Дело № 2-781/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Ивановой С.А., с участием старшего помощника прокурора гор. Мирный ФИО1, при секретаре Степановой А.С. рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Мирный РС(Я) 

05 декабря 2017 года 

гражданское дело по иску ФИО2 к АК «АЛРОСА» (ПАО)о признании травмы производственной, возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к АК «АЛРОСА (ПАО), просил признать несчастный случай, произошедший с ним на работе 

<

дата>, связанным с производством, взыскать компенсацию морального вреда в размере 5 млн. руб., расходы на лечение в размере 133943 руб. В обоснование заявленных требований указал, что состоит в трудовых отношениях с ответчиком с 

<

дата>, с 

<

дата> занимает должность 

<

данные изъяты>. 

<

дата> во время установки магнитного замка к металлической двери комнаты в помещении дежурного электрослесаря, находящегося на отметке 4,7 м. участка обогащения Фабрики № 3 Мирнинского ГОК АК «АЛРОСА» (ПАО) получил травму 

<

данные изъяты>. Согласно медицинскому заключению степень полученной травмы определена как тяжелая. По результатам расследования комиссия пришла к выводу о нарушении со стороны работника, указав, что травма получена вследствие нарушения ст.212, 227 Трудового кодекса Российской Федерации. В связи с чем, данный несчастный случай комиссия квалифицировала как не связанный с производством. Считает акт формы Н-4 о расследовании несчастного случая незаконным, поскольку вред здоровью истца причинен на рабочем месте и в рабочее время, а обстоятельств, указанных в ст.229.2 ТК РФ и позволяющих сделать вывод о квалификации несчастного случая как несвязанного с производством, не имеется. Также указывает, что заявитель исполнял обязанности и совершал действия по установке замка в интересах работодателя. Истец не получил в полном объеме средства индивидуальной защиты, в частности, защитные очки или защитный щиток, таким образом, работодатель не обеспечил безопасность проведения любых видов работ.

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО3 исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении и правовом обосновании, поддержали. ФИО2 суду пояснил, что ввиду периодической пропажи инструментов в помещении дежурного электрослесаря по его предложению и с разрешения "М" работники «

<

данные изъяты>», за неделю до происшествия, на металлической двери указанного помещения установили электрический магнитный замок. Однако замок держался на сломанном саморезе, а потому металлическая дверь не закрывалась. В связи с чем он хотел извлечь обломанный саморез и установить новый, с этой целью попросил электрослесаря "Б" принести молоток, затем попросил поддержать дюбельный гвоздь, но при ударе дюбель отскочил и 

<

данные изъяты>, после чего его сразу увезли на скорой в Мирнинскую ЦРБ. Он продолжительное время проходил лечение в медицинских учреждениях Якутска, Москвы, Мирного, 

<

данные изъяты>. После получения тяжкого вреда здоровью, он испытывал жуткие физические боли и морально нравственные страдания. Также пояснил, что его непосредственным руководителем был "Х", однако он весной находился в очередном отпуске, затем дополнительно использовал дни, а потому фактически вышел на работу за один-два дня до происшествия. В период дачи объяснений по телефону он находился в послеоперационном состоянии, после наркоза и обезболивающих средств, а потому не осознавал в полной мере смысл данных им объяснений, свои пояснения он не читал и не подписывал, в связи с чем не подтверждает, с актом расследования ознакомился лишь 

