Дело №2-122/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Учкекен 19 февраля 2019 года

Малокарачаевский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе: председательствующего судьи Джемакуловой И.И.,

при секретаре Ижаевой А.А.,

с участием: 

истца ФИО1,

его представителя - ФИО5, действующей на основании ордера №0152096 от 05.02.2018 г.,

ответчиков ФИО6, ФИО7,

их представителя - ФИО8, действующей на основании доверенности от 06.02.2019 г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО7 о признании договоров дарения недействительными, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО7 о признании договоров дарения недействительными, в котором указывает, что 21.03.1986 г. он получил свидетельство о праве на наследство по закону после смерти отца - ФИО2, состоящего из домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> (ныне 

<

адрес>). 18.05.2011 г. за ним было зарегистрировано право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> из похозяйственной книги от 06.05.2011 г., кадастрового паспорта, выданного Филиалом КЧРГУП «БТИ Малокарачаевского района» от 27.05.2011 г.

В связи с тем, что его брат Алибек и сестра Халимат стали претендовать на долю в имуществе, а семье умершего брата Амара они должны были деньги, они настояли на том, чтобы он отписал часть домовладения сыну ФИО13 - ФИО14. Им был произведен раздел домовладения и земельного участка на два самостоятельных объекта и зарегистрировано право собственности на следующие объекты недвижиомго имущества: 

- жилой дом, площадью 107,2 кв.м и земельный участок, площадью 1171 кв.м по адресу: 

<

адрес>;

- жилой дом, площадью 33,2 кв.м и земельный участок, площадью 800 кв.м по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>;

ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО3 был составлен договор дарения жилого дома и земельного уучастка, расположенных по адресу: 

<

адрес> А.

В 2015 г. по просьбе его сестры ФИО10, он вселил её и двух дочерей в домовладение по 

<

адрес>, в котором он проживал с женой, однако в настоящее время он вынужден покинуть свой дом из-за постоянных скандалов, которые ухудшают состояние здоровья его жены.

Впоследствии его племянник ФИО6 передарил недвижимое имущество своей матери - ФИО4, оформив договор дарения 15.12.2017 г.

Считает, что данный договор дарения является мнимой сделкой, поскольку отчуждение объекта было во врем судебного разбирательства по иску его сестры ФИО9 о признании свдетельства о праве на наследство по закону недействительным.

Просит суд:

- признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: КЧР, 

<

адрес> А от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО6;

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимость от 26.07.2011 г. №;

- признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: КЧР, 

<

адрес> А от 15.12.2017 г., заключенный между ФИО6 и ФИО7;

- признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимость от 13.12.2017 г. №.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО5 в судебном заседании заявленные требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. При этом, истец ФИО1 суду пояснил, что действительно 04.07.2011 г. между ним и его племянником ФИО6 был составлен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> договор был подписан им собственноручно. Однако данный договор является притворным, поскольку на его составлении настояла его сестра ФИО10, у которой были долговые обязательства перед семьей их брата Амара и племянника, с которой они договорились, что если он подарит данное имущество племяннику в счет её долга, она не станет претендовать на наследство. В настоящее время он не может проживать в принадлежащем ему доме по адресу: 

<

адрес>, поскольку в нем проживает его сестра ФИО10, с которой сложились неприязненные отношения и из-за постоянных скандалов, сказывающихся негативно на здоровье его жены, он вынужден выехать из дома. 

Ответчик ФИО6 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал и пояснил суду, что в его пользовании находился жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> А, собственником которого являлся его дядя - ФИО1 В 2011 году ФИО1 решил подарить ему данное имущество, заключив с ним договор дарения. Волеизъявление истца было направлено именно на заключение договора дарения, после его заключения, было зарегистрировано право собственности. В 2017 году он решил подарить жилой дом и земельный участок своей матери, которая приняла имущество и они произвели государственную регистрацию перехода права собственности в установленном порядке. Считает, что оснований для признания договоров дарения недействительными не имеется.

Ответчик ФИО7 исковые требования ФИО1 не признала и пояснила суду, что в 2017 году её сын ФИО6 подарил ей жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> А, в котором она проживает и несет бремя расходов. Данный договор был заключен законным путем, оснований считать его мнимым или притворным не имеется.

