Уголовное дело №1-127/2024

24RS0037-01-2023-002162-88

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Назарово 05 марта 2024 г.

Назаровский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего – судьи Зайцева Д.Л.,

при секретаре Шкредовой Е.Н.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника Назаровского межрайонного прокурора Валеевой О.В.,

потерпевшей ФИО2 №1,

защитника – адвоката Гранько С.В.,

подсудимого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимостей не имеющего,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего. Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В период с 22 час 50 мин 26.09.2023 по 22 час 50 мин 28.09.2023, более точные дата и время в ходе следствия не установлены, у ФИО1, находившегося в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в 

<

адрес> в 

<

адрес> края, совместно со ФИО6, в результате внезапно возникших личных неприязненных отношений к последнему, возник преступный умысел, направленный на причинение ФИО7 тяжкого вреда здоровью.

После чего, реализуя возникший преступный умысел, в период с 22 час. 50 мин. 26.09.2023 по 22 час. 50 мин. 28.09.2023, более точные дата и время в ходе следствия не установлены, находясь доме в 

<

адрес> в 

<

адрес> края, ФИО1, осознавая общественную опасность и противоправность своих преступных действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения ФИО7 тяжкого вреда здоровью и желая наступления указанных последствий, ФИО1 умышленно нанес кулаком правой руки и правой ногой множественные, не менее 19, удары в область головы, туловища и левой верхней конечности, а именно не менее 3 ударов в область головы, не менее 15 ударов в область туловища и не менее 1 удара по верхней левой конечности.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил ФИО7 телесные повреждения в виде:

- сочетанной тупой травмы головы и грудной клетки, включающей в себя:

закрытую черепно-мозговую травму: субдуральное кровоизлияние в правой височно-теменно-затылочной области (50мл), субарахноидальное кровоизлияние и ушиб головного мозга в правой височной доле, субарахноидальные кровоизлияния в правой затылочной доле, в левых височной и лобной долях, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-височной области справа, в височной области слева, в затылочной области справа, кровоизлияния в височные мышцы, кровоподтеки лица (2);

закрытую тупую травму грудной клетки: справа: на 1-4 ребрах переломы по околопозвоночным линиям и между окологрудинной среднеключичной линиями; «вторых» отломков, сопоставляющихся по линиям перелома нет; на 5 ребре переломы по околопозвоночным линиям и между окологрудинной - среднеключичной линиями; «вторых» отломков, сопоставляющихся по линиям перелома нет; на 6 ребре по околопозвоночным линиям и между окологрудинной - среднеключичной линиями; «вторых» отломков, сопоставляющихся по линиям перелома нет; на 7 ребре перелом по околопозвоночной линии без сопоставимого заднего отломка; по передней подмышечной линии полный поперечный перелом с признаками разрыва по наружной поверхности и сжатия по внутренней (сгибательный); на 8 ребре перелом по околопозвоночной линии без сопоставимого заднего отломка; по средней подмышечной линии два сгибательных перелома; по передней подмышечной - среднеключичной разгибательный перелом; на границе костной и хрящевой части ребра перелом без чётких диагностических характеристик на фоне костной мозоли от старого перелома; на 9 ребре перелом по передней подмышечной линии с не сопоставляющимися краями за счет отсутствия (выкрашивания) костных элементов, на ребре множественные костные мозоли; на 10 ребре 2 полных перелома по передней подмышечной и средней ключичной линиям; оба перелома расположены по местам костных мозолей, вследствие чего края переломов сильно выкрошились, не сопоставляются, отсутствуют однозначные морфологические характеристики переломов; на 11 ребре в области заднего и переднего концов переломы без «вторых» отломков; на 12 ребре перелом в области заднего конца ребра без второго отломка; слева: на 2 ребре три перелома: по околопозвоночной линии у основания головки с не сопоставляющимися отломками (невозможно установить точно механизм образования); примерно по задней подмышечной - разгибательный с признаками повторной травматизации (ППТ); по передней подмышечной - сгибательный; на 3 ребре переломы: двойной перелом по околопозвоночиой линии (один разгибательный, другой, ближе к головке - без чётких морфологических признаков); перелом по средней подмышечной линии и несколько несопоставимых отломков; на 4 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по передней подмышечной двойной сгибательный и на фоне костной мозоли (не определяется); по среднеключичной - сгибательный; на 5 ребре переломы: по околопозвоночиой линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по лопаточной линии - разгибательный; по средней подмышечной линии косой перелом с признаками разрыва по внутренней поверхности и сжатия по наружной (разгибательный); перелом по передней подмышечной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 6 ребре переломы: по околопозвоночиой линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; перелом по передней подмышечной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 7 ребре переломы: по околопозвоночиой линии у основания головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по лопаточной линии разгибательный; по средней подмышечной - сгибательный; по среднеключичной - на фоне костной мозоли (не определяется); на 8 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основания головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по лопаточной линии -разгибательный; по передней подмышечной - сгибательный; на 9 ребре переломы: по околопозвоночиой линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; перелом по среднеключичной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 10 ребре перелом: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по передней подмышечной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 11-12 ребрах переломы по околопозвоночной линии у основании головки без чётких диагностических признаков; в области всех выше описанных переломов ребер определяются темно-красные кровоизлияния в пристеночную плевру и межреберные мышцы; линейные разрывы нижних долей левого и правого легких, в проекции переломов 6-12 ребер справа и в проекции 6-12 ребер слева; подкожной эмфиземой мягких тканей грудной клетки с обеих сторон; левосторонним и правосторонним гемотораксом (наличие темно-красной жидкой крови в правой плевральной полости 800мл, в левой плевральной полости 600мл); множественными кровоподтеками на передней поверхности грудной клетки слева и справа (12). Вышеуказанные травмы, как отдельно каждая, так и в совокупности, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Обнаруженная тупая травма головы и грудной клетки, включающая в себя закрытую черепно-мозговую травму, сопровождавшаяся ушибом головного мозга, субдуральной гематомой грудной клетки с множественными двусторонними переломами ребер, осложнившейся развитием отека и дислокацией головного мозга, травматическим шоком тяжелой степени, по признаку опасности для жизни человека квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Кроме того, ФИО1 своими умышленными действиями причинил ФИО7 телесные повреждения в виде множественных кровоподтеков левого плечевого сустава (1), в проекции тела грудины в средней трети (2), на передней брюшной стенке слева (1), которые в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Причиняя ФИО7 указанные телесные повреждения, ФИО1 не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде наступления смерти ФИО7, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Смерть ФИО7 наступила на месте происшествия – в 

