Дело № 2-3263/2020

УИД 55RS0001-01-2020-004759-75

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Омск 28 сентября 2020 года 

Кировский районный суд г. Омска в составе:

председательствующего судьи Серебренникова М.Н.,

помощника судьи Дортман В.А., 

при секретаре судебного заседания Зенковой Я.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к акционерному обществу «О3-Инжиниринг» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности заключить трудовой договор, взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением. 

В обоснование своих требований указал, что в апреле 2020 года разместил объявление на сайте «Авито» о поиске работы по специальности промышленный альпинист. Спустя несколько дней с истцом по телефону связался человек, который представился сотрудником компании АО «О3-Инжиниринг» ФИО4 и предложил работу по специальности истца – малярные и подготовительные работы на высоте на объекте «Комплекс» ЭЛОУ-АВТ» АО «Газпромнефть-ОНПЗ», с заработной платой в размере 100 000 рублей. 

Сотрудник АО «О3-Инжиниринг» предложил встретиться и обговорить предварительные условия трудоустройства на территории ОНПЗ.

Проведя собеседование и уточнив компетенцию и опыт, данный сотрудник пояснил, что истец принят на работу в компанию АО «О3-Инжиниринг» на должность маляра с заработной платой в размере 100 000 рублей. 

19 мая 2020 года между сторонами был заключен трудовой договор, однако второй экземпляр договора истцу предоставлен не был, объяснив это тем, что весь пакет документов, включая трудовой договор, необходимо передать в АО «Газпром-ОНПЗ» на оформление пропуска, после чего истцу будет предоставлен второй экземпляр договора. 

Позже на имя истца был оформлен электронный пропуск на ОНПЗ от АО «О3-Инжиниринг».

Также истец указал, что не переживал по поводу точного оформления трудовых отношений, поскольку работа предполагалась на территории ОНПЗ, условия труда и оплата были обещаны хорошие.

25 мая 2020 года истец был допущен к работе на территории АО «Газпром-ОНПЗ».

Однако, выплата заработной платы по 25 числам каждого месяца не производилась, второй экземпляр трудового договора истцу передан не был. 

На вопросы об оплате представители АО «О3-Инжиниринг» ничего пояснить не могли, от вручения второго экземпляра трудового договора и соблюдения формального трудоустройства уклонялись. 

На основании изложенного, с учетом последующих уточнений, истец просит установить факт трудовых отношений между ним и АО «О3-Инжиниринг», обязать ответчика заключить с истцом трудовой договор в должности маляра-высотника с заработной платой в размере 100 000 рублей с 19 мая 2020 года, взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 164 194 рубля 37 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Впоследствии к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено ООО «Сталкер».

Истец Гайка С.В. о времени, дате и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился.

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности,в судебном заседании просил в удовлетворении заявленных требований отказать, по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Третье лицо ООО «Сталкер» о времени, дате и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направило.

ПАО «Газпром Автоматизация», будучи надлежащим образом извещенным о времени, дате и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило. Представитель третьего лица ФИО6 просила рассмотреть дело в свое отсутствие. 

Выслушав явившихся участников процесса, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ ст. 2 ТК РФ относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15.06.2006 г. принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее – Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В п. 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы. Пунктом 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

Часть 1 ст. 15 ТК РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации существенными условиями трудового договора являются: место работы (с указанием структурного подразделения); дата начала работы; наименование профессии с указанием квалификации в соответствии со штатным расписанием организации или конкретная трудовая функция; права и обязанности работника; права и обязанности работодателя; характеристики условий труда, компенсации и льготы работникам за работу в тяжелых, вредных и (или) опасных условиях; режим труда и отдыха; условия оплаты труда; виды и условия социального страхования, непосредственно связанные с трудовой деятельностью.

В силу ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя.

Трудовой договор, не оформленный надлежащим образом, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения работника к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).

Приём на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (ст. 68 ТК РФ).

Анализ действующего законодательства, а именно статей 56, 61, 65, 66, 67, 68, 91, 129 и 135 ТК РФ, указывает на то, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности и с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда; работник в связи с началом работы обязан передать работодателю соответствующие документы.

Таким образом, основным отличием трудового от гражданско-правового договора является подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка, как правило, с замещением должности в штате организации, чему предшествует прием на работу по личному заявлению, издание приказа (распоряжения) работодателя, в котором указывается профессия или должность, размер заработной платы, дата начала работы, а также внесение записи о работе в трудовую книжку; личное выполнение трудовой функции; выполнение конкретной работы в соответствии со специальностью, квалификацией на определенной должности; оплата труда по установленным нормам. По гражданско-правовым договорам гражданин не подчиняется внутреннему распорядку предприятия, ему оплачивается лишь выполненное поручение (определенная работа).

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст. 15 и 56 ТК РФ.

В силу принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56 и части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В данном случае бремя доказывания факта возникновения и наличия трудовых отношений возлагается на истца.

В соответствии со ст. 19.1 ТК РФ, признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, регулирующего спорные правоотношения, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за живой затраченный труд).

Таким образом, для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации.

На основании ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

В судебном заседании установлено, что 14 января 2019 года между ПАО «Газпром автоматизация» (генеральный строительный подрядчик) и АО «О3-Инжиниринг» (подрядчик) заключен договор строительного подряда № 211/063217 на выполнение строительно-монтажных работ по строительству объекта на территории действующего предприятия АО «Газпромнефть-ОНПЗ» по адресу: 

<

...>, со сроком начала исполнения с 20 мая 2019 года.

В рамках указанного договора на выполнение строительно-монтажных работ были заключены Дополнительные соглашения № 1 от 22 апреля 2019 года, согласно которому подрядчик обязуется выполнить работы по нанесению антикоррозийных покрытий на смонтированные металлоконструкции и оборудования со сроком выполнения работ с 20 мая 2019 года по 29 октября 2019 года и Дополнительное соглашение № 2 от 19 июля 2019 года на выполнение работ по покраске поверхностей оборудования со сроком выполнения работ с 30 июля 2019 года по 29 октября 2019 года. 

Так, на основании письма начальника отдела по соблюдению режима обособленного подразделения ПАО «Газпром автоматизация» в г. Омск ФИО7 в адрес заместителя генерального директора по корпоративной защите АО «Газпромнефть-ОНПЗ» ФИО8 работникам субподрядной организации АО «О3-Инжиниринг» были заказаны пропуска в рамках действующего договора № 211/063217 от 14 января 2019 года для проведения строительно-монтажных работ по строительству «Комплекс ЭЛОУ-АВТ», на территории действующего предприятия АО «Газпромнефть-ОНПЗ» на основании договора генерального подряда на выполнение работ по строительству комплекса ЭЛОУ-АВТ АО «ГАЗПРОМНЕФТЬ-ОНПЗ» № ОНЗ-17/07/100/0015/Р/27 от 29 июня 2017 года в период времени с 18 мая 2020 года по 31 декабря 2020 года, в том числе, Гайке С.В. (л.д. 76-77).

Из содержания заявки начальника отдела по соблюдению режима обособленного подразделения ПАО «Газпром автоматизация» в г. Омск ФИО7 от 25 мая 2020 года следует, что временный пропуск оформлялся Гайке С.В. на основании заключенного с АО «О3-Инжиниринг» трудового договора № 431 от 19 мая 2020 года в должности маляра (л.д. 11). 

Истцом в материалы дела предоставлены копии удостоверений, в частности, удостоверение № 1318 от 25 мая 2020 года, удостоверение № 01/25/20 ОТ от 25 мая 2020 года, удостоверение № ДИ00420057101 от 15 мая 2020 года, фотография попуска, в которых в качестве работодателя ФИО2 указано АО «О3-Инжиниринг» (л.д. 13-14). 

Кроме того, из пояснения представителя истца следует, что Гайка С.В., работая в должности маляра в АО «О3-Инжиниринг» подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка организации, соблюдая режим труда и отдыха.

Стороной истца в материалы дела представлена фотография распорядка рабочего дня, согласно которому рабочий день начинался в 8 час. 35 мин., с 11 час. 00 мин. до 11 час. 20 мин. перерыв, с 13 час. 00 мин. до 14 час. 00 мин. – обед, с 16 час. 00 мин. до 16 час. 20 мин. – перерыв, в 19 час. 00 мин. – окончание рабочего дня. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 указал, что ему предложили работу в АО «О3-Инжиниринг». 26 мая 2020 года познакомился с Гайкой С.В., до этого с истцом был не знаком. Подъехав в организацию, их встретил молодой человек, представившись Иваном, выдал заявку и трудовой договор, в котором они расписались. Договоренность по оплате составляла 100 000 рублей, сезонная работа, а также работа по субботам. К работе приступили 9 июня 2020 года, поскольку 8 июня 2020 года был последний инструктаж. На работе им выдали бытовку, стол, две лавки. График работы был с понедельника по субботу с 8 часов 00 минут – 19 часов 00 минут, с перерывом на обед. С Гайкой С.В. работали вместе в одной бригаде. С АО «О3-Инжиниринг» прекратил трудовые отношения 3 июля 2020 года. 

Суд, оценивая собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу о том, что сложившиеся между истцом и ответчиком отношения необходимо квалифицировать как трудовые, поскольку они возникли на основании фактического допущения ФИО2 к работе у ответчика в должности маляра. При этом, на Гайку С.В. распространяли свое действие правила внутреннего трудового распорядка.

Истец выполнял работу в должности маляра высотника на территории АО «Газпромнефть-ОНПЗ», расположенного по адресу: 

<

...>. Истцу был установлен режим работы ежедневно с 8 до 19 часов, время обеда с 13 до 14 часов. Трудовая функция ФИО2 была заранее определена. Каких-либо актов оказания услуг, из которых бы следовало, что Гайка С.В. получал оплату за конкретные фактически оказанные услуги, представлено не было. 

При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что Гайка С.В. осуществлялось выполнение работы, свойственной соответствующей должности (маляра высотника), выполнение работы осуществлялось на определенном объекте в установленное время и с условием ежемесячной оплатой, не поставленной в зависимость от объема проделанной работы, что свидетельствует именно о трудовых отношениях между истцом и АО «О3-Инжиниринг». 

Отсутствие оформленного трудового договора, приказа о приеме ФИО2 на работу, записи о приеме на работу в трудовой книжке, само по себе не подтверждает отсутствие трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанности по оформлению трудовых отношений (ст.ст. 67, 68 ТК РФ). 

Таким образом, суд находит установленным факт трудовых отношений между Гайкой С.В. и АО «О3-Инжиниринг» в должности маляра в период с 19 мая 2020 года.

При этом, судом считает необходимым отнестись критически к доводам стороны ответчика относительно того, что трудовой договор с Гайкой С.В. был заключен с субподрядной организацией АО «О3-Инжиниринг» - ООО «Сталкер», а не с АО «О3-Инжиниринг», которые выполняли работы на территории АО «Газпромнефть-ОНПЗ» в качестве субподрядной организации.

Так, 24 апреля 2020 года между АО «О3-Инжиниринг» (подрядчик) и ООО «Сталкер» (субподрядчик) заключен договор субподряда № 150202П, согласно которого подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательства в соответствии с действующим законодательством РФ, СНиП, Договором, Приложениями к нему, проектно-сметной, технической, рабочей документацией выполнять работы, согласно Приложению № 1 «Ведомость объемов и стоимость работ», являющемуся неотъемлемой частью договора (л.д. 34-63).

Вместе с тем, согласно ответу на запрос, поступившего из АО «Газпромнефть-ОНПЗ» № 18/026803 от 28 сентября 2020 года, ООО «Сталкер» (ИНН 

<

***>) в качестве субподрядчика для работы на территории АО «Газпромнефть-ОНПЗ» не согласовывалось.

Указанное свидетельствует, что ООО «Сталкер» какие-либо работы на территории АО «Газпромнефть-ОНПЗ» не осуществляло. 

Между тем, в соответствии с представленной в материалах дела сведениям из автоматизированной системы СКУД о проходе Гайка С.В. на территорию АО «Газпромнефть-ОНПЗ», истец осуществлял проход на указанную территорию в период с 8 по 13, с 18 по 20, с 22 по 27 и 29 июня 2020 года, с 2 по 4 и 17 июля 2020 года. 

Кроме того, суд не принимает во внимание доводы стороны ответчика о том, что должность маляра отсутствуют в штатном расписании АО «О3-Инжиниринг», а сведения о Гайке С.В. – в журнале инструктажа по технике безопасности, в правилах внутреннего трудового распорядка, поскольку согласно представленных ответчиком журналов регистрации инструктажа на рабочем месте и регистрации вводного инструктажа АО «О3-Инжиниринг» в данной организации осуществлялись соответствующие инструктажи лиц, осуществляющих работы в должности маляров (л.д. 144-149). 

Сама по себе смена круглых печатей АО «О3-Инжиниринг» факт трудовых отношений между сторонами не опровергает. 

Суд также относится критически к представленному стороной ответчика договору №0000-000431 от 19 мая 2020 года между АО «О3-Инжиниринг» и Гайка С.В., согласно которому истец обязался за вознаграждение выполнить работы: подготовку поверхностей к нанесению системы защитных покрытий и нанесение систем защитных покрытий; подготовительные работы и укрытие технологического оборудования и трубопроводов с применением тепловой изоляции, поскольку представленная копия договора со стороны Гайка С.В. не подписана. 

При этом, представленная АО «Газпромнефть-ОНПЗ» аналогичная копия данного договора, содержащая подпись со Гайка С.В., не может являться доказательством его подписания со стороны истца, так как стороной ответчика оригинал такого договора суду не представлен. В судебном заседании представитель истца факт подписания договора Гайкой С.В. категорически отрицал. 

Иных доказательств наличия между истцом и ответчиком АО «Газпромнефть-ОНПЗ» гражданско-правовых отношений не представлено, материалы дела таковых не содержат. 

Поскольку судом установлен факт трудовых отношений между сторонами, суд считает необходимым возложить на АО «О3-Инжиниринг» обязанность заключить с истцом трудовой договор в должности маляра с 19 мая 2020 года. 

В силу положений ст. ст. 22, 129, 135 работодатель обязан выплачивать работнику в полном размере причитающуюся заработную плату в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 ТК РФ минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом.

Согласно пункту 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2017 г. № 38-П минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, т.е. является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность. В соответствии с ч. 1 ст. 133 ТК РФ величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации, т.е. без учета природно-климатических условий различных регионов страны.

Конкретная сумма минимальной оплаты труда на соответствующий период устанавливается ст. 1 Федерального закона от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» в едином размере для всей Российской Федерации без учета каких-либо особенностей климатических условий, в которых исполняются трудовые обязанности работников.

В силу ст. 1 Федерального закона от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» минимальный размер оплаты труда установленс 1 января 2020 года в сумме 12 130 рублей в месяц.

В соответствии с п. 1 ст. 142ТК РФ, работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно п. 1 ст. 236ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Исходя из положений ст. 133.1 ТК РФ в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.

Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации может устанавливаться для работников, работающих на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, за исключением работников организаций, финансируемых из федерального бюджета.

Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации устанавливается с учетом социально-экономических условий и величины прожиточного минимума трудоспособного населения в соответствующем субъекте Российской Федерации.

В соответствии с положениями Регионального соглашения о минимальной заработной плате в Омской области, заключенного в г. Омске 25.11.2019 № 93-РС, стороны договорились установить с 1 января 2020 года на территории Омской области минимальную заработную плату (без учета районного коэффициента, установленного для Омской области): для работников других работодателей - 12 740 руб.

В судебном заседании установлен факт трудовых отношений между Гайкой С.В. иАО «О3-Инжиниринг».

Представителем истца в материалы дела был предоставлен расчет задолженности по заработной плате, согласно которого сумма задолженности составила 164 194 рубля 37 копеек (л.д. 71а). Согласно произведенному расчету, сумма задолженности по заработной плате истца определена из расчета заработной платы равной 100 000 рублей в месяц. 

Вместе с тем, учитывая, что материалы дела не содержат допустимых доказательств согласованного сторонами размера ежемесячной заработной платы ФИО2, суд приходит к выводу об ином размере месячной заработной платы истца согласно установленной региональным соглашением о минимальной заработной плате в Омской области равной 12 740 рублей.

Данный размер оплаты труда соответствует требованиям ст. 133.1ТК РФ регламентирующей минимальный размер заработной платы.

Суд, не соглашаясь с проведенным представителем истца расчетом, производит собственный.

За основу количества рабочих дней суд берет данные производственного календаря за 2020 год пришестидневной рабочей недели. 

На территории Омской области применяется районный коэффициент в размере 1,15, установленный Постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 17 августа 1971 года №325/24. 

Так, согласно сведениям из автоматизированной системы СКУД о проходе ФИО2 на территорию АО «Газпромнефть - ОНПЗ» за период с 1 января 2020 года по 31 августа 2020 года, в июне 2020 года Гайкой С.В. было отработано 16 рабочих дней, в июле 2020 года 4 рабочих дня. 

Июнь 2020 года: 12 740 рублей/25 (количество рабочих дней согласно производственного календаря)*16 (количество рабочих дней, отработанных истцом Гайкой С.В. в июне 2020 года)= 8 153 рубля 60 копеек * 1,15 = 9 376 рублей 64 копейки.

Июль 2020 года: 12 740 рублей/27*4(количество рабочих дней, отработанных истцом Гайкой С.В. в июле 2020 года)=1 887 рублей 41 копейка * 1,15 = 2 170 рублей 52 копейки.

Таким образом, с ответчика АО «О3-Инжиниринг» в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате в размере 11 547 рублей 16 копеек. 

Удовлетворяя исковые требования истца о компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями статьи 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Поскольку заработная плата Гайке С.В. своевременно не была выплачена, ему был причинен моральный вред, связанный с лишением возможности распорядится своим заработком, содержать себя и свою семью. При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает период трудовой деятельности истца у данного работодателя, период задержки выплаты заработной платы и ее размер, в связи с чем, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей. 

По правилам ст. 103 ГПК РФ с АО «О3-Инжиниринг» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 762 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между Гайкой С.В. и Акционерным обществом «О3-Инжиниринг» с 19 мая 2020 года в должности маляра-высотника.

Обязать Акционерное общество «О3-Инжиниринг» заключить с Гайкой С.В. трудовой договор для работы в должности маляра-высотника с 19 мая 2020 года.

Взыскать с Акционерного общества «О3-Инжиниринг» в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате в размере 11 547 рублей 16 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей. 

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества «О3-Инжиниринг» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 762 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Кировский районный суд г. Омска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья М.Н. Серебренников

Решение изготовлено в окончательной форме 5 октября 2020 года.