Представитель ответчиков ФИО8 просила отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, поскольку волеизъявление сторон при заключении договоров было направлено на заключение именно договоров дарения. Доказательств притворности и мнимости сделок истцом не приведено. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности, что является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Представитель третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР, будучи извещенным о слушании дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 показала суду, что является родной сестрой истца ФИО1 и тетей ответчика ФИО6 Никаких долговых обязательств перед семьей умершего брата Амара она не имела. На оформлении ФИО1 договора дарения жилого дома и земельного участка с племянником она не настаивала.

Выслушав стороны, заслушав свидетеля, исследовав материалы дела, оценив предоставленные доказательства с учетом требований закона об относимости, допустимости и достоверности, а также их значимости для правильного разрешения заявленных требований, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что на основании Выписки из похозяйственной книги от 06.05.2011 г., кадастрового паспорта, выданного Филиалом КЧРГУП «БТИ Малокарачаевского района» от 27.05.2011 г., ФИО1 являлся собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> А.

04.07.2011 года между ФИО1 с одной стороны и ФИО6 с другой стороны был заключен договор дарения принадлежащего истцу жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> А, зарегистрированный в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР 26.07.2011 г.

05.12.2017 года заключен договор, по которому ФИО6 подарил, а ФИО7 приняла в дар жилой дом и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> А.

Регистрация права собственности ФИО7 на вышеуказанное недвижимое имущество произведена 13.12.2017 г. 

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23 июня 2015 года "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу ч. 3 ст. 574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не предоставлено доказательств того, что оспариваемый договор дарения от 04.07.2011 г. является мнимой сделкой. Данный договор дарения сторонами сделки был исполнен, о чем свидетельствуют фактические действия сторон. Стороны при заключении договора дарения от 04.07.2011 года не заблуждались относительно природы сделки, что подтвердили в судебном заседании, совершили действия направленные на исполнение договора, после заключения названного договора наступили соответствующие правовые последствия (регистрация права собственности одаряемого).

Истец на момент оформления договора дарения обладал дееспособностью, доказательств обратного не представлено. Намерения и волеизъявление сторон сделки, полностью соответствуют договору и закону, до подписания договора ФИО1 заручился согласием своей супруги - ФИО11, которая дала согласие на дарение ФИО12 указанной недвижимости.

Доводы истца о том, что договор дарения заключен в обеспечение долговых обязательств его сестры ФИО10, перед семьей умершего брата Амара, сыном которого является ответчик ФИО6, отклоняются, поскольку не подтверждены достаточными и допустимыми доказательствами. Кроме того, допрошенная в качестве свидетеля ФИО10 опровергла наличие долговых обязательств перед семьей умершего брата.

Изложенные обстоятельства не дают основании полагать, что действия ФИО1 по заключению оспариваемого договора дарения являлись незаконными и были совершены исключительно с целью обеспечить обязательства ФИО10 перед семьей умершего брата.

Таким образом, совокупность действий ФИО1 исключает сомнения в осведомленности истца о характере заключенного договора.

Изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что воля сторон по оспариваемой сделке была направлена на создание именно тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.

Принимая во внимание отсутствие достоверных и убедительных доказательств тому, что составление договора дарения имело цель прикрыть другую сделку, суд пришел к выводу о том, что не имеется правовых оснований для признания договора дарения от 04.07.2011 года недействительным в силу его мнимости, притворности. 

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО8 заявила о пропуске ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения сделки), срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Таким образом, начало течения срока исковой давности в отношении оспариваемой истцом сделки (первичного договора дарения от 04.07.2011 г.) должно исчисляться с момента ее государственной регистрации, то есть с 26.07.2011 года. Исковое заявление предъявлено в суд 16.01.2019 года.

Каких-либо достоверных и достаточных доказательств о наличии обстоятельств уважительности причин пропуска срока исковой давности истцом не было предоставлено в ходе судебного разбирательства.

Соответственно, судом не усмотрено правовых оснований для признания недействительной и последующей сделки - договора дарения от 13.12.2017 г., а также для удовлетворения производных от основных исковых требований о признании недействительными записей о регистрации права в ЕГРН.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 нет. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО6, ФИО7 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: КЧР, 

<

адрес> А от 04.07.2011 г., заключенного между ФИО1 и ФИО6, признании недействительной записи в Едином государственном реестре прав на недвижимость от 26.07.2011 г., признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: КЧР, 

<

адрес> А от 15.12.2017 г., заключенного между ФИО6 и ФИО7, признании недействительной записи в Едином государственном реестре прав на недвижимость от 13.12.2017 г. - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики, через Малокарачаевский районный суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 22 февраля 2019 г.