КОПИЯ

56RS0009-01-2023-003501-53

№ 2-64/2024

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации 

16 мая 2024 года г. Оренбург

Дзержинский районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Федулаевой Н.А.,

С участием прокурора Киреевой Ю.П.,

при секретаре Урясовой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному автономному учреждению «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Федеральному государственному автономному учреждению «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование которого указала, что проходила лечение в Оренбургском филиале ФГАУ «НМИЦ «Микрохирургия глаза» им. Акад. С.Н. Федорова Минздрава России. В июне 2003 года она проходила оперативное лечение по поводу отслойки сетчатки левого глаза, ей была проведена операция по удалению стекловидного тела, затем операция по имплантированию силиконового масла посредством замены перфторуглеродистого соединения. В ходе этой операции была проведена эндотампонада силиконом: в полость стекловидного тела был введен жидкий силикон. Ранее, в 2004 году ФИО1 была госпитализирована в ФГАУ «НМИЦ «Микрохирургия глаза» им. Акад. С.Н. Федорова Минздрава России в целях проведения операции по замене хрусталика и удалению силикона. При этом ей была проведена операция только по замене хрусталика, по врачами были принято решение о нецелесообразности удаления силикона. С 2003 года до настоящего времени ФИО1 наблюдалась и проходила лечение в лечебном учреждении ответчика. Однако состояние левого глаза с 2020 года ухудшилось. При осмотре в ноябре 2022 года ей был установлен диагноз 

<

данные изъяты>. В настоящее время зрение левого отсутствует.

ФИО1 полагает, что утрата зрения левого глаза явилась последствием несвоевременного удаления силикона из полости стекловидного тела, что привело к его миграции в переднюю камеру. Одним из осложнений силиконовой тампонады является эмульгация силикона, которая вызывает развитие вторичной глаукомы. Кроме того, истцу ни разу не были даны рекомендации по регулярному изменению внутриглазного давления, контроль за которым необходимо было осуществлять. В результате повышенного давления состояние пациента было неудовлетворительным, длительное время истца мучили постоянные головные боли, состояние зрения ухудшалось. Изложенное свидетельствует о нарушении со стороны ответчика правил и стандартов оказания медицинской помощи. 

Просит суд взыскать с Федерального государственного автономного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы по оплате услуг представителя 30 000 руб.

Истец в судебное заседание суда первой инстанции не явился, в заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании просил в удовлетворении иска отказать. Полагал, что лечебным учреждением истцу оказана медицинская помощь в полном объеме, в соответствии с действовавшими на момент ее оказания стандартами. Незначительные недостатки, указанные в заключении экспертов, не повлияли на постановку ФИО1 верного диагноза и выбор методики его лечения.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего заявленные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, оценив собранные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием ее обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ей морального вреда явилось некачественное, по ее мнению, оказание ответчиком медицинских услуг.

В целях установления юридически значимых по делу обстоятельств по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», с привлечением к проведению экспертизы врача-офтальмолога. 

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы, проведенной экспертами 

<

данные изъяты> (заключение эксперта от 3 октября 2023 года – 27 апреля 2024 года № 

<

Номер обезличен>) на момент обращения ФИО1 за медицинской помощью в 2003 году в ФГУ «МНТК «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Оренбургской области нормативные требования качества оказания медицинской помощи отсутствовали. В рамках проведения экспертизы установлено, что медицинская помощь ФИО1 в 2003 году касательно диагностики и лечения отслойки сетчатки оказывалась своевременно и в полном объеме в соответствии общепринятым подходам к лечению отслойки сетчатки. 

Принципиально экспертиза качества оказания медицинской помощи проводится в соответствии с Порядком проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения, утвержденным Приказом Министерства здравоохранения РФ от 19 марта 2021 года № 231н и выходит за пределы компетенции проводимой судебно-медицинской экспертизы.

Медицинская помощь ФИО1 в Федеральном государственным автономным учреждением «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации (Оренбургский филиал) в период с 7 ноября 2022 года по 9 ноября 2022 года оказана с нарушением пункта 13.6 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 августа 2022 года № 530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения», выразившимся в отсутствии обоснования диагноза.

На госпитальном этапе в период с 7 ноября 2022 года по 9 ноября 2022 года установлены дефекты медицинской помощи ФИО1:

- дефекты оформления медицинской документации:

- несоответствие дневниковых записей: в дневниковых записях послеоперационного осмотра указано: «в передней камере эмульгированный силикон», что является противоречием с выполненной 8 ноября 2022 года операцией;

- отсутствует обоснование диагноза, что регламентировано пунктом 13.6 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 августа 2022 года № 530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»;

- дефекты лечения: при выписке не назначены и не рекомендованы препараты, снижающие внутриглазное давление в оперированном глазу.

При анализе представленной медицинской документации в период с 2003 года по 2023 год по оказанию медицинской помощи ФИО1 нарушений в стандарте, утвержденном Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 7 сентября 2005 года № 552 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с отслойкой и разрывами сетчатки» комиссией экспертов не выявлено.

В связи с отсутствием нарушений действующих регламентирующих документов на момент обращения ФИО1 за медицинской помощью в ФГУ «МНТК «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Оренбургской области вопрос о причинно-следственной связи между такими нарушениями и неблагоприятными последствиями для здоровья не разрешался.

