Дело № 2-452/18

Поступило в суд 01.12.2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 сентября 2018 года гор. Новосибирска

Кировский районный суд гор. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи И.С. Кузовковой,

При секретаре К.О. Харченко

С участием прокурора Кировского района

гор. Новосибирска ФИО1

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующей в интересах ФИО3 к ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» о взыскании расходов, утраченного заработка, компенсации морального вреда, платежей,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2, действующая в интересах ФИО3, обратилась в суд с иском к ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» ( ГБУЗ НСО « ГНОКБ») о взыскании расходов, утраченного заработка, компенсации морального вреда, убытков.

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был в плановом порядке госпитализирован в ГБУЗ НСО «Государственная новосибирская областная клиническая больница». 

Согласно медицинской карте стационарного больного № указан диагноз – 

<

данные изъяты>.

Таким образом, уже на этапе поступления пациента в больницу имеется нарушение – неясен установленный диагноз. 

Исследования, проведенные пациенту при поступлении, сделаны не в полном объеме, что подтверждается проведенной ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ экспертизой качества медицинской помощи по поручению ООО СК «Ингосстрах-М» в 

<

адрес> актом экспертизы №; при выполнении перечисленных методов обследования возможно было выполнить точное диагностирование патологии и, как следствие, выбрать правильно профиль и метод лечения. Также не были проведены консультация и осмотр врача отделения сосудистой хирургии. 

Диагноз, установленный в предоперационном эпикризе – 

<

данные изъяты> Таким образом, проведенная ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ операция является не спланированной, а предоперационное обследование не проведено. Согласно акту экспертизы № клинический диагноз был установлен во время проведения операции, что недопустимо в отношении планового пациента, а сама операция должна была проводиться для операций на сосудах, а не в отделении челюстно-лицевой хирургии. Соответственно необходимые диагностические мероприятия праведны ФИО3 не своевременно, не в полно объеме, что привело к ухудшению здоровья пациента. 

В протоколе операции от ДД.ММ.ГГГГ нет сведений об объеме кровопотери. Объем кровопотери указан в наркозной карте. 

Также имеется исправление времени в наркозной карте пациента, что в совокупности в другими нарушениями свидетельствуют о некачественном проведении оперативного вмешательства. 

В постоперационном периоде ФИО3 должен был находиться в отделении интенсивной терапии и получать соответствующую терапию, что подтверждается актом экспертизы №. Однако, пациент не был переведен из отделения челюстно-лицевой хирургии вплоть до момента, когда потребовалось реанимировать его. Также ФИО4 был экстурбирован. 

После окончания операции в соответствии с записями медицинской карты стационарного больного № имело место кровотечение из сонной артерии. Вероятной причиной нарастания тяжести состояния пациента явилось нарушение кровоснабжении головного мозга в результате тромбоза. 

ДД.ММ.ГГГГ неврологом установлен диагноз – 

<

данные изъяты>.

Согласно акту экспертизы № невыполнение, несвоевременное выполнение или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколам лечения) по вопросам оказания медицинской помощи привели к ухудшению состояния здоровья ФИО3

После оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 является 

<

данные изъяты>. 

Таким образом, медицинская услуга ответчиком оказана ФИО3 с существенным недостатком, повлекла тяжкий вред его здоровью, причинению боли, не достижение запланированного результата, утратой общей и профессиональной трудоспособности, причинением материального и морального вреда.

При оказании медицинской помощи ФИО3 в больнице были нарушены: своевременность оказания медицинской помощи; правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи; степень достижения запланированного результата.

Таким образом, у ФИО3 имеются все основания, для полного возмещения убытков, причинённых ему существенными недостатками выполненной работы.

Общая сумма понесенных истцом расходов, вызванных восстановлением после повреждения здоровья, составляет 7 320,65 рублей.

После оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ в больнице ФИО3 является 

<

данные изъяты>. 

ФИО4 находился на больничном листе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а следовательно в данный период он не получал заработную плату. При этом, нахождение на госпитализации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вызвано некачественно проведенной ДД.ММ.ГГГГ операцией и некачественным постоперационным лечением и уходом за пациентом.

Следовательно, утраченный заработок подлежит возмещению за все время нахождения работника на больничном, а также в случае частичной или полной утраты им трудоспособности. 

Утраченный заработок – это та зарплата ФИО3, которую он имел бы, если бы не получил травму, вызванную дефектом оказания медицинской помощи.

Утраченный заработок подлежит взысканию с причинителя вреда – ответчика в полном размере – №%, несмотря на то, что работнику было выплачено пособие по временной нетрудоспособности.

Таким образом, ФИО3 имеет право на возмещение №% суммы утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно. 

Утраченный заработок рассчитывается в процентах к его среднему месячному заработку до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, что подтверждается справками о доходах ФИО3 за ДД.ММ.ГГГГ. Среднемесячный заработок потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка за двенадцать месяцев работы, предшествующих повреждению здоровья, на двенадцать (с. 3 ст. 1086 ГК РФ), что составляет 29 079,97 рублей.

Общая сумма утраченного заработка с индексацией за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 186 284,26 рублей.

Степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность, в результате повреждений здоровья, полученных, в том числе, в результате дефектов оказания медицинской помощи.

До возникновения в результате дефектов оказания медицинской помощи заболевания ФИО3 работал формовщиком изделий, конструкций и строительных материалов 3 разряда. Эта профессиональная деятельность должна приниматься за основу при определении степени утраты профессиональной способности ФИО3

Возникшее у ФИО3 в результате некачественно оказанной медицинской помощи заболевание не позволяет ему осуществлять профессиональную деятельность формовщика изделий, конструкций и строительных материалов 2 разряда даже в специально созданных условиях труда, что свидетельствует о №% утрате профессиональной трудоспособности.

Сумма, подлежащая возмещению утраченного заработка, в связи с утратой на №% профессиональной трудоспособности со дня причинения вреда здоровью и по ДД.ММ.ГГГГ составляет 2 555 612,12 рублей.

Ежемесячные платежи в счет возмещения утраченного заработка в связи с утратой на № % профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ (с момента подачи искового заявления) составляют – 44 783,15 рублей.

Ответчик своей вины не признавал и даже после проведенной экспертизы качества оказания медицинской помощи, которая нашла дефекты в оказании медицинской помощи – не признал, соответственно никаких выплат ФИО3 не делал. Таким образом, ответчик виновен в несвоевременных выплатах истцу причитающихся ему платежей в счет возмещения вреда здоровью.

ФИО3 после оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ был признан 

<

данные изъяты>. В результате ФИО3 испытывает тяжелый стресс, связанный с ухудшением качества жизни во всех сферах. В результате дефектов оказания медицинской помощи и развития в связи с этим заболевания пострадали не только здоровье истца, но и благополучие его семьи и близких, материальная обеспеченность, хорошая работа.

В результате некачественного оказания медицинской помощи пациент перенес физическую боль, пережил эмоциональный стресс, который сопровождался чувствами обиды, негодования, униженного достоинства, привселюдно обиженной чести, тревоги за свое здоровье, спустя всего сутки после оперативного вмешательства потребовалась новая операция, истец был вынужден проходить последующее длительное стационарное лечение. 

Следствия события, которое произошло, потащили за собой продолжительное расходование продуктивного жизненного времени; обусловили необходимость привлечения физических, душевных и материальных ресурсов, нуждаемость в компенсаторных возможностях ради их преодоления, что наносило дополнительные негативные переживания. Были нарушены актуальные жизненные планы.

В связи с перенесенным стрессом до сих пор остаются такие относительные характерологические изменения, как мнительность, подозрительность, настороженность в контактах с окружающими, повышенная тревожность, чувствительность обидчивость, ситуационная неуверенность, фиксированность на переживаниях, ощущение собственной физической неполноценности. Последствия перенесенного телесного повреждения ограничивают формы и способы проведения свободного времени, возможности полезных нагрузок организма, вызывают переживания тревоги, опасений, ожидания возможных неприятностей и ухудшают текущее психоэмоциональное состояние.

На момент оказания некачественной медицинской помощи истцу было № года. Теперь же он признан 

<

данные изъяты> и уже не сможет прожить полноценную жизнь, которой живут здоровые люди. 

<

данные изъяты> он признан бессрочно. На сегодняшний день диагноз, установленный истцу: 

<

данные изъяты> В 

<

данные изъяты> 

Истец полагает необходимым возместить ФИО3 моральный вред в размере 12 000 000 рублей.

Помимо морального вреда, причиненного здоровью ФИО3, оказанной некачественной медицинской помощью, ему также причинен моральный вред вследствие нарушения прав пациента, как потребителя медицинских услуг, а именно право на оказание качественной медицинской помощи, не достижение запланированного результата, информирования.

Таким образом, моральный вред, причиненный ФИО3 как потребителю медицинских услуг, истец оценивает в 1 000 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ ответчику была направлена претензия с просьбой добровольно удовлетворить указанные требования истца. Претензия ответчиком в добровольном порядке не удовлетворена.

В соответствии с п. 6 ст. 13 ФЗ «О защите прав потребителей», в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50% суммы удовлетворенной судом в пользу ФИО3

На основании изложенного, с учетом уточнений заявленных требований, истец просил взыскать с ГБУЗ НСО «Государственная новосибирская областная клиническая больница» в пользу ФИО3 расходы вызванные восстановлением после повреждения здоровья в сумме 7 320,65 рублей, утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом индексации в размере 192 701,18 рублей, утраченный заработок, вызванный утратой №% профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с учетом индексации в размере 3 018 452,12 рублей, компенсацию морального вреда, причиненного в результате ухудшения здоровья в размере 12 000 000 рублей, компенсацию морального вреда за нарушение прав потребителя медицинской услуги в размере 1 000 000 рублей, штраф в размере №% от суммы удовлетворенной судом в пользу ФИО3 

Обязать ответчика выплачивать в пользу истца в счет возмещения утраченного заработка в связи с утратой №% профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ в размере 29 079,97 рублей с учетом индексации 44 783,15 рублей с последующей индексации бессрочно.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, была извещена о дне, времени, месте судебного разбирательства надлежащим образом, обеспечила явку представителя ФИО5, которая заявленные требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении, представила суду письменные пояснения, приобщенные к материалам дела, которые полностью подтвердила. Указав дополнительно, что пациент не был надлежащим образом информирован о последствия оперативного вмешательства, что является нарушением действующего законодательства.

