принято в окончательной форме

«07» марта 2019 года

Дело № 2-1095/2019 «18» февраля 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Метелкиной А.Ю.,

при секретаре Рябовой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора приватизации недействительным с признанием права собственности на долю жилого помещения, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам о признании договора передачи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Жилищным комитетом правительства Санкт-Петербурга и ФИО2 недействительным, включить ФИО1 в число участников приватизации указанного жилого помещения, определить за ФИО1, ФИО2, ФИО3 по 1/3 доли в праве собственности на жилое помещение. 

В обоснование требований истец ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 приватизировала спорную квартиру, при этом, истец, не придавая значения последствиям своих действий, у нотариуса подписал документ на приватизацию квартиры, что в итоге оказалось нотариальным отказом от участия в приватизации спорной квартиры. Таким образом, ответчик в силу состоянии его здоровья и плохого зрения ввела его в заблуждение обманными действиями, поскольку добровольно отказаться от приватизации он не мог, так как всю жизнь жил в плохих условиях и очень ждал благоустроенное жилье. 

Истец и его представитель Гречко В.С. в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, дополнительно указав, что истец только в ДД.ММ.ГГГГ году узнал, что его права нарушены, поскольку в период заключения договора приватизации находился после больницы, чувствовал себя плохо, поэтому не понимал, какие документы подписывает.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения требований, пояснила, что квартира была предоставлена ей, и истец никогда не являлся квартиросъемщиком. При этом истец осознавал, что подписывал отказ от приватизации в пользу ответчика, и если бы он был не согласен, то приватизация бы не состоялась. Также указала, что доводы истца о том, что его повезли к нотариусу сразу после больницы, не соответствуют действительности, поскольку в больнице истец находился за два года до сделки и был выписан ДД.ММ.ГГГГ, в то время как документы на приватизацию оформлялись ДД.ММ.ГГГГ, и истец находился в полном здравии. Одновременно просила применить пропуск срока исковой давности, поскольку истец с первого дня знал о том, какой документ он подписал, однако в настоящее время после смерти мамы между сторонами сложились конфликтные отношения, истец злоупотребляет спиртными напитками, коммунальные услуги не оплачивает, пользуется квартирой, но не участвует в ее уборке.

Ответчик ФИО3, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, ранее в судебном заседании возражал против удовлетворения требований.

В соответствии с положениями ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Суд, выслушав мнение сторон, исследовав все добытые по делу доказательства и оценив их в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд находит иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям. 

В силу ст. 217 ГК РФ, имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества.

При приватизации государственного и муниципального имущества предусмотренные настоящим Кодексом положения, регулирующие порядок приобретения и прекращения права собственности, применяются, если законами о приватизации не предусмотрено иное.

В силу ст. 2 Закон РФ от 04.07.1991 № 1541-1 (ред. от 11.06.2008) «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В соответствии с ч. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности заключения договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности, по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания недействительной.

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Из материалов дела следует, что в квартире по адресу: 

<

адрес> зарегистрированы следующие лица: ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, В.Г,Ю. с ДД.ММ.ГГГГ, В.Л.А., снята с регистрационного учета ДД.ММ.ГГГГ в связи со смертью.

Согласно представленным письменным доказательствам на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях по договору социального найма в Администрации /

<

адрес> Санкт-Петербурга с ДД.ММ.ГГГГ состояла ФИО2 и ФИО3 /сын/, впоследствии в ДД.ММ.ГГГГ году в число лиц была включена В.Л.А. /мать/, инвалид 2 гр. общее заболевание, в ДД.ММ.ГГГГ. включен В.Г,Ю. /брат/, ФИО1 /отец/.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО3 и Жилищным комитетом Правительства Санкт-Петербурга заключен договор № передачи квартиры в собственность граждан, в соответствии с которым ответчикам ФИО2 и ФИО3 переходит в собственность жилое помещение в виде трехкомнатной 

<

адрес>.

Из представленного суду приватизационного дела № следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в МФЦ дал свое согласие на приватизацию квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, без его участия, с оформлением права собственности на имя ФИО2 и С.И.Н.

