Дело № 10-97/2021 Судья Андреева С.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 19 января 2021 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Клюшиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Курдюковым М.В., 

с участием прокурора Вяткина М.В.,

осужденного ФИО2,

и его защитника – адвоката Самойлова А.О.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Воронина С.А., апелляционной жалобе (с дополнением) адвоката Самойлова А.О. на приговор Миасского городского суда Челябинской области от 18 ноября 2020 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, несудимый

осужден по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с изменением меры пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, с исчислением срока наказания с момента вступления приговора в законную силу; 

на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок наказания зачтено время содержания под стражей из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии;

удовлетворен гражданский иск потерпевшего ФИО3 №1, в пользу которого с ФИО2 взыскано в возмещение материального ущерба 5 258 418 рублей 70 копеек;

сохранен арест на имущество, наложенный постановлением Миасского городского суда от 29 июля 2020 года;

разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Клюшиной М.А., выступления осужденного ФИО2, принимавшего участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, его адвоката Самойлова А.О., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Вяткина М.В., полагавшего, что приговор подлежит отмене по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

приговором суда ФИО2 признан виновным и осужден за умышленное повреждение 21 июля 2020 года имущества потерпевшего ФИО3 №1 с причинением значительного ущерба в размере 5 258 418 рублей 70 копеек, совершенное путем поджога.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Воронин С.А. просит приговор суда отменить по основаниям, предусмотренным п.п. 1-4 ст. 389.15 УПК РФ.

Считает, что в мотивировочной части приговора суд исказил существо предъявленного обвинения при описании преступления, не указав обстоятельства, подлежащие доказыванию, а также действия, указывающие на общеопасный способ совершения преступления. Кроме того, суд необоснованно квалифицировал действия ФИО1 как умышленное уничтожение чужого имущества, тогда как он обвинялся и осужден за повреждение имущества ФИО12 Также осужденному с учетом его личности, обстоятельств, смягчающих наказание, назначено несправедливое наказание.

В апелляционной жалобе (с дополнением) адвокат Самойлов О.А. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор суда отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Считает, что есть основания сомневаться в значительности причиненного ущерба потерпевшему ФИО3 №1, поскольку судом не было установлено его действительное материальное положение как индивидуального предпринимателя. На стадии предварительного следствия он пояснял, что его доходы составляют около 150 000 рублей в месяц, однако в судебном заседании сообщил о доходе в 1 миллион рублей в течение года. Также не был установлен основной род деятельности ИП ФИО3 №1, чтобы понимать его нуждаемость в поврежденном имуществе. Кроме того, при определении стоимости восстановительного ремонта поврежденного имущества не была проведена его оценка по состоянию на момент поджога, а нередко получается так, что стоимость восстановительного ремонта может значительно превышать действительную стоимость поврежденного имущества.

Полагает, что исходя из обстоятельств повреждения имущества потерпевшего, можно сделать вывод о том, что поджог был совершен отдельно стоящего транспортного средства, находящегося на безопасном расстоянии от взрывоопасных объектов, при этом опасность распространения огня на другие объекты отсутствовала, также как и отсутствовала опасность для жизни и здоровья людей. Сотрудники АГЗС не опасались за свою жизнь, а пытались потушить огонь до приезда пожарных. Сама АГЗС расположена вдали от населенного пункта и оживленной автодороги, в момент пожара на ней не было иных транспортных средств. В связи с этим, согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 05 июня 2002 года действия ФИО2 подлежали квалификации по ч. 1 ст. 167 УК РФ, если будет установлена значительность причиненного ущерба.

Указывает, что суд необоснованно не учел в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование расследованию преступления, которое имело место путем дачи признательных показаний, участия в следственных действиях, в том числе при просмотре видеозаписи (том 1 л.д. 40-45). 

Обращает внимание, что ФИО2 является активным общественным деятелем, очень много времени уделял благотворительности, помогал храму, людям, трудоустроен, по месту жительства характеризуется положительно, ранее не судим. Однако несмотря на наличие совокупности положительных данных о личности ФИО2, суд необоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ, назначив несправедливое наказание.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы (с дополнением), суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Как видно из материалов судебного разбирательства, суд первой инстанции непосредственно исследовал в судебном заседании представленные сторонами доказательства, надлежащим образом проанализировал и в совокупности оценил их в приговоре, достаточно полно и убедительно мотивировал свои выводы о доказанности виновности осужденного в совершении преступления. 

Из приговора следует, что предметом проверки суда первой инстанции были аналогичные апелляционным жалобам доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО2 общеопасного способа совершения преступления, которые не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку опровергаются анализом совокупности исследованных судом доказательств. В основу приговора суд правильно положил следующие из них. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия на территории огороженной забором автомобильной автогазозаправочной станции (АГЗС) с размещением на ней, в том числе металлической цистерны, наполненной газом, заправочной колонки обнаружен погрузчик-экскаватор, поврежденный пожаром. 

Как пояснил суду ФИО2, это он прибыл на территорию АГЗС и поджег с помощью бензина кабину данного транспортного средства, из личной неприязни к владельцу АГЗС ФИО7, который не стал с ним разговаривать, выразился в его адрес нецензурно. Сотрудники АГЗС пытались пресечь его действия, закрыли дверь кабины погрузчика, но он вернулся и открыл дверь, от чего огонь разгорелся вновь. При этом он отталкивал сотрудницу АГЗС от транспортного средства. 

Актом экспертного исследования подтверждена стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, которая составила 5 258 418 рублей 70 копеек.

Из показаний потерпевшего ФИО3 №1 следует, что он владеет АГЗС, которая является объектом повышенной взрывопожароопасности, погрузчик-экскаватор принадлежит ему и находился рядом с цистерной, наполненной газом, которая могла взорваться. Ущерб от повреждения транспортного средства для него является значительным.

Фактические обстоятельства преступного деяния, совершенного ФИО2, также подтверждаются показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО9, которые стали очевидцами преступления, видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных на территории АГЗС, на которой транслируются все действия ФИО2 по поджогу погрузчика-экскаватора.

Из протокола осмотра автомобиля ФИО2 следуют данные об изъятии зажигалки, коробок со спичками, бутылки с жидкостью для розжига. 

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив имеющиеся доказательства и оценив их с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточной совокупности для разрешения уголовного дела по существу.

Анализ перечисленных и иных приведенных в приговоре доказательств в их совокупности подтверждает правильность выводов суда о виновности ФИО2 в совершении преступления и обоснованную оценку судом его действий по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку тем доказательствам и фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения. 

Как правильно установлено судом первой инстанции и указано в приговоре, сам факт поджога ФИО2 транспортного средства, стоявшего на территории АГЗС, в непосредственной близости от громоздкой цистерны, наполненной газом, и иного взрывопожароопасного оборудования безусловно представляло повышенную опасность для окружающих, в том числе для сотрудников станции и свидетельствовало об общеопасном способе совершения преступления. 

Мнение адвоката Самойлова А.О. о том, что в данном случае произошло повреждение отдельно стоящего транспортного средства в условиях, исключающих распространение огня на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, не основано на материалах дела, опровергается ими и является субъективным мнением стороны защиты, которое не основано на фактических обстоятельствах дела и не ставит под сомнение выводы суда. Оснований для квалификации действий ФИО2 по ч. 1 ст. 167 УК РФ у суда не имелось. 

Содержанием приговора также опровергается апелляционный довод государственного обвинителя о том, что суд первой инстанции не описал обстоятельства, указывающие на общеопасный способ совершения преступления. Обстоятельства преступного деяния, признанного доказанным, изложены в описательной части приговора в достаточной степени и в соответствии с требованиями п. 1 ст. 307 УПК РФ. А сокращение этого описания судом по сравнению с текстом предъявленного обвинения не исказило его суть и не влечет отмену либо изменение приговора. 

В то же время в соответствии с обоснованным доводом апелляционного представления в описательно-мотивировочной части приговора суд неправильно указал о квалификации действий осужденного ФИО2 по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное «уничтожение» чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога. В том, что суд указал «уничтожение» вместо «повреждение» имущества усматривается явная техническая ошибка, поскольку описанные в приговоре обстоятельства преступления и все мотивированные выводы суда содержат указание о том, что имущество потерпевшего получило именно повреждения (как это было предъявлено в обвинении), а не было уничтожено. 

С учетом изложенного данную ошибку суда следует исправить, правильно указав о квалификации действий осужденного ФИО2 по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога. 

Вопреки доводу апелляционных жалоб адвоката Самойлова О.А., у апелляционной инстанции не имеется оснований сомневаться в том, что судом не достаточно установлена значительность ущерба, причиненного потерпевшему ФИО3 №1 повреждением имущества. 

Очевидно, что предметом преступления стало дорогостоящее транспортное средство, находившееся на охраняемой территории, а не оставленное без присмотра, оно приобреталось потерпевшим ФИО3 №1 для хозяйственных работ, находилось в хорошем исправном состоянии и представляло ценность, для его восстановления требуются большие денежные средства. ФИО3 твердо заявил о значительности причиненного ему ущерба, даже не смотря на то, что он осуществляет предпринимательскую деятельность, имеет собственное имущество и хороший доход. Данные обстоятельства и то, что на иждивении потерпевшего имеются двое малолетних детей, ни чем не опровергнуты и не поставлены под сомнение стороной защиты. Они не требуют дополнительного исследования и оценки, а только подтверждают вывод суда первой инстанции о том, что действия ФИО2 повлекли причинение значительного ущерба потерпевшему. 