<

адрес> в 

<

адрес> края, в период времени с 22 час. 50 мин. 26.09.2023 по 22 час. 50 мин. 28.09.2023, в результате вышеописанной тупой травмы головы и грудной клетки, находящейся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, которая по признаку опасности для жизни человека квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Между действиями ФИО1 и наступлением смерти ФИО7 имеется прямая причинная связь.

В судебном заседании, подсудимый ФИО1 вину признал полностью, от дачи показаний отказался. На основании ст.276 УПК РФ, в судебном заседании были оглашены показания ФИО1, которые он давал на предварительном расследовании в качестве подозреваемого и обвиняемого, в том числе при проверке показаний на месте (л.д.150-153, 158-161, 162-168, 176-178), согласно которым он показал, что 25.09.2023 он со знакомым не дома выпивал спиртные напитки, 26.09.2023 около 23 час. 50 мин. он вернулся домой и обнаружил, что мясо, которое он купил для ребенка, ФИО7 скормил собаке. Его это расстроило, потому что они ждали проверку из органов опеки, т.к. рассматривался вопрос о лишении их родительских прав в отношении сына. Он пошел спрашивать у ФИО7, зачем тот отдал мясо, но тот ничего не мог пояснить, поскольку был выпивший, признался, что отдал мясо собаке. Между ними около 02 час. 00 мин. 27.09.2023 в спальной комнате дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, – произошел словесный конфликт. Во время конфликта ФИО7 сидел на кровати, к нему был обращен правой стороной, смотрел в сторону окна. Он в этот момент стоял в дверном проеме. 

<

данные изъяты> сидел, он сделал шаг вперед и начал наносить удары правой рукой в область лица и туловища, он нанес много ударов кулаком, сколько именно ударов пришлось на конкретную часть тела, не помнит. Бил он только рукой, ногами и иными предметами не бил. От ударов ФИО7 не кричал, не звал на помощь, тот молча сполз с кровати, сел на пол и руками облокотился на край кровати. Удары он наносил хаотично, в конкретную часть тела не целился, убивать того не хотел. Он был пьяный и всю злобу выместил на 

<

данные изъяты>. Когда тот присел, он того уже больше не бил. После этого он ушел в соседнюю комнату, около 04 час 00 мин он зашел в комнату 

<

данные изъяты>, тот сидел в том же положении, в котором и был на полу, он того потрогал, 

<

данные изъяты> был холодный и не подавал признаков жизни, он понял, что тот умер. Он испугался, что сын может увидеть труп, поэтому решил тело спрятать, чтобы никто не увидел. Он вышел из дома, взял под навесом ковер, зашел в комнату, положил тело 

<

данные изъяты> в ковер, завернул и вынес в углярку. Углярку он на замок не закрывал, подпер бревном. В момент происходящего дома была жена и сын, но те спали в комнате зала и ничего не видели и не слышали. 27.09.2023 утром жена спросила, где отец, на что он ответил, что тот ушел куда-то. Жена спросила, из-за чего 

<

данные изъяты> ушел, на что он ответил, что они ночью поругались. Про случившееся он той ничего не рассказывал. 27.09.2023 он продолжил с женой выпивать спиртное. 28.09.2023 приехал его отец, чтобы забрать их сына, тот в дом не заходил, он вынес сына и все необходимое на улицу, к машине. Отец спросил, где 

<

данные изъяты>, на что он ответил, что тот куда-то ушел, о случившемся не рассказывал. 28.09.2023 в вечернее время его мучила совесть, он не мог смотреть, как жена переживала за отца, поэтому он в блокноте собственноручно написал записку жене о признании в совершении преступления в отношении ее отца и попросил прощения, но сразу записку не отдал. До 04.10.2023 он с женой ежедневно пил спиртное. 04.10.2023 до обеда к нему в гости пришел знакомый 

<

данные изъяты>, они выпили спиртное, в углярку тот не заходил, о случившемся он тому не рассказывал. В гости больше к ним никто не приходил. Перед этим в комнате зала, возле телевизора он оставил записку для жены, чтобы та увидела и прочитала. Жена прочитала записку 04.10.2023, после прочтения сказала, чтобы он пошел и рассказал обо всем в полицию. В вечернее время 04.10.2023 к ним домой приехали сотрудники полиции и забрали его в отдел полиции, где он все рассказал. Кто сообщил в полицию о совершенном преступлении, не знает.