Указанное согласие подписано ФИО4 собственноручно и не оспаривалось им в установленном законом порядке.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 ссылался на то, что был введен в заблуждение относительно подписываемого документа, в связи с чем, он был лишен возможности осознавать последствия передачи квартиры в собственность ответчиков в порядке приватизации, а также об обстоятельствах, влекущих нарушение его прав.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Однако доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, истец суду не представил. 

При этом доводы истца о том, что в силу состоянии его здоровья в виду выписки из больницы и плохого зрения ответчик ФИО2 ввела его в заблуждение, получив согласие обманными действиями, голословны и несостоятельны в силу того, что доказательств нахождения истца на учете у специалиста относительно зрения суду не представлено, в то время как в ходе судебного разбирательства ответчик указала, что истец в действительности проходил лечение в больнице, откуда она его забирала, но данные события имели место в 2013 году и являются неотносимыми к предмету спора.

Кроме этого, суд также находит, что требования истца о признании договора на безвозмездную передачу квартиры в собственность с включением ФИО1 в число участников приватизации жилого помещения, с определением за ним 1/3 доли в праве собственности на жилое помещение, не основаны на нормах действующего законодательства, исходя из следующего.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из указанной нормы гражданского права, приватизация жилого помещения может быть признана недействительной и к ней применены последствия недействительности сделки, в случае нарушения прав гражданина при решении вопросов приватизации, а также в случае, если передача жилого помещения в собственность гражданина в порядке приватизации произведена с нарушением установленных Законом РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" условий и порядка по иску заинтересованного лица.

В силу ч. 2 ст. 167 ГПК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, общим последствием недействительности сделок является двусторонняя (взаимная) реституция, то есть возвращение сторон сделки в первоначальное положение, существовавшее до ее совершения.

В данном случае, при удовлетворении требований с признанием недействительным договора, по которому спорная квартира безвозмездно была передана ответчикам, в порядке односторонней реституции квартира подлежала возврату в собственность города Санкт-Петербурга. В свою очередь, изменение условий договора приватизации и включение истца в число лиц, принявших участие в приватизации, не соответствовало бы условиям реституции, поскольку не приводило бы стороны в первоначальное положение, а по сути, изменяло договор приватизации, что в отсутствие согласия ответчиков, противоречило бы требованиям ст. 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

Разрешая ходатайство ответчика о применении срока исковой давности, суд также находит его обоснованным, исходя из следующего.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Момент начала течения срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности определяется судом исходя из фактических обстоятельств дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.) нарушенное право гражданина подлежит защите.

Согласно материалам гражданского дела, договор приватизации № заключен ДД.ММ.ГГГГ, отказ от приватизации ФИО5 оформлен лично ДД.ММ.ГГГГ.

На момент заключения спорного договора, истец был дееспособным, на учете в ПНД и НД не состоял, в медицинских учреждениях по состоянию здоровья не наблюдался, поэтому при обычной степени осмотрительности и добросовестности истец не мог не знать и должен был знать существо заключаемого договора.

Доводы представителя истца о том, что истцу стало известно о нарушении его права в июне ДД.ММ.ГГГГ года суд не может принять во внимание, поскольку они голословны и документально не подтверждены, более того суд полагает, что каких-либо препятствий к получению информации, кто является собственником квартиры, у истца не имелось, в том числе, поскольку истец зарегистрирован в указанной квартире и постоянно проживает в ней, следовательно, истец не мог не знать о том, кто является собственником и нанимателем жилого помещения, а также на протяжении всего этого времени получить сведения о правообладателях спорного жилого помещения, поскольку данная информация находится в открытом доступе.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истец, зная о нарушении своих прав (с настоящими требованиями истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ), правом на их защиту своевременно не воспользовался, каких-либо доказательств, свидетельствующих об уважительности пропуска срока, суду не представил, исходя из чего суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности, что само по себе является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суд полагает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 надлежит отказать. 

Учитывая вышеизложенного, руководствуясь 194 - 199 ГПК РФ, суд, 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора приватизации недействительным с признанием права собственности на долю жилого помещения – ОТКАЗАТЬ.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья А.Ю. Метелкина