Относительно апелляционного довода защитника об оценке стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в судебном заседании апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты было исследовано заключение ООО «

<

данные изъяты>» от 10 декабря 2020 года, согласно которому рыночная стоимость автомобиля по состоянию на дату происшествия составляет 2 978 500 рублей. 

Однако указанные сведения об оценке стоимости имущества не умаляют, не ставят под сомнение и не опровергают выводы имеющегося в материалах дела заключения эксперта-автотехника об указанной выше оценке стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства. Оснований для переоценки данного доказательства либо признания этой оценки чрезмерно завышенной не имеется с учетом того, что право потерпевшего ФИО3 №1 на возмещение реального ущерба, причиненного в результате повреждения принадлежащей ему техники, должно быть восстановлено, а не нарушено. К тому же заявленные потерпевшим ФИО3 №1 исковые требования о взыскании именно той суммы ущерба, которая обозначена в заключении эксперта-автотехника, ФИО2 полностью признал. 

Как следует из приговора, при назначении наказания ФИО2 суд с соблюдением требований ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ верно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность осужденного, смягчающие обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности осужденного суд верно принял во внимание, что ФИО2 трудоустроен, по месту жительства участковым уполномоченным, а также настоятелем храма характеризуется положительно, занимается благотворительной помощью, ранее не судим.

К числу обстоятельств, смягчающих наказание, суд отнес признание осужденным виновности, раскаяние в содеянном путем принесения извинений потерпевшему, наличие родителей-пенсионеров, нуждающихся в поддержек, состояние здоровья его матери, обусловленное заболеванием и инвалидностью. 

Каких-либо других обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, но не учтенных судом, не усматривается. 

Исследованные в суде апелляционной инстанции в качестве новых доказательств справки о состоянии здоровья самого осужденного и его матери, положительные характеристики ФИО2 по месту его жительства, работы и общественной деятельности, не являются основанием для изменения приговора в части назначенного наказания. К тому же эти сведения, по сути, повторяют данные о личности осужденного, в полной мере учтенные судом при назначении наказания. 

Вопреки доводу апелляционной жалобы защитника, у суда первой инстанции не имелось оснований для признания активного способствования расследованию преступления в качестве смягчающего обстоятельства. 

В силу уголовного закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции не усматривает совершение подобных действий со стороны осужденного. С учетом того, что преступление совершено в условиях очевидности и полностью зафиксировано на видеокамеру, а органы следствия располагали данными о виновном лице до его допроса, одно только признание ФИО2 своей виновности в поджоге и повреждении имущества потерпевшего, в том числе выраженное им при просмотре записи с камер видеонаблюдения, само по себе не является достаточным основанием для признания смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ. 

Отягчающих обстоятельств суд верно не установил.

Выводы суда о невозможности назначения наказания с применением положения ст. 64 УК РФ и изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ достаточно мотивированы в приговоре и сомнений в обоснованности не вызывают. 

Суд верно учел тяжесть совершенного преступления и конкретные его обстоятельства, в том числе малозначительный повод к совершению столь общественно опасного преступления, а также данные о личности осужденного, и пришел к правильному выводу о невозможности исправления ФИО2 без изоляции от общества и назначении ему наказания в виде лишения свободы реально. 

Мотивированные выводы суда о наказании и об отсутствии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд апелляционной инстанции признает основанными на правильном применении уголовного закона и полностью разделяет их. 

Срок лишения свободы, назначенный ФИО2 за совершенное преступление, является далеким от максимального предела санкции ч. 2 ст. 167 УК РФ, что свидетельствует о достаточно полной степени учета судом совокупности имеющихся смягчающих обстоятельств, перечисленных в приговоре. 

При таких обстоятельствах, вопреки доводу апелляционных представления и жалобы, назначенное осужденному наказание не может быть признано несправедливым вследствие его чрезмерной суровости либо мягкости. 

Вид исправительного учреждения ФИО2 назначен с соблюдением требований ст. 58 УК РФ и в приговоре должным образом мотивирован. 

Положения ст. 72 УК РФ при зачете наказания применены правильно, за исключением того, что в приговоре не указан конкретный период зачета. В этой связи следует уточнить о зачете на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы времени содержания ФИО2 под стражей в период с 18 ноября 2020 года до 19 января 2021 года. 

Из протокола судебного заседания видно, что рассмотрение уголовного дела произведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Судом оценены все доводы участников процесса, предоставлены сторонам равные возможности для реализации своих процессуальных прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену приговора, не установлено. 

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Миасского городского суда Челябинской области от 18 ноября 2020 года в отношении ФИО2 изменить:

в его описательно-мотивировочной части правильно указать о квалификации действий осужденного ФИО2 по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога, вместо указанного «умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога»;

в его резолютивной части уточнить о зачете на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы времени содержания ФИО2 под стражей в период с 18 ноября 2020 года до 19 января 2021 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобу (с дополнением) – без удовлетворения.

Председательствующий