Мотивированное 

решение

 изготовлено 22.02.2024

УИД 89RS0004-01-2023-004617-25

Гражданское дело № 2-287/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19.02.2024 Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Зыряновой Ж.Л.,

при ведении протокола помощником судьи Максименко С.М.,

с участием ответчика ФИО1, представителя ответчиков ФИО1, ПГК «Лада-97» ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к потребительскому гаражному кооперативу «Лада-97», ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО5 ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО6, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО3, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО37 В .А. о признании решений общего собрания членов гаражного кооператива недействительными, возложении обязанности внести сведения о руководителе в ЕГРЮЛ,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО7 обратилась в суд с иском к ПГК «Лада-97», ФИО1 о признании решений общего собрания членов гаражного кооператива, оформленных протоколом от 24.05.2023 недействительным, возложении обязанности внести сведения о руководителе в ЕГРЮЛ. В обоснование заявленных требований истец указала, что является членом ПГК «Лада-97». 29.04.2023 проведено внеочередное общее собрание членов кооператива ПГК «Лада-97» в очной форме, председателем правления кооператива ПГК «Лада-97» избран ФИО1, 06.06.2023 соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ. По результатам ознакомления с протоколом и итогами голосования истец считает что при проведении собрания и подсчете голосов допущены нарушения. Так, на голосование вынесен вопрос об избрании председателя кооператива, ранее не включенный в заранее объявленную повестку дня, что является нарушением ст. 181.5 ГК РФ, п. 4.2.4. устава кооператива. Кроме того, ФИО1 избран председателем при не прекращенных полномочиях действующего на то время председателя кооператива ФИО7 Решения общего собрания членов кооператива о досрочном прекращении полномочий действующего председателя ФИО7 не принимались. Помимо этого, в голосовании приняли участие лица, не являющиеся членами кооператива, и не предоставившие на дату голосования надлежаще оформленных полномочий на право участия в собрании и голосовании по вопросам повестки дня, в связи с чем, 16 из принятых для подсчета 90 бюллетеней недействительны. Один участник – ФИО22 впоследствии отозвал свой бюллетень. Ответчиком ФИО1 применен не предусмотренный уставом кооператива способ голосования путем заполнения некой электронной формы в сети интернет. Указанным способом заполнены 37 бюллетеней. В кооперативе по состоянию на дату проведения общего собрания числилось 258 членов, но в протоколе намеренно, для создания видимости кворума, указано 252 члена. Таким образом, не учтены шесть членов кооператива: ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36 Полагает, что решения общего собрания членов гаражного кооператива, оформленные протоколом от 24.05.2023 недействительны, поскольку допущено нарушение порядка созыва собрания, участие в голосовании лиц без надлежаще оформленных полномочий, проведение голосования способом, не предусмотренным законом, за который не было единогласного решения всех участников кооператива, и который не предусмотрен уставом, вынесение на голосование вопроса, не включенного в повестку дня, нарушение порядка принятия решений общего собрания (отсутствие кворума). Также истец полагает, что оспариваемые ею решения противоречат основам правопорядка и нравственности.

Протокольным определением Новоуренгойского городского суда ЯНАО от 11.01.2024 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены инициаторы оспариваемого общего собрания ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО6, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, Кишев Р.Х., ФИО3, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО37

Определением Новоуренгойского городского суда ЯНАО от 19.02.2024 производство по делу в части исковых требований к ФИО29 прекращено, в связи со смертью последнего.

В судебное заседание истец ФИО7 не явилась, явку представителя не обеспечила, представила заявление о проведении судебного заседания в свое отсутствие. Ранее, в судебных заседаниях 19.12.2023 и 11.01.2024 истец и ее представитель ФИО38 доводы искового заявления поддерживали по изложенным в его тексте основаниям. 

