Судья Шпак В.А. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 11 января 2018 г.

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи ФИО26,

при секретаре ФИО6,

с участием прокурора ФИО7,

адвокатов ФИО18, ФИО9, ФИО12, ФИО8,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении обвиняемых ФИО3, ФИО2, ФИО1 по апелляционным жалобам адвоката ФИО18 в защиту обвиняемого ФИО1, адвоката ФИО9 в защиту обвиняемого ФИО2 на постановление Лискинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ возвращено прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Заслушав доклад судьи областного суда ФИО26, выступления осужденных ФИО3, ФИО2, ФИО1, их защитников – адвокатов ФИО18, ФИО9, поддержавших доводы жалоб, адвоката ФИО12, поддержавшего возражения на апелляционные жалобы и просившего оставить постановление суда без изменения, потерпевшего ФИО10 и ее представителя адвоката ФИО8, просивших об оставлении постановления суда без изменения, а жалобы без удовлетворения, мнение прокурора отдела областной прокуратуры ФИО7, просившего об оставлении постановления суда без изменения, а доводы жалоб без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

В производстве Лискинского районного суда 

<

адрес> находится уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.

В ходе судебного разбирательства защитником подсудимого ФИО3 – адвокатом ФИО12 заявлено ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении подсудимого ФИО3 за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ в связи с наличием оснований для предъявления более тяжкого обвинения подсудимому ФИО1

Как указывает в ходатайстве адвокат в основу обвинения ФИО3 органом предварительного расследования положены показания обвиняемых ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, которые, будучи привлеченными к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 115 УК РФ, признавая свою вину в совершении инкриминируемого им деяния в полном объеме, при допросах в качестве обвиняемых дали усеченные (неполные) показания, сославшись при этом на все ранее данные ими показания в ходе предварительного следствия, в том числе, при допросе в качестве свидетелей, заявив об их достоверности. 

В ходе судебного следствия, в связи с отказом подсудимых ФИО1 и ФИО2 от дачи показаний в суде, на основании п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, их показания были оглашены. Оглашенные показания имеют существенные и взаимоисключающие противоречия, касающиеся событий преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ и ч. 1 ст. 115 УК РФ, предметов, используемых при совместном избиении потерпевшего ФИО11, механизмов причинения потерпевшему ФИО11 телесных повреждений, последовательности действий подсудимых, количества наносимых потерпевшему ФИО11 ударов и другого. 

По мнению адвоката ФИО12 в связи с тем, что подсудимые ФИО1 и ФИО2 в ходе их допроса в качестве обвиняемых от ДД.ММ.ГГГГ подтвердили все ранее данные ими показания и сослались на них, а в судебном заседании, воспользовавшись своим правом, отказались от дачи показаний, суд объективно лишен возможности устранить имеющиеся в показаниях ФИО1 и ФИО2 противоречия и положить их в основу приговора. 

Адвокат ФИО12 считает, что имеются основания для предъявления подсудимому ФИО1 обвинения в совершении более тяжкого преступления, в частности, это: показания свидетеля ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенные в судебном заседании, согласно которым в ходе совместного избиения потерпевшего ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ на берегу реки Дон он осмотрел карманы шорт потерпевшего ФИО11 и открыто изъял денежные средства в сумме 1 200 рублей; показания подсудимого ФИО3 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым, в процессе совместного избиения ФИО11, ФИО1 принес металлический рифленый лом и, размахнувшись, нанес ломом удар в область головы потерпевшего ФИО11; показания свидетеля ФИО13, данными в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в октябре 2015 года во время совместной командировки он был свидетелем разговора между ФИО3 и ФИО2, в ходе которого последние говорили о том, что ФИО1 ударил ломом по голове потерпевшего; протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого на трупе в теменной области головы обнаружена рана размером 2х0,1 см, в которой виднеются следы с веществом бурого цвета; показания допрошенной в суде свидетеля ФИО14, которая подтвердила, что участвовала ДД.ММ.ГГГГ в осмотре места происшествия, при осмотре трупа ФИО11; заключение эксперта ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому телесные повреждения могли образоваться при механизме, указанном на представленном видео и представленном протоколе следственного эксперимента с участием свидетеля ФИО3; заключение специалиста ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ и его показания, данные в судебном заседании, из которых следует, что он подтвердил свое заключение и показал, что рана в заднем отделе теменной области головы ФИО17 могла быть образована только в результате скользящего удара твердым тупым предметом, вероятнее всего, с преобладающей поверхностью.