<

дата>. До фактического выхода на работу, его замещал "М". Представитель истца, в дополнении указал, что истец действовал в соответствии с правилами по охране труда при эксплуатации электроустановок и перечнем работ, выполняемых оперативно-ремонтным персоналом в порядке текущей эксплуатации в электроустановках участка. В связи с чем вывод комиссии о том, что он не выполнил распоряжение начальника о запрете организации несанкционированных кладовок, самовольно производил работу не входящую в его обязанности, не находит обоснованными. Также обращает внимание на то, что комиссия ошибочно ссылается на нарушения ст.212,227 ТК РФ, кроме того, работодателем пропущен срок направления извещения о тяжелом несчастном случае, чем нарушены требования ст.228.1 ТК РФ. На этом основании просили удовлетворить требование истца в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4 против удовлетворения иска возражала. Указывает на то, что согласно акту формы Н-4 комиссией по расследованию установлено, что несчастный случай с истцом произошел по вине самого ФИО2, который нарушил технику безопасности, должностную инструкцию, вопреки запрету руководства фабрики самостоятельно принял решение об установке замка. В связи с чем, данный несчастный случай комиссия квалифицировала как не подлежащий оформлению актом по форме Н-1, учету и регистрации в АК «АЛРОСА» (ПАО). К производственному процессу происшествие с истцом не имеет отношения и не может рассматриваться как несчастный случай на производстве.

В судебном заседании 

<

дата>, представитель третьего лица Государственный инспектор труда по РС(Я) ФИО5 подтвердил, что под его руководством было проведено расследование несчастного случая, комиссия ссылаясь на то, что прямых указаний устанавливать замок не было, приняла решение не связывать несчастный случай с производством. Однако им написано особое мнение. По его мнению, поскольку ФИО2 руководствовался не личными интересами при установке магнитного замка, то данный случай происшедший с ним должен быть квалифицирован как несчастный случай. Данное обстоятельство следует из пояснений ФИО2, который хотел установить замок в целях предотвращения пропажи инструментов, что также подтвердили главный энергетик "Х" и электрослесарь "Б". Кроме него особое мнение написано и председателем профсоюза «

<

данные изъяты>» "Д"

Свидетель "М" суду показал, что работает на фабрике с 

<

дата>, в настоящее время занимает должность 

<

данные изъяты>. 

<

дата> года замещал обязанности 

<

данные изъяты>, во время отпуска "Х". По установке магнитного замка на металлической двери в помещении дежурного электрика, ссылаясь на пропажу материалов, к нему обращался ФИО2, на что он согласился, но с обязательным вырезом решетного окошка, чтобы контролировать нахождение работников в нем во время рабочей смены. Электрический магнитный замок на двери был установлен сторонней организацией «

<

данные изъяты>» ближе к дате несчастного случая. А металлическая дверь установлена была ранее и закрывалась на замок, позже замок сломался. Про саморез он не знал, о том что он застрял во время монтажа замка, ему стало известно позже. 

Суд, изучив доводы стороны истца, выслушав доводы ответчика, показания свидетеля, заслушав заключение прокурора, полагавшей, требования подлежащими удовлетворению, оценив и сопоставив представленные доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, работодатель согласно ст. 22 Трудового кодекса РФ обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из материалов дела следует, что 

<

дата> ФИО2 был принят на работу 

<

данные изъяты> на участок обогащения Фабрики № 3 Мирнинского ГОКа АК «АЛРОСА» (ПАО), с 

<

дата> занимает должность 

<

данные изъяты>. 

Судом установлено, подтверждается материалами дела и не оспаривалось сторонами, что 

<

дата> для истца был рабочим днем, рабочим временем для истца являлось время с 08 часов 00 мин. до 17 часов 00 минут с перерывом на обед с 12 до 13 час., рабочим местом являлся участок обогащения фабрики № 3 Мирнинского ГОК АК «АЛРОСА (ПАО).

Суду представлены материалы по расследованию тяжелого несчастного случая, произошедшего 

<

дата> с и.о. старшего мастера по ремонту оборудования участка обогащения обогатительной фабрики № 3 Мирнинского ГОК АК «АЛРОСА» (ПАО) ФИО2 Так, 

<

дата> в адрес и.о. главного инженера АК «АЛРОСА» (ПАО), профсоюза «Профалмаз», ГУ РО ФСС по РС (Я) направлено сообщение о страховом случае, произошедшем с ФИО2 

<

дата> извещение о тяжелом несчастном случае направлено, кроме указанных учреждений, также и в адрес руководителя Ленского Управления Ростехнадзора, администрации МО «Мирнинский район», Мирнинского МСО СУ СК России по РС (Я), Государственной инспекции труда в РС (Я), Мирнинского филиала АО «СОГАЗ», Федерации профсоюзов, прокуратуры г.Мирного. 