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО2, также представляющий интересы ПГК «Лада-97», против удовлетворения заявленных требований возражали, пояснили, что в течение длительного периода не удавалось провести общее собрание, как по причине того, что истец не шла на контакт и не передавала документы кооператива, в том числе, список его членов; так и по причине того, что в период проведения собрания (апрель – май) начался отпускной период, и не было возможности провести собрание в порядке, установленном уставом кооператива. Тот факт, что уставом кооператива такой способ голосования как заполнение электронной формы в сети интернет не предусмотрен, не оспаривали, однако ФИО1 полагал, что заполнение гугл-формы, требующей входа через гугл-аккаунт, является достаточным основанием полагать, что голосование осуществлялось именно членом кооператива. Ряд людей голосовали на основании доверенностей, которые ФИО1 составил и распечатал лично, указанные доверенности никем не заверялись, и к бюллетеням не приложены, по причине того, что ответчик не находит возможным хранить в документах кооператива персональные данные. Действительно, части собственников принадлежит не полностью гараж, а только доля в нем, в том числе ? доли (со слов ответчика, представляющая собой фактически отдельное помещение) принадлежит самому ФИО1, при этом голос ФИО1 учтен как отдельный, в то время, как голоса других долевых собственников не учтены. Порядок подготовки и созыва общего собрания ответчиками не нарушен, вопрос об избрании председателя кооператива был включен в заранее объявленную повестку дня, указанное подтверждается фотоснимками с доски объявлений. Истцом представлены недостоверные сведения, текст объявления без указанного вопроса представлен стороной истца с целью введения суда в заблуждение, поскольку данное объявление публиковала именно ФИО7, пытавшаяся параллельно с ответчиком провести свое общее собрание, с поставленными ею вопросами. Действительно вопрос о досрочном прекращении полномочий действующего председателя ФИО7 в повестку дня не включался и решение по данному вопросу собранием не принималось, поскольку ФИО1 полагал, что, так как ФИО7 избрана председателем в 2019 году, при этом, уставом кооператива установлено, что председатель избирается сроком на 3 года, то к моменту проведения оспариваемого общего собрания срок полномочий ФИО7 истек, а факт наличия записи в ЕГРЮЛ о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени кооператива, о пролонгации полномочий последней не свидетельствует.

Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в судебном заседании поддерживали правовую позицию ФИО39 и его представителя ФИО2

Согласно телефонограмме от 09.02.2024 ответчик ФИО24 пояснил, что инициатором оспариваемого собрания не являлся (том 2, л.д. 106).

Ответчик ФИО40 в адресованной суду телефонограмме от 09.02.2024 пояснил, что инициатором собрания также не являлся, при этом собрание, как полагает указанный ответчик, проводилось с целью проверки финансовых документов.

Ответчики ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, Кишев Р.Х., ФИО27, ФИО28, ФИО30, ФИО37 при надлежащем извещении в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Заслушав мнение участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд установил следующее:

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение).

Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

На основании пункта 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: 1) допущено существенное нарушение порядка принятия решения о проведении, порядка подготовки и проведения заседания общего собрания или заочного голосования участников общества, а также порядка принятия решений общего собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; 2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; 3) допущено нарушение равенства прав участников гражданско-правового сообщества при проведении заседания общего собрания или заочного голосования; 4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

В силу статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: 1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; 2) принято при отсутствии необходимого кворума; 3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; 4) противоречит основам правопорядка или нравственности. 

Из материалов дела следует, что 15.04.2023 инициативной группой членов ПГК «Лада-97» в составе 29 человек (ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО5, Раю В.В., ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО6, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, Кишев Р.Х., ФИО3, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО37) принято решение о созыве внеочередного общего собрания гаражного кооператива (том 2, л.д. 27-28). При этом, численность инициативной группы 30 человек является неверной, поскольку под номерами 5 и 29 поименован один и тот же член кооператива – ФИО10

Учитывая утверждение пунктом 4.2 устава гаражного кооператива (л.д. 19, том 1) порядка уведомления членов кооператива о созыве общего собрания путем размещения объявлений в офисе кооператива или в СМИ, или посредством телефонной или почтовой связи, на информационном стенде доски объявлений ПГК «Лада-97» было размещено сообщение о предстоящем собрании, из которого следовало, что собрание проводится в заочной форме, в период с 14-00 часов 29.04.2023 по 21-00 часов 21.05.2023 (л.д. 29-31, том 2). В повестку дня включены 4 вопроса: избрание председателя кооператива; избрание новых членов правления кооператива; избрание членов ревизионной комиссии; проведение проверки финансовых документов на предмет целевого использования денежных средств, правовую экспертизу всех финансовых и учредительных документов за весь период нахождения ФИО7 на должности председателя. В качестве места проведения заочного голосования указано г. Новый Уренгой, проезд транспортников, строение 10, гараж 216, в качестве способа голосования указано «путем заполнения бюллетеней».

18.04.2023 истцом ФИО7 в группе гаражного кооператива в мессенджере WatsApp размещено объявление о созыве другого общего собрания с иной повесткой дня (том 2, л.д. 36-37). Действительно, ФИО7 не включен в заранее объявленную повестку дня вопрос о переизбрании председателя, однако указанное обстоятельство предметом спора не является, сведений о фактическом проведении общего собрания, инициированного ФИО7, в материалах дела не имеется.

Факт извещения членов кооператива о предстоящем собрании подтверждается представленными суду фотоснимками информационных стендов с размещенными на них вышеуказанными объявлениями. При таких обстоятельствах, доводы истца об отсутствии надлежащего уведомления не могут быть приняты во внимание, как не основанные на фактических обстоятельствах дела. Суд также обращает внимание на тот факт, что уведомление членов кооператива об обращении в суд с целью оспаривания решения общего собрания истцом ФИО7 размещалось на информационном стенде доски объявлений аналогичным способом (л.д. 34, том 1).