В судебном заседании представитель ответчика – ГБУЗ НСО «Государственная новосибирская областная клиническая больница» - ФИО6 с заявленными требованиями не согласилась, представила суду письменные возражения, доводы которого поддержала, указав, что учетом заключений врачебной комиссии, ситуация, произошедшая с ФИО3, квалифицирована как несчастный случай в медицине. Считает, что вина ответчика не доказана, отсутствует причинно следственная связь, в связи с чем, оснований для привлечения ответчика к ответственности не имеется.

Помощник прокурора 

<

адрес> Е.В. в заключении полагала, что заявленный иск подлежит частичному удовлетворению, требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат взысканию в разумных пределах.

Суд, исследовав материалы дела, заслушав стороны, мнение специалистов, показания свидетеля, заключение прокурора, приходит к следующему.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Статьей 98 указанного Закона установлено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный здоровью гражданина вследствие конструктивных или иных недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

По смыслу указанной нормы обязательство по возмещению вреда возникает независимо от вины причинителя, т.е. для возникновения соответствующего обязательства достаточно наличия вреда у потерпевшего и причинной связи между противоправным поведением продавца (или изготовителя) и возникшим у потерпевшего вредом. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем). 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии со статьей 4 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1, исполнитель обязан оказать потребителю услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать потребителю услугу, соответствующую обычно предъявляемым к ее качеству требованиям.

Оказание ответчиком истцу услуги ненадлежащего качества является нарушением прав потребителя, в связи с чем, на основании пункта 1 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" ответчик несет ответственность, предусмотренную законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме. 

В соответствии со статьей 14 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.

Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда, статьи 15 Вышеуказанного закона.

В соответствии со ст. 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации, и п. 5 статьи 14 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей", исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Из системного анализа приведенных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный вследствие недостатков оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда в результате действий медицинских работников при оказании медицинской помощи, виновное поведение причинителя вреда, причинная связи между этими двумя элементами.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также представленной суду медицинской документации, ФИО3 находился на стационарном лечении в ГБУЗ НСО « Государственная Новосибирская областная клиническая больница» дважды.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец был помещен в стационар ГБУЗ НСО « НОКБ» по направлению ГБУЗ НСО « 

<

адрес> больница», при поступлении указан диагноз - « опухоль левой боковой поверхности шеи».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 поступил в стационар повторно, при поступлении был установлен диагноз - « 

<

данные изъяты>».

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была проведена операция по удалению хемодектомы слева. Резекция остиального фрагмента внутренней сонной артерии, реимплантация ее в общую сонную артерию. Перевязка наружной сонной артерии.

При этом, из медицинской документации следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 были даны разъяснения о характере, степени тяжести и возможных осложнениях его здоровья, дано согласие на оперативное вмешательство.

Из представленного суду заявления, подписанного ФИО7, следует, что он понимает необходимость предлагаемого ему обследования и лечения, целиком и полностью доверяет врачу, осознает, что абсолютных гарантий положительных результатов как медицинского вмешательства так и лечения в целом дано быть не может.

Таким образом, доводы истца о том, что информация о возможных последствиях не была доведена до пациента, не нашли своего подтверждения.

Обосновывая заявленные требования, истец указала, что после проведения оперативного вмешательства ответчиком, её сыне - ФИО3 стал 

<

данные изъяты>. Полагает, что медицинская услуга была оказана ненадлежащего качества, в результате чего, истцу был причинен тяжкий вред здоровью.

Их материалов дела следует, что на основании решения Тогучинского районного суда НСО от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был 

<

данные изъяты> ( л.д.131-132 том 1).

На основании постановления 

<

адрес> НСО от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

данные изъяты> ФИО3 ( л.д.133-134 том 1).

Согласно справки № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ установлена 

<

данные изъяты> срок до ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 147 том 2).

Согласно справки № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ повторно установлена 

<

данные изъяты> ( л.д.227-228 том 1).

Согласно индивидуальной программе реабилитации №, выдаваемая государственными учреждениями медико-социальной экспертизы к акту освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 противопоказана трудовая деятельность, нуждается в постороннем уходу, бессрочно нуждается в проведении реабилитационных мероприятий с применением ТСР ( л.д.148-150 том 2).

Согласно удостоверению ФИО3 назначена 

<

данные изъяты> в размере 8704,12 рублей ( л.д.151 том 2).

Обосновывая заявленные требования, истец ссылается на экспертные заключения экспертов качества медицинской помощи, в соответствии с которыми, были установлены следующие дефекты медицинской помощи: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартам медицинской помощи и ( или) клиническим рекомендациям ( протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, приведших у ухудшению с состояния здоровья застрахованного лица ( л.д.59-73 том 1)

По ходатайству сторон, судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов ФБГБ ВОУВО « Военно-медицинская академия им. С.М.Кирова» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в результате исследования материалов дела, а также содержащихся в медицинских документах, сопоставления по периодам медицинского наблюдения со сведениями, составляющими специальные знания в отношении проявлений диагностировавшихся патологических процессов, экспертами сделаны следующие выводы, на поставленные судом вопросы.