Приказом работодателя Мирнинского ГОКа АК «АЛРОСА» от 

<

дата> № для расследования несчастного случая была образована комиссия, которую возглавил государственный инспектор труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Республике Саха (Якутия) ФИО5

В рамках проводимого расследования был составлен протокол осмотра места тяжелого несчастного случая, составлена его схема, фототаблица, произведены опросы пострадавшего, очевидцев, должностных лиц, истребованы и исследованы материалы, касающиеся должностных обязанностей указанных лиц, мероприятий по вводному инструктажу, проведенных проверок знаний.

Актом о расследовании несчастного случая формы 4 от 

<

дата> происшествие с ФИО2 квалифицировано как несчастный случай, не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом формы Н-1. Установлено, что ФИО2 проигнорировав выданный 

<

дата> запрет на установку магнитного замка на металлическую дверь от и.о. начальника ОФ №3 "Ф" решил самостоятельно его установить. При попытке установить магнитный замок на дверной проем выполненный из металлического швеллера у него произошло обламывание самореза. Обломившаяся часть самореза упала на пол, а остальная часть осталась в металлическом швеллере дверного проема. В акте указано, что основной причиной несчастного случая явилось неприменение работником средств индивидуальной защиты, а именно отсутствие защитных очков или защитного щитка при выбивании сломанного самореза из металлического швеллера дверного проема. Сопутствующей причиной произошедшего несчастного случая стало нарушение работником трудового распорядка, выразившегося в том, что ФИО2 не выполнил распоряжение и.о. начальника обогатительной фабрики № 3 о запрете организации несанкционированных кладовок, самовольно производил работу, не входящую в его обязанности, выполнял работу не в интересах работодателя, чем нарушил п.п. 2.3, 2.18 должностной инструкции старшего мастера по ремонту оборудования участка обогащения обогатительной фабрики № 3.

Вместе с тем, председатель комиссии – государственный инспектор труда (по охране труда) ФИО5 по итогам расследования несчастного случая выразил особое мнение, не согласившись с выводом остальных членов комиссии о квалификации несчастного случая и указав, что законом, в частности ст.229.2 ТК РФ дается исчерпывающий перечень несчастных случаев, по итогам расследования которых дается квалификация несчастного случая, не связанного с производством. Поскольку ФИО2 причинен вред здоровью, когда он находился на рабочем месте, поэтому произошедшее следует квалифицировать как несчастный случай, связанный с производством. Кроме того, председателем комиссии сделан вывод о том, что ФИО2 совершались действия в интересах работодателя.

Также государственным инспектором труда указано, что согласно п. 2 должностной инструкции 

<

данные изъяты> Участка обогащения Обогатительной фабрики № 3 Мирнинского ГОК обязан контролировать соблюдение производственной и трудовой дисциплины среди подчиненных (п. 2.20 должностной инструкции), в том числе своевременно оформлять документы по получению и списанию материалов, осуществлять получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей, контролировать соблюдение установленных на фабрике требования режима и сохранности, безопасности действующих норм и нормативов, правил и стандартов предприятия, отвечать за все стороны деятельности производственную и общественно-воспитательную. Поскольку ФИО2 указал в пояснениях, что хотел оборудовать помещение магнитным замком в целях предотвращения пропажи инструментов, то инспектором по охране труда сделан вывод: ФИО2 не руководствовался личными интересами при установке магнитного замка, а потому несчастный случай следует квалифицировать как связанный с производством. 

Одновременно, в материалах дела имеется особое мнение члена комиссии, заместителя председателя профсоюза «Профалмаз» от 

<

дата>, который также указал на следующее: учитывая тот факт, что несчастный случай, произошедший с работником, не может быть отнесен к перечню обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, а также учитывая, что вред здоровью работника нанесен при нахождении на территории работодателя, хотя работник напрямую и не исполнял трудовые обязанности, данное происшествие следует квалифицировать как несчастный случай на производстве, установив при этом максимальный процент вины работника (л.д. 56). 