В период с 14-00 часов 29.04.2023 по 21-00 часов 21.05.2023 состоялось внеочередное общее собрание членов кооператива с оформлением протокола собрания от 24.05.2023, согласно содержанию которого подсчет голосов производился по переданным счетной комиссии решениям (бюллетеням) членов кооператива, принявших участие в голосовании.

Из текста указанного протокола, а также представленных сторонами бюллетеней следует, что, несмотря на заявленную повестку общего собрания из четырех вопросов (л.д. 29-31, том 2) на повестку поставлены 7 вопросов: выборы председателя общего собрания; выборы секретаря общего собрания; утверждение состава счетной комиссии; избрание председателя кооператива; избрание новых членов правления кооператива; избрание членов ревизионной комиссии; проведение проверки финансовых документов на предмет целевого использования денежных средств, правовую экспертизу всех финансовых и учредительных документов за весь период нахождения ФИО7 на должности председателя.

Из положений пункта 1 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что решение собрания ничтожно в случае, если оно принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества. Аналогичные положения содержит пункт 4.2.4 устава кооператива.

Таким образом, доводы стороны истца о том, что общим собранием, вопреки ст. 181.5 ГК РФ, п. 4.2.4. устава кооператива приняты решения, в том числе, по вопросам, не включенным в повестку дня, нашли свое подтверждение.

В силу положений пункта 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В соответствии со статьей 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

Основания для недействительности решения предусмотрены статьями 181.4 и 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основаниями для признания судом недействительным решения собрания являются нарушения требований закона, в том числе существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания

В соответствии со статьей 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Кворум - это число членов собрания, достаточное для признания собрания правомочным.

Кворум зависит от общего числа членов кооператива и может считаться от процента (количества) лиц, присутствовавших на собрании (при очной форме), или процента (количества) лиц, участвовавших в голосовании (при заочной форме).

В соответствии с пунктом 105 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» решения собраний могут приниматься посредством очного или заочного голосования (пункт 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если специальным законодательством не предусмотрены особые требования к форме проведения голосования, участниками гражданско-правового сообщества такие требования также не устанавливались (в частности, порядок проведения собрания не определен в уставе), то голосование может проводиться как в очной, так и в заочной или смешанной (очно-заочной) форме.

С учетом заявленного предмета и основания исковых требований, значимыми по делу обстоятельствами при разрешении настоящего спора являются установление наличия кворума, легитимности лиц, участвующих в голосовании, соблюдение порядка подсчета голосов, что имеет существенное значение для законности принимаемых общим собранием решений.

Согласно протоколу от 24.05.2023 внеочередного общего собрания членов кооператива, в собрании приняли участие 127 членов кооператива из 252, что составляет 50,05% от общего числа голосов.

Между тем, как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, для подсчета фактически поступило лишь 90 бюллетеней. 

Согласно доводам ответчика ФИО1 37 членов кооператива принимали участие в голосовании путем заполнения разработанной им самим формы в сети интернет (гугл-формы), требующей входа через гугл-аккаунт, что, по мнению ответчика, является достаточным основанием полагать, что голосование осуществлялось именно членом кооператива. При этом, сами бюллетени, в какой бы то ни было форме отсутствуют, а доказательством волеизъявления 37 членов кооператива является сводная таблица в программе excel, составленная самим ФИО1

Согласно п. 1 ст. 181.2 ГК РФ решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в заседании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества. Члены гражданско-правового сообщества могут участвовать в заседании дистанционно с помощью электронных либо иных технических средств, если при этом используются любые способы, позволяющие достоверно установить лицо, принимающее участие в заседании, участвовать ему в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать. Такие возможность и способы могут быть установлены законом, единогласным решением участников гражданско-правового сообщества или уставом юридического лица.

Между тем, единогласным решением участников, как и уставом кооператива такой способ голосования как заполнение каких-бы то ни было форм в сети интернет не предусмотрен.

Более того, любые документы, на основании которых как суд, так и участники данного гражданско-правового сообщества могли бы проверить волеизъявление и установить личности голосовавших указанных способом отсутствуют. Кроме того, суд не может согласиться с доводом истца, что вход с определенного аккаунта в сети интернет, при отсутствии электронной цифровой подписи, может являться достаточным для аутентификации личности. 

Таким образом, из 127 заявленных в качестве участников общего собрания членов кооператива, волеизъявление 37 человек не подтверждено.

