Дело №

УИД №

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 ноября 2025 года г. Каменск-Шахтинский 

Каменский районный суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Карташовой Р.В.,

при секретаре Бородиной А.С., 

с участием истца ФИО1,

представителя истца - адвоката Еремеева С.С.,

представителя ответчика АО «ДОНУГОЛЬ» - ФИО2, 

старшего помощника Каменского городского прокурора Никитенко А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «ДОНУГОЛЬ» о компенсации морального вреда при получении работников профессионального заболевания, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «ДОНУГОЛЬ», с учётом уточнённых исковых требований, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда вследствие профессионального заболевания, возникшего в результате выполнения трудовых обязанностей и повлекшего установление группы инвалидности и стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 920000 рублей.

В обоснование иска ФИО1 указал, что с 30 июля 2007 года по 26 мая 2021 года работал горнорабочим очистного забоя 5 разряда с полным подземным рабочим днем в шахте в АО «ДОНУГОЛЬ» (ранее - Открытое акционерное общество по добыче, переработке угля и строительству шахт - Угольная компания «Донской уголь» - ОАО «ДОНУГОЛЬ».

Факт возникновения и изменения трудовых отношений с работодателем находит свое отражение в соответствующих записях трудовой книжки.

В соответствии со ст. 213 ТК РФ работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах) проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний.

При поступлении на работу истец в обязательном порядке проходил предварительный медицинский осмотр, который не выявил каких-либо ограничений для его работы с вредными производственными факторами.

ФИО1 в период с 11 июля 2008 года по 25 октября 2019 года регулярно проходил периодические медицинские осмотры с целью предупреждения профессионального заболевания. За весь этот период какой-либо профессиональной патологии у него выявлено не было.

17 августа 2020 года Муниципальным бюджетным учреждением здравоохранения «Центральная городская больница» города Зверево Ростовской области истцу впервые был установлен предварительный диагноз профессионального заболевания - 

<

данные изъяты>

26 марта 2021 года Государственным бюджетным учреждением Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №2» (протокол №264) истцу впервые был установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>.

В соответствии с нормами действующего законодательства, приказом от 21 апреля 2021 года № по ОАО «ДОНУГОЛЬ», была создана комиссия по расследованию выявленного у него профессионального заболевания.

24 мая 2021 года гр. ФИО1 впервые была установлена 40%-ная утрата профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности вследствие профессионального заболевания, что подтверждается справками Бюро №21 - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России № от 24 мая 2021 года и № от 24 мая 2021 года соответственно.

Протоколом врачебной комиссии Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №2» истец признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к работе с вредными и опасными производственными факторами (приказ М3 и СР РФ от 14.04.2011г. №302-Н, приложение №1 пункт 4.1, приложение №2, пункт 12).

Данный протокол утверждён медицинским заключением о непригодности к выполнению отдельных видов работ, выданным Государственным бюджетным учреждением Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №2».

На основании вышеизложенного истец был уволен из АО «ДОНУГОЛЬ».

Таким образом, в связи с тем, что истцу установлена группа инвалидности и стойкая утрата профессиональной трудоспособности, трудовой договор с ним расторгнут в связи с непригодностью по состоянию здоровья к работе с вредными и опасными производственными факторами нарушены личные неимущественные права гр. ФИО1

Также, согласно положениям п. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Не обеспечение работодателем своих работников безопасными условиями труда, нарушает право истца на надлежащие условия труда, умаляет его человеческое достоинство при работе в таких условиях. Вследствие такого противоправного бездействия, несоблюдения соответствующих норм охраны труда и техники безопасности, несовершенства технологического и производственного процесса безвозвратно нанесен вред здоровью истца.

Следовательно, истец испытывает физические и нравственные страдания.

Определение размера денежной компенсации причиненного морального вреда может быть произведено с использованием нормативного подхода, предлагаемого в качестве заслуживающего внимания в правоприменительной области отечественными юристами.

Суть этого подхода заключается в том, что в зависимости от причинителя вреда, последствий такого вреда предлагается применять жесткие нормативы для расчета денежной компенсации.

Размер денежной компенсации причиненного морального вреда можно определить по формуле (ФИО3).

