Дело № 2-1811/2017 

Р Е Ш Е НИ Е

 

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области 

в составе председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю., 

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием истца – ФИО1,

представителя истца – ФИО2, 

ответчика – ФИО3,

представителя третьего лица Комитета по управлению муниципальным имуществом Киселёвского городского округа – ФИО4, представителя третьего лица Администрации Киселёвского городского округа – ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске

«20» ноября 2017 года

гражданское дело по иску 

ФИО1

к ФИО3 

о признании права собственности на дачный дом в силу приобретательной давности,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО1 обратилась в Киселёвский городской суд с иском к ответчику ФИО3 о признании права собственности на земельный участок в силу приобретательной давности, ссылаясь на следующие обстоятельства.

В 1998 году истец приобрела у ответчика по расписке земельный участок площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. С тех пор добросовестно, открыто и непрерывно владеет указанным земельным участком как своим собственным, пользуется им с 1998 года до настоящего времени, что подтверждается справкой за подписью председателя правления СНТ «Ель+» Б. В соответствии с заключением кадастрового инженера от 30 августа 2017 года вышеназванный земельный участок используется в соответствии с требованиями территориальных нормативов градостроительного проектирования по Кемеровской области, утвержденных постановлением Коллегии Администрации Кемеровской области № от 14 октября 2009 года, в соответствии с регламентами территориальной зоны садоводства и дачного хозяйства Правил землепользования и застройки муниципального образования «Киселёвский городской округ». Границы обследуемого земельного участка не установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства.

На основании изложенного, ссылаясь на положения ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит признать за ней право собственности в силу приобретательной давности на земельный участок, площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

Определением Киселёвского городского суда от 04 октября 2017 года (л.д. 16 - 17) к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика – Администрация Киселёвского городского округа и Комитет по управлению муниципальным имуществом Киселёвского городского округа (далее – Администрация КГО, КУМИ города Киселёвска). 

Определением Киселёвского городского суда от 30 октября 2017 года (л.д. 70 - 71) к производству суда принято заявление истца ФИО1 об изменении предмета иска (л.д. 57 – 59), в соответствии с которым истец просит признать за ней в силу приобретательной давности право собственности на земельный участок, площадью 600 кв.м., и на дачный дом, общей площадью 75,5 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 отказалась от предъявленного к ответчику требования о признании за ней права собственности на земельный участок, ссылаясь на то, что такое требование заявлено преждевременно, отказ принят судом, в указанной части производство по делу прекращено.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования по изложенным в иске доводам, с учётом их уточнения и отказа от части иска. Просила признать за ней в силу приобретательной давности право собственности на дачный дом, общей площадью 75,5 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>

Ранее истец поясняла, что земельный участок у ответчика она покупала вместе с домом. Дом был построен ответчиком, она только делала ремонт в доме, достроила крышу. Почему дом не указан в расписке на продажу земельного участка, пояснить не может. Спорный дом используется как дача, там она живет только летом. 

Представитель истца ФИО2, действующий по устному ходатайству, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал. Полагает, что доказаны факт приобретения истцом дачного дома, давность, открытость и непрерывность владения домом в течение срока приобретательной давности, просит признать за истцом право собственности на спорный дачный дом.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не возражал против удовлетворения иска ФИО1 Пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год он работал на шахте «Красный Кузбасс». У шахты не было своих земель, но по договоренности выделялись земли кооператива шахты «Дальние горы». По заявлению ему был выделен в пользование земельный участок. Ответчик огородил участок, возвел на нём двухэтажный дом, надворные постройки. Дом он строил около 2-3 лет, разрешение на строительство дома ему дал председатель кооператива. На тот период времени данный земельный участок входил в состав земель города Прокопьевска. Для строительства на дачных участках домов тогда разрешение не требовалось. Ответчик состоял в членах садоводческого кооператива «Ель». В 1999 году он продал свой участок вместе с домом истцу по расписке, получил деньги за дом. Расписку писала его мать, но подпись в расписке выполнена им. Почему в расписке не указан дом, а только земельный участок, ответчик пояснить не смог. На момент продажи дом был без крыши, им было построено два этажа, истец потом достроила дом. Никаких претензий к истцу по поводу дома у него нет.