Далее, из представленных в материалы дела бюллетеней следует, что как минимум 4 бюллетеня подписаны неустановленными лицами с пометками «на основании доверенности»: ФИО41 (том 1, л.д. 221), ФИО42 (том 2, л.д. 2), ФИО43 (том 2, л.д. 3), ФИО44 (том 2, л.д. 6). Кроме того, из данных бюллетеней не следует, чьи именно интересы представляют данные лица, поскольку информация о доверителе – члене кооператива, делегировавшем указанному лицу реализацию своих прав на голосование по вопросам повестки дня отсутствует. Доверенности суду не представлены. 

При этом, правовая позиция ответчика ФИО1, согласно которой он полагает возможным самостоятельно изготовить доверенности без какого-либо заверения и не приобщать их к бюллетеню по мотиву нежелания либо отсутствия полномочий хранить персональные данные на нормах действующего законодательства не основана.

Таким образом, 4 бюллетеня лиц, не являющихся членами кооператива, при отсутствии надлежащим образом оформленных доверенностей, подлежат исключению из общего числа голосов.

При этом, факт «отзыва» одним из членов кооператива - ФИО22 своего бюллетеня после проведения голосования не имеет самостоятельного правового значения, а голос указанного лица не подлежит исключению, поскольку воля лица выражена в соответствующем бюллетене, в срок, установленный для проведения общего собрания. А процедура и возможность отзыва бюллетеня после подсчета голосов как нормами действующего законодательства, так и уставом кооператива не предусмотрена.

Согласно представленному стороной истца списку членов кооператива, членами последнего является 258 человек (л.д. 131-136, том 1). Согласно списку, представленному стороной ответчиков, кооператив насчитывает 255 членов, а согласно сведениям из оспариваемого протокола общего собрания, членство в кооперативе имеет 252 человека. При этом, указанная цифра ничем не обоснована, список из 252 членов кооператива отсутствует, в то же время, даже без исключения всех вышеперечисленных бюллетеней, кворум более 50% мог бы иметься только при членстве в кооперативе не более 252 человек.

Между тем, разница в количестве лиц (258 и 252), являющихся членами кооператива, объясняется тем, что при подсчете голосов не учтены шесть неголосовавших членов кооператива, являющихся долевыми собственниками гаражей: ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36 (том 1, л.д. 141-146). В то же время, отдельно учтены (каждый как самостоятельный голос) голоса ответчика ФИО1 и ФИО45, также являющихся долевыми собственниками (по ? доли в праве каждый).

При этом, из пункта 4.2.3 устава кооператива следует, что каждый член кооператива имеет 1 (один) голос, вне зависимости от количества принадлежащих ему гаражных ячеек.

В судебном заседании ответчик ФИО1 суду пояснил, что указанный пункт трактуется им как свидетельствующий о наличии права отдельного голоса у каждого из долевых собственников одной гаражной ячейки. 

Аналогичная позиция стороны истца следует из текста искового заявления.

Таким образом, если согласиться с такой позицией, необходимо принять тот факт, что членство в кооперативе имеют 258 лиц (с учетом долевых собственников). Указанное свидетельствует о том, что даже если руководствоваться только данными оспариваемого протокола, кворум отсутствовал.

Проверяя наличие кворума при принятии общим собранием оспариваемых решений суд производит следующий расчет: 127 членов кооператива – 37 лиц, голосовавших не предусмотренным уставом и не одобренными всеми членами кооператива способом – 4 лица, на подтвердивших полномочия на участие в голосовании = 86.

Таким образом, при условии членства в кооперативе 252 лиц в оспариваемом собрании приняли участие 34% членов указанного гражданско-правового сообщества; при условии членства 258 лиц – 33,3%.

При изложенных обстоятельствах, суд признает кворум на спорном собрании отсутствующим, а решения общего собрания, оформленные протоколом от 24.05.2023 ничтожными в силу статьи 181.5 Гражданского кодекса РФ и не влекущими юридических последствий. Исковые требования в указанной части обоснованы и подлежат удовлетворению.

Иные доводы стороны ответчиков об обоснованности и целесообразности проведения оспариваемого собрания указанным способом, наличии чинимых стороной истца препятствий для соблюдения установленных законом и уставом требований, с учетом установленного отсутствия кворума, самостоятельного значения не имеют, поскольку в данном случае решения, принятые на общем собрании, в любом случае не могут быть признаны легитимными.

Статьей 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» установлен перечень документов для внесения изменений в ЕГРЮЛ. Поскольку судебный акт о признании решения общего собрания членов гражданско-правового сообщества недействительным в силу закона является основанием для внесения в ЕГРЮЛ соответствующих сведений, специального решения по данному вопросу не требуется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО7 удовлетворить частично.

Признать решения общего собрания членов потребительского гаражного кооператива «Лада-97», оформленные протоколом от 24.05.2023 недействительными.

В удовлетворении оставшейся части заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд ЯНАО.

Судья Зырянова Ж.Л.