При первичной госпитализации ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ НСО « ГНОКБ» ФИО3 на основании жалоб, результатов объективного обследования, данных лабораторных исследований был установлен предварительный диагноз : « 

<

данные изъяты>».

На основании результатов гистологического исследования лимфатического узла, удаленного в ходе операции, был сделан следующий диагноз: хронический 

<

данные изъяты>.

Поэтому объем выполненных в стационаре диагностических мероприятий следует считать неполным. Для утончения причины патологических изменений в верификации диагноза требовалось продолжение диагностического поиска с выполнением инструментальны исследований ( УЗИ мягких тканей шеи и сонной артерии, МРТ, МСКТ, каротидная ангиография)

При повторной госпитализации ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в отделение челюстно-лицевой хирургии ГНОКБ для планового хирургического лечения пациенту, на основании объективного обследования и ранее полученных данных гистологического исследования (от ДД.ММ.ГГГГ), установлен правильный, но не полный предоперационный диагноз: « 

<

данные изъяты>. 

Вышеуказанные инструментальные исследования, необходимые для уточнения характера и причины патологических изменений в области шеи пациента, проведены не были. 

Не полный объем предоперационного обследования при плановой госпитализации в отделение челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» не позволил своевременного (до операции) установить ФИО3 диагноз основного заболевания. 

Таким образом, в период обеих госпитализаций пациента имелись недостатки (дефекты) диагностического процесса.

Оперативное вмешательство, выполненное ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ проведенного хирургической бригадой в составе: сосудистого хирурга ( заведующий 18 хирургическим отделением) и челостно-лицевого хирурга. При этом во время операции присутствовал заведующий отделением челюстно-лицевой хирургии. Профильный состав хирургической бригады соответствовал объему операции.

В связи с чем, перевод больного в ходе проведения хирургической операции в другое отделение (в том числе сосудистой хирургии) был нецелесообразен. Какое-либо оборудование, которое не является мобильным в пределах объединенного операционного блока, при проведении оперативного вмешательства в данном случае не требовалось. 

Неврологических признаков расстройства мозгового кровообращения по ишемическому типу в бассейне оперированной артерии в ближайшем послеоперационном периоды у пациента не отмечалось, что свидетельствует об отсутствии гипоксии и ишемического повреждения головного мозга во время операции.

Экспертная комиссия отмечает, что при пережатии левой сонной артерии ФИО8 какие-либо меры хирургической защиты головного мозга от гипоксии не требовались и в конкретном случае не применялись. Специфический фармологических методов интраоперационной защиты головного мозга от гипоксии не существует.

В протоколе указано время пережатия общей сонной артерии – 25 минут, что является допустимым и при отсутствии выраженного нарушения кровотока по другим мозговым сосудам, не приводит к клинически значимому кислородному голоданию головного мозга.

В протоколе операции время пережатия внутренней и наружной сонной артерии пациента не указано. Однако, следует заметить, что наружная и внутренняя сонные артерии являются ветвями общей сонной артерии. Поэтому время ее пережатия будет соответствовать времени выключения из кровотока и ее ветвей. Следовательно, для оценки отсутствия кровотока по наружной им внутренней санным артериям достаточно значения времени пережатия общей сонной артерии, которой было зафиксировано в протоколе.

Какие-либо недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи в ходе проведения ФИО3 оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ не установлены.

Из представленных медицинских документов следует, что по согласованию с сосудистым хирургом для профилактики тромбообразования в бассейне левой сонной артерии пациенту (интраоперационно и после операции) своевременно и правильно было достигнуто запланированное контролируемое снижение свертываемости крови. В результате указанного антитромботического метода защиты пациента было достигнуто запланированное контролируемое снижение свертываемости крови. 

После оперативного вмешательства, выполненного в условиях общей, комбинированной анестезии с интубацией трахеи и искусственной вентиляцией легких, ФИО3 в раннем послеоперационном периоде был обоснованно экстубирован (переведен на спонтанное дыхание) и своевременного по показаниям помещен в отделение реанимации. 

Каких-либо нарушений (несоответствий) в преемственности лечебных мероприятий в отношении пациента после оперативного вмешательства не установлено.

В послеоперационный период консультации (осмотры) сосудистого хирурга были абсолютно показаны (необходимы) пациенту.

Согласно данным медицинской документации в послеоперационном периоде, на протяжении всего периода пребывания в отделении анестезиологии и реанимации, ФИО3 был неоднократно (7 раз) консультирован сосудистым хирургом.

При оказании ФИО3 медицинской помощи в ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» экспертной комиссией выявлены следующие недостатки (дефекты):

недостатки диагностики:

- не установлен диагноз основного заболевания – каротидной хемодектомы (параганглиомы) – в период первичной госпитализации (19.07 -ДД.ММ.ГГГГ) в отделение челюстно-лицевой хирургии;

- несвоевременная диагностика основного заболевания - каротидной хемодектомы (параганглиомы) – в период повторной госпитализации (с ДД.ММ.ГГГГ) в отделение челюстно-лицевой хирургии.