Представитель третьего лица КУМИ города Киселёвска ФИО4, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия на 

<

данные изъяты>, в судебном заседании решение вопроса по заявленным требованиям оставил на усмотрение суда. 

Представитель третьего лица Администрации КГО ФИО5, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия на 

<

данные изъяты>, возражала против удовлетворения заявленных истцом требований о признании в силу приобретательной давности права собственности на дачный дом, поскольку истцом не представлено доказательств того, что земельный участок, на котором построен спорный дом, выделялся ответчику. При этом ФИО3 и не имел права возводить на земельном участке дачный дом до оформления участка в свою собственность. Также истцом не подтверждено владение спорным домом в течение срока приобретательной давности.

Суд, заслушав истца и его представителя, ответчика, представителей третьих лиц, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст.218 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

В силу ч.1 ст.131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. 

В соответствии со ст.219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Согласно ч.1 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Положениями пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Верховного Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» предусмотрено, что возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путём признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 указанного Постановления, при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности;

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. 

В судебном заседании установлено, что 17 мая 1999 года ФИО3 продал дачный участок № в кооперативе садовом «Дальнегоровский» за 3500 рублей, деньги за участок получил в присутствии свидетелей М. и В., о чем составлена расписка (л.д. 13). При этом, в расписке не указано, кто является покупателем данного участка.

Истец ФИО1 и ответчик ФИО3 подтвердили, что данная сделка купли-продажи была совершена между ними, то есть, что 17 мая 1999 года ФИО3 продал ФИО1 за 3500 рублей дачный земельный участок в садовом кооперативе «Дальнегоровский». При этом, стороны пояснили, что участок был продан с имеющимся на нём дачным домом, построенным ответчиком.

Как пояснил ответчик ФИО3, ему был выделен земельный участок в садовом обществе «Дальнегоровец» под номером №. 

Из государственного акта на право пользования землей серии № от 1991 года следует, что за шахтой «Дальние горы» г.Киселёвска было закреплено в бессрочное и бесплатное пользование 17,1 гектаров земли в границах согласно плану землепользования. Земля отведена для коллективного садоводства (л.д. 91 – 92).

Из схемы расположения участков садового общества «Дальнегоровец» (л.д. 6 – 9) усматривается, что участок под номером № числится за ФИО3. 

При этом, ни в ЕГРН, ни в КУМИ города Киселёвска не имеется сведений об оформлении прав на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, садовое некоммерческое товарищество «Ель+», участок №№ (л.д. 41, 42).

Согласно справки, подписанной председателем садоводческого кооператива «Дальнегоровец» К. (л.д. 29), ФИО3 является членом садоводческого кооператива «Дальнегорский», участок №. Аналогичная справка выдана на С. (супруга истца), согласно которой последний также является членом садоводческого кооператива «Дальнегорский», справка выдана председателем садоводческого кооператива «Дальнегоровец» Г. (л.д. 29). При этом, ни даты, ни номера у данных справок не имеется, в дело представлены не заверенные копии справок.

17 мая 1999 года ответчик ФИО3 подал председателю садоводческого кооператива «Дальнегоровский» заявление об исключении из членов кооператива «Дальнегоровский» (л.д. 30). Резолюции на заявлении об исключении ФИО3 из числа членов данного кооператива, либо иного документа аналогичного содержания не имеется.

Как указывает истец, в настоящее время садоводческий кооператив, где находится спорный дачный дом, именуется как Садовое некоммерческое товарищество «Ель+» (далее – СНТ «Ель +»). Согласно выписки из ЕГРЮЛ (л.д. 31 – 38) данное товарищество зарегистрировано с 05 июля 2010 года, основной вид деятельности – выращивание овощей, дополнительные виды деятельности – выращивание прочих плодовых деревьев, кустарников и орехов, выращивание рассады. Председателем правления с 27 сентября 2017 года является Б.

Согласно справке, выданной 30 июля 2017 года председателем правления СНТ «Ель+» Б., ФИО1 пользуется земельным участком по 

<

адрес>, СНТ «Ель+» с 1998 года по настоящее время (л.д. 12). Также 30 октября 2017 года Б. выдана ещё одна справка, согласно которой ФИО1 пользуется вышеуказанным земельным участком с постройками с мая 1999 года по настоящее время (л.д. 78).