Также одним из критериев разумности и справедливости может служить судебная практика.

Истец и представитель истца в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требованиях настаивали, ссылаясь на доводы, указанные в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «ДОНУГОЛЬ» ФИО2 просила в удовлетворении исковых требований отказать по следующим основаниям. Истец работал в АО «ДОНУГОЛЬ» в период с 30.07.2007 года по ДД.ММ.ГГГГ, по профессии горнорабочий очистного забоя 5 разряда с полным подземным рабочим днем в шахте. 26.05.2021г., с истцом расторгнут трудовой договор № от 30.07.2007 года, согласно п.8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника на основании медицинского заключения, в соответствии со Справкой серии № от 24.05.2021 года - степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах – 40.

Период работы истца в АО «ДОНУГОЛЬ» 30.07.2007 года по 26.05.2021 года - 14 лет 2 месяца, что составляет 56,11% от общего стажа работы истца во вредных условиях труда. На других предприятиях в условиях воздействия неблагоприятных и вредных факторов 11 лет 1 месяц.

Общий стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 25 лет 3 месяца.

В период работы в АО «ДОНУГОЛЬ» в 2021г. у истца было обнаружено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>, что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания № от 12.05.2021 г., в результате чего 24.05.2025 г. ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России Бюро № 21 - филиал впервые установило истцу степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 40 (сорок) %, 3 группа инвалидности.

Профессиональное заболевание у истца было установлено впервые в 2021 году, в период работы в АО «ДОНУГОЛЬ». Это заболевание возникло не одномоментно, а в течение длительного времени (25 лет 3 месяца) воздействия на организм вредных производственных факторов, в указанный период входит работа истца и в АО «ДОНУГОЛЬ», и в других организациях угольной отрасли. К этому выводу пришла комиссия по расследованию случая профессионального заболевания (п. 19 Акта № от 12.05.2021 г. о случае профессионального заболевания. Непосредственной причиной заболевания послужило – воздействие физических нагрузок (п. 20 Акта).

Согласно п. 21 Акта за возникновение данного случая хронического профессионального заболевания ответственное лицо не определяется.

В период работы истца, в АО «ДОНУГОЛЬ» действовал коллективный договор, заключенный на период 2019-2022 г., который прошел уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития Ростовской области за № от 05.06.2019 г., действие которого продлено по 19.03.2025 г. Дополнительным соглашением № 1 от 26.01.2022 г. Дополнительное соглашение прошло уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития Ростовской области.

Истец обратился в АО «ДОНУГОЛЬ» с заявлением от 30.06.2025г, в котором просил выплатить ему компенсацию морального вреда в связи с потерей здоровья из-за профессионального заболевания и утраты степени профессиональной трудоспособности в размере 40%.

В соответствии с условиями п. 10.1.2 Коллективного договора АО «ДОНУГОЛЬ», работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью работника вследствие профессионального заболевания, связанного с производством, при условии установления даты заболевания в период работы в АО «ДОНУГОЛЬ», в размере 2000,00 руб. за каждый процент утраты трудоспособности, с учетом периода работы в АО «ДОНУГОЛЬ».

Истцу была установлена утрата трудоспособности в размере 40 %, с учетом норм коллективного договора, трудового договора, ст. 237 ТК РФ, ст. 151 ГК РФ, на основании заявления истца, приказа №-к от 22.07.2025 г., АО «ДОНУГОЛЬ» 28.07.2025 г.

Истец в исковом заявлении указывает, что был уволен в связи с профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере 40%. Однако, АО «ДОНУГОЛЬ», предложило истцу перевод на другую работу в соответствии рекомендациями медицинского учреждения.

Истцом, 25.05.2021г. написано заявление об увольнении, на основании отказа от предлагаемых вакансий и перевода на другую работу, в соответствии с медицинским заключением.

Истец добровольно, в течение длительного времени, осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось АО «ДОНУГОЛЬ» обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты, спецодежды и спецобуви в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания.