2) недостатки хирургического лечения:

- несвоевременное начало (спустя 2 часа 15 минут после первых признаков кровотечения из раны) и недостаточный объем послеоперационной ревизии раны при возникновении осложнения – кровотечения из раны и образования внутритканевой гематомы левой половины шеи.

В связи с вышеизложенным, медицинскую помощь, оказанную ФИО3 в ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница», нельзя признать надлежащей.

Однако, у комиссии экспертов нет оснований достоверно утверждать, что надлежащее оказание медицинской помощи – своевременная диагностика основного заболевания (

<

данные изъяты>) и своевременная в достаточном объеме ревизия послеоперационной раны с удалением гематомы – могла достоверно прерывать цепь последовательных паталогических процессов, приведших к тяжелым неврологическим последствиям у ФИО3

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

На момент последнего осмотра невролога от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 нуждался в проведении комплекса реабилитационных мероприятий, которые прежде всего, должны были быть направлены на 

<

данные изъяты> и включать в себя медикаментозную, физическую стимуляцию, а также мультисенсорную стимуляцию (зрительную, слуховую, вкусовую, тактильную и т.д.).

<

данные изъяты>

Решение вопроса о размере утраты общей (вне рамок определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека) и профессиональной трудоспособности требует применения специальных зданий в области медико-социальной экспертизы и не входит в компетенцию судебно-медицинского эксперта ( л.д. 23-66 том 2).

В ходе судебного разбирательства, судом были заслушаны специалисты ФИО9 и ФИО10, которые представили суду письменные заключения по существу, приобщеные к материалам дела.

Согласно заключению ФИО11, являющего врачом-экспертом в области судебной медицины следует, что при оказании медицинской помощи ФИО3 КГБУЗ НСО « ГНОКБ» были установлены следующие дефекты:

- отсутствие проведение полного объема диагностических мероприятий при первичной и повторной госпитализации, повлекшие за собой отсутствие установление диагноза основного заболевания при первично и повторной госпитализации ( пациент взят на операцию без обследования и установленного клинического диагноза основного заболевания);

- отсутствие проведения дифференциальной диагностики заболевания с другими заболеваниями лимфатических сосудов и узлов;

-отсутствие анализа данных, полученных во время операции при первичной госпитализации;

-нарушение преемственности лечебных мероприятий;

-неправильное послеоперационное ведение больного с диагнозом «хемодектома»;

-дефекты медицинской документации.

Полагает, что имеется прямая причинно-следственная связи между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и наступившими негативными последствиями для его здоровья ( л.д.109-111 том 2).

По заключению специалиста по челюстно-лицевой хирургии - ФИО10, являющегося профессором по кафедре хирургической стоматологии, доктором медицинских наук следует, что он не разделяет точки зрения экспертной комиссии о вероятной несостоятельности сосудистого шва ( швов) сонной артерии в раннем послеоперационной периоде на фоне контролируемой пониженной свертываемости крови, что привело к осложнению – кровотечению. Промокание повязки геморрагическим содержимым и отек мягких тканей в ранцем послеоперационной периоды характерны для ран шеи и могут быть обусловлены не только несостоятельностью шва, но и наличием рубцовых тканей в зоне оперативного вмешательства, что могло иметь место у ФИО3, ранее подвергавшегося неоднократно хирургическим вмешательствам в области шеи.

Полагает, что причиной раздражения блуждающего нерва с остановкой сердца явилась не гематома шеи, произошла во время фиброоптической интубации трахеи вследствие повышенной рефлексогенности зоны верхних дыхательных путем, обусловленной в том числе, наличием зоны оперативного вмешательства и отеком этой зоны. ( л.д.136-138 том 2).

При этом, специалист ФИО10 также указал, что своевременные диагностические мероприятия пациенту должны были быть проведены, однако, этого сделано не было. Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО12 пояснил, что является заведующим отделением челюстно-лицевой хирургии в ГБУЗ НСО « ГНОКБ». В ДД.ММ.ГГГГ при проведении операции ФИО3 не участвовал, в 23-05 часов был вызван в отделение реанимации по вызову дежурного врача. Им были приняты меры по снятию повязки, кровотечения при этом не отмечалось. Пациент был в сознании, в целом состояние здоровья больного опасения не вызывало. Он наблюдал за больным 20-30 минут, затем в 01 час был повторный вызов. Больной был заинтубирован. Причина осложнений была не ясна. Для исключения негативных обстоятельств, был снят один шов, разведены края раны при помощи зажима, увидели отек, шея больного умеренно припухла. Все действия были проведены в соответствии с медицинскими стандартами.

Проанализировав представленные в суд доказательства, в том числе, письменное заключение комиссии экспертов, заслушав мнение специалистов, в совокупности с материалами гражданского дела, суд приходит к выводу, что исследованными в судебном заседании доказательствами объективно подтверждается факт ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО3 при оказании ему медицинской помощи ГБУЗ НСО « ГНОКБ».

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Заключение специалиста в гражданском процессе может оцениваться всеми участниками судебного разбирательства. 