Из заключения кадастрового инженера Г. от 30 августа 2017 года (л.д. 10) следует, что земельный участок, расположенный в садовом некоммерческом товариществе «Ель+» в 

<

адрес>, находится в территориальной зоне садоводства и дачного хозяйства. Границы участка не установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства Российской Федерации. На участке ориентировочной площадью 600 кв.м. возведен садовый дом в 4,5 кв.м. от передней границы земельного участка, в 2,5 м. от правой границы, в 9,5 м. от левой границы, участок огорожен. По левой меже участок граничит с проездом, по правой – с участком по 

<

адрес>, по задней – с участком по 

<

адрес>. Фактическое местоположение земельного участка – 

<

адрес>

Из технического плана здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, следует, что нежилое здание – дачный дом, имеет 3 этажа, площадь – 87,5 кв.м., год завершения строительства -1999 (л.д. 62 – 67).

Согласно копии абонентской книжки (л.д. 93 – 104), истец с мая 2015 года производит платежи за электроэнергию в СНТ «Ель+».

В подтверждение заявленных требований истцом приглашены свидетели.

Так, свидетель Б. пояснил, что он с 30 сентября 2017 года является председателем СНТ «Ель+». До него председателем правления СНТ «Ель+» был Ф.. Истец и её супруг С. имеют в товариществе дачный дом, где проживают летом. У него (свидетеля) тоже есть земельный участок в этом товариществе, но без адреса, старый адрес – 

<

адрес>. Своим участком он владеет с 1984 года. Когда и кому выделялся участок истца, он не знает. Со слов истца ему известно, что она пользуется этим участком с мая 1999 года. Он со слов ФИО1 и написал справку о том, что участок с постройками с указанного времени находится в её пользовании. Почему в справке от 30 июля 2017 года о том, что истец пользуется участком с 1998 года, стоит его подпись, в то время как он является председателем с сентября 2017 года, свидетель пояснить не смог. На участке истца построен двухэтажный дом, а также есть надворные постройки – туалет, углярка, дровник. На первом этаже дома находятся баня, гараж, кухня. Ему известно, что дом строил продавец данного участка, а не истец. ФИО1 уже купила данный дом вместе с участком, она лишь достраивала дом. Истец с супругом проживают в этом доме только в летний период, следят за домом, ухаживают за территорией. 

Свидетель П. в судебном заседании пояснил, что знаком с истцом и её супругом, их дачи находятся в одном дачном товариществе – в СНТ «Ель+». Его участок находится по адресу: 

<

адрес>. Дача истца от его участка находится на расстоянии 300 метров. Ему известно, что истец покупала земельный участок у прежнего владельца вместе с недостроенным домом, были только стены, после этого истец в течение нескольких лет строила дом. У кого и когда истец покупала дом, свидетель не помнит.

Оценив представленные доказательства, суд не находит правовых оснований для удовлетворения иска. 

В обоснование заявленных требований истец ссылается на положения ст.234 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывая, что владеет домом с 1998 года. Однако, данные утверждения истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

В подтверждение срока приобретательной давности истцом представлены расписка о продаже ответчиком земельного участка от 17 мая 1999 года (л.д. 13), справки о том, что истец владеет данным земельным участком и постройками на нём (л.д. 12, 78), а также показания свидетелей Б. и П.

Однако, из текста расписки не усматривается, что вместе с земельным участком был куплен и дом, хотя в судебном заседании обе стороны утверждают обратное. Кроме того, из расписки не усматривается, от кого ФИО3 получил деньги за земельный участок. 

Справка председателя правления СНТ «Ель+» Б. от 30 июля 2017 года о том, что ФИО1 пользуется земельным участком по 

<

адрес>, с 1998 года по настоящее время, не может являться надлежащим доказательством, поскольку, как пояснил сам Б. в судебном заседании, а также следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении СНТ «Ель+» (л.д. 31 – 38), Б. является председателем правления товарищества только с 27 сентября 2017 года, в то время как справка подписана им 30 июля 2017 года. Свидетель также пояснил, что сведения, отраженные в справке от 30 октября 2017 года (л.д. 78), указаны им со слов самого истца. Когда, у кого истец покупала данный земельный участок - ему не известно. По указанным обстоятельствам данная справка также не может быть принята судом в качестве доказательства. 

Также никто из свидетелей не смог пояснить, с какого времени истец владеет земельным участком и спорным домом. Свидетель Б. знает об обстоятельствах дела со слов истца, свидетель П. не смог пояснить, когда истец приобретала земельный участок и когда именно был построен спорный дом.

Таким образом, доводы о том, что истец владеет дачным домом в течение срока приобретательной давности, то есть в течение 18 лет, истцом не обоснованы и ничем не подтверждены. 

Доказательств выделения ответчику земельного участка, на котором расположен спорный дачный дом, суду также не представлено. 

Схема расположения участков садового общества «Дальнегоровец», на которой отмечена фамилия ФИО3 на участке №, не является достоверным подтверждением того, что ему выделялся данный участок. 

Справка о том, что ответчик состоял в данном садовом обществе, также не является доказательством принадлежности ФИО3 земельного участка. Кроме того, в схеме (л.д. 6 – 9), справке (л.д. 29), заявлении ответчика на исключение из членов садового товарищества (л.д. 30) речь идет о разных садовых обществах – «Дальнегоровец», «Дальнегорский», «Дальнегоровский». Справка (л.д. 29) выдана ФИО3 как члену садоводческого кооператива «Дальнегорский», в то время как истцом представлена схема расположения участков садового общества «Дальнегоровец» (л.д. 6 - 9). Помимо этого, в справке не указана дата, с которой ФИО3 является членом садоводческого кооператива, нет даты выдачи справки. 

Таким образом, документы, представленные истцом, не могут считаться достаточным подтверждением перехода земельного участка, на котором возведен спорный дачный дом, во владение ФИО3 

Кроме того, исходя из ч.2 ст. 32 Федерального закона от 15 апреля 1998 года (ред. от 03 июля 2016 года) №66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан», ФИО3 был не вправе возводить на земельном участке здание до возникновения у него права собственности на участок или права аренды. 

Помимо изложенного, истцом не доказан и тот факт, что ответчик ФИО3 построил спорный дачный дом. Документального подтверждения данным обстоятельствам не представлено, а из пояснений сторон и свидетелей следует обратное. Так, ответчик утверждает, что в 1999 году он продал истцу двухэтажный дом с недостроенной крышей. Из технического плана здания, представленного истцом, следует что годом завершения постройки здания является 1999 год, при этом здание имеет три этажа. Также свидетель П. в судебном заседании пояснил, что истец купила земельный участок, на котором были возведены только стены, и в дальнейшем сама, в течение нескольких лет, осуществляла постройку дома. 

Земельный участок, на котором находится спорный дачный дом, на кадастровом учёте не стоит, его границы и площадь не определены, зарегистрированные права на земельный участок отсутствуют. 

Таким образом, факт осуществления истцом владения спорным объектом в период с 1999 года по настоящее время нельзя признать доказанным.

Кроме того, в данном случае материалы дела не дают оснований для признания владения, на которое ссылается истец, добросовестным, то есть признать, что, получая владение, истец не знала и не должна была знать об отсутствии основания возникновения у нее права собственности.

Заключая с ответчиком ФИО3 сделку купли-продажи, ФИО1 имела ничем не ограниченную возможность удостовериться в праве продавца на распоряжение приобретаемым ею объектом, а также обеспечить сохранность соответствующих документов, и при отсутствии последних истец не могла не осознавать сомнительность оснований приобретения ею права собственности на объект. 

Из чего следует, что нельзя признать, что ФИО1 при заключении сделки купли-продажи с ответчиком в мае 1999 года не знала и не должна была знать об отсутствии основания возникновения у нее права собственности на спорный объект недвижимости, что является условием признания ее добросовестным владельцем, исходя из приведенных выше разъяснений Пленума Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

С учётом изложенного, принимая во внимание, что истцом не доказаны ни факт предоставления продавцу земельного участка, на котором построен спорный объект, ни факт того, что именно ответчиком возведен спорный дачный дом, ни то, что ответчик продал спорный дом истцу вместе с земельным участком, а также истцом не представлены доказательства владения спорным объектом в течение срока приобретательной давности, в том числе, добросовестность владения данным объектом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании за ней права собственности на дачный дом в силу приобретательной давности.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198, ст.199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании права собственности в силу приобретательной давности на дачный дом, общей площадью 75,5 кв.м., количество этажей – 3, расположенный по адресу: 

<

адрес>, – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 24 ноября 2017 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.