Защитник ФИО12 считает, что показаниями ФИО3 в совокупности с другими доказательствами подтверждено событие, связанное с нанесением ФИО1 удара с размаху металлическим ломом в область головы потерпевшего и свидетельствует о наличии у ФИО1 данного умысла, то есть является основанием для предъявления подсудимому ФИО1 обвинения в совершении более тяжкого преступления. 

Кроме того, защитник ФИО12 полагает, что органами следствия не дана правовая оценка событию, свидетельствующему о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, управляя автомашиной «ГАЗ-66», пытался наехать передней частью автомашины на сидящего на земле потерпевшего ФИО11.

Также защитник ФИО12 указывает на то, что органами предварительного следствия в вину ФИО2 и ФИО1 не вменен квалифицирующий признак совершение преступления «группой лиц».

Адвокат ФИО12 указывал, что в ходе судебного следствия было установлено, что выводы всех проведенных по уголовному делу судебных экспертиз являются спорными, противоречивыми и взаимоисключающими.

Постановлением Лискинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ возвращено прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционных жалобах адвокат ФИО18 в защиту обвиняемого ФИО1 просит отменить постановление. Указывает, что в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не избиралась, в судебном заседании данный вопрос не рассматривался, однако, в обжалуемом постановлении указано, что в отношении ФИО1 избрана указанная мера пресечения. В жалобе выражает несогласие с выводами суда о том, что имеются основания для квалификации действий ФИО1, ФИО3, ФИО2 как более тяжкого преступления, с признаками «группой лиц» и «с применением предмета, используемого в качестве оружия»; о том, что обвиняемые являются соисполнителями, объединенные единством места и времени совершения преступления, действия обвиняемых были согласованы, обвиняемые взаимно осознавали о присоединении их действий и последствий; о том, что мотивом для совершения преступления послужили конфликты по поводу подозрения ФИО11 в хищении денежных средств, предназначенных для всей бригады в качестве командировочных. 

Считает, что суд произвел оценку доказательств, фактически высказал мнение о квалификации преступления и виновности. 

В апелляционных жалобах адвокат ФИО9 в защиту обвиняемого ФИО2 просит об отмене постановления. Выражает несогласие с выводом суда о том, что обвиняемые являлись соисполнителями, объединенными единством места и времени совершения преступления, действия ФИО1, ФИО3, ФИО2 были совместными и согласованными, направленными на достижение единого результата, в связи с чем действия обвиняемых следует квалифицировать по статье, предусматривающей ответственность за причинение наиболее тяжкого наступившего последствия, с признаками «группой лиц» и «с применением предмета, используемого в качестве оружия».

При предъявлении обвинения следствием не конкретизировались какие телесные повреждения, каким образом и от чего образовались на теле Гудим.

Считает, что суд, в нарушение ч. 13 ст. 237 УПК РФ, предрешил вопросы доказанности вины ФИО2 и квалификации содеянного. Указывает, что в постановлении суд ссылается на показания ФИО2, но не конкретизирует, какие именно принимает во внимание, однако, по мнению адвоката, не все показания ФИО2 являются допустимыми. 

ФИО2 согласился с предъявленным обвинением, признал себя виновным в причинении легкого вреда здоровью, подробно описал действия каждого из обвиняемых. 

Считает, что действия ФИО2 правильно квалифицированы органами предварительного расследования по ч. 1 ст. 115 УК РФ. 

Также указывает, что вопрос об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде ФИО2 в суде сторонами не обсуждался. 

На апелляционную жалобу адвоката ФИО18 адвокат ФИО12, в защиту обвиняемого ФИО3, подал возражения, в которых просил постановление о возвращении уголовного дела прокурору оставить без изменения, полагая, что постановление является законным и обоснованным, а апелляционную жалобу оставить без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на апелляционную жалобу адвоката ФИО18, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если:

обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления п.6;

фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния (п.6).

В силу требований ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным пунктом 6 части первой настоящей статьи, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния. При этом суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого, о совершении общественно опасного деяния лицом, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера.