Суд руководствуется экспертным заключением, поскольку оно дано компетентной комиссией экспертов, с учетом всех представленных на экспертизу медицинских документов.

Оснований сомневаться в компетенции экспертов экспертной комиссии, а также в объективности и действительности выводов экспертного заключения, у суда не имеется. 

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы, комиссией указано, что нет оснований достоверно утверждать, что надлежащее оказание медицинской помощи – своевременная диагностика основного заболевания (каротидной хемодектомы) и своевременная в достаточном объеме ревизия послеоперационной раны с удалением гематомы – могла достоверно прерывать цепь последовательных патологических процессов, приведших к тяжелым неврологическим последствиям у ФИО3

Таким образом, в данной части, комиссия экспертов указала на вероятность наличия причинно-следственной связи между имеющимися недостатками и наступившими последствиями.

Суд приходит к выводу о том, что в указанном случае усматривается дефект лечения в связи несвоевременной диагностикой заболевания истца, как при первичной, так и при повторной госпитализации, не проведение полного объема диагностических мероприятий госпитализации, повлекшие за собой отсутствие установление диагноза основного заболевания; - отсутствие анализа данных, полученных во время операции при первичной госпитализации; - недостаточный объем послеоперационной ревизии раны при возникновении осложнения; отсутствие проведения дифференциальной диагностики заболевания с другими заболеваниями лимфатических сосудов.

Суд полагает, что собранные по делу доказательства, в совокупности, свидетельствуют о наличии косвенной причинно-следственной связи между дефектами в оказании медицинской помощи ФИО3 ответчиком и наступившими последствиями в виде ограничения жизнедеятельности истца, для восстановления которой требуется выполнение длительного восстановительного лечения, продолжительность которого оценить не представляется возможным.

Таким образом, доводы истца о наличии дефектов оказания медицинских услуг, по убеждению суда, подтверждены доказательствами по делу.

Из положений статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Поскольку ответчик не исполнил свою обязанность по качественному и квалифицированному оказанию медицинских услуг, доводы его представителя об отсутствии вины лечебного учреждения в наступивших последствиях подлежат отклонению.

Суд полагает, что совокупность указанных факторов явилась причиной неблагоприятного исхода оказания истцу медицинской помощи – наступления 

<

данные изъяты> 

Доказательств обратного, материалы дела не содержат.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Пунктом 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе, расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В силу п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Поскольку в судебном заседании установлена необходимость приобретения медицинских препаратов, суд полагает необходимым возложить на ответчика ответственность по возмещению понесенных истцом расходов на лечение и оплату медикаментов, приобретенных для восстановления здоровья на сумму 7 320,65 рублей. Указанные расходы объективно подтверждаются представленными чеками ( л.д. 166-207 том 1,).

Назначение и необходимость приобретения медицинских препаратов, объективно подтверждается рекомендациями и назначениями медицинских учреждений, связанных с восстановлением здоровья истца ( л.д. 208-213 том 1, л.д.162-167 том 2 ).

Факт несения и размер расходов, затраченных истцом на лечение и приобретение медикаментов для ФИО3, ответчик не оспаривал. 

Таким образом, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца понесенные расходы в сумме 7 320,65 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании утраченного заработка, суд приходит к следующему.

В силу пунктов 1, 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности. В случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от ДД.ММ.ГГГГ N 1 согласно статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

В судебном заседании установлено, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение в ГБУЗ НСО « Новосибирская областная клиническая больница», в результате которого причинен вред его здоровью, повлекший 

<

данные изъяты>.

Из материалов дела следует, что истец ФИО3 находился на временной нетрудоспособности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 20-23), таким образом, за указанный период времени трудоспособность предполагается равной №%.

Таким образом, представленными медицинскими документами в совокупности подтверждается факт временного расстройства здоровья истца в указанный период, при котором, в соответствии со ст. ст. 7 и 8 Закона N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования", гражданин освобождается от работы, в связи с чем, процент утраты ФИО3 трудоспособности на весь указанный период не подлежит доказыванию экспертным путем. 

То есть, при нахождении на стационарном лечении гражданин полностью освобождается от работы и в данном случае, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается.

А доводы ответчика об отсутствии у истца 100% утраты трудоспособности, и необходимости назначения медицинской экспертизы для установления этого обстоятельства, являются несостоятельными, поскольку в силу положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" при наступлении временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и поэтому, в данном случае, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается равной №%, заключение экспертизы в данном случае не требуется.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 назначена № 

<

данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> установлена истцу повторно, бессрочно.

Материалами дела подтверждается, что на момент обращения за оказанием медицинской помощи, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 работал в Горновском заводе спецжелезобетона – филиал АО « БетЭлТранст» в должности формовщика изделий, конструкций и строительных материалов.

Профессиональная трудоспособность - способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества (абз. 17 ст. 3 Федерального закона ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ), степень утраты профессиональной трудоспособности - это выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая (абзац восемнадцатый статьи 3). 

По смыслу приведенных правовых норм, утрата профессиональной трудоспособности - это выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного выполнять работу определенной квалификации, объема и качества, выполняемую им до наступления страхового случая.

Профессиональная деятельность - это род трудовой деятельности занятий человека, владеющего комплексом специальных знаний, умений, навыков, полученных путем образования, которую характеризуют квалификация, объем и качество выполняемой работы.

Квалификация работника характеризуется уровнем его подготовленности, мастерства, степени годности к выполнению труда по определенной специальности (виду профессиональной деятельности), определяемым разрядом, званием и другими квалификационными категориями.

Из содержания данных пунктов Правил следует, что величина процента степени утраты профессиональной трудоспособности зависит от степени нарушения функций организма пострадавшего (резко выраженная, выраженная, умеренная), а также от условий производственной деятельности. Степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается пострадавшему с учетом его возможности в обычных или специально созданных производственных условиях выполнять профессиональную деятельность, которую он осуществлял до наступления страхового случая.

Согласно индивидуальной программы реабилитации инвалида от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 установлена третья степень ограничения способности к самообслуживанию, третья степень к ограничению способности к передвижению и третья степень способности к трудовой деятельности бессрочно.

Как следует из п. 6 Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ N 1024н "О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы" способности к самообслуживанию, к самостоятельному передвижению 3 степени означают - неспособность к самообслуживанию, нуждаемость в постоянной посторонней помощи и уходе, полная зависимость от других лиц; неспособность к самостоятельному передвижению и нуждаемость в постоянной помощи других лиц; неспособность к общению и нуждаемость в постоянной помощи других лиц.

В соответствии с п.10 указанного приказа, критерием для установления первой группы инвалидности является нарушение здоровья человека с IV степенью выраженности стойких нарушений функций организма человека (в диапазоне от 90 до 100 процентов), обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами.

Таким образом, учитывая представленные в суд доказательства, суд полагает, что возникшее у ФИО3 заболевание не позволяет ему осуществлять профессиональную деятельность формовщика изделий, конструкций и строительных материалов ( любого разряда), в связи с чем, ему должно быть установлено 100 процентов утраты профессиональной трудоспособности.

Доказательств обратного, материалы дела не содержат.

Ходатайств о назначении и проведении по делу медико-социальной экспертизы, сторонами не заявлено.

При таком положении, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика утраченного заработка. 

Истцом, в соответствии с пунктом 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявлены требования о взыскании утраченного заработка, исходя следующего расчета:

Размер среднего заработка в месяц за период с октября 2011 по сентябрь 2012 составляет 29 079,97 рублей (общий доход 348 959,62 :12) ( л.л.116 том 2).

Согласно расчету утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ следует, что он составляет 965,05 ( среднедневной) ( 29 079,97х12/365 дней) х 128 дней = 123 562,40 рублей.

С учетом индексации – 123 562,4 х1,56 = 192 701,18 рублей ( л.д.117 том 2).

Расчет утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет:

965,05 х 2031 = 1 960 016,55 рублей.

С учетом индексации - 1 960 016,55 х 1,54 = 3 018 452,12 рублей ( л.д.118 том 2).

Размер ежемесячной суммы, подлежащей выплате ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ с учетом индексации составляет 44 783,15 рублей ( л.д.115 том 2).

Ответчик с данными расчетами не согласился, представил иной расчет утраченного ФИО3 заработка, из которого следует, что в силу ст. 208 ГК РФ выплата за прошлое время взыскиваются не болеем чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска, таким образом, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ размер среднего заработка составляет 28 920,97 ( 347 051,62 без учета материальной помощи : 12).

Таким образом, размер среднего заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 1 041 154,92 рубля.

Расчет утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ:

1 041 154,92 /100% х процент стойкой утраты трудоспособности ( л.д.165 том 1).

Суд, проверив представленные сторонами расчеты, не может согласиться с ними в полном объеме, исходя из следующего.

Согласно положениям абз. 4 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.

Однако требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

По смыслу названной нормы, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда требования удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска.

Из штампа канцелярии суда следует, что настоящий иск был подан ДД.ММ.ГГГГ. Соответственно, требования о возмещении вреда, причиненного здоровью ФИО3, могут быть удовлетворены за период, начиная с ДД.ММ.ГГГГ; срок исковой давности пропущен лишь по требованиям за период, предшествовавший названной дате.

Вместе с тем, как указывалось выше, истец просил взыскать утраченный заработок за период, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, то есть, за пределами установленного законом срока.

При таком положении, суд полагает обоснованным взыскать с ответчика утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ.

Определяя размер утраченного заработка, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ( заявленный истцом), суд исходит из следующего.

Согласно справки о доходах физического лица за ДД.ММ.ГГГГ следует, что общая сумма дохода за ДД.ММ.ГГГГ составляет 285 726,18 рублей, сумма удержаний 37 144 рублей, за ДД.ММ.ГГГГ – 267 396,0 рублей, сумма удержаний – 34 513 рублей, материальная помощь в размере 1 908,00 рублей ( ноябрь 2011).

Среднемесячный заработок за 12 месяцев (за период ДД.ММ.ГГГГ) составляет:

ДД.ММ.ГГГГ

При этом, суд полагает обоснованным исключить из суммы дохода материальную помощь, оказанную ФИО3 в ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 908,0 рублей.