В исковом заявлении истцом приведен расчет компенсации морального вреда по формуле расчета теоретика права ФИО3 АО «ДОНУГОЛЬ» с приведенным расчетом не согласно по следующим основаниям: в приведенной в исковом заявлении методике расчета не учитываются никакие обстоятельства причинения вреда здоровью, степень перенесенных нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, а лишь приведена формула расчета теоретика права ФИО3, исходя из формулы, не применяемой в судебной практике и не имеющей подкрепления каким либо законодательным документом в РФ. 

Кроме того за основу берется базисный уровень размера компенсации применительно к страданиям, испытываемым потерпевшим, при причинении тяжкого вреда здоровью.

Истцом при расчете не принят во внимание тот факт, что возникновение профессионального заболевания произошло не одномоментно в период работы в АО «ДОНУГОЛЬ», а на протяжении длительного времени работы истца в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов, в том числе у предыдущих работодателей.

Истцом не учитывается, что в АО «ДОНУГОЛЬ» он работал в условиях полного рабочего дня в шахте с 30.07.2007 года по 26.05.2021 года, что составляет 56,11% от общего стажа работы истца во вредных условиях труда - 14 лет 2 месяца.

При этом при расчете компенсации морального вреда истец указывает объем вины работодателя АО «ДОНУГОЛЬ» в размере 100 %.

Также истцом не учитывается тот факт, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями АО «ДОНУГОЛЬ», которые, в силу объективных причин, АО «ДОНУГОЛЬ» не имело возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочем месте.

При таких обстоятельствах требования, изложенные истцом о компенсации морального вреда, не соответствуют требованиям разумности и справедливости.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ОСФР по РО, надлежащим образом уведомлен о дате и времени судебного заседания, не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие и отзыв,в котором указал,что истец с 30.07.2007 по 26.05.2021 состоял в трудовых отношениях с АО «ДОНУГОЛЬ». 17.08.2020 Муниципальным бюджетным учреждением здравоохранения «Центральная городская больница» города Зверево Ростовской области истцу впервые был установлен предварительный диагноз профессионального заболевания-

<

данные изъяты>

26 марта 2021 года Государственным бюджетным учреждением Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №2» (протокол №264) истцу впервые был установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>

Приказом от 21.04.2021 № АО «ДОНУГОЛЬ» была создана комиссия по расследованию профессионального заболевания у ФИО1

По результатам расследования данного профессионального заболевания - составлен акт № о случае профессионального заболевания от 12.05.2021, который устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь выявленного у ФИО1 профессионального заболевания с вредными условиями и длительностью их воздействия по месту его работы.

24.05.2021 ФИО1 была установлена 40%-ная утрата профессии- трудоспособности, что подтверждено справкой № от 24.05.2021.

Страховщиком 01.06.2021 проведена экспертиза профессионального заболевания ФИО1, данный случай признан страховым. ФИО1 назначена и выплачена единовременная страховая выплата (приказ № от 15.07.2021), ежемесячная страховая выплата (приказ №-в от 15.07.2021), недополученная сумма страховых ежемесячных выплат (приказ №-в от 15.07.2021).

В настоящее время ФИО1 является получателем ежемесячной страховой выплаты в размере 29 344,77 рублей.

Рассмотрение доводов искового заявления ФИО1 к АО «ДОНУГОЛЬ» о взыскании компенсации морального вреда при получении работником профессионального заболевания оставляют на усмотрение суда. 

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ОСФР по РО в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Старший помощник Каменского городского прокурора Ростовской области Никитенко А.Ю. в заключении полагал, что исковые требования законны и обоснованны, подлежат удовлетворению, размер компенсации морального вреда просил установить на усмотрение суда.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, заключение старшего помощника Каменского городского прокурора Никитенко А.Ю., исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

Согласно ч.3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условия условий труда возлагается на работодателя.

При этом, в силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в коллективном (трудовом) договоре.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируетсяФедеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

Из разъяснений, данных в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", следует, что в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов на предприятиях угольной промышленности: шахта "Шахта 408" (01.02.1993-20.11.1993, 1995-2000 – подземный горнорабочий, подземный машинист электровоза, подземный горнорабочий очистного забоя), ЗАО «Компания «Сулинуголь» (04.10.2001-19.11.2001 – подземный горнорабочий), шахта "Замчаловская" (2001-2002 – подземный горнорабочий), МУП «Сулинантрацит», ООО «Сулинантрацит» (2002-2005 –подземный горнорабочий), Филиал ООО Грушевское угольное общество Шахта 1 «Вертикальная», ООО «Сулинантрацит» (2005-2007 –горнорабочий очистного забоя, ОАО «ДОНУГОЛЬ» (2007-2021 – горнорабочий очистного забоя 5 разряда) (копия трудовой книжки №).

