Судья Сергеева Н.Н. 22 - 853

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Псков 23 ноября 2017 года 

Псковский областной суд в составе:

председательствующего Бобровой Л.И.,

при секретаре Богдановой О.Е.,

с участием:

государственного обвинителя Спесивцевой И.А., подсудимого К., его защитника - адвоката Комарова В.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу подсудимого К. на постановление Псковского районного суда от 11 октября 2017 года, которым уголовное дело в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в,г» ч.2 ст.161 УК РФ возвращено прокурору Псковского района Псковской области для устранения препятствий его рассмотрения.

Заслушав доклад судьи Бобровой Л.И.; выступление подсудимого К. и адвоката Комарова В.Н., поддержавших доводы жалобы и просивших об изменении меры пресечения на более мягкую, мнение государственного обвинителя Спесивцевой И.А., полагавшей постановление законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

11 октября 2017 года постановлением Псковского районного суда Псковской области уголовное дело в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в,г» ч.2 ст.161 УК РФ, возвращено прокурору Псковского района на основании п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом. 

В апелляционной жалобе подсудимый К. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным и подлежащим отмене по следующим основаниям. 

Подсудимый полагал, что принятие решения о возврате дела прокурору на стадии судебного разбирательства невозможно, так как такое решение принимается судом только на стадии предварительного слушания.

Выводы суда о применении насилия, опасного для жизни, по мнению К., не основаны на исследованных доказательствах, так как в заключении судебно-медицинской экспертизы не зафиксировано следов удушения и при опознании потерпевшая опознала его как человека, применившего насилие, неопасное для жизни и здоровья. 

Его показания в ходе проверки показаний даны под давлением со стороны следователя, «в состоянии психоза, вызванного действиями сотрудников полиции». Показания в качестве свидетеля даны без участия защитника, поэтому не могут признаваться доказательствами.

Его согласие с обвинением, включающим удушение, было обусловлено договоренностью со следователем о рассмотрении дела в особом порядке.

К. считает, что возвращение дела прокурору для предъявления ему более тяжкого обвинения нарушает его конституционные права, просит отменить постановление суда и направить дело на новое судебное разбирательство.

Государственный обвинитель Н. в возражениях на апелляционную жалобу, просил оставить постановление без изменения, а жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого постановления.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным, и основан на правильном применении уголовного закона.

Неправильная квалификация фактически совершенного деяния и неверное установление оснований уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения.

В судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого.

Установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия.

Суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления, его способов, мотивов, целей и последствий. При этом от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства.

Исследовав показания потерпевшей Б. об обстоятельствах инкриминируемого К. совершенного 17 июля 2017 года преступления, предусмотренного п.п. «в,г» ч.2 ст. 161 УК РФ, суд выявил несоответствие квалификации действий К. в указанной части предъявленного ему обвинения не только фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, но и по описанию обстоятельств преступления, которое приведено в обвинительном заключении. 

Так, из описания фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении, следует, что К. примерно в 4 часа 17 июля 2017 года, находясь в состоянии опьянения, незаконно проник в дом Б., расположенный в садоводческом товариществе 

<

****> сельского поселения 

<

****>, где с целью подавления воли проснувшейся потерпевшей и сопротивления с ее стороны, схватил Б. за правую руку, препятствуя возможности покинуть дом, толкнул ее на пол, требуя передать ему денежные средства, навалился на потерпевшую и стал душить ее. 

Своими умышленными действиями К. применил в отношении Б. насилие, не опасное для жизни или здоровья, причинившее ей телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадин грудной клетки слева, области таза справа, паховой области слева, правой верхней и левой нижней конечностей.

Находясь в помещении жилого дома и действуя умышленно из корыстных побуждений с целью обогащения, К. открыто похитил имущество, принадлежащее Б.: ноутбук, стоимостью 11000 рублей, USB-модем, стоимостью 1000 рублей, установленной в нем сим - картой сотового оператора с балансом 295 рублей, денежные средства на сумму 2553 рубля, 2 бутылки с наливкой, не представляющих ценности для потерпевшей, причинив ущерб на общую сумму 14848 рубля.