При этом в соответствии с правилами оценки доказательств, установленными ч.1 ст.88 УПК РФ, доказательства оцениваются с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Органами предварительного расследования ФИО3 обвиняется в преступлении, предусмотренном ч. 4 ст. 111 УК РФ, то есть умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Как следует из фабулы предъявленного обвинения, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 30 минут на участке местности, расположенном на берегу 

<

адрес> на окраине 

<

адрес> в ходе конфликта с ФИО11, возникшего на почве личных неприязненных отношений, в связи с подозрением последнего в совершении хищения денежных средств, ФИО3, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО11, повалил ФИО11 на землю, после чего с целью причинения тяжкого вреда здоровью, совместно с ФИО1 и ФИО2, поддержавших претензии ФИО3 к ФИО11 по поводу хищения денежных средств, стал избивать ФИО11, при этом нанес ему множественные удары в область головы, а так же множественные удары металлическим прутом, который по его просьбе передал ему ФИО1, в область головы, шеи, тела, верхних и нижних конечностей. ФИО1 и ФИО2, в свою очередь, наносили ФИО11 множественные удары в область головы, тела, верхних и нижних конечностей. В процессе избиения ФИО3, продолжая реализовывать свой преступный умысел, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ФИО11, удерживая металлический прут обеими руками с силой надавил указанным прутом на шею ФИО11, лежащему на спине, в результате чего ФИО11 потерял сознание. После того, как ФИО11 пришел в себя, ФИО3 правой рукой взял его за левую руку и протащил несколько метров в сторону 

<

адрес>, где левой рукой взял ФИО17 за шею спереди и, с силой надавливая пальцами правой руки на шею с обеих сторон, отбросил его на землю.

Умышленно надавливая металлическим прутом и рукой с большой силой на жизненно-важную часть тела ФИО11 - шею, ФИО3, предвидел возможность наступления общественно-опасного последствия в виде смерти ФИО11, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этого последствия, полагая, что ФИО11 останется жив. 

Через некоторое время после избиения ФИО3, совместно с ФИО2, погрузил ФИО11 в свой служебный автомобиль «ГАЗ -27527» с г.р.з. 

<

***> и перевез его на участок местности, расположенный в 300 м от ДОЛ «Чайка» 

<

адрес>, а оттуда к дому, расположенному по адресу: 

<

адрес>, где вытащил ФИО11 из автомобиля и оставил в 30 метрах от указанного дома, в направлении 

<

адрес>, положив на землю.

Через непродолжительное время ФИО19, находясь в указанном месте, умер.

Анализ, изложенных в обвинительном заключении обстоятельств совершения ФИО3 противоправного деяния, указывает на то, что тяжкий вред здоровью потерпевшего был причинен им с использованием в качестве оружия металлического предмета – прута, что требует применения уголовного закона о более тяжком преступлении и указывает на неправильность квалификации описанного в них деяния.

В силу ч. ч. 1, 2 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Вместе с тем, неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния и неверное установление основания уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения.

Исходя из изложенного, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае, ввиду несоответствия квалификации инкриминируемого обвиняемому ФИО3 преступления обстоятельствам, указанным в обвинительном заключении, имеет место нарушение требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, препятствующее рассмотрению уголовного дела судом.

ФИО2 и ФИО1 органами предварительного расследования обвиняются в причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, то есть преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 115 УК РФ, совершенном при следующих обстоятельствах. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО27 C.Л. и его коллеги по работе ФИО1 и ФИО2 после ночлега находились на участке местности, расположенном на берегу 

<

адрес> на окраине 

<

адрес>, где накануне отдыхали, употребляя спиртные напитки. Примерно в 11.00 часов на вышеуказанный участок местности пришел ФИО11 с матерью ФИО10, братом матери ФИО20 и своими знакомыми ФИО21 и ФИО22, где стали распивать спиртное и жарить шашлык. В период времени с 13 часов 00 минут до 16 часов 00 минут ранее не знакомые компании ФИО3 и ФИО11 объединились, начав распивать спиртное совместно. В дальнейшем ФИО10, ФИО20, ФИО21 и ФИО22 ушли домой, а ФИО11 со ФИО27 C.JI. уехали для приобретения спиртного в магазин, расположенный в 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 30 минут ФИО11 и ФИО3 вернулись на участок местности, расположенный на берегу 

<

адрес> на окраине 

<

адрес>, где находились ФИО1 A.M. и ФИО2, после чего ФИО11 совместно с ФИО2 продолжили распивать спиртные напитки. 

В указанный период времени ФИО3 обнаружил, что у него пропали денежные средства в сумме около 20 000 рублей и, предположив, что их мог похитить ФИО11, стал предъявлять последнему претензии по данному поводу.

В это время у ФИО2 и ФИО1, находившихся в состоянии алкогольного опьянения и поддержавших претензии ФИО3 к ФИО11 по поводу хищения денежных средств, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возник умысел, направленный на причинение легкого вреда здоровью ФИО11

ФИО3, повалил ФИО17 на землю, после чего совместно с ФИО2 и ФИО1 A.M., реализующими свой преступный умысел, направленный на умышленное причинение легкого вреда здоровью ФИО11, на почве личных неприязненных отношений, связанных с подозрением в хищении денежных средств, осознающими противоправность и общественную опасность своих действий, предвидящими наступление общественно опасных последствий в виде причинения легкого вреда здоровью ФИО11 и желающими их наступления, действуя группой лиц, стали избивать ФИО11 При этом ФИО3 нанес ФИО11 множественные удары руками в область головы, а также множественные удары металлическим прутом, который по его просьбе ему передал ФИО1 A.M., в область головы, шеи, тела, верхних и нижних конечностей. ФИО2 и ФИО1 A.M., так же наносили ФИО11 множественные удары руками и ногами в область головы, верхних и нижних конечностей. В процессе избиения ФИО3, удерживая металлический прут обеими руками с силой надавил указанным прутом на шею ФИО11, лежащему на спине, в результате чего ФИО11 потерял сознание. После того как ФИО11 пришел в себя, ФИО27 C.Л. правой рукой взял его за левую руку и протащил несколько метров в сторону 

<

адрес>, где левой рукой взял ФИО11 за шею спереди и, с силой надавливая пальцами правой руки на шею с обеих сторон, отбросил его на землю.

Через некоторое время после избиения ФИО3 совместно с ФИО2 погрузил ФИО11 в свой служебный автомобиль «ГАЗ - 27527» с г.р.з. 

<

***> после чего перевез его на участок местности, расположенный в 300 метрах от ДОЛ «Чайка» 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, а оттуда к дому, расположенному по адресу: 

<

адрес>, где вытащил ФИО11 из автомобиля, и оставил в 30 метрах от указанного дома, в направлении 

<

адрес>, положив на землю.

Через непродолжительное время ФИО11, находясь в указанном месте, умер. 

ДД.ММ.ГГГГ примерно в 08 ч 00 мин труп ФИО11 был обнаружен возле дома по указанному адресу.

Как следует из обвинительного заключения, из всего комплекса телесных повреждений, причиненных потерпевшему ФИО11 в результате совместных действий ФИО3, ФИО2 и ФИО1, в вину ФИО3 вменены все имевшиеся у ФИО11 телесные повреждения, указанные в заключении эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № ( т.5 л.д. 3-11). 

ФИО1 и ФИО2 обвиняются в причинении ФИО11 совместно со ФИО3 телесных повреждений группы «Б», в том числе в области шеи: 

ссадины на передней поверхности шеи в нижней трети; 

двух ссадин на правой боковой поверхности шеи в нижней трети; 

ссадины на левой боковой поверхности шеи в верхней трети;

ссадины на левой боковой поверхности шеи в средней трети, 

за исключением: 

перелома правого синхондроза подъязычной кости; 

перелома левого синхондроза подъязычной кости; 

кровоизлияния в области левого большого рога подъязычной кости.

Разграничивая причинение указанных повреждений, в том числе в области жизненно важного органа – шеи, между всеми обвиняемыми, вменяя ФИО3 в вину причинение телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, а так же перелом правого синхондроза подъязычной кости, перелом левого синхондроза подъязычной кости, кровоизлияние в области левого большого рога подъязычной кости, а в вину ФИО2 и ФИО1 - причинение всех выявленных у ФИО11 телесных повреждений, которые при жизни квалифицировались бы как повреждения, повлекшие за собой легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, органы следствия исходили исключительно из показаний ФИО2 и ФИО1, уличающих ФИО3 в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО17, приведшего к его смерти, и отрицающих наличие у них умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО23, а так же проведенных по делу судебных экспертиз.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства суд установил, что за несколько часов до возникновения конфликта между ФИО3 и ФИО11, поводом для которого явилось подозрение ФИО11 в хищении у ФИО3 переданных ему в подотчет денежных средств, имел место аналогичный конфликт между ФИО1 и ФИО11 

