Дело № 2-3051/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Омск 09 сентября 2020 года

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Овчаренко М.Н.,

при секретаре Михайловой Е.В.,

помощник судьи Савченко Н.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием старшего помощника прокурора ЦАО г. Омска ФИО1, представителя истца по ордеру ФИО2, ответчика- индивидуального предпринимателя ФИО3, представителя ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3 по доверенности ФИО4 гражданское дело по иску ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания.

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, указав, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год он работал в должности аппаратчика получения углекислоты. В период работы получил профессиональное заболевание. Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, у него имеется двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость I степени снижения слуха, заболевание профессиональное. Установлено, что он работал в условиях воздействия шума 14 лет 4 месяца. Также указано, что ИП ФИО3 допустил нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства. В итоге ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 процентов. В связи с получением профессионального заболевания ему были причинены нравственные переживания и физические ограничения, проблемы со слухом негативно влияют не только на его трудоспособность, но и на повседневную жизнь. Указанное заболевание имеет прогрессирующий характер, ему рекомендовано систематическое применение лекарств и витаминов. Он работал фактически во вредных условиях труда, что подтверждено санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника от ДД.ММ.ГГГГ №. При этом ИП ФИО3 до настоящего времени не подал в пенсионный фонд сведения о его работе во вредных условиях труда. Соответственно имея профессиональное заболевание, он не может досрочно оформить пенсию, что заставляет его дальше трудиться при профессиональном заболевании. Также его семья до июня ДД.ММ.ГГГГ года имела статус многодетной семьи. Просил взыскать с ИП ФИО3 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей. 

Истец ФИО5 в судебном заседании не участвовал, просил рассмотреть дело без его участия. 

Представитель истца по ордеру ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что условия труда ФИО5 не соответствовали санитарно-гигиеническим нормам и правилам по шуму и показаниям освещенности. При определении компенсации морального вреда просил учесть обстоятельства дела, семейное положение истца, длительность работы во вредных условиях труда у ответчика, руководствоваться принципом разумности и справедливости.

Ответчик ИП ФИО3, его представитель по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали. Поддержали доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, где указано, что работники ИП ФИО3, в том числе и истец, ежегодно проходили профилактические осмотры с целью получения допуска к работе, что подтверждается заключительными актами по результатам проведенных медицинских обследований работников за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При прохождении медицинского осмотра жалоб относительно состояния здоровья от ФИО5 не поступало, также отсутствовали жалобы касательно условий труда. Специфика работы аппаратчика получения углекислоты заключается в осуществлении контроля работы оборудования получения углекислоты, ее обслуживания и учете параметров оборудования с занесением данных в журнал учета углекислоты. Данной категории работников выдаются средства индивидуальной защиты в виде: костюма х/б, наушники противошумные, футболка, ботинки и т.д. Все это выдавалось и ФИО5 Работники часто пренебрегают использованием средств индивидуальной защиты. Двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость 1 степени считается в медицине легкой, порог слышимости 26-40 ДБ, инвалидность при этом не устанавливается. Такая степень заболевания не мешает справляться с производственными обязанностями, бытовыми вопросами. При 1 степени тугоухости пациент довольно отчетливо слышит все, что происходит вокруг него. Помимо возможных профессиональных вредностей, такая степень тугоухости может возникать после вирусных инфекций, лекарственной терапии или в результате возрастных изменений, проявляющиеся атрофией нервно-рецепторного аппарата сосудистые расстройства: остеохондроз шейного отдела позвоночника, артериальная гипертензия, атеросклероз церебральных сосудов. Все эти заболевания приводят к нарушениям кровообращения в мозговых сосудах, питающих структуру слухового анализатора. Кроме того, на сегодняшний день отсутствует возможность объективно провести контроль слуха, что создает почву для возможных симуляций со стороны лица уровень слуха которого проверяется. Полагали, что ФИО5 воспользовался этим. Дополнительно представитель ответчика ФИО4 суду пояснил, что сам акт о профессиональном заболевании не оспаривают, также не оспаривают, что производство не соответствует санитарно-гигиеническим нормам, но учитывая степень вреда, причиненного здоровью, факт того, что истец никакого лечения не принимает, считает, что сумма компенсации морального вреда, чрезмерно завышена, и в случае удовлетворения исковых требований полагал сумму соразмерной 2000 рублей. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника прокурора ЦАО г. Омска ФИО1, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению, однако сумму компенсации морального вреда считала завышенной и при определении размера, просила руководствоваться принципом разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно записям трудовой книжки, ФИО5 работал у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ года в должностях аппаратчика получения углекислоты по ДД.ММ.ГГГГ год.

Как следует из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, условия труда истца: ФИО5 работает посменно, продолжительностью смены12 часов (11 рабочих часов + час перерыва для отдыха и приема пищи). Периодичность смен: 2 дня в первую смену (с 8 час. 00 мин. до 20 час. 00 мин.), время перерыва с 12 час. 00 мин. до 13 час. 00 мин.; 2 дня во вторую смену (с 20 час. 00 мин. и до 08 час. 00 мин.), время перерыва с 01 час. 00 мин. до 02 час. 00 мин.; 4 дня выходных. Использование средств индивидуальной защиты: костюм х\б, бейсболка, ботинки, костюм «Профессионал», ботинки «Буйвол», костюм «Фаворит», куртка утепленная, наушники противошумные, полуботинки «Профи», ботинки «Профи», представлены декларации соответствия на спецодежду и СИЗ, инструкция № от 18.062015 по охране труда для аппаратчика получения углекислоты, помощника аппаратчика получения углекислоты, должностная инструкция аппаратчика получения углекислоты ДИ 10-2014 от 14.01.2014. Состояние производственной среды в зависимости от вредных производственных факторов на рабочих местах: вибрация общая. Общая оценка условий труда с учетом комбинированного и сочетанного воздействия всех вредных и опасных факторов производственной среды и трудового процесса определяется согласно Руководству Р 2.2.2006-05: исключен. Условия труда ФИО5 не соответствуют СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов произведенному оборудованию и рабочему инструменту», СанПиН 2.2.4.3359-16 Санитарно-эпидемилогические требования к физическим факторам на рабочих местах». Руководства 2.2.2006-05: по шуму и по показателям параметров освещенности (общей искусственной освещенности в 2018 году и по коэффициенту пульсации в 2019 г.). Имелся контакт с веществом остронаправленного механизма действия - оксид углерода (л.д.8-14).