В своих показаниях от 12.10.2023 он дополнил, что не исключает, что наносил удары 

<

данные изъяты> правой ногой в область грудной клетки. Кроме того, 13.10.2023 в ходе проверки показаний на месте он продемонстрировал, где и каким образом наносил удары 

<

данные изъяты>, как тот располагался при этом. В своих показаниях от 14.11.2023 он дополнил, что подтверждает, что рукой и ногой нанес множественные удары 

<

данные изъяты> по голове и туловищу, в результате чего тот скончался по адресу: 

<

адрес>.

Исследовав доказательства по делу, суд находит вину ФИО1 в совершении указанного вменяемого ему преступления установленной, помимо его признания, совокупностью следующих доказательств по делу:

- показаниями на предварительном следствии лиц, исследованными в судебном заседании на основании ст.281 УПК РФ:

потерпевшей ФИО2 №1 (л.д.87-90), что ФИО7 является ее отцом. Примерно в июле 2023 г. она, ее сожитель ФИО1 и их совместный ребенок 

<

данные изъяты> на постоянную основу переехали к отцу в дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. ФИО1 запойный, выпивал спиртные напитки, в состоянии опьянения мог себя не контролировать, кричать и бил просто так кулаками в стены. После того, как они переехали к ее отцу, то ФИО1 применял к тому физическую силу, бил его. Это было связано с личной неприязнью, ее отец всегда был против их отношений с ФИО1, говорил, что тот ей не пара. ФИО1 это не нравилось, и тот при первой возможности срывался на отца, постоянно ругался словесно и иногда бил отца. Она помнит, что они с 26.09.2023 по 04.10.2023 выпивали крепкие спиртные напитки дома у отца. 04.10.2023 утром пришел к ним в гости друг ФИО1 – 

<

данные изъяты>, тот выпил с ними, а потом ушел. 30.09.2023 отец ФИО1 – ФИО8 забирал их сына к себе домой. 27.09.2023 отец еще был живой, тот выносил мусор из дома. 28.09.2023 около 22 час. 00 мин. между ФИО1 и отцом произошел словесный конфликт, они находились в сенях дома, а она готовилась ко сну с сыном в комнате зала. Конфликт у тех был из-за того, что она рассказала ФИО1, что обнаружила, как из морозилки отец достал последний кусок мяса и скормил собаке, а их сыну ничего не осталось. ФИО1 был в бешенстве, тому это сильно не понравилось. Она только слышала, как ФИО1 кричал на отца, ударов, звуков падения она не слышала, отец не кричал о помощи. Она уснула и не поняла, чем закончился их конфликт. Ночью она спала, из дома никуда не выходила. В какой-то момент ФИО1 ночью лег к ней на диван и уснул, отца она больше не видела. Утром следующего дня она посмотрела и обнаружила, что в доме нет отца. Она спросила у ФИО1, где отец, на что тот ответил, что отец ушел, при этом не пояснил к кому и зачем. 03.10.2023 она выпивала с ФИО1, обнаружила в блокноте записку, в которой говорилось, что отец умер в виду того, что ФИО1 того избил, в записке ФИО1 просил у нее прощения. Она спросила у ФИО1, что означает записка, на что тот рассказал, что в ходе той словесной ссоры он избил отца, после чего тому стало плохо, и, когда она с сыном спала, тот завернул отца в ковер, который взял в подсобном помещении возле углярки, и вынес тело в углярку. 04.10.2023 в вечернее время к ним домой приехали сотрудники полиции и сообщили, что необходимо проследовать в отдел полиции для дачи объяснений по факту смерти отца. Когда она последний раз видела отца живым, на лице того не было ссадин и кровоподтеков, тот был одет в трико и рубашку. Никто иной кроме ФИО1 не мог причинить вред здоровья отцу, поскольку тот из дома не выходил. Она к отцу физическую силу не применяла, того не била. Отец ни на кого ей не жаловался, тот постоянно сидел дома и никуда не выходил. Она опасается за свое здоровье и за здоровье их сына, поскольку ФИО1 применял к ней силу, а также в состоянии алкогольного опьянения себя не контролирует;

свидетеля ФИО8 (л.д.103-106), которые он подтвердил в судебном заседании, что ФИО1 является его сыном. Он подтвердил, что 26.09.2023 в период с 12 час до 14 час он приехал к сыну. ФИО9 была пьяная, сын тоже был пьяный, сын сказал, что ФИО7 куда-то ушел. В какой-то момент он заглянул в углярку, там увидел ковер, отдернул его конец и увидел ногу ФИО7, потрогал ее, но тело уже было холодное. Сын увидел, что он зашел в углярку. Он спросил у сына, почему ФИО7 холодный, тот ничего не ответил и ушел в дом. Он забрал к себе внука из их дома. Он предложил сыну сообщить о случившемся в полицию. Сын сказал, что избил ФИО7 и не мог оставить в комнате; в полицию не сообщил, поскольку боится. В период с 27.09.2023 по 04.10.2023 он неоднократно приезжал к дому сына, привозил сыну деньги и еду, в дом и в углярку он больше не заходил. С сыном по поводу трупа не разговаривал, лишь каждый раз тому говорил, чтобы тот сообщил в полицию, но сын отказывался и продолжал пить. Он несколько дней не сообщал в полицию об обнаружении трупа ФИО7 в углярке в виду того, что надеялся на то, что сын сам сообщит о случившемся. 04.10.2023 он сообщил о случившемся в отдел полиции, т.к. побоялся, что сын может спрятать труп или избавиться от него каким-нибудь способом. Они приехали с оперативным сотрудником к углярке, увидели труп ФИО7, после чего он уехал;

свидетеля ФИО10 (л.д.107-110), которые она подтвердила в судебном заседании, что ФИО1 является ее родным сыном. Со слов мужа ФИО8 известно, что их сына задержали в виду того, что тот избил ФИО7, от чего наступила смерть;

свидетеля ФИО11 (л.д.111-113), согласно которым 03.10.2023 в вечернее время он пришел в гости к ФИО1 В доме находился ФИО1 и ФИО2 №1, больше никого не было. Отца ФИО2 №1 не было дома. 04.10.2023 в период с 10 час до 13 час он пришел в гости к ФИО1, в доме был только ФИО1 и ФИО2 №1 В ходе общения ФИО1 сказал, что отец 

<

данные изъяты> куда-то ушел. К смерти ФИО7 он (

<

данные изъяты>) не имеет никакого отношения, узнал о смерти того от сотрудников полиции. Последний раз он ФИО7 видел в августе 2023 г.;

свидетеля ФИО12 (л.д.114-116), согласно которым ФИО7 являлся мужем ее двоюродной тети. Тетя в марте 2023 г. умерла, ФИО7 стал проживать один; тот много и часто пил, из дома не выходил. В июле 2023 г. домой к ФИО7 переехала дочь ФИО2 №1 с сыном и своим сожителем ФИО1 Последний сильно выпивал и в состоянии алкогольного опьянения себе не контролировал, применял физическую силу без причин к сожительнице и ФИО7 Ей стало известно 06.10.2023 от отца ФИО1, что ФИО7 умер;

свидетелей ФИО13 и ФИО14 (л.д.117-119, 120-123), согласно которым они проживают в 

<

...> первая – в доме №24, вторая – в доме №17, рядом в доме №26 проживал ФИО7 В мае 2023 г. к тому переехала дочка ФИО2 №1 со своим сожителем ФИО1 и их ребенком. 04.10.2023 в вечернее время суток стало известно от сотрудников правоохранительных органов, что ФИО7 умер. ФИО3 постоянно выносил мусор, но за период с 25.09.2023 по 28.09.2023 они его не видели;

свидетеля ФИО15 (л.д.139-141), согласно которым он работает в должности оперуполномоченного уголовного розыска. 04.10.2023 он находился па суточном дежурстве в отделе полиции МО МВД России «Назаровский». Около 21 час в отдел полиции поступила оперативная информация, что по адресу: 

<

адрес>, – находится труп ФИО7 Для проверки поступившей информации он проследовал по указанному адресу, где в помещении углярки обнаружил тело ФИО7 в ковре. В тот момент в доме находился ФИО1 и его сожительница ФИО2 №1, которые употребляли спиртные напитки. ФИО1 в ходе разговора признал свою причастность к смерти ФИО3, также сказал, что о случившемся никому не рассказывал, поскольку сам хотел прийти и сообщить о преступлении в полицию, сказал, что написал явку с повинной в блокноте, где рассказал о совершенном преступлении и просил прощения у сожительницы, однако в отдел полиции не успел с ней обратиться, т.к. пил спиртные напитки. После чего он (ФИО4) вызвал следственно-оперативную группу, которая приехала на место происшествия, а он уехал;

- данными письменных материалов дела:

протокола осмотра места происшествия от 04.10.2023 (л.д.9-21), согласно которому осмотрен 

<

адрес>, расположенный в 

<

адрес>. В ходе осмотра в углярке обнаружен труп ФИО7 с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра места происшествия изъята одежда ФИО1: жилетка, штаны, кофта, вырез с коврового изделия, мобильный телефон марки «HONOR», мобильный телефон марки «Lenovo», блокнот с рукописной записью;

протокола выемки от 09.10.2023 (л.д.23-25), согласно которому в помещении Назаровского РСМО КГБУЗ «ККБСМЭ» изъяты: марлевый тампон с кровью с трупа ФИО7 и контроль марли; одежда трупа ФИО7;

