Судья Козьмик О.С. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 сентября 2025 года 

<

адрес>

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Носовец К.В.,

при секретаре Краморовой О.А.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры 

<

адрес> Волчка И.В.,

адвоката Демуриной И.Н.,

осужденного С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Демуриной И.Н. в защиту осужденного С. на приговор Кировского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

С., 

<

данные изъяты>

- осужден по ч.1 ст.264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком 260 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года,

УСТАНОВИЛ:

приговором суда С. признан виновным и осужден за управление автомобилем, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступление совершено им в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании С. вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Демурина И.Н. в защиту осужденного С. просит приговор суда, как незаконный и необоснованный, отменить, С. оправдать.

Обосновывая жалобу, защитник ссылается на пояснения С. о том, что в состоянии алкогольного опьянения он не находился, автомобилем не управлял, от прохождения медицинского освидетельствования и от подписей в протоколах не отказывался; в момент исследуемых событий он не мог управлять автомобилем, поскольку испытывал боль в локтевом суставе, что, по мнению защитника, подтверждается представленными осужденным медицинскими документами от ДД.ММ.ГГГГ и рецептом на получение антибиотика.

Находит показания сотрудников ДПС противоречивыми. Отмечает, что протокол об отстранении от управления транспортным средством был составлен не на территории АЗС, а в отделе полиции. Приводит свои суждения относительно содержания видеозаписи с видеорегистратора, установленного на служебном автомобиле, указав, что согласно просмотренной видеозаписи, сотрудники ДПС подъехали к стоящему автомобилю, С. сопротивление сотрудникам полиции не оказывал и не убегал, что противоречит показаниям сотрудников ДПС. Наряду с этим адвокат отмечает, что видеозапись состоит из нескольких файлов, однако на стадии дознания стороне защиты было отказано в проведении видеотехнической экспертизы, что, по мнению защитника, влечет недопустимость данного доказательства. 

Кроме того, автор жалобы указывает, что в момент исследуемых событий на территории АЗС находились иные лица, которые не были установлены и не допрашивались, как не допрашивалась в качестве свидетеля и женщина, которая находилась в машине с С.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Рябовол И.В., считая приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу адвоката Демуриной И.Н. – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав объяснения адвоката Демуриной И.Н., осужденного С., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Волчка И.В., полагавшего необходимым в удовлетворении жалобы отказать, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ, судом по настоящему делу установлены правильно и подробно приведены в приговоре.

Выводы суда о виновности С. в совершении преступления, за которое он осужден, вопреки доводам жалобы, основаны на совокупности изложенных в приговоре доказательствах и соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании, получили свою оценку в соответствии с требованиями ст.ст.17,87,88 УПК РФ и подробно приведены в приговоре. 

Оснований ставить под сомнение правильность выводов суда, изложенных в приговоре, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Дело рассмотрено полно, всесторонне и объективно, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства.

Все версии, выдвигавшиеся в защиту С., проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные, направленные на защиту от уголовного преследования, со ссылкой на конкретные доказательства и фактические обстоятельства дела, установленные в судебном заседании. 

Так, приходя к выводу о виновности С., суд обосновано сослался, как на доказательства, на показания свидетелей МИВ, САА и КНА – сотрудников ДПС, которыми установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 04 часов 30 минут при движении по 

<

адрес> был замечен автомобиль «Мазда 3», который неровно двигался, совершал неуверенные маневры. Они на служебном автомобиле проследовали за данным транспортным средством, не упуская его из вида, на территории АЗС автомобиль остановился. КНА и САА проследовали к автомобилю, на водительском сиденье которого находился С. с признаками опьянения (запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы). С. был проверен по базе данных, выяснилось, что ранее он привлекался к административной ответственности по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ. Он вел себя агрессивно, неадекватно, отказался от проведения с ним каких-либо мероприятий, в связи с чем был доставлен в отдел полиции № «Кировский», где в присутствии двух понятых он был отстранен от управления транспортным средством, после чего он отказался от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, о чем были составлены соответствующие протоколы, в которых С. отказался расписываться. Специальные средства – наручники в отношении С. были применены только для доставления в отдел полиции, при этом С. C.B. в болезненном состоянии не находился, активно жестикулировал руками. 