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ФИО2 поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, указанное повреждение относится к категории тяжелых.

В соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

В силу статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах (часть первая).

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни (абзацы первый и второй части третьей).

В соответствии со статьей 229.2 ТК РФ расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством:

смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;

смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;

несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние (часть шестая).

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах (часть восьмая).

Согласно подпункту "б" пункта 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24.10.2002 N 73, расследованию и квалификации как несчастные случаи, связанные с производством, подлежат травмы, полученные работниками на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией, либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места).

В соответствии с правовой позиции, изложенной в пп. 9, 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений ст. 3 Федерального закона N 125-ФЗ и ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах. При рассмотрении иска о признании несчастного случая связанным с производством или профессиональным заболеванием необходимо учитывать, что вопрос об установлении причинно-следственной связи между получением увечья либо иным повреждением здоровья подлежит разрешению судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела и имеющихся по нему доказательств.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства (абзац третий пункта 9).

Таким образом, для учета несчастного случая как произошедшего на производстве, необходимо, чтобы травма была получена работником на территории организации в рабочее время либо во время следования работника на работу или с работы, в том числе на транспортном средстве.

Судом установлено, что в помещении дежурного электрослесаря, находящегося на отметке 4,7 участка обогащения обогатительной фабрики № 3 Мирнинского ГОК в стене установлена металлическая дверь, разделяющая помещение на две комнаты, в одной располагается дежурный электрик, в другой хранятся инструменты работников. Опрошенный в ходе служебного расследования электрослесарь "Б" пояснил, что из открытого помещения пропадали инструменты, в тот день, когда он по просьбе ФИО2 принес молоток и кувалду он заметил, что на двери был установлен магнитный замок. Электрослесарь "З". пояснил, что монтажники выполнили работы по установке замка за 2 дня до происшествия. Электрослесарь "Г" пояснил, что бригада монтажников «

<

данные изъяты>» смонтировали систему проводки, кабель каналы и магнитный замок и когда магнит монтировали сломался саморез, оторвалась «шляпка». И.о. начальника фабрики "Ф" пояснил, что за 4 дня до происшествия в помещении дежурного электрослесаря, устанавливали замок, прокладывали кабель для подключения электромагнитного замка. На его вопросы ФИО2 ответил, что участились случаи воровства в этом помещении. При этом он запретил ему установку замка. И.о. главного инженера "Ч". пояснил, что в настоящее время убрали кабель, замок демонтирован. Начальник участка "С" пояснил, что и.о. старшего мастера по ремонту участка подчиняется ему в административном порядке, в функциональном-главному энергетику. Опрошенный в ходе служебного расследования, главный энергетик "Х". пояснил, что пострадавший руководствовался тем, что происходит пропажа инструментов и для предотвращения он принял решение об установке, чтобы доступ был только у дежурного электрика. Свидетель "М" замещавший обязанности "Х" подтвердил, что с его согласия как непосредственного начальника ФИО2 в указанный период сторонней организации – «

<

данные изъяты>» был смонтирован электрический магнитный замок на указанной металлической двери. ФИО2 ему сообщил, что периодически пропадают инструменты, если помещение оставлять открытым. На что он распорядился установить замок, но с вырезом окна-решетки для контроля работников участка в период смены. 