Таким образом, размер среднемесячного заработка составляет

347 051,62: 12 = 28 920,97 рублей в месяц.

При таком положении, суд соглашается с расчетом среднемесячного заработка, представленного ответчиком.

Таким образом, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ размер среднего заработка составляет:

Среднедневной заработок:

28 920,97 х 12/365 = 950,83 рубля.

950,83 х 1 389 дней = 1 320 702,87 рублей.

Статьей 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 363-ФЗ, вступившего в силу ДД.ММ.ГГГГ), предусмотрено, что суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, подлежат изменению пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту жительства потерпевшего, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины данные суммы должны быть не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 363-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" также внесены изменения в статью 318 Гражданского кодекса Российской Федерации: слова "в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, по договору пожизненного содержания и в других случаях - индексируется с учетом уровня инфляции в порядке и случаях, которые предусмотрены законом" заменены словами "индексируется в случаях и в порядке, которые установлены законом или договором".

Действующей редакцией статьи 318 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если иное не предусмотрено законом, сумма, выплачиваемая по денежному обязательству непосредственно на содержание гражданина, в том числе, в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, либо по договору пожизненного содержания, увеличивается пропорционально повышению установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума.

Таким образом, индексация сумм в возмещение вреда здоровью, исходя из уровня инфляции, в спорный период составляет:

Прожиточный минимум за ДД.ММ.ГГГГ ( 8 234 рублей ) Постановление Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ ( 10 444 рублей) Постановление Правительства РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ):

10 444/ 8 086 - 1 х 1 320 702,87 = 385 136,95 рублей.

Таким образом, утраченный заработок истца с индексацией за спорный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно составляет 1 705 839,82 рубля ( 1 320 702,87 + 385 136,95).

Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. 

В соответствии с п. 1 ст. 1092 Гражданского кодекса Российской Ф., возмещение вреда, вызванного уменьшением трудоспособности или смертью потерпевшего, производится ежемесячными платежами.

Установив, что ответчик является лицом, обязанным по выплате возмещения истцу утраченного заработка, степень утраты профессиональной трудоспособности истца установлена в размере № %, суд, с учетом положений ч. 1 ст. 1092 Гражданского кодекса Российской Ф., считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца ежемесячные платежи по возмещению утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ, бессрочно в размере по 28 920,97 рублей с последующей индексацией в установленном законом порядке.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", в соответствии с частью 3 статьи 209 ГПК РФ потерпевший, а также лицо, на которое возложена обязанность по возмещению вреда, вправе обратиться с требованием об изменении размера возмещения вреда. Основаниями для изменения размера возмещения вреда согласно статье 1090 Гражданского кодекса Российской Ф. являются, в том числе, изменение степени утраты трудоспособности потерпевшего. 

В силу статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Ф. основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Ф. и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Ф..

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Ф. компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Характер физических и нравственных страданий устанавливается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, поведения подсудимого непосредственно после совершения преступления (например, оказание либо неоказание помощи потерпевшему), индивидуальных особенностей потерпевшего (возраст, состояние здоровья, поведение в момент совершения преступления и т.п.), а также других обстоятельств (например, потеря работы потерпевшим). 

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении N 1 от ДД.ММ.ГГГГ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (п. 32), разъяснил, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

Статьей 15 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что в результате установленного факта некачественного оказания медицинских услуг истцу, последний испытывает физические страдания, лишен возможности передвигаться, вести привычный образ жизни.

Поскольку судом с достоверностью была установлена вина указанного медицинского учреждения, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу оказана ненадлежащая медицинская услуга, ее последствия, характер причиненных нравственных и физических страданий, длительность лечения, вину медицинского учреждения, физические и нравственные страдания, связанные с невозможностью занятия истцом привычной деятельностью, с учетом требований разумности и справедливости считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в возмещение морального вреда 1 000 000 рублей, вместо требуемых истцом в общей сумме 13 000 000 рублей, таким образом, частично удовлетворив требования истца в данной части. 

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Таким образом, поскольку факт нарушения прав потребителя судом установлен и его требования до разрешения спора судом в добровольном порядке ответчиком не удовлетворены, взыскание штрафа по правилам статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" является обязательным.

При таком положении, суд полагает обоснованным взыскать с ответчика в пользу истца ФИО3 штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 1 356 580,24 рублей 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» в пользу ФИО3 понесенные расходы в сумме 7 320,65 рублей, утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 705 839,82 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, штраф в сумме 1 356 580,24 рубля.

Обязать ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» выплачивать в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения ежемесячные платежи в счет возмещения утраченного заработка с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно в сумме 28 920,97 рублей с последующей индексацией в установленном законом порядке.

Взыскать с ГБУЗ НСО « Государственная Новосибирская областная клиническая больница» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 17 365,80 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский Областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Мотивированное решение в окончательной форме составлено: 11.10.2018г. 

Судья подпись И.С. Кузовкова 

КОПИЯ ВЕРНА:

Судья:

Секретарь:

Подлинник судебного решения храниться в материалах гражданского дела № в Кировском районном суде 

<

адрес>.

По состоянию на 10.10.2018г. решение в законную силу не вступило.