протокола осмотра предметов от 12.10.2023 (л.д.26-35), согласно которому осмотрена указанная изъятая одежда ФИО1, мобильный телефон марки «HONOR», мобильный телефон марки «Lenovo», блокнот, одежда с трупа ФИО7 В блокноте обнаружена рукописная запись, сделанная ФИО1, в которой он сообщает, что поругался со Сторожевым, ударил его несколько раз и оставил в крови в спальне, после, когда снова зашел в спальню, тот уже был холодный; далее он просит прощения у сожительницы;

заключения судебно-медицинской экспертизы №448 от 13.11.2023 (л.д.42-49), согласно которой, смерть ФИО7 наступила в результате тупой травмы головы и грудной клетки, сопровождавшейся закрытой черепно-мозговой травмой: субдуральное кровоизлияние в правой височно-теменно-затылочной области (50мл), субарахноидальное кровоизлияние и ушиб головного мозга в правой височной доле, субарахноидальные кровоизлияния в правой затылочной доле, в левых височной и лобной долях, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-височной области справа, в височной области слева, в затылочной области справа, кровоизлияния в височные мышцы, кровоподтеки лица (2); множественными переломами ребер с двух сторон по различным анатомическим линиям, повреждениями пристеночной плевры и нижних долей легких, левосторонним и правосторонним гемотораксом, подкожной эмфиземой, множественными кровоподтеками на различных поверхностях грудной клетки, которая осложнилась развитием отека и дислокацией головного мозга, травматическим шоком тяжелой степени. Изложенный вывод о причине смерти подтверждается обнаружением выше отмеченных повреждений, данными гистологического исследования, выраженной сглаженностью рельефа мозга с наличием странгуляционной борозды вклинения на миндалинах мозжечка от краев большого затылочного отверстия; кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани в проекции переломов наличием в легких сливающиеся очаговых паренхиматозных кровоизлияний, наличием множественных эритроцитов в просвете мелких бронхов, очаговым дистелектазом, острым артериально-венозным полнокровием, неравномерным полнокровием микрососудов. Согласно выраженности трупных явлений на момент осмотра трупа на месте его обнаружения, смерть наступила в период около 6-8 суток к моменту осмотра, что подтверждается заметным охлаждением на ощупь покрытых одеждой частей тела, разрешением трупного окоченения во всех группах мышц, отсутствием образования идиомускулярной опухоли при ударе по двуглавой мышце плеча, трупные пятна при надавливании цвета не меняют. Зеленое окрашивание кожных покровов всего живота, межреберья и шеи, паховых областей.

При проведении судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО7 обнаружены телесные повреждения в виде сочетанной тупой травмы головы и грудной клетки, включающей в себя:

• закрытую черепно-мозговую травму: субдуральное кровоизлияние в правой височно-теменно-затылочной области (50мл), субарахноидальное кровоизлияние и ушиб головного мозга в правой височной доле, субарахноидальные кровоизлияния в правой затылочной доле, в левых височной и лобной долях, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-височной области справа, в височной области слева, в затылочной области справа, кровоизлияния в височные мышцы, кровоподтеки лица (2). Данная закрытая черепно-мозговая травма могла возникнуть не менее чем от трех воздействий твердого тупого предмета, что подтверждается наличием трех очаговых субарахноидальных кровоизлияний в различных отделах головного мозга, в проекции которых определяются кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы; давность которой, учитывая гистологические и макроскопические данные, составляет не более 6 часов-1 суток к моменту наступления смерти;

• закрытую тупую травму грудной клетки: (справа) на 1-4 ребрах переломы по околопозвоночным линиям и между окологрудинной-среднеключичной линиями; «вторых» отломков, сопоставляющихся по линиям перелома нет; на 5 ребре переломы по околопозвоночным линиям и между окологрудинной-среднеключичной линиями; «вторых» отломков, сопоставляющихся по линиям перелома нет; на 6 ребре по околопозвоночным линиям и между окологрудинной-среднеключичной линиями; «вторых» отломков, сопоставляющихся по линиям перелома нет; на 7 ребре перелом по околопозвоночной линии без сопоставимого заднего отломка; по передней подмышечной линии полный поперечный перелом с признаками разрыва по наружной поверхности и сжатия по внутренней (сгибательный); на 8 ребре перелом по околопозвоночной линии без сопоставимого заднего отломка; по средней подмышечной линии два сгибательных перелома; по передней подмышечной-среднеключичиой разгибательный перелом; на границе костной и хрящевой части ребра перелом без чётких диагностических характеристик на фоне костной мозоли от старого перелома; на 9 ребре перелом по передней подмышечной линии с не сопоставляющимися краями за счет отсутствия (выкрашивания) костных элементов, на ребре множественные костные мозоли; на 10 ребре 2 полных перелома по передней подмышечной и средней ключичной линиям; оба перелома расположены по местам костных мозолей, вследствие чего края переломов сильно выкрошились, не сопоставляются, отсутствуют однозначные морфологические характеристики переломов; на 11 ребре в области заднего и переднего концов переломы без «вторых» отломков; на 12 ребре перелом в области заднего конца ребра без второго отломка; (слева) на 2 ребре три перелома: по околопозвоночной линии у основания головки с не сопоставляющимися отломками (невозможно установить точно механизм образования); примерно по задней подмышечной - разгибательный с признаками повторной травматизации (ППТ); по передней подмышечной - сгибательный; на 3 ребре переломы: двойной перелом по околопозвоночной линии (один разгиба-тельный, другой, ближе к головке - без чётких морфологических признаков); перелом по средней подмышечной линии и несколько несопоставимых отломков; на 4 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по передней подмышечной двойной сгибательный и на фоне костной мозоли (не определяется); по среднеключичной - сгибательный; на 5 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по лопаточной линии-разгибательный; по средней подмышечной линии косой перелом с признаками разрыва по внутренней поверхности и сжатия по наружной (разгибательный); перелом по передней подмышечной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 6 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; перелом по передней подмышечной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 7 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по лопаточной линии - разгибательный; по средней подмышечной - сгибательный; по среднеключичной - на фоне костной мозоли (не определяется); на 8 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по лопаточной линии - разгибательный; по передней подмышечной - сгибательный; на 9 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; перелом по среднеключичной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 10 ребре переломы: по околопозвоночной линии у основании головки с несопоставимыми краями без чётких диагностических признаков; по передней подмышечной линии на фоне костной мозоли (не определяется); на 11-12 ребрах переломы по околопозвоночной линии у основании головки без чётких диагностических признаков; в области всех выше описанных переломов ребер определяются темно-красные кровоизлияния в пристеночную плевру и межреберные мышцы; линейные разрывы нижних долей левого и правого легких, в проекции переломов 6-12 ребер справа и в проекции 6-12 ребер слева; подкожной эмфиземой мягких тканей грудной клетки с обеих сторон; левосторонним и правосторонним гемотораксом (наличие темно-красной жидкой крови в правой плевральной полости 800мл, в левой плевральной полости 600мл); множественные кровоподтеки на передней поверхности грудной клетки слева неправа (12).

Данная тупая травма грудной клетки могла возникнуть от не менее пяти воздействий твердого тупого предмета (предметов), в область передней и боковой поверхностей грудной клетки слева и не менее чем от семи воздействий аналогичного предмета в область передней, боковой поверхности грудной клетки справа, учитывая количество локальных переломов, располагающихся друг от друга на расстоянии и по различным линиям, а также данными медико-криминалистического исследования. Давность, которой, учитывая гистологические и макроскопические данные, составляет не более 6 часов-1 сутки к моменту наступления смерти. Вышеуказанные травмы, как отдельно каждая, так и в совокупности, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Кроме того, в ходе проведения экспертизы обнаружены телесные повреждения в виде множественных кровоподтеков левого плечевого сустава (1), в проекции тела грудины в средней трети (2), на передней брюшной стенке слева (1); данные телесные повреждения возникли прижизненно, от четырех воздействий твердого тупого предмета; возникли в срок не более чем за сутки до момента наступления смерти, что подтверждается их цветом; в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят.

Обнаруженная при настоящей экспертизе тупая травма головы и грудной клетки, включающая в себя закрытую черепно-мозговую травму, сопровождавшаяся ушибом головного мозга, субдуральной гематомой грудной клетки с множественными двусторонними переломами ребер, осложнившаяся развитием отека и дислокацией головного мозга, травматическим шоком тяжелой степени, согласно приказу МЗиСР №194н от 24.04.2008 п.6.1.3, п.6.1.10, п.6.1.11 раздела II, отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека. По указанному признаку, согласно правил «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Постановление правительства РФ №522 от 17.08.2007), тупая травма головы и грудной клетки, включающая в себя закрытую черепно-мозговую травму, сопровождавшаяся ушибом головного мозга, субдуральной гематомой грудной клетки с множественными двусторонними переломами ребер, осложнившаяся развитием отека и дислокацией головного мозга, травматическим шоком тяжелой степени, квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Обнаруженные при настоящей экспертизе кровоподтеки, согласно пункту 9 раздела №2 приказа МЗиСР РФ №194н от 24.04.2008, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. При проведении экспертизы трупа ФИО7 следов, указывающих на возможную самооборону, не обнаружено. При судебно-химическом исследовании трупа в крови и моче трупа ФИО7 этиловый спирт не обнаружен;

заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы №53/448-23 от 14.11.2023 (л.д.54-58), согласно которой, учитывая характер, локализацию расположения, а также тяжесть телесных повреждений, обнаруженных в ходе проведения экспертизы трупа ФИО7, не исключается возможность их причинения при обстоятельствах, указываемых, а также показываемых ФИО1 в ходе проведения проверки показаний на месте, при допросе в качестве подозреваемого, а именно, когда он нанес множество ударов правой рукой в область лица и туловища ФИО7, не исключается также, что телесные повреждения в виде «тупой травмы головы и грудной клетки, включающие в себя закрытую черепно-мозговую травму, сопровождавшуюся ушибом головного мозга, субдуральной гемотомой грудной клетки с множественными двусторонними переломами ребер», могли возникнуть и в результате нанесения ударов ногой (ногами) по голове и телу (грудной клетке) ФИО7

Указанные доказательства уголовного дела исследованы в судебном заседании, сведения, содержащиеся в них, признаны судом достоверными, оснований оспаривать это не имеется.