Так, из показаний ФИО1 следует, что в период времени, относящийся к рассматриваемым событиям, у него при себе имелось около 9-10 тысяч рублей, которые он хранил в кошельке, находящемся в сумке. Сумка, в свою очередь, находилась в автомобиле ФИО3 на панели у лобового стекла. В процессе совместного с компанией ФИО11 отдыха он отлучился на 20-30 минут, а когда вернулся и проверил наличие денежных средств в кошельке, то обнаружил, что они отсутствуют. Он, обратившись к компании ФИО11, стал предъявлять претензии по поводу пропажи денежных средств. На что ФИО11 предложил внимательнее проверить сумку. Деньги действительно оказались в сумке, однако не в кошельке, а на дне сумки. После этого ФИО11 нанес ему один удар кулаком в область переносицы, и пытался еще нанести удары, но его оттащили ФИО2, ФИО3 и молодой человек из компании ФИО11 После этого он извинился перед ФИО24, и они помирились.

Исходя из изложенного, вывод следствия о том, что неприязненные отношения между ФИО1 и ФИО11, возникли позднее, уже в процессе конфликта между ФИО3 и ФИО11, противоречат фактическим обстоятельствам по делу. 

Кроме того, показания ФИО2 и ФИО1, данные в ходе предварительного следствия являются противоречивыми при описании механизма причинения как ФИО3, так и ими самими телесных повреждений ФИО17, количества нанесенных ему ударов.

Так, версия о том, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время на берегу 

<

адрес> в районе 

<

адрес> ФИО3 осуществлял давление на переднюю поверхность шеи ФИО17, который лежал на спине, металлическим прутом, надавливая на указанный прут своим весом, в результате чего ФИО11 потерял сознание, а через некоторое время взял ФИО17 левой рукой за переднюю поверхность шеи и удерживал его, после чего с силой отбросил от себя, впервые появилась в показаниях ФИО2 и ФИО1 только при допросах в качестве свидетелей ДД.ММ.ГГГГ.

Ранее ни ФИО1, ни ФИО2 данной версии не выдвигали.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, причиной смерти ФИО11 явилась травма шеи, осложнившаяся развитием механической асфиксии, и данный вывод основан на обнаружении при судебно-медицинской экспертизе у трупа:

комплекса повреждений, создающих непосредственную угрозу для жизни (переломы правой и левой пластин щитовидного хряща, кровоподтек и ссадины на его фоне на передней поверхности шеи справа, кровоизлияния в мягких тканях шеи на это уровне);

признаков осложнения данного воздействия (обширные кровоизлияния в подслизистом слое на уровне переломов щитовидного хряща и отеком ложных и истинных голосовых связок и смыканием голосовой щели);

признаков развития угрожающего жизни состояния – механической асфиксии (кровоизлияния в соединительной оболочке глаз (экхимозы), кровоизлияния под легочной плеврой (пятна Тардье), увеличение объема легких, острая эмфизема легких, спазм бронхов, полнокровие внутренних органов и жидкое состояние крови) ( т.5 л.д. 3-11). 

По результатам судебно-медицинской экспертизы №.16 от ДД.ММ.ГГГГ экспертами сделан вывод, что повреждения подъязычной кости и щитовидного хряща, обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО11, могли образоваться по механизмам, описываемым свидетелями ФИО2 и ФИО1 при допросах от ДД.ММ.ГГГГ и демонстрируемым при проведении следственных экспериментов ДД.ММ.ГГГГ, что вытекает из сравнительного анализа механизмов, установленных при проведении экспертизы, выявившего следующие существенные совпадения:

- неоднократности воздействий;

- вида действующих орудий – тупые предметы, обладающие жесткостью (монтировка и рука); 

- конструктивной особенности одного их травмирующих предметов (протяженность по длине монтировки);

- мест приложения травмирующей силы и способов воздействия:

а) монтировкой – сдавление шеи в передне-заднем направлении с приложением травмирующей силы в область передней поверхности шеи;

б) рукой - захват передней поверхности шеи с боковых сторон и сдавление шеи путем сжатия кисти ( т.5, л.д. 81-82). 

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы №.16 от ДД.ММ.ГГГГ, ввиду того, что переломы подъязычной кости и щитовидного хряща были причинены по различному механизму, одномоментное повреждение указанных анатомических образований при сдавливании шеи рукой с боковых сторон исключается.