С 30 июля 2007 года ФИО1 был принят на работу в ОАО "ДОНУГОЛЬ" на должность горнорабочего очистного забоя 5 разряда с полным подземным рабочим днем в шахте на шахту "Шерловская-Наклонная", 26 мая 2021 года уволен по п.8 ст. 77 ТК РФ (в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением).

Общий трудовой стаж истца составляет 26 лет 15 месяцев, в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов истец проработал 25 лет 10 месяцев, в том числе в ОАО "ДОНУГОЛЬ" с 30 июля 2007 года по 26 мая 2021 года.

При трудоустройстве в 2007 году между ФИО1 и ОАО по добыче и переработке угля и строительству шахт - угольной компанией "Донской уголь" был заключен трудовой договор № от 30 июля 2007 года, согласно которому истец был принят на работу на неопределенный срок с 30 июля 2007 года на шахту "Шерловская-Наклонная" на подземный участок по добыче угля и ремонту горных выработок по профессии (должности) горнорабочий очистного забоя 5 разряда.

Согласно условиям трудового договора работодатель обязан, в том числе: возмещать вред, причиненный работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей; в силу статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон Коллективного договора (п.10.1.2 - работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью вследствие несчастного случая (профессионального заболевания), связанного с производством, в размере 2 000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности при условии установления даты заболевания в период работы в ОАО "ДОНУГОЛЬ") (п.6 договора "Права и обязанности работодателя").

В период работы в ОАО "ДОНУГОЛЬ" в должности горнорабочего очистного забоя 5 разряда с полным подземным рабочим днем в шахте 26 марта 2021 года ФИО1 установлен заключительный диагноз – 

<

данные изъяты>, что подтверждается справкой № от 24.05.2021, копией Акта о случае профессионального заболевания № от 12 мая 2021 года.

В связи с полученными во время работы у ответчика профессиональным заболеванием, 24 мая 2021 года гр. ФИО1 впервые была установлена 40%-ная утрата профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности вследствие профессионального заболевания, что подтверждается справками Бюро №21 - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России № от 24 мая 2021 года и № от 24 мая 2021 года соответственно.

24 мая 2021 года истцу впервые была установлена 40%-ная утрата профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности вследствие профессионального заболевания, что подтверждается справками Бюро №21 - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России № от 24 мая 2021 года и № от 24 мая 2021 года соответственно.

Медицинским заключением врачебной комиссии Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №2» ФИО1 признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к работе с вредными и опасными производственными факторами (приказ М3 и СР РФ от 14.04.2011г. №302-Н, приложение №1 пункт 4.1, приложение №2, пункт 12).

26 мая 2021 года трудовой договор ФИО1 прекращен в соответствии с п.8 ст. 77 ТК РФ в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании заявления ФИО1 от 30 июня 2025 года о выплате ему компенсации морального вреда, причиненного здоровью в связи с профзаболеванием, предусмотренной п. 10.1.2 Коллективного договора ОАО "ДОНУГОЛЬ" на 2025-2027 года, в размере 2000 руб. за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности и приказа генерального ОАО "ДОНУГОЛЬ" № от 22 июля 2025 года о компенсации в счет возмещения морального вреда ФИО1 выплачена компенсация в счет возмещения морального вреда в размере 80 000 рублей.

Перечисление ФИО1 компенсации в счет возмещения морального вреда в сумме 80 000 руб. подтверждено копией платежного поручения № от 28 июля 2025 года.

Таким образом, установлено, что истец испытывал воздействие вредных факторов при исполнении трудовых обязанностей в период работы у ответчика и что профессиональное заболевание впервые установлено ему в период работы именно в АО "ДОНУГОЛЬ".

В соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" на основании приказа Государственного учреждения Ростовского регионального отделения Фонда социального страхования № 9534 от 15.05.2021, № 9535 от 15.07.2021, № 9536 от 15.07.2021 выплачена единовременная страховая выплата, ежемесячная страховая выплата, недополученная сумма страховых ежемесячных выплат.

В настоящее время ФИО1 является получателем ежемесячной страховой выплаты в размере 29 344,77 рублей.

Также из материалов дела следует, что в АО "ДОНУГОЛЬ" действует Коллективный договор, заключенный на период с 20.03.2019 года по 19.03.2022 года, который прошел уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития Ростовской области, регистрационный N 10975/19-1067, срок действия которого продлен до 19.03.2025 года Дополнительным соглашением N 1, прошедшим уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития Ростовской области, регистрационный N 16917/22-375.

Согласно п. 10.1.2. Коллективного договора АО "ДОНУГОЛЬ", действующего в период получения травмы на производстве и установления степени утраты трудоспособности истцу, предусмотрено, что работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью в вследствие профессионального заболевания, связанного с производством, пи условии установления даты заболевания в период работы в АО "ДОНУГОЛЬ", в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, с учетом периода работы в АО "ДОНУГОЛЬ".

На основании статьи 9 ТК РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

Коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей (часть 1 статьи 40 ТК РФ).

Содержание и структура коллективного договора определяются сторонами (часть 1 статьи 41 ТК РФ). В коллективный договор могут включаться обязательства работников и работодателя, в том числе по выплате пособий и компенсаций, экологической безопасности и охране здоровья работников на производстве, другие вопросы, определенные сторонами (часть 2 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ (ст. 1064-1101) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ч.3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст.55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно не могут ограничивать это право и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела.

Как видно из материалов дела, в том числе многочисленных медицинских документов, истец испытывает физические и нравственные страдания, заключающиеся в испытанной им боли от полученного профессионального заболевания, необходимости периодического обращения за медицинской помощью, регулярного прохождения курсов лечения и реабилитации, переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности вернуться к прежнему уровню жизни и содержанию своей семьи, ограниченной выбор места работы в связи с имеющимся заболеванием.

Причинителем вреда здоровью истца, в данном случае, является ответчик, во время работы у которого у истца установлено профессиональное заболевание, а также утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для подземных работников.

С учетом того, что поскольку согласно имеющимся в деле медицинским документам сведений об установлении ФИО1 ранее профессионального заболевания не имеется и при прохождении ранее периодических медицинских осмотров за время работы истца у ответчика он был признан годным к работе в подземных условиях по профессии, суд приходит к выводу об учете 100% вины ответчика в причинении вреда здоровью ФИО1 и отсутствию оснований для применения долевой ответственности пропорционально степени вины иных работодателей. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33), разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Между тем, тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Вместе с тем, суд принимает во внимание об исполнении ответчиком обязанности по выплате морального вреда в размере, в соответствии с условиями коллективного договора незамедлительно по обращению истца за указанной выплатой. 

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, суд, учитывая фактические обстоятельства, подлежащие установлению при определении размера компенсации морального вреда с учетом положения ст.151 ГК РФ, приходит к выводу о том, что в данном случае размер единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием подлежит определению не только с учетом положений п. п.10.1.2 Коллективного договора АО "ДОНУГОЛЬ", но и с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств установления профессионального заболевания, в связи с чем, взысканию с АО "Донуголь" в пользу ФИО1 подлежит единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, не считая выплаченных ответчиком истцу денежных сумм в размере 80 000 рублей, в связи с утратой профессиональной трудоспособности в сумме 250 000 рублей, как соответствующая степени нравственных страданий истца, а также отвечающая требованиям разумности и справедливости.

Поскольку истец в соответствии с п.п. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины освобожден, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход местного бюджета в размере 3000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к АО «ДОНУГОЛЬ» о компенсации морального вреда при получении работников профессионального заболевания, – удовлетворить частично.

Взыскать с АО «ДОНУГОЛЬ» (ИНН: 

<

***>) в пользу ФИО1 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 – отказать.

Взыскать с АО «ДОНУГОЛЬ» (ИНН: 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Каменский районный суд Ростовской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 01 декабря 2025 года.

Судья: