Судья Мочалова Т.А. дело № 22-776/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома 10 сентября 2025 года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего Николаевой Е.И.

с участием прокурора отдела прокуратуры Костромской области Моисеевой Е.В.

осужденного ФИО1 

защитника – адвоката Козлова О.А. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шумской-Сколдиновой Н.Е. 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным представлениям государственного обвинителя - прокурора Пыщугского района Костромской области Чепасова Д.А. 

на приговор Павинского районного суда Костромской области от 22 мая 2025 года, которым 

ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, ранее не судимый, 

осужден по ч. 1 ст. 150 УК РФ – к 5 месяцам лишения свободы с последующей заменой на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказанием в виде принудительных работ на тот же срок с удержанием из заработной платы осужденного в доход государства 5%, 

определено к месту отбывания наказания ФИО1 следовать самостоятельно за счет государства в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы по месту жительства, на ФИО1 возложена обязанность по вступлению приговора в законную силу явиться в указанный орган для получения предписания, 

мера пресечения до вступления приговора в законную силу избрана в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

с ФИО1 в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки – расходы по выплате адвокату вознаграждения - в сумме 3460 рублей,

а также на постановление этого же суда от 22 мая 2025 года, которым ФИО1 освобожден от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, уголовное дело в этой части в отношении него прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, 

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что, являясь совершеннолетним, 20 августа 2023 года, используя доверительные отношения с несовершеннолетним ФИО2 №2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, предложил ему нанести из хулиганских побуждений побои несовершеннолетнему ФИО17 и, обманув ФИО2 №2, убедив в безнаказанности таких действий в связи с его возрастом, путем обмана вовлек его в совершение преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 №2 в 

<

адрес> совершил указанное преступление, от уголовной ответственности за совершение которого был освобожден в связи с примирением с потерпевшим на основании постановления мирового судьи судебного участка № 47 Павинского судебного района Костромской области от 17 июля 2024 года. 

Кроме того, органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в нанесении 20 августа 2023 года в 

<

адрес> из хулиганских побуждений побоев несовершеннолетнему ФИО2 №1 В этой части уголовное преследование в отношении ФИО1 судом прекращено в связи с примирением с потерпевшим. 

В апелляционных представлениях на оба судебных решения государственный обвинитель Чепасов Д.А. просит ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона приговор и постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе.

Государственный обвинитель полагает, что суд, назначив осужденному по ч.1 ст. 150 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 5 месяцев, принял незаконное решение о замене назначенного наказания на принудительные работы сроком на 5 месяцев с удержанием из заработной платы осужденного 5 % в доход государства. Исходя из ч. 1 ст. 60 УК РФ, а также п. 22.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы лишь в случаях, когда совершено преступление небольшой или средней тяжести, либо впервые тяжкое преступление, и только тогда, когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкциями соответствующих статей Особенной части УК РФ. Наказание в виде принудительных работ санкцией ч.1 ст. 150 УК РФ не предусмотрено. 

Допущенное судом нарушение является, по мнению государственного обвинителя, существенным, поскольку повлекло за собой назначение несправедливого наказания вследствие его чрезмерной мягкости. Помимо прочего, ошибочное применение норм уголовного закона и, как следствие, неназначение осужденному наказания, препятствует достижению указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ целей наказания. 

Кроме того, в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания судом должны учитываться характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи. Между тем из приговора следует, что при назначении наказания ФИО1 судом в том числе принято во внимание то обстоятельство, что он официально не трудоустроен, фактически данное обстоятельство учтено судом как отрицательно характеризующее личность осужденного. В то же время в соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Принудительный труд запрещен. Таким образом, государственный обвинитель полагает, что отсутствие трудоустройства не подлежит учету при назначении наказания в качестве данных, отрицательно характеризующих личность виновного, и ссылка суда на указанное обстоятельство подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. 

При назначении наказания ФИО1, суд первой инстанции также учел, что он впервые совершил два преступления, одно из которых небольшой тяжести, а другое относится к категории средней тяжести. Вместе с тем, постановлением Павинского районного суда Костромской области от 22.05.2025 года уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением сторон. Совершение ФИО1 преступления небольшой тяжести впервые не подлежало учету при назначении осужденному наказания. 

При принятии решения о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела по факту причинения побоев ФИО2 №1 в связи с примирением сторон судом указано, что ФИО1 органом внутренних дел и органом местного самоуправления по месту фактического жительства характеризуется положительно, воспитывался в приемной многодетной семье, с которой поддерживает хорошие отношения, впервые совершил преступление небольшой степени тяжести, загладил причиненный преступными деяниями вред путем принесения извинений. 

Вместе с тем, как указано в апелляционном представлении, из содержания ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ, п. 9 постановления Пленума Верховного Суда т 27.06.2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» следует, что освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирение лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживание причиненного ему вреда. В силу абз. 3-4 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь ввиду, прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред. Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, от вида умысла. 

По мнению государственного обвинителя, указанные требования закона при принятии решения по уголовному делу в отношении ФИО1 судом не выполнены, поскольку не учтено волеизъявление самого несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2 №1, в судебном заседании выяснена позиция относительно возможности прекращения уголовного дела исключительно законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО12, который сообщил, что ФИО2 №1 примирился с ФИО1, последний загладил ему ущерб. Позиция самого ФИО2 №1 не исследовалась, в заседании суда первой инстанции несовершеннолетний потерпевший участия не принимал. 

Как указано в апелляционном представлении, судом не был учтен ряд обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, в том числе то, что преступление, в совершении которого обвинялся ФИО1, направлено против интересов несовершеннолетнего, посягало на его моральную и физическую неприкосновенность. Оставлено без внимания то обстоятельство, что в качестве условия освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, предусмотрено полное заглаживание вреда, причиненного преступлением, а вывод суда о том, что ФИО1, принеся потерпевшему извинения, загладил вред, причиненный потерпевшему, не мотивирован, признание вины и положительные характеристики не относятся к таковым действиям. Не учтены данные характеризующие личность ФИО1, позволяющие судить о степени общественной опасности совершенного деяния и отношении к содеянному самого ФИО1 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представлений, выслушав прокурора, поддержавшего апелляционные представления, осужденного и его защитника, не согласившихся с апелляционными представлениями, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Фактические обстоятельства уголовного дела, изложенные судом в описательно-мотивировочной части приговора, установлены правильно, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 150 УК РФ, основаны на совокупности исследованных судом доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре и совокупность которых является достаточной для признания ФИО1 виновным, всем доказательствам суд дал в приговоре надлежащую объективную оценку, учел все обстоятельства, которые могли повлиять на выводы о виновности ФИО1 

Так, суд в приговоре подробно проанализировал оглашенные в судебном заседании в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона показания ФИО2 №2, который показал, что ДД.ММ.ГГГГ, когда ему было 17 лет, он на улице в 

<

адрес> по предложению ФИО1, который убеждал его в том, что ему, как несовершеннолетнему, «ничего не будет», используя малозначительный повод, под предлогом «разобраться» с подростками, которые ранее приходили домой к ФИО1, разговаривали с его родителями, разыскивали пропавшие вещи, нанес побои несовершеннолетнему ФИО17. Сам же ФИО1 в это время также нанес побои другому несовершеннолетнему. 

Из оглашенных в суде показаний Свидетель №1 – матери ФИО2 №2 следует, что ее сын длительное время общался с ФИО1, проживал с ним в съемной квартире во время обучения в 

<

адрес>. Она замечала, что сын прислушивается к мнению ФИО1 и поддерживает его, ФИО1 в том числе в силу старшего возраста имеет на него влияние; обстоятельства, по поводу которых якобы необходимо было разобраться с несовершеннолетними ФИО17 и ФИО2 №1, касались только ФИО1, именно он возмущался, что те приходили к нему домой, разыскивали его, разговаривали о нем с его родителями. 

Каких-либо оснований не доверять сообщенным ФИО2 №2 сведениям у суда не имелось, перечисленные, а также иные приведенные в приговоре суда доказательства явно указывают на совершение ФИО1 действий, образующих объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 150 УК РФ, его действия судом квалифицированы правильно.

При назначении наказания судом в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ учтены характер и степень содеянного, данные о личности ФИО1, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи. Исходя из указанных обстоятельств, а также в соответствии с санкцией ч.1 ст. 150 УК РФ суд обоснованно признал необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 5 месяцев. 

Оснований для признания иных помимо названных в приговоре обстоятельств смягчающими наказание не имеется. 

С доводами апелляционного представления государственного обвинителя о необоснованном учете судом факта отсутствия у ФИО1 официального трудоустройства как отрицательно характеризующего его личность обстоятельства в данном конкретном случае согласиться нельзя. Из приговора буквально следует, что при назначении наказания суд принял во внимание то, что ФИО1 хотя и не трудоустроен официально, но имеет постоянный заработок. В таком контексте указание суда на отсутствие у ФИО1 официального трудоустройства нельзя признать свидетельствующим о том, что это обстоятельство признано судом негативным, отрицательно характеризующим осужденного, напротив, судом отмечено, что ФИО1 работает, то есть занят трудом, что является положительной характеристикой.