При сдавлении шеи рукой с боковых сторон могли образоваться только переломы подъязычной кости.

Повреждения щитовидного хряща не могли быть причинены в результате сдавления шеи рукой с боковых сторон, так как установленный при медико-криминалистическом исследовании механизм их образования заключается в прямом приложении силы в область передней поверхности шеи, в проекции угла щитовидного хряща, то есть при ударе или сдавлении в передне-заднем направлении и несколько справа налево (ответ №).

По вопросу «Могли ли повреждения подъязычной кости и щитовидного хряща образоваться при ударах или сдавлении шеи в передне-заднем направлении предметом, протяженным по длине (монтировкой, ломом)?» экспертами сделан вывод о том, что необходимым условием для образования перелома подъязычной кости является такое травматическое воздействие, при котором свободные концы ее рогов смещаются внутрь. Удар или сдавливание шеи в переднее-заднем направлении предметом, протяженным по длине не обеспечивает подобного воздействия, следовательно, переломы подъязычной кости не могли образоваться по механизму, описанному в вопросе.

При ударном воздействии или сдавлении в переднее-заднем направлении тупым предметом, протяженным по длине, типа монтировки или лома, могли образоваться только переломы щитовидного хряща, что подтверждается соответствием механизма, описанного в вопросе, и механизма, установленного при медико-криминалистическом исследовании, заключающегося в прямом приложении силы в область передней поверхности шеи, в проекции угла щитовидного хряща, несколько справа налево.

Кроме того, экспертами сделан вывод, что в повреждениях подъязычной кости и щитовидного хряща не отобразилось специфических признаков, по которым было бы возможно провести индивидуальную идентификацию действующего орудия, в том числе, определить каким именно из двух возможных орудий были причинены повреждения ( т. 5, л.д. 62-74). 

В заключении проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ экспертами в части, касающейся установления возможного механизма повреждения щитовидного хряща, так же сделан вывод о невозможности в данном конкретном случае установить конструктивные особенности действовавшего орудия (форму, размеры, рельеф травмирующей поверхности, наличие каких-либо выстоящих элементов).

Анатомические особенности щитовидного хряща и особенности переломов (близкое их расположение друг к другу) не позволяют установить тип травмирующей поверхности, то есть преобладала ли она над травмирующей областью, либо была ограниченной.

По этой причине, подвергнуть сравнительному анализу возможно лишь групповые характеристики, в этом случае эксперты не находят оснований исключать в качестве травмирующего предмета руку (кулак), так как она является тупым предметом, обладающим жесткостью и массой, иными словами, ее характеристики соответствуют необходимым свойствам травмирующего предмета, которым могли быть причинены переломы щитовидного хряща (т. 6, л.д.151-163).

Таким образом, по результатам проведенных по делу экспертиз не представилось возможным установить конструктивные особенности действовавшего орудия (его форму, размеры, а так же тип, рельеф травмирующей поверхности, наличие каких-либо выстоящих элементов, преобладала ли она над травмирующей областью, либо была ограниченной), которым причинены повреждения щитовидного хряща ФИО11, повлекшие тяжкий вред здоровью, в данном случае приведший к наступлению смерти.

При этом эксперты допустили возможность причинения повреждений в виде переломов щитовидного хряща рукой (кулаком руки), так как их характеристики соответствуют необходимым свойствам травмирующего предмета.

Органами следствия было установлено, что ФИО2 и ФИО1 A.M. в процессе избиения ФИО3 ФИО11 одновременно наносили ФИО11 множественные удары руками и ногами в область головы, верхних и нижних конечностей. 

ФИО2 и ФИО1 при допросах, а так же, давая показания в ходе следственных действий, не отрицали нанесение потерпевшему ФИО11 ударов руками, в том числе кулаками рук.

При допросе в качестве обвиняемых, они признали свою вину в причинении совместными действиями всех выявленных у ФИО11 телесных повреждений, которые при жизни квалифицировались бы как повреждения, повлекшие за собой легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, в том числе имевшихся в области шеи, то есть жизненно-важного органа.