Суд не находит оснований сомневаться в правдивости приведенных выше показаний свидетелей и потерпевшей, признает их правдивыми и достоверными, т.к. в ходе судебного разбирательства и предварительного следствия не было установлено оснований для оговора ими подсудимого. Кроме того, данные показания указанных лиц являются последовательными, непротиворечивыми, взаимосвязанными и соответствуют иным доказательствам, исследованным судом в ходе судебного заседания, а также согласуются с показаниями ФИО1

Анализ всех вышеизложенных доказательств не дает оснований усомниться в том, что тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть ФИО7, последнему причинил именно ФИО1

Проанализировав имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к выводу, что исключительно у ФИО1 имелся мотив для совершения данного преступления, а именно личные неприязненные отношения к погибшему.

Учитывая изложенное, также с учетом анализа всей совокупности доказательств, в том числе показаний свидетелей и самого ФИО1, которые не противоречат иным доказательствам по делу, суд исключает причастность к причинению ФИО7 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, каких-либо иных лиц кроме самого ФИО1

В целом, об умысле ФИО1, направленном на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в виде указанной выше сочетанной тупой травмы головы и грудной клетки, достоверно свидетельствуют, в том числе, следующие фактические данные: в момент нападения на ФИО7 ФИО1 избрал для поражения области, где находятся жизненно-важные органы потерпевшего, в том числе голову и грудную клетку, куда умышленно наносил множественные удары кулаком правой руки и правой ногой; удары были нанесены им с силой, достаточной для причинения указанной травмы. Все установленные обстоятельства позволяют сделать однозначный вывод, что, причиняя указанные телесные повреждения, ФИО1 не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий – смерти ФИО3, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. В связи с этим, является излишним указание в обвинительном заключение на то, что ФИО1 относился безразлично к наступлению смерти 

<

данные изъяты>, такое указание подлежит исключению из обвинения.

В отношении инкриминируемого деяния суд признает ФИО1 вменяемым, поскольку с учетом наличия у него логического мышления, активного адекватного речевого контакта, правильного восприятия окружающей обстановки, не имеется оснований сомневаться в его способности осознавать характер своих действий и руководить ими.

Вменяемость подсудимого подтверждается и заключением комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы №1151 от 18.10.2023 (л.д.70-72), согласно которому ФИО1 хроническим расстройством, слабоумием и иными болезней состояниями страдал и не страдает в настоящее время, а обнаруживает признаки синдрома алкогольной зависимости средней стадии (F 10.242 по МКБ-10). Выявленная у подэкспертного эмоциональная неустойчивость, эгоцентричность не сопровождается патологическими нарушениями мышления, критики и не лишали его способности в период совершения деяния, в отношении которого он является подозреваемым, осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и способности руководить своими действиями. Как показал анализ материалов уголовного дела, у подэкспертного не выявлено каких-либо других временных расстройств психической деятельности, лишавших его способности отдавать отчет в своих действиях и руководить ими, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения (F 10.0 по МКБ 10), но его поведение носило целеустремленный характер, сохранил адекватный речевой контакт с окружающими, у него отсутствовали признаки нарушенного сознания и он сохранил о произошедших событиях ясные воспоминания. По своему психическому состоянию в настоящее время он может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, давать показания, самостоятельно осуществлять свое право на защиту, руководить своими действиями, отдавать отчет этим действиям. В принудительном лечении у врача-психиатра он не нуждается. В связи с тем, что у него имеют место признаки алкогольной зависимости, ему необходимо проведение лечебных и реабилитационных мероприятий. Подэкспертный во время совершения противоправного деяния в состоянии физиологического аффекта, а также ином эмоциональном состоянии (стресс, фрустрация, растерянность), способном оказать существенное влияние на его поведение в исследуемой ситуации, не находился. Об этом свидетельствуют отсутствие феноменологических проявлений, характерных для данных состояний.

В целом, оценивая представленные сторонами и исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в их совокупности – достаточности для разрешения дела, суд находит доказанными как событие преступления, так и виновность подсудимого в его совершении. То есть вина ФИО1 в совершении вменяемого ему преступления нашла свое подтверждение в полном объеме.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Рассматривая вопрос о виде и размере наказания, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких.

Суд учитывает причины и условия совершения преступления, данные о личности подсудимого, из которых следует, что он имеет постоянное место жительства, проживал с семьей, в состав которой входит его супруга и малолетний ребенок; участковым уполномоченным полиции характеризуется как лицо, злоупотребляющее алкоголем, соседями характеризуется положительно; на учетах у нарколога и психиатра не значится; работал, т.е. был занят общественно-полезной деятельностью; ранее награждался различными дипломами и грамотами за участие в спортивных мероприятиях; является инвалидом 3 группы.

В соответствии со ст.61 УК РФ, суд учитывает подсудимому ФИО1 в качестве смягчающих наказание обстоятельств: наличие малолетнего ребенка у виновного; явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления (участвовал в проверке показаний на месте); признание вины, раскаяние в содеянном; состояние его здоровья и наличие инвалидности; принесение извинений потерпевшей; тяжелую жизненную ситуацию его матери.

Иных смягчающих наказание обстоятельств судом не установлено, доказательств о наличии таковых суду не предоставлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, в соответствии с ч.1 ст.63 УК РФ, судом не установлено.

Суд, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, признает отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку это обстоятельство способствовало совершению преступления. В судебном заседании подсудимый указал, что состояние алкогольного опьянения не повлияло на его действия, трезвый он поступил бы точно так же, его действия были вызваны поведением ФИО3, который скормил мясо собаке, не следил за своим поведением. Вместе с тем, согласно показаниям потерпевшей ФИО20, свидетелей ФИО8, ФИО12, именно в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 себя не контролировал, применял физическую силу к проживавшим с ним ФИО20 и 

<

данные изъяты>. Употребление ФИО1 спиртного непосредственно до совершения преступления подтверждается им самим, а также потерпевшей ФИО2 №1, свидетелем ФИО8 Эти же лица, а также свидетель ФИО15 подтвердили, что ФИО1 после совершенного преступления продолжал распивать спиртное до момента его задержания. Из содержания представленных суду доказательств следует, что совершению преступления предшествовала длительная алкоголизация ФИО1, до этого он употреблял спиртное длительный период времени, продолжал его употреблять длительный период после совершенного преступления. В характеристике на ФИО1 участковый уполномоченный полиции указал, что тот злоупотребляет алкоголем. Согласно заключению комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы №1151 от 18.10.2023, о признаках синдрома алкогольной зависимости средней стадии у ФИО1 свидетельствуют данные анамнеза о многолетнем злоупотреблении алкоголем, с нарастанием толерантности к спиртным напиткам, формированию психофизической зависимости на фоне запойных состояний, формировании абстинентного синдрома с соматовегетативной симптоматикой и совершению асоциальных поступков под влиянием алкоголя, что послужило поводом для его наблюдения врачом-наркологом.

Суд, с учетом анализа установленных обстоятельств, приходит к выводу, что состояние алкогольного опьянения ФИО1, при котором было совершено преступление, способствовало совершению этого преступления, способствовало снятию сдерживающих барьеров при выборе способа поведения и способа реагирования, обуславливало повышенную агрессивность ФИО1 Суду не представлено каких-либо убедительных доказательств, что поведение ФИО3 до нанесения ему телесных повреждений заслуживало такого характера реагирования, каким-либо образом служило поводом для преступления. Суду не представленного сведений, указывающих на противоправность или аморальность действий ФИО7, которые бы могли являться поводом для совершения в отношении него вышеуказанного преступления; стороной защиты суду не представлено каких-либо убедительных данных в подтверждение этого. Судом установлено, что именно личные неприязненные отношения ФИО1 к ФИО7, на фоне состояния алкогольного опьянения, побудили ФИО1 совершить указанное преступление.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Учитывая совокупность установленных обстоятельств, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства и отягчающее наказание обстоятельство, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи, суд, исходя из принципа справедливости, приходит к выводу, что подсудимый заслуживает за содеянное строгого наказания в виде лишения свободы, так как его исправление и предупреждение совершения им новых преступлений возможно лишь в условиях изоляции от общества, а менее строгий вид наказания и назначение наказания условно не смогут обеспечить достижение целей наказания.

Оснований для назначения подсудимому ФИО1 наказания по правилам ст.64 УК РФ не имеется, поскольку совокупность имеющихся смягчающих обстоятельств не является исключительной, т.е. существенно уменьшающей степень общественной опасности совершенного преступления.

Вместе с тем, учитывая наличие совокупности смягчающих обстоятельств, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, исходя из принципа справедливости, суд приходит к выводу, что размер назначенного наказания для него не должен быть чрезмерно суровым, а также считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.4 ст.111 УК РФ.

На основании п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ, отбывание наказания ФИО1 должно быть назначено в исправительной колонии строгого режима. Данный вывод основан на том, что ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, ранее не отбывал лишение свободы.

В силу ст.81 УПК РФ, вещественные доказательства, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Назаровскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия: штаны, рубашку ФИО7, тампон с кровью трупа и контроль к тампону ФИО7 и вырез с коврового изделия, необходимо уничтожить; одежду ФИО1, а также мобильные телефоны Honor и Lenovo, следует вернуть ФИО1 либо его близким и родственникам.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 05 октября 2023 г. до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Назаровскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия, после вступления приговора в законную силу:

- штаны, рубашку ФИО7, тампон с кровью трупа и контроль к тампону ФИО7 и вырез с коврового изделия, – уничтожить;

- одежду ФИО1, а также мобильные телефоны Honor и Lenovo, следует вернуть ФИО1 либо его близким и родственникам.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Назаровский городской суд в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу других лиц или представление прокурора в течении 15 суток со дня вручения ему копии приговора, либо копии жалобы или представления. Ходатайство об ознакомлении с протоколом и аудиозаписью судебного заседания подается сторонами в письменном виде в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания, замечания на протокол и аудиозапись судебного заседания могут быть поданы в течение 3 суток со дня ознакомления с протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Ходатайство о дополнительном ознакомлении с материалами уголовного дела могут быть поданы в письменном виде в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

Судья Д.Л. Зайцев