следует возложить обязанность отменить вышеуказанное решение.

Принимая такое решение суд также учитывает, что вывод жилищной комиссии войсковой части № в оспариваемом решении об обеспеченности административного истца и членов её семьи жилым помещением по установленным нормам до расторжения брака является несостоятельным. Поскольку вопрос о нуждаемости в жилом помещении для постоянного проживания ФИО3 поставлен после расторжения брака. Более того, из материалов административного и жилищного дел следует, что ФИО6 членом семьи Ярковой не признавался и на жилищный учет вместе с административным истцом не принимался. Более того, в силу ст. ст. 31 и 69 ЖК РФ, после расторжения брака с ФИО3, ФИО6 членом её семьи не является.

Довод представителя административных ответчиков о том, что дети административного истца, в силу ст. 65 Семейного кодекса РФ, могут быть обеспечены жилым помещением, находящимся в собственности ФИО6 правового значения для дела не имеет. Поскольку из материалов административного дела, а также жилищного дела следует, что ФИО4 и ФИО5 с момента рождения зарегистрированы по месту жительства вместе с ФИО3 и в настоящее время фактически проживают в служебном жилом помещении, предоставленном ей. Более того, из нотариально заверенного соглашения № от 6 февраля 2019 года следует, что местом жительства ФИО4 и ФИО5 с момента расторжения брака и по настоящее время является место жительства административного истца.

Руководствуясь ст.ст.175-180, 227, 297, 298 КАС РФ, 

решил:

Административное исковое заявление ФИО3 –удовлетворить.

Признать решение жилищной комиссии войсковой части №, оформленное протоколом заседания № от 23 октября 2018 года, в части касающейся ФИО3 – незаконным. 

Обязать командира и жилищную комиссию войсковой части № отменить свое решение, оформленное протоколом заседания № от 23 октября 2018 года, в части касающейся ФИО3

Административным ответчикам необходимо сообщить об исполнении решения по настоящему административному делу в суд и административному истцу в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу подпись А.В. Кошкорёв