Судья Иноземцева Н.С. № 22к-383/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Астрахань 7 марта 2025 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего судьи Плехановой С.В. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Володиной С.А.,

с участием: 

прокурора Манукян Г.А.,

обвиняемого ФИО1, 

его защитников – адвокатов Колчина В.А., Музафаровой Д.Г.,

представителя потерпевшей – адвоката Умеровой Г.М,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Колчина В.А. на постановление Трусовского районного суда г. Астрахани от 28 февраля 2025 г., которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

продлена мера пресечения в виде домашнего ареста на 23 суток, а всего до 3 месяцев 23 суток, то есть до 27 марта 2025 г.

Заслушав доклад судьи Плехановой С.В. по обстоятельствам дела, содержанию постановления и доводам апелляционной жалобы, выслушав обвиняемого ФИО1 и его защитника – адвоката Колчина В.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Манукян Г.А., полагавшей, что постановление суда подлежит оставлению без изменения ввиду его законности и обоснованности, 

УСТАНОВИЛ:

10 ноября 2024 г. старшим следователем следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК Российской Федерации по Астраханской области ФИО5 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. 

4 декабря 2024 г. ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого и в 18 часов 20 минут этого же дня задержан в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

6 декабря 2024 г. ФИО1 дополнительно допрошен в качестве подозреваемого.

Постановлением Трусовского районного суда г. Астрахани от 6 декабря 2024г. ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком 1 месяц 6 суток, то есть до 10 января 2025 г.

9 декабря 2024 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и он допрошен в качестве обвиняемого. 

Апелляционным постановлением Астраханского областного суда от 18 декабря 2024 г. вышеуказанное постановление изменено, мера пресечения в виде заключения под стражу изменена на домашний арест, на срок 23 суток, то есть по 9 января 2025 г. с установлением соответствующих запретов.

25 декабря 2024 г. и.о. руководителя следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК Российской Федерации по Астраханской области ФИО6 срок предварительного следствия по уголовному делу № продлен на 1 месяц, а всего до 3 месяцев, то есть до 10 февраля 2025 г.

Постановлением Трусовского районного суда г. Астрахани от 28 декабря 2024 г. мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 продлена на 1 месяц, а всего до 1 месяца 23 суток, то есть по 9 февраля 2025 г.

13 января 2025 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и он допрошен в качестве обвиняемого. 

17 января 2025 г. ФИО1 и его защитники – адвокаты Музафарова Х.Г., Колчин В.А. уведомлены об окончании следственных действий по уголовному делу.

21 января 2025 г. уголовное дело в отношении ФИО1 с проектом обвинительного заключения для проверки соблюдения требований уголовно-процессуального законодательства, допустимости и достаточности собранных доказательств для направления уголовного дела в суд направлено прокурору Трусовского района г. Астрахани ФИО9

Постановлением заместителя прокурора Трусовского района г. Астрахани ФИО10 от 23 января 2025 г. уголовное дело возвращено руководителю следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК России по Астраханской области для производства дополнительного следствия и устранения выявленных недостатков.

28 января 2025 г. старшим следователем следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК Российской Федерации по Астраханской области ФИО14 вынесено постановление о возбуждении ходатайства перед прокурором Трусовского района г. Астрахани ФИО9 об отмене постановления от 23.01.2025 заместителя прокурора Трусовского района г. Астрахани о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 для производства дополнительного следствия.

Постановлением прокурора Трусовского района г. Астрахани от 3 февраля 2025 г. в удовлетворении вышеуказанного ходатайства отказано.

7 февраля 2025г. старшим следователем следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК Российской Федерации по Астраханской области ФИО14 вынесено постановление о возбуждении ходатайства перед заместителем прокурора Астраханской области ФИО11 об отмене постановлений заместителя прокурора Трусовского района г. Астрахани от 23 января 2025 и прокурора Трусовского района г. Астрахани от 3 февраля 2025г.

Постановлением Трусовского районного суда г. Астрахани от 8 февраля 2025 г. мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 продлена на 23 суток, а всего до 3 месяцев, то есть до 4 марта 2025 г.