Оснований сомневаться в достоверности показаний данных свидетелей, являющихся сотрудниками правоохранительных органов, у суда не имелось, по смыслу закона, показания сотрудников полиции оцениваются наряду с другими доказательствами по делу. При этом судом не установлено неприязненных отношений между осужденным и данными свидетелями, которые осуществляли свою профессиональную деятельность, и какой-либо заинтересованности в их действиях из материалов дела не усматривается. Кроме того, перед допросом свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Объективные данные, свидетельствующие о наличии у сотрудников полиции оснований для искусственного создания доказательств либо их фальсификации, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, приведенные показания указанных свидетелей согласуются с показаниями свидетеля СЮА, принимавшего участие в качестве понятого. Так, согласно показаниям данного свидетеля, в отделе полиции № «Кировский» он увидел С., который вел себя неадекватно, агрессивно, разговаривал только на повышенных тонах, перебивал сотрудников полиции, оказывал им неповиновение. В его присутствии и в присутствии второго понятого сотрудник ГИБДД отстранил С. от управления транспортным средством, поскольку у того имелись признаки опьянения, о чем был составлен протокол, в котором он и второй понятой расписались, С. от подписи отказался. После этого сотрудником ГИБДД С. было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте при помощи алкотектора, от чего тот отказался, затем сотрудник ГИБДД предложил С. пройти освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении, разъяснив последствия отказа, однако С. также отказался от медицинского освидетельствования. Сотрудником ГИБДД были составлены соответствующие протоколы, в которых он и второй понятой расписались, С. от подписей в протоколах отказался. В отделе полиции С. находился без наручников и при желании мог расписаться в составленных протоколах.

Не доверять вышеприведенным и изложенным в приговоре показаниям свидетелей у суда оснований не имелось с учетом их последовательности и объективной подтвержденности письменными материалами, а именно: 

-копией постановления мирового судьи 2-го судебного участка Кировского судебного района 

<

адрес>, и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Кировского судебного района 

<

адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому С. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев;

-протоколом 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об отстранении от управления транспортным средством, согласно которому С. в присутствии двух понятых был отстранен от управления автомобилем «Мазда 3», г/н №, 22, в связи с наличием достаточных оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения;

-протоколом 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, согласно которому основанием для направления С. на медицинское освидетельствование явились признаки опьянения, а также отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения;

-протоколом от ДД.ММ.ГГГГ осмотра оптического диска с видеозаписями с установленного на служебном автомобиле видеорегистратора и камер видеонаблюдения АЗС, просмотренными также и в судебном заседании, зафиксировавшими факт движения и остановки автомобиля «Мазда 3», г/н №, 22, под управлением С., а также действия С., свидетельствующие о невыполнении законных требований должностных лиц и воспрепятствовании исполнению служебных обязанностей при изложенных свидетелями обстоятельствах.

Кроме того, вина С. в совершении данного преступления подтверждается также и иными доказательствами по делу, которые были исследованы в судебном заседании и подробно приведены в приговоре.

Все представленные сторонами доказательства судом были исследованы, им в приговоре дана надлежащая оценка, при этом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом. 

В частности, с приведением соответствующей мотивации в приговоре суд указал, почему он критически отнесся показаниям осужденного С., отрицавшего свою вину. Данные показания опровергаются совокупностью вышеприведенных доказательств, положенных в основу приговора, в том числе видеозаписями с регистратора патрульного автомобиля и видеокамер, которые объективно фиксируют все события и подтверждают показания свидетелей, оснований которым не доверять не имеется. 

Доводы стороны защиты о невиновности С. не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий. Критическое отношение суда к такой позиции осужденного является верным, его показания признаны неубедительными с приведением в приговоре подробных доказательств, с изложением мотивов принятых решений, не согласиться с которыми оснований у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Отказ С. от прохождения медицинского освидетельствования, исходя из примечания 2 к ст.264 УК РФ, приравнивается к нахождению в состоянии алкогольного опьянения.

Представленные стороной защиты медицинские документы от ДД.ММ.ГГГГ об удалении С. новообразования ПЖК в области локтевого сустава не свидетельствуют о невозможности управления им автомобилем ДД.ММ.ГГГГ. 

В связи с изложенным суд обоснованно расценил данную позицию С., как избранный способ защиты от предъявленного обвинения, с чем нельзя не согласиться.

Суждения стороны защиты относительно иного содержания видеозаписей являются надуманными, содержание видеозаписей не порождает сомнений относительно зафиксированных на них обстоятельств.

При этом вопреки доводам жалобы, суд правомерно использовал в качестве доказательства по делу указанные видеозаписи, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости.

Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, в том числе показаниях свидетелей обвинения, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования в его пользу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Ставить под сомнение изобличающие осужденного показания свидетелей, которые перед допросами предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, с учетом последовательности и объективной подтвержденности приведенных показаний совокупностью иных доказательств по делу, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей в исходе дела при их допросах, оснований для оговора осужденного, о сознательном искажении ими фактов, имевших место в действительности с целью привлечения С. к уголовной ответственности, не установлено. Напротив, приведенные показания нашли подтверждение в иных доказательствах по делу и подтверждают существо установленных судом обстоятельств.

Объективные данные, свидетельствующие о наличии у сотрудников правоохранительных органов оснований для искусственного создания доказательств либо их фальсификации, в материалах дела отсутствуют.

Довод стороны защиты о совершении должностными лицами ГИБДД неправомерных действий в отношении С. какими-либо объективными данными не подтверждается.

То обстоятельство, что протокол об отстранении от управления транспортным средством и иные процессуальные документы были составлены в отделе полиции, а не на месте совершения преступления, не свидетельствует о недопустимости данных доказательств.