Согласно заключению врачебной комиссии Центра профессиональной патологии «БУЗОО Клиническая медико-санитарная часть №» № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость 1 степени снижения слуха. Заболевание профессиональное (л.д. 15-16). 

Возникновение профессионального заболевания подтверждено также Актом о случае профессионального заболевания, установленного ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8-9). 

Из указанного акта следует, что стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 16 лет 2 месяца, стаж работы в данной профессии – 14 лет 04 месяца. Причина профессионального заболевания - длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: шум (эквивалентный уровень звука) 89,8 дБА при ПДУ – 75 дБА. Вины работника нет. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: ИП ФИО3 ч. 1, 2 ст. 24, ч. 3 ст. 39 Федерального закона РФ от 30.09.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»; СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», утв. Главным государственным санитарным врачом РФ 23.05.2003 г., п. 2.1., 2.8, 7.27; СанПиН 2.2.4.3359-16 «Санитарно-эпидемиологические требования к физическим факторам на рабочих местах» п. 1.1, 1.2., 3.2.2, 10.2.32, приложение 9. 

В целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений индивидуальному предпринимателю ФИО3 предлагается: установить жесткий контроль за применением противошумных наушников аппаратчиками получения углекислоты, помощниками аппаратчиков получения углекислоты (постоянно).

Провести внеплановый инструктаж по охране труда с работающими в условиях воздействия шума (до ДД.ММ.ГГГГ)

Согласно справке серии МСЭ-2017 №, выданной Бюро № - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно в связи с профессиональным заболеванием.

На основании имеющихся доказательств судом установлено, что истец повредил здоровье вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы у ИП ФИО3

Непосредственной причиной заболевания послужила работа в условиях контакта с шумом, доказательств обратного суду не представлено. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок и основания возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору установлены Федеральным законом N 125-ФЗ от 24 июля 1998 года "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний". В силу ст. 8 указанного Закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ при определении размеров денежной компенсации морального вреда, причиненного гражданину (в том числе нравственных страданий) суд принимает во внимание степень вины нарушителя, характер физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренной главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вины самого ФИО5 в получении профессионального заболевания, либо его грубой неосторожности, судом не установлено.

При указанных обстоятельствах, проанализировав положения статей 22, 212, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, содержащиеся в пунктах 7 и 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению морального вреда, причиненного истцу в результате профессионального заболевания, возложена законом на работодателя пострадавшего работника, которым на период установления профессионального заболевания являлся ИП ФИО3

Доводы стороны ответчика о том, что, при прохождении ежегодного медицинского осмотра жалоб со стороны истца относительно состояния здоровья, а также условий труда не поступало, заболевание истца могло возникнуть вследствие иных заболеваний, являются несостоятельными, опровергаются материалами дела. 

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, суд руководствуется положениями ст. 237 ТК РФ и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", исходит из того, что причиной возникновения у истца профессионального заболевания явилось воздействие на его организм вредных производственных факторов в период его работы на предприятии ответчика в связи с не обеспечением работодателем безопасных условий труда, вследствие чего приходит к выводу о возникновении у ответчика обязанности возместить истцу моральный вред в связи с причинением вреда его здоровью.

Сама по себе выдача истцу ответчиком противошумных наушников не снимает с работодателя ответственности за вред, причиненный здоровью истца в результате полученного им профессионального заболевания при вышепоименованных обстоятельствах. В любом случае, работодателем не был организован рациональный режим труда и отдыха (снижение времени воздействия шума).

Кроме того, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что срок службы выданных истцу ДД.ММ.ГГГГ наушников истек ДД.ММ.ГГГГ (согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н сроки пользования СИЗ исчисляются со дня фактической выдачи их работникам), что следует из руководства по эксплуатации наушников, имеющего в материалах дела. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание следующие обстоятельства: на производстве имеются бытовые помещения, соблюдался режим труда и отдыха работника, истцу выдавались средства индивидуальной защиты, были организованы периодические медосмотры, предоставлялись дополнительные отпуска за вредные условия труда, доплаты к основной заработной плате и т.д., то есть, работодатель заботился об улучшении условий труда. 

Исходя из изложенного, учитывая степень вины ответчика, общий стаж работы истца в неблагоприятных условиях, степень физических и нравственных страданий истца, необходимость дальнейшего медицинского наблюдения и лечения, определение степени утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию на 10%, руководствуясь принципами разумности и справедливости, определяет ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

По правилам ст.103 ГПК РФ с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194–199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В удовлетворении оставшейся части требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путём подачи жалобы в Куйбышевский районный суд г. Омска в апелляционном порядке - в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья М.Н. Овчаренко