Наказание судом ФИО1 назначено только за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 150 УК РФ, по ст. 116 УК РФ ему наказание не назначалось. Само по себе излишнее упоминание судом в приговоре о том, что ФИО1 совершил также предусмотренное ст. 116 УК РФ преступление небольшой тяжести, сопровождающееся указанием на то, что в данной части обвинения уголовное дело в отношении него прекращено, не свидетельствует о том, что судом при назначении ему наказания по ч.1 ст. 150 УК РФ учитывался также факт совершения и другого преступления.

Вместе с тем, доводы апелляционного представления государственного обвинителя о необоснованной замене назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы принудительными работами заслуживают внимания, за исключением доводов о том, что эту ошибку суда, неправильно применившего уголовный закон при назначении наказания, возможно устранить только путем направления уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. 

В соответствии с ч.1 ст. 53.1 УК РФ принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ. Санкцией ч.1 ст. 150 УК РФ, по которой осужден ФИО1, наказание в виде принудительных работ не предусмотрено, а потому суд не вправе был принимать решение о замене назначенного осужденному наказания в виде лишения свободы принудительными работами. Указание об этом, равно как и о самостоятельном следовании ФИО1 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы по месту жительства, и о его обязанности получить такое предписание подлежит исключению судом апелляционной инстанции из приговора путем вынесения в соответствии со ст. 389. 26 УПК РФ апелляционного постановления об изменении приговора без возвращения уголовного дела на новое судебное разбирательство. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда об отсутствии оснований для применения к ФИО1 в соответствии со ст. 73 УК РФ условного осуждения. Вывод об этом в приговоре никак не мотивирован. В то же время ФИО1 совершил впервые преступление средней тяжести, в целом характеризуется положительно, его исправление возможно без реального отбывания им наказания. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает возможным применить к ФИО1 условное осуждение, о чем также просил государственный обвинитель в судебных прениях. 

Иных оснований для изменения приговора суда нет. Остальные перечисленные в ст. 299 УПК РФ вопросы решены судом в приговоре правильно. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено. 

Что касается постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 в части предъявленного ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, то вопреки доводам апелляционного представления оснований для отмены принятого судебного решения не имеется, поскольку все предусмотренные ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ условия для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности за совершение этого преступления и прекращения в отношении него уголовного преследования в соответствующей части имелись. 

ФИО1 впервые совершил преступление небольшой тяжести, примирился с потерпевшим, полностью - в объеме и пределах, определенных самим потерпевшим, - загладил причиненный ему вред, что позволяло суду принять в отношении ФИО1 указанное решение. 

В материалах уголовного дела имеется заявление, подписанное собственноручно как потерпевшим ФИО2 №1, так и его законным представителем ФИО12 (т.2 л.д. 243), из которого ясно следует воля потерпевшего о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 в связи с примирением с ним, в заявлении указано о заглаживании причиненного вреда принесенными извинениями, которых потерпевшему достаточно. Каких-либо оснований ставить под сомнение изложенное в этом заявлении у суда оснований не было, законный представитель потерпевшего в судебном заседании также подтвердил желание ФИО2 №1 о прекращении уголовного дела в связи с примирением с ФИО1

Сам по себе несовершеннолетний возраст потерпевшего на момент совершения преступления не являлся препятствием для принятия судом решения о прекращении уголовного преследования в указанной части в отношении ФИО1, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит запрета или каких-либо особых условий для прекращения уголовных дел о преступлениях, потерпевшими от которых являлись несовершеннолетние. Искусственное создание препятствий для применения норм уголовного закона, направленных на гуманизацию уголовной репрессии, недопустимо. 

Кроме того, к настоящему времени предусмотренный п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за совершение указанного преступления истек, в связи с чем отмена принятого судом решения о прекращении в отношении него уголовного преследования в указанной части с направлением дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции не имела бы и процессуального смысла. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Павинского районного суда Костромской области от 22 мая 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из приговора указание суда о замене назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы принудительными работами, о самостоятельном следовании его к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, выданным территориальным органов уголовно-исполнительной системы по месту жительства, и о его обязанности получить такое предписание, 

на основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 5 месяцев считать условным с испытательным сроком 1 год. Обязать ФИО1 в течение испытательного срока периодически – раз в месяц- являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление условно осужденных, не менять без уведомления указанного органа постоянное место жительства или место пребывания,

в остальном приговор суда, а также постановление Павинвского районного суда Костромской области от 22 мая 2025 года о прекращении в отношении ФИО1 уголовного преследования в части предъявленного ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, - оставить без изменения, а апелляционные представления государственного обвинителя - прокурора Пыщугского района Костромской области Чепасова Д.А. – без удовлетворения. 

Кассационные жалобы, представление могут быть поданы во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Павинский районный суд Костромской области в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Судья Е.И. Николаева