Исходя из этого, вывод следствия о доказанности обстоятельств, указывающих на причинение телесных повреждений ФИО11, повлекших тяжкий вред его здоровью, а в данном случае приведший к его смерти, лишь действиями ФИО3, а так же о доказанности умысла ФИО2 и ФИО1 на причинение потерпевшему ФИО11 только легкого вреда здоровью, сделан органами следствия без надлежащей оценки всей совокупности собранных по делу доказательств.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что на фоне конфликтов, возникших изначально между ФИО1 и ФИО11, а впоследствии между ФИО3 и ФИО11, причиной которых в каждом случае выступило подозрение ФИО11 в хищении денежных средств у ФИО1 и ФИО3, переданных им в подотчет в качестве командировочных расходов для всей бригады, между всеми подсудимыми и ФИО11 сложились неприязненные отношения. Указанное свидетельствует о том, что у каждого из подсудимых имелся мотив для совершения в отношении ФИО11 преступления. 

В процессе избиения ФИО11 ФИО3 ФИО2 и ФИО1 присоединились к последнему, одновременно со ФИО25 нанося ФИО11 удары руками, кулаками рук и ногами по всем частям тела. ФИО1, передав ФИО3 по его просьбе металлический предмет - монтировку для дальнейшего избиения, сразу же включился в процесс избиения ФИО11, и одновременно в процессе нанесения ФИО3 ударов монтировкой по потерпевшему, наносил удары ФИО11, в том числе в область лица, головы, грудной клетки, которые относятся к жизненно-важным органам. ФИО2, в свою очередь, с целью подавления сопротивления ФИО11 и создания условий ФИО3 и ФИО1 для достижения целей избиения ФИО11, удерживал ноги последнего и наносил удары по ним, а так же по всему телу руками и ногами. 

Таким образом, действия ФИО3, ФИО2 и ФИО1 были согласованными, они взаимно осознавали о присоединении их действий и последствий друг к другу.

Характер действий подсудимых после избиения ФИО11, которые описаны ими в своих показаниях: обливание ФИО17 водой, алкоголизирование (вливание в горло водки), погрузка в багажное отделение автомобиля в «коматозном» состоянии, перевозка и оставление в ночное время в безлюдном месте в опасном для жизни или здоровья состоянии (обмяк, отсутствовала речь), непринятие мер для оказания медицинской помощи, так же свидетельствуют о том, что их умыслом охватывался общий преступный результат.

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями).

В данном случае ФИО3, ФИО1 и ФИО2 являлись соисполнителями, объединенными единством места и времени совершения преступления. Имея желание избить потерпевшего ФИО11, они действовали без предварительной договоренности, однако их действия были совместными и согласованными, направленными на достижение единого результата - причинения вреда здоровью потерпевшего ФИО11 К наступлению в результате их действий какого-то конкретного из возможных последствий, определяющегося тяжестью причиненного вреда здоровью ФИО11, они относились безразлично либо сознательно допускали его. Исходя из этого, независимо от степени конкретизации умысла, действия как ФИО3, так и ФИО2 с ФИО1 следует квалифицировать по статье, предусматривающей ответственность за причинение наиболее тяжкого наступившего последствия, с признаками "группой лиц" и "с применением предмета, используемого в качестве оружия".

Таким образом, суд, исследовав доказательства в ходе судебного следствия, установил фактические обстоятельства, свидетельствующие о необходимости применения в отношении всех подсудимых уголовного закона о более тяжком преступлении. 

По смыслу части первой статьи 237 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с его статьями 215, 220, 221, 225, 226, 226.7 и 226.8, возвращение уголовного дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. 

Несоответствие квалификации действий ФИО3 фактическим обстоятельствам дела, изложенным в обвинительном заключении, а так же установление в ходе судебного разбирательства фактических обстоятельств, указывающих на наличие оснований для квалификации действий ФИО3, ФИО2 и ФИО1 как более тяжкого преступления, является существенным нарушением закона, препятствующим рассмотрению дела по существу. 

При таких обстоятельствах, исходя из положений ст.252 УПК РФ, в соответствии с которыми в судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого, у суда имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ.

Согласно ч.3 ст.237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных статьей 109 настоящего Кодекса.

В отношении ФИО3 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в отношении ФИО2 и ФИО1 меры пресечения или процессуального принуждения не избирались. 

В целях обеспечения необходимых условий для дальнейшего производства по уголовному делу суд обоснованно счел необходимым избранную ФИО3 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения, а в отношении ФИО2 и ФИО1 избрать меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

Постановление Лискинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемых ФИО3, ФИО2, ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов ФИО18, ФИО9 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 471, 481 УПК РФ.

Председательствующий