По данным дневниковых записей Федерального государственного автономного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации имеется длительный перерыв осмотра ФИО1 (с 7 февраля 2004 года по 25 августа 2022 года). Исходя из представленной документации ФИО1 с жалобами на отсутствие в течение двух лет предметного зрения обратилась в 2022 году, по данным осмотра от 25 августа 2022 года диагностирована вторичная глаукома левого глаза, 7 ноября 2022 года диагноз дополнен в части миграция эмульгированного силикона в переднюю камеру. 

В специализированной литературе по офтальмологии указано, что длительное нахождение силикона в витреальной полости может привести к его эмульгации, так и может повлиять на развитие вторичной глаукомы, что в свою очередь приводит к утрате зрительных функций.

В связи длительным перерывом осмотров и наблюдений ФИО1 врачом-офтальмологом однозначно установить как причину глаукомы, приведшую к слепоте левого глаза, так и причину эмульгации силикона не представляется возможным.

Суд принимает в качестве достоверного и надлежащего доказательства по делу указанное заключение экспертов, поскольку заключение судебно-медицинской экспертизы соответствует требованиям части 2 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», экспертиза проведена с учетом материалов дела и медицинской документации, дана экспертами, имеющими необходимый практический стаж работы и квалификацию, предупрежденными об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем оснований усомниться в их компетентности не имеется, выводы комиссии экспертов представляются ясными и понятными.

Принимая во внимание выводы экспертизы, проведенной экспертами ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», установившей дефекты оказания медицинской помощи, суд приходит к выводу, что истцу была оказана медицинская услуга ненадлежащего качества, в связи с чем имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

Ответчику среди прочего вменяется нарушение пункта 13.6 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 августа 2022 года № 530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения».

Вместе с тем, данный Приказ вступил в силу с 1 марта 2023 года, а в части ведения документации в электронной форме применяется с 1 марта 2025 года, поэтому при оказании ФИО1 медицинской помощи в ноябре 2022 года он не подлежал применению, о чем верно указано ответчиком, соответственно данные нарушения, которые указаны в заключении, суд во внимание не принимает в качестве таковых.

Таким образом, при лечении ФИО1 стороной ответчика допущено дефект лечения только в той части, что при выписке истцу не были назначены и рекомендованы препараты, снижающие внутриглазное давление в оперированном глазу.

При этом экспертами, а, соответственно, и судом достоверно не установлено, что допущенные дефекты оказания медицинской помощи и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением каких-либо последствий для здоровья истца. Из материалов дела, а также медицинских карт ФИО1 видно, что она длительное время не обращалась к ответчику за медицинской помощью, что также могло повлиять на картину развития имеющихся у истца заболеваний и не зависит от действий ответчика. 

В нарушение пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик не представил доказательств того, что медицинская помощь ФИО1 была оказана качественно и в полном объеме.

Таким образом, в совокупности изложенные доказательства, позволяют прийти к выводу о том, что имеются доказательства вины ответчика в недобросовестном выполнении его медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей при лечении ФИО1, хотя какой-либо прямой либо косвенной причинно-следственной связи между перечисленными дефектами и установленными у ФИО1 осложнениями/последствиями, не установлено, пациент ФИО1 обратившись за медицинской помощью, была вправе рассчитывать на качественное оказание медицинской помощи на всех этапах лечения, осознание того, что на этапе лечения были допущены дефекты, не могло не причинить истцу нравственных страданий, которые подлежат возмещению за счет ответчика, работники, которого указанные дефекты допустили.

В соответствии с правовыми позициям Конституционного Суда Российской Федерации, суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статье 1100 ГК РФ, в совокупности оценивает конкретные обстоятельства дела, соотнося их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности (определение от 15 июля 2004 года №276-О).

Таким образом, законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. Поэтому суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в совокупности оценивает конкретные действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности.

Размер компенсации морального вреда в наибольшей степени должен обеспечивать баланс прав и законных интересов потерпевшего от причинения вреда и лица, ответственного за причинение вреда, компенсируя потерпевшему причиненные физические и нравственные страдания.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание характер допущенных дефектов, учитывая закрепленный действующим законодательством принцип разумности и справедливости такого взыскания, суд приходит к выводу о взыскании с Федерального государственного автономного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей, что, по мнению суда, является разумным, и справедливым. Данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины ответчика, допустившего незначительные дефекты оказания медицинской помощи, которые не явились прямой причиной ухудшения состояния здоровья истца, поэтому оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере, исходя из обстоятельств дела, суд оснований не находит.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 названного Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).

Из представленного в материалы дела договора на оказание юридических услуг усматривается, что ФИО1 в связи обращением в суд с данным иском понесла расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

С учетом категории рассматриваемого спора, длительности его рассмотрения и объема оказанных представителем услуг, который участвовал в каждом судебном заседании, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в полном размере – 30 000 рублей. 

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного автономного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имени академика С.Н. Федорова» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 40 000 руб., расходы по оплате услуг представителя 30 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Дзержинский районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия в окончательной форме. 

Судья подпись Н.А. Федулаева

В окончательной форме решение принято 23 мая 2024 года.