Исходя из исследованных доказательств судом установлено, что работы по установке электрического магнитного замка на металлической двери, ограничивающей доступ к общим инструментам работников были выполнены по распоряжению работодателя бригадой монтажников сторонней организации «

<

данные изъяты>», а не по указанию, не действиями истца и задолго до дня происшествия. Меж тем электрический магнитный замок был неисправен из-за сломанного самореза, оставшегося в металлическом швеллере дверного проема. ФИО2 

<

дата> пройдя медицинский осмотр, 14-00 в нарядном участке обогащения на отметке 4,7м. выдал наряд-задание работникам участка на вторую половину рабочей смены. В 15 часов 25 минут истец находился в помещении дежурного электрослесаря пытаясь извлечь сломанную часть самореза из металлического швеллера дверного проема. В результате удара молотком по дюбелю, последний отлетел 

<

данные изъяты>, в результате чего истец получил 

<

данные изъяты>, что причинило ему тяжкий вред здоровью. В результате полученной травмы ФИО2 находился на стационарном лечении в период 

<

дата>.

Таким образом, утверждение истца об обращении к руководству по поводу пропаж инструментов из помещения, двери которого не закрывались на замок, о монтаже электрического магнитного замка сторонней организацией «

<

данные изъяты>» с ведома и по распоряжению и.о. главного энергетика "М", а также о неисправности 

<

дата> смонтированного замка, об отсутствии средств индивидуальной защиты, и о принятых им мерах, входящих в его компетенции в соответствии с должностной инструкцией, правилами по охране труда при эксплуатации электроустановок и перечнем работ, выполняемых оперативно-ремонтным персоналом в порядке текущей эксплуатации в электроустановках участка, ответчиком не опровергнуты.

Таким образом, совокупность собранных по делу доказательств позволяет определить, что травма получена истцом на территории ответчика в рабочее время 

<

дата>. во время осуществления трудовых обязанностей направленных в интересах работодателя. Кроме того в листках нетрудоспособности, выданных истцу, указан код №, что в соответствии с п. 58 Порядка выдачи листков нетрудоспособности означает несчастный случай на производстве или его последствия.

Основываясь на указанных положениях статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ, статей 227, 229.2 ТК РФ, разъяснениях Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2, дав оценку представленным доказательствам по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам о том, что пострадавший ФИО2 относится к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя Мирнинского ГОК; происшедшее событие указано в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (

<

данные изъяты>, полученные в течение рабочего времени в месте выполнения работы); обстоятельства (время, место), сопутствующие происшедшему событию, соответствуют обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ; ФИО2 является лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; в спорном случае не имеют место указанные в части шестой статьи 229.2 ТК РФ обстоятельства, при наличии которых несчастный случай с ФИО2 может квалифицироваться как не связанный с производством.

Таким образом, в нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено допустимых и относимых доказательств по делу, бесспорно свидетельствующих о том, что имеющееся телесные повреждения у истца получены при иных обстоятельствах и в другое время.

Выводы о вине работника ФИО2 в происшедшем 

<

дата> несчастном случае, установленные комиссией работодателя в акте формы 4 от 

<

дата> не соответствуют имеющимся обстоятельствам и материалам несчастного случая. Более того утверждение о наличии в действиях ФИО2 неосторожности, а именно неприменение работником средств индивидуальной защиты, выполнение работы, не входящей в его обязанности, не имеет существенного значения для разрешения дела, поскольку в силу ч. 8 ст. 229.2 ТК РФ наличие в действиях работника грубой неосторожности не исключает составление акта о несчастном случае на производстве.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о квалификации случившегося как несчастного случая на производстве с возложением обязанности на работодателя составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ФИО2 

<

дата>.

Поскольку при несчастном случае на производстве составление работодателем Акта формы Н-1 обязательно в соответствии с требованиями трудового законодательства, то исковые требования о возмещении вреда и компенсации морального вреда, суд находит преждевременными и подлежащими оставлению без рассмотрения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Признать несчастный случай, произошедший 

<

дата> с работником обогатительной фабрики № 3 Мирнинского горно-обогатительного комбината АК АЛРОСА (ПАО) ФИО2, несчастным случаем на производстве.

Обязать АК «АЛРОСА» (ПАО) составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ФИО2 

<

дата>.

Исковые требования о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда – оставить без рассмотрения.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию – судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) путем подачи апелляционной жалобы или представления через Мирнинский районный суд РС(Я) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение принято 11.12.2017.

Председательствующий С.А. Иванова