В соответствии с п.8 Приказа МВД России от 02.05.2023 №264 «Об утверждении Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения», оформление процессуальных документов, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, осуществляется в патрульном транспортном средстве, служебном помещении стационарного поста, территориального органа МВД России и иных местах, определяемых в соответствии с п.100 Порядка.

В связи с этим, оформление вышеприведенных процессуальных документов в отделе полиции, куда он был доставлен для осуществления административных процедур, о процессуальных нарушениях не свидетельствует и недопустимость вышеуказанных протоколов не влечет.

Оснований считать, что приговор постановлен на недопустимых и недостоверных доказательствах, не имеется. 

Каких-либо нарушений прав осужденного во время расследования, и рассмотрения настоящего дела судом первой инстанции, а также наличия у суда обвинительного уклона при рассмотрении дела по существу, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Как следует из материалов уголовного дела, в том числе из протоколов следственных действий, а также судебного заседания, дело расследовано и рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, органом дознания, а также судом были рассмотрены, о чем свидетельствуют соответствующие, должным образом мотивированные постановления, имеющиеся в материалах дела. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом либо органом дознания ходатайств, в том числе о назначении и проведении по делу экспертиз, о чем утверждается в апелляционной жалобе стороны защиты, апелляционным судом не установлено.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что мотивированное постановление дознавателя об отказе в удовлетворении ходатайства С. о проведении видеотехнической экспертизы не обжаловалось, в ходе судебного разбирательства ходатайство о назначении и проведении по делу судебной видеотехнической экспертизы стороной защиты не заявлялось.

Доводы стороны защиты о том, что органом дознания не установлены очевидцы произошедшего, присутствовавшие на АЗС, не свидетельствуют о неполноте предварительного следствия и нарушении закона, не влияют на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда о виновности С., поскольку по делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденного в инкриминируемом ему деянии.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что органы обвинения самостоятельны в определении объема доказательств, которые они представляют суду в подтверждение предъявленного обвинения, а суд самостоятелен в определении их достаточности для принятия окончательного решения, а то обстоятельство, что по делу не были установлены иные очевидцы (свидетели) произошедшего, не выполнены иные следственные действия, которые сторона защиты считала необходимым выполнить, не свидетельствует ни о нарушении закона, ни о неполноте как предварительного, так и судебного следствия, так как не влияет на правильность установления судом фактических обстоятельств дела и на выводы суда о виновности осужденного, основанные на доказательствах, содержащих исчерпывающие сведения относительно всех обстоятельств, подлежащих доказыванию и имеющих значение для принятия правильного решения по делу. 

Оснований полагать, что суждения, приведенные судом при оценке доказательств, являются предположениями, что имел место избирательный, необоснованный и немотивированный подход суда к оценке показаний допрошенных лиц и письменных доказательств, не имеется.

Изложенные в жалобе адвоката доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. 

Несогласие стороны защиты с правильной оценкой исследованных в судебном заседании доказательств, как положенных в основу обвинительного приговора, так и отвергнутых судом с приведением убедительных мотивов, само по себе безусловным основанием для их переоценки не является и о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, не свидетельствует. 

Проверив все доводы в защиту осужденного, доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, как каждое в отдельности, так и в совокупности, оценив имеющиеся противоречия, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела. 

Всесторонний анализ и основанная на законе оценка совокупности исследованных в судебном заседании доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства содеянного С. и верно квалифицировать его действия по ч.1 ст.264.1 УК РФ как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

Оснований для переквалификации действий осужденного, как и для его оправдания, не установлено

Наказание С. назначено судом в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, соразмерно содеянному, с учетом всех имеющих значение сведений, характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств. 

При этом судом в должной степени учтены смягчающие наказание осужденного обстоятельства – наличие двоих малолетних детей, нахождение на иждивении матери, состояние здоровья как осужденного, так и его близких родственников. 

Оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими наказание, суд не усмотрел, не находит их и суд апелляционной инстанции.

Обстоятельств, отягчающих наказание С., не установлено.

С учетом изложенного, конкретных обстоятельств дела, данных о личности С., суд обоснованно пришел к выводу о возможности его исправления с назначением наказания в виде обязательных работ, не усмотрев оснований для применения положений ст.64 УК РФ при назначении наказания. Выводы суда в указанной части подробно изложены в приговоре с приведением убедительных мотивов принятого решения. 

Назначение дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч.1 ст.264.1 УК РФ, являлось обязательным. Вид и размер назначенного дополнительного наказания соответствует санкции ч.1 ст.264.1 УК РФ, характеру и степени общественной опасности содеянного.

Таким образом, назначенное С. наказание является справедливым, соразмерным содеянному и соответствующим личности осужденного, отвечает требованиям ст.43 УК РФ о его назначении в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Все обстоятельства, имеющие значение при решении вопроса о виде и размере наказания, суд в полной мере учел при назначении С. наказания, выполнив требования закона об индивидуализации наказания. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо внесение изменений в приговор, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20,389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кировского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении С. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Демуриной И.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. 

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись) Носовец К.В.

Копия верна:

Судья 

Новосибирского областного суда Носовец К.В.