17 февраля 2025 г. ходатайство следователя СО по Трусовскому району г. Астрахани ФИО12 от 7 февраля 2025г. об отмене постановлений нижестоящих прокуроров в порядке, установленном ч. 4 ст. 221 УПК РФ, отозвано и.о. руководителем следственного управления СК РФ по Астраханской области ФИО13

27 февраля 2025 г. руководителем следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК России по Астраханской области установлен срок дополнительного следствия по уголовному делу на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть до 27 марта 2025 г. включительно.

В этот же день уголовное дело принято к производству старшим следователем следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК Российской Федерации по Астраханской области ФИО14

Старший следователь следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК Российской Федерации по Астраханской области ФИО14, с согласия руководителя следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани СУ СК России по Астраханской области ФИО15, обратился в суд с ходатайством о продлении ФИО1 срока домашнего ареста на 23 суток, а всего до 3 месяцев 23 суток, то есть до 27 марта 2025 г. с оставлением наложенных апелляционным постановлением суда Астраханского областного суда от 18 декабря 2024 г. ограничений. 

В обоснование ходатайства указал, что срок меры пресечения в виде домашнего ареста у обвиняемого ФИО1 истекает 4 марта 2025 г., однако данного срока недостаточно для окончания расследования, поскольку по уголовному делу необходимо провести очную ставку между свидетелем ФИО16 и обвиняемым ФИО1; дополнительно допросить потерпевшую ФИО17, выполнить иные следственные действия, необходимость в которых может возникнуть; выполнить требования ст. ст. 215-217 УПК РФ, составить обвинительное заключение и в порядке ст. 220 УПК РФ направить уголовное дело прокурору для утверждения обвинительного заключения. При этом, указал, что учитывая тяжесть совершенного преступления, у следствия имеются основания полагать, что, оставаясь на свободе, ФИО1 будет принимать меры, направленные на уничтожение доказательств, оказывать давление на свидетелей, с которыми знаком лично в целях изменения их показаний в свою пользу. Полагает, что надлежащее поведение ФИО1 в период предварительного расследования путем избрания иной меры пресечения, не связанной с лишением свободы, невозможно. Кроме того, данная мера пресечения необходима для обеспечения исполнения приговора суда.

Постановлением Трусовского районного суда г. Астрахани от 28 февраля 2025 г. ходатайство следователя удовлетворено, ФИО1 продлен срок действия меры пресечения в виде домашнего ареста на 23 суток, а всего до 3 месяцев 23 суток, то есть до 27 марта 2025 г.

В апелляционной жалобе адвокат Колчин В.А., оспаривая законность постановления, просит его отменить и избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде.

В обоснование жалобы указывает, что прокурор и сторона защиты в судебном заседании суда первой инстанции просили отказать в удовлетворении ходатайства следователя и избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, поскольку основания к продлению столь строгой меры пресечения отпали.

Отмечает, что, возвращая уголовное дело в следственный орган для производства дополнительного следствия и устранения недостатков, прокурор указал на отсутствие в деле доказательств вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния, а также, что следствием не принято во внимание наличие между ФИО17 и ФИО1 гражданско-правового спора, опровергающего доводы следствия и потерпевшей.

Обращает внимание, что суд первой инстанции отказал стороне защиты в приобщении к материалам определения Верховного Суда РФ от 12.12.2024 №41-УД23-31К4 об отмене обвинительного приговора в отношении ФИО18, действия которого идентичны с обстоятельствами данного уголовного дела, а также в приобщении оправдательного приговора в отношении того же лица, и, принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя, формально отнесся к доводам стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 уголовно-наказуемого деяния и возражениям прокурора по существу ходатайства.

Ссылаясь на положения ст. 6.1 УК РФ, указывает, что общий срок расследования составил 2 месяца 10 дней. 

20.01.2025 стороной защиты после ознакомления с материалами дела было заявлено ходатайство о его прекращении по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, поскольку действия имели место в отношении совместно нажитого в браке имущества и подлежат рассмотрению в рамках гражданского спора.

С 20.01.2025 и по настоящее время уголовное дело в отношении ФИО1 в суд для рассмотрения по существу не поступало, мера пресечения в отношении него продолжает свое действие, не смотря на то, что расследование окончено, и следственные действия не проводятся.

Кроме того, обращает внимание, что следователь неоднократно в ходатайствах о продлении срока действия меры пресечения, приводит одни и те же доводы, что суд первой инстанции не принял во внимание.