Изложенные в предъявленном К. обвинении сведения об удушении, как обоснованно указал суд в обжалуемом постановлении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации описанного органами следствия деяния по статье, предусматривающей ответственность за более тяжкое преступление. Данное несоответствие является препятствием для рассмотрения дела по существу. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что изложенные в обвинительном заключении фактические обстоятельства не соответствуют той норме уголовного закона, по которой квалифицированы действия К., и с учетом требований ст. 252 УПК РФ принял правильное решение о возвращении данного уголовного дела прокурору на основании ст. 237 ч. 1 п. 6 УПК РФ.

Выводы суда надлежащим образом мотивированы в постановлении со ссылкой на содержание исследованных доказательств и обвинительного заключения.

При принятии указанного решения суд действовал в пределах предоставленных ему полномочий в целях обеспечения целей судопроизводства.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности факта удушения потерпевшей К. суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку на данном этапе они не подлежат обсуждению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд не оценивал доказательства и не высказался категорично о необходимости квалификации действий по какой-либо конкретной норме уголовного закона, а лишь указал о наличии оснований полагать, что в действиях данного подсудимого содержатся признаки состава более тяжкого преступления.

Нарушений положений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного постановления, судом первой инстанции не допущено.

Однако из вводной части постановления подлежит исключению указание на наличие погашенной судимости по приговору мирового судьи судебного участка №30 г. Пскова от 15 сентября 2016 года, которым К. был осужден по ч.1 ст. 158 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 10 месяцев (с учетом его продления постановлением Псковского городского суда от 9 марта 2017 года) учитывая, что испытательный срок истек 15 июля 2017 года.

Срок содержания под стражей К., задержанного в качестве подозреваемого 24 июля 2017 года, ранее продленный постановлением Псковского районного суда от 20 сентября 2017 года до 4 месяцев, то есть до 24 ноября 2017 года, оставлен без изменения обжалуемым постановлением с приведением мотивов принятого решения. 

Суд апелляционной инстанции, обсудив вопрос о мере пресечения, приходит к выводу о необходимости продления срока содержания под стражей К., учитывая положения ст. 97, 110, 108, 109, 255 УПК РФ.

Продление меры пресечения вызвано необходимостью передачи дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, проведением ряда следственных действий и невозможностью изменения ранее избранной меры пресечения на более мягкую, так как обстоятельства, послужившие основанием для заключения К. под стражу, не отпали и не изменились. 

К. обвиняется в совершении тяжкого преступления, имеет непогашенную судимость за совершение особо тяжкого преступления против личности, по месту жительства характеризуется отрицательно, привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, страдает алкогольной зависимостью, что при отсутствии прочных социальных связей свидетельствует о возможности скрыться и продолжить преступную деятельность.

Продление срока содержания под стражей К. не нарушает баланс интересов обвиняемого и общества, обеспечивает возможность достижения целей уголовного судопроизводства, охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Учитывая изложенное выше, срок содержания под стражей К. не перестал быть разумным. 

Объективных данных, свидетельствующих о невозможности содержания К. в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, в настоящее время не представлено. Сведения о состоянии здоровья подсудимого не свидетельствуют о резком его ухудшении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.389.13, 389.20, 389.28, 255 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Псковского районного суда Псковской области от 11 октября 2017 года, которым уголовное дело в отношении К. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в,г» ч.2 ст. 161 УК РФ возвращено прокурору Псковского района на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ изменить.

Исключить из вводной части указание на наличие судимости по приговору мирового судьи судебного участка №30 г. Пскова от 15 сентября 2016 года. 

В остальной части постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу К. - без удовлетворения.

Продлить подсудимому К., родившемуся 

<

****> в 

<

****>, срок содержания под стражей на 1 месяц, всего до 5 месяцев, то есть до 24 декабря 2017 года.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в президиум Псковского областного суда в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: