Судья ФИО № 22-592/2021 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 апреля 2021 года город Петрозаводск 

Верховный Суд Республики Карелия

в составе председательствующего Богомолова В.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Галкиной Т.В.,

с участием прокурора Кутилова К.А., 

адвоката АЛП 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката АЛП на частное постановление Петрозаводского городского суда от 16 февраля 2021 года, вынесенное в рамках уголовного дела в отношении КАС, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, ч. 2 ст. 160 УК РФ, которым обращено внимание президента Адвокатской палаты Республики Карелия на действия адвоката АЛП при осуществлении защиты подсудимого КАС

Заслушав доклад председательствующего о содержании частного постановления и существе апелляционной жалобы, выступление адвоката АЛП, поддержавшего доводы поданной жалобы, мнение прокурора Кутилова К.А. о законности и обоснованности частного постановления, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

В производстве Петрозаводского городского суда находится уголовное дело в отношении КАС, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, ч. 2 ст. 160 УК РФ. В ходе рассмотрения дела судом вынесено частное постановление, которым обращено внимание президента Адвокатской палаты Республики Карелия на действия адвоката АЛП при осуществлении защиты подсудимого КАС.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат АЛП выражает несогласие с частным постановлением суда. Полагает, что оно подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. В обоснование своей позиции обращает внимание на следующие обстоятельства: в судебном заседании 13 ноября 2020 года подсудимый КАС зачитал подготовленное в СИЗО письменное ходатайство с просьбой изменить ему меру пресечения, что было нелогичным и противоречило достигнутой между ним и адвокатом позиции о прекращении дела в связи с примирением сторон; в судебном заседании 2 февраля 2021 года подсудимый КАС, вопреки логике и неоднократно согласованной с адвокатом позиции, зачитал подготовленный текст ходатайства об изменении ему меры пресечения; в судебном заседании, апеллируя прокурору, оценивая фактические обстоятельства дела и правильность юридической квалификации обвинения, он (адвокат) действительно сказал, что квалификация фактических действий по краже бензопилы является верной, при этом его позиция не противоречила последовательной позиции КАС; в судебном заседании 16 февраля 2021 года подсудимый КАС на уточняющий вопрос председательствующего подтвердил, что признает свою вину в краже бензопилы, что полностью согласуется с правовой позицией адвоката, выраженной им в прениях сторон; затем КАС зачитал еще одно подготовленное в СИЗО ходатайство об отводе защитника, что, по его мнению, было сделано с целью уклонения от взыскания судебных издержек, поскольку правовые основания для отвода защитника отсутствовали; председательствующий по делу судья, искажая фактические обстоятельства дела, неоднократно в судебном заседании противопоставляла защитника и подсудимого и по существу убеждала последнего отказаться от услуг защитника; использованная в прениях реплика адвоката о том, что "квалификация действий здесь дана верно, у нас нет оснований говорить о том, что тут произошла ошибка" по существу представляет собой юридический анализ исследованных в суде доказательств объективной стороны преступления путем их наложения на диспозицию ст.158 УК РФ и не противоречит позиции подсудимого, так как не содержит оценки волевого (субъективного) отношения подсудимого к содеянному; КАС, как в процессе предварительного расследования, так и в суде неоднократно подтверждал, что тайно и самовольно взял пилу, принадлежащую ПАЯ, и сдал ее в ломбард, а деньги потратил; его утвердительный ответ на наводящие вопросы председательствующего о том, что "в ваших действиях не было корысти, каждое из ваших деяний не содержит признаки преступлений", - является юридически ошибочным и не свидетельствует об отсутствии вины. Полагает, что вывод суда о нарушении адвокатом требований Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ и Кодекса профессиональной этики адвоката сделан лишь на основе вырванной из контекста фразы, что не свидетельствует о допущенном нарушении адвокатом права на защиту. Просит частное постановление отменить, а производство по делу прекратить. 

Проверив представленные материалы, обсудив изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ, если при судебном рассмотрении уголовного дела будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении уголовного нижестоящим судом, то суд вправе вынести частное определение или постановление, в котором обращает внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушения закона, требующие принятия необходимых мер. Суд вправе вынести частное определение или постановление и в других случаях, если признает это необходимым.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ любое постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. При этом в частном постановлении должны быть конкретно указаны установленные судом нарушения закона, лица, их допустившие, а также приведены фактические данные, на которых основаны выводы суда.

Так, основанием для вынесения частного постановления послужили установленные в ходе судебного разбирательства нарушения положений п.п.3, 4 ч. 4 ст. 6 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ, ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, допущенные адвокатом АЛП, поскольку выраженная защитником в прениях позиция о правильности квалификации действий подсудимого по одному из деяний как уголовно-наказуемому преступлению, очевидно не соответствовала заявлению подсудимого КАС об отсутствии в его действиях составов инкриминируемых преступлений.

Процессуальный порядок вынесения частного постановления судом не нарушен.

В соответствии с пп. 1 и 4 п. 1, п. 2 ст. 7 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять обязанности, отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката. За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную законом.

Как следует из материалов уголовного дела, адвокат АЛП, назначенный в порядке ст. 51 УПК РФ, в суде первой инстанции осуществлял защиту подсудимого КАС, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, ч. 2 ст. 160 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, в судебном заседании 2 февраля 2021 года КАС пояснил, что "у нег не было корыстной цели при изъятии планшета и бензопилы, учитывая семейные отношения, никак не думал и не считаю, что изъятие было противоправно…", а далее, отвечая на вопросы государственного обвинителя, - " у меня не было ст. 158 УК РФ, за планшет и за пилу... " (л.д. 22-23).

Также в своих показаниях, оглашенных в ходе судебного заседания, КАС указывает на отсутствие у него корыстной цели при изъятии планшета и бензопилы, что, учитывая фактические семейные отношения между ПАЯ и матерью, взял бензопилу и планшет временно и сдал в ломбард, о чем сообщил ПАЯ, признаков хищения в его действиях нет (л.д. 18-19). 

Между тем, адвокат АЛП, выступая уже в судебных прениях 2 февраля 2021 года, согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания, заявил, что " … в отношении факта продажи бензопилы несомненно установлено, что вещь принадлежала ПАЯ, то, что она хранилась на балконе, не позволяло моему подзащитному ею пользоваться, самостоятельно брать ее, здесь квалификация действия дана верная, считаю, что в данной ситуации у нас нет оснований говорить о том, что здесь произведена какая-то ошибка …".

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что адвокат АЛП, осуществляя защиту интересов КАС, занял позицию, противоположную позиции своего подзащитного, чем было нарушено гарантированное Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным законом право подсудимого на защиту.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о допущении адвокатом нарушений закона в ходе судебного заседания. Оснований не согласиться с ним у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Иные приведенные в апелляционной жалобе доводы также не являются безусловными основаниями для отмены или изменения решения суда. 

С учетом изложенного, принимая во внимание, что оспариваемое частное постановление содержит необходимые юридически значимые выводы, которые являются мотивированными и основаны на материалах дела, суд апелляционной инстанции, не усматривает оснований для его отмены или изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Частное постановление Петрозаводского городского суда от 16 февраля 2021 года, которым обращено внимание президента Адвокатской палаты Республики Карелия на действия адвоката АЛП при осуществлении защиты подсудимого КАС, оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката АЛП - без удовлетворения.

Председательствующий В.В. Богомолов