Указывает, что в суде первой инстанции стороной защиты были представлены сведения о семейном положении ФИО1, которому необходимо выполнять свои обязанности по обеспечению семьи, в которой двое несовершеннолетних детей и беременная гражданская супруга. Однако избранная мера пресечения лишает его данной возможности.

В судебном заседании обвиняемый ФИО1, его защитники –адвокаты Колчин В.А., Музафарова Д.Г. поддержали апелляционную жалобу, по изложенным в ней доводам. При этом адвокат Музафарова Д.Г. также указала, что необходимость в проведении следственных действий, на которые сослался следователь, не являются основанием для продления действия меры пресечения, поскольку органы следствия имели возможность их выполнить до предъявления материалов для ознакомления.

Обвиняемый ФИО1 поддержал жалобу адвоката, и с учетом семейного положения просил избрать более мягкую меру пресечения. 

Представитель потерпевшей ФИО17- адвокат Умерова Г.М. просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, указывая на то, что защитник обвиняемого, оспаривая обоснованность обвинения, вышел за пределы предмета обжалования. Кроме того указала, что потерпевшая настаивает на необходимости продления действия меры пресечения в отношении ФИО1, который не предпринял мер к возмещению ущерба, обвиняется в совершении тяжкого преступления, нарушил условия избранной меры пресечения

Прокурор Манукян Г.А. считая постановление законным, просила оставить его без изменения, поскольку основания учтенные судом при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста не изменились и не отпали., а доводы о незаконности возбуждения уголовного дела не являются предметом рассмотрения на данной стадии судопроизводства.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. 

Часть 3 ст. 107 УПК РФ предусматривает, что домашний арест в качестве меры пресечения применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого по решению суда в порядке, установленном статьей 108 настоящего Кодекса, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей.

При этом часть третья статьи 108 УПК РФ требует от должностного лица органа предварительного расследования изложить в постановлении о возбуждении перед судом соответствующего ходатайства мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в заключении подозреваемого или обвиняемого под стражу и невозможно избрание иной меры пресечения, а также приложить к постановлению материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства. Это означает, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 22 марта 2018 года N 12-П, что на такое должностное лицо возлагается обязанность представить достаточные, убедительные prima facie (на первый взгляд) доказательства в обоснование допустимости избрания заключения под стражу (продления срока содержания под стражей), подтверждающие наличие события преступления, его квалификацию, причастность подозреваемого, обвиняемого к его совершению, а равно сведения о личности подозреваемого, обвиняемого, справки о судимости и другие имеющие значение для решения вопроса о мере пресечения сведения, которые, включая обоснованность подозрения, проверяются судом без обсуждения вопроса о виновности (пункты 2, 7, 8, 13, 25 и 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога») (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2019 года N 3320-О). (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 31 мая 2022 г. N 1411-О )

В соответствии с разъяснениями п.29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» в постановлении о рассмотрении ходатайства в порядке статьи 108 УПК РФ суду следует дать оценку обоснованности подозрения в совершении лицом преступления, соблюдению порядка привлечения лица в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированного главой 23 УПК РФ.

В решениях об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и о продлении срока содержания под стражей должно быть указано, почему в отношении лица не может быть применена более мягкая мера пресечения, приведены результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих избрание данной меры пресечения или продление срока ее действия, доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств, а также оценка судом этих обстоятельств и доказательств с изложением мотивов принятого решения.

Указанные обстоятельства и результаты их исследования должны быть приведены в каждом решении об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и о продлении срока содержания под стражей вне зависимости от того, в какой стадии судопроизводства и в какой форме оно принимается. При этом в решении не должно содержаться формулировок о виновности лица.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Однако эти требования закона при принятии решения о продлении срока меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 судом первой инстанции не соблюдены.

Удовлетворяя ходатайство следователя, суд сослался на то, что к нему приложены сведения подтверждающие необходимость продления данной меры пресечения, а также материалы обосновывающие причастность ФИО1 к совершенному преступлению, а также на учет тяжести инкриминируемого деяния, фактических обстоятельств дела, данных о личности обвиняемого, и пришел к выводу о том, что оснований для отмены, изменения избранной меры пресечения не имеется, поскольку основания послужившие для ее избрания не изменились и не отпали.

