Производство №2-1063/2023(2-27/2024)

УИД 57RS0027-01-2023-001025-03

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 января 2024 года г.Орел

Северный районный суд г.Орла в составе: 

председательствующего судьи Шуклиной Н.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

прокурора Телепнева А.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Федотовой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Северного районного суда г.Орла гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ТОП - СЕРВИС» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, 

установил:

ФИО1 изначально обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ИДАЛИКА» (далее - ООО «ИДАЛИКА») о возмещении вреда здоровью и взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, работал в ООО «ИДАЛИКА» (юридический адрес: 

<

адрес>) в должности администратора, а впоследствии инженером по техническому обслуживанию.

Фактическое место его работы находилось по адресу: 

<

адрес>. 

При этом, документы на оформление трудоустройства в данную организацию были переданы им ДД.ММ.ГГГГ, однако, по неизвестным ему причинам договор был оформлен только ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, указывает, что ДД.ММ.ГГГГ он приступил к работе и 

ДД.ММ.ГГГГ его в составе бригады из четырех человек направили на вокзал станции 

<

адрес>, где бригадир Свидетель №2 направил его и ФИО13 на крышу вокзала, с целью установления места её протечки. Установив лестницу, они залезли на крышу, и начав ее обследовать, он провалился с крыши данного здания, упал вниз, и оказался на полу вокзала.

В результате падения он получил травмы, повлекшие тяжкий вред здоровью. 

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного Бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «

<

данные изъяты>» № он находился на стационарном лечении в отделении травматологии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ему были проведены две операции. 

В последующем и до настоящего времени ему требуются многочисленные операции и длительные курсы реабилитации, в связи с чем он не может полноценно работать и трудоустроиться.

За весь период его нетрудоспособности руководством ООО «ИДАЛИКА» ФИО1 была выплачена компенсация в размере 230 000 рублей, что не соответствует затратам понесенным на восстановление здоровья. 

Из-за сложившейся ситуации, ввиду его нетрудоспособности, он потерял стабильный доход, в связи с чем понес нравственные страдания. 

По изложенным доводам, с учетом уточнения, просил суд, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью, в размере 400 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела судом было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ООО «ИДАЛИКА» прекратила свою деятельность в результате реорганизации в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «ТОП - СЕРВИС» (далее – ООО «ТОП - СЕРВИС»).

ДД.ММ.ГГГГ определением суда, вынесенным в протокольной форме, произведена замена ненадлежащего ответчика – ООО «ИДАЛИКА», и к участию в деле в качестве надлежащего ответчика привлечен ООО «ТОП - СЕРВИС». 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования, с учетом уточнения, поддержал в полном объеме, по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ООО «ТОП - СЕРВИС» по доверенности ФИО2 иск не признала, пояснила, что на момент получения истцом травмы он не состоял с ООО «ИДАЛИКА» в трудовых отношениях. В обоснование возражений также указала, что истец пропустил срок исковой давности при обращении в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в связи с чем в иске следует отказать. 

Представитель третьего лица АО «ЦППК» в суд не явился, извещен надлежащим образом, причины неявки не сообщил.

Прокурор Телепнева А.Р. считал, что иск подлежит удовлетворению.

Выслушав участников процесса, исследовав предоставленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (по тексту - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее по тексту - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Частью 1 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части 2 статьи 15 названного Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (часть 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом спора о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 17 - 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 15 от 29 мая 2018 года "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении).

В целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенных между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из приведенных в этих статьях определений понятий "трудовые отношения" и "трудовой договор" не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы.

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного Кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (Определение Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 N 597-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО3 на нарушение ее конституционных прав статьями 11, 15, 16, 22 и 64