Между тем, отвергая доводы стороны защиты, об отсутствии в представленных материалах сведений, подтверждающих обоснованность подозрения в совершении ФИО1 преступления, суд формально сослался на наличие указанных обстоятельств, и не дал в своем решении оценки сведениям представленным в обоснование ходатайства. 

Согласно пп. 4 и 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ (глава 23 УПК РФ), в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого наряду с другими данными должны быть указаны описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, а также пункт, часть, статья УК РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление.

Следовательно, обязанность суда проверить обоснованность обвинения при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей включает в себя также проверку соответствия описания преступного деяния в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого квалификации действий обвиняемого, данной в этом же постановлении с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 19 декабря 2013 года N 41 указал (п. 2 абз. 3), что оставление судьей без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона (части 4 статьи 7 УПК РФ), влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Как следует из постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 13 января 2025г.(л.д. 

<

данные изъяты>), он обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, - в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном в особо крупном размере.

Согласно примечанию 1 к ст. 158 УК РФ под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Из описания преступного деяния приведенного в постановлении о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого следует, что он похитил автомобиль, приобретенный в период брака с потерпевшей ФИО17, то есть имущество, являющееся совместной собственностью.

Суд, не сопоставив описание преступного деяния в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого с квалификацией его действий по ст. 159 УК РФ как мошенничества, обязательным признаком которого в данном случае является хищение чужого имущества, ограничился тем, что « в представленном суду материале достаточно данных обосновывающих причастность ФИО1 к совершению преступления», при этом не привел конкретных данных в обоснование своей позиции.

Кроме этого, суд первой инстанции в своем постановлении лишь формально сослался на то, что оснований для изменения, отмены обвиняемому ФИО1 меры пресечения не имеется, не привел конкретных обстоятельств, в обоснование своих выводов, и не дал должной оценки, как того требуют положения ст. 99 УПК РФ, совокупности сведений о личности обвиняемого, который является гражданином Российской Федерации, имеет прочные семейные связи – проживает с ФИО22, которая ждет от него ребенка, имеет на иждивении детей, постоянно зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>, трудоустроен и положительно характеризуется, на спецучетах не состоит.

Не учел суд и того обстоятельства, что доводы следователя, приведенные в обоснование позиции о невозможности изменения, отмены избранной меры пресечения, в частности о том, что, оставаясь на свободе, ФИО1 будет принимать меры, направленные на уничтожение доказательств, оказывать давление на свидетелей, с которыми знаком лично в целях изменения их показаний в свою пользу, не подтверждаются материалами дела.

При этом суд первой инстанции сослался лишь на тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, что не согласуется с требованиями уголовно-процессуального закона.

При таких обстоятельствах постановление нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем, оно подлежит отмене.

Отменяя постановление суда первой инстанции, в соответствии с полномочиями суда апелляционной инстанции, установленными ст. ст. 389.20, 389.23 УПК РФ, исходя из выше изложенных, установленных по делу обстоятельств, приходит к выводу о вынесении нового решения об отказе в удовлетворении ходатайства старшего следователя следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Астраханской области ФИО14 о продлении в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

В этой же связи, доводы представителя потерпевшего-адвоката Умеровой Г.А. о нарушении ФИО1 условий меры пресечения в виде домашнего ареста, оценке не подлежат.

Что касается доводов представителя потерпевшего - адвоката Умеровой Г.А., и аналогичной позиции, участвующего в суде апелляционной инстанции прокурора, о том, что суд при решении вопроса о мере пресечения не вправе входить в обсуждение вопроса об обоснованности подозрения в совершении лицом преступления, о соблюдении порядка привлечения лица в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, то с ними согласиться нельзя, поскольку эти доводы высказаны вопреки требованиям уголовно-процессуального закона.

Кроме того, вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции обоснованно отказал в приобщении к материалам дела решения суда вынесенного в отношении иного лица, как не имеющего отношения к делу.

На основании изложенного руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Трусовского районного суда г. Астрахани от 28 февраля 2025 г. о продлении в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста отменить.

В удовлетворении ходатайства старшего следователя следственного отдела по Трусовскому району г. Астрахани следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Астраханской области ФИО14 о продлении в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста отказать.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу, в порядке, установленном гл. 471 УПК РФ.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции, о назначении ему защитника, либо вправе пригласить защитника по своему выбору.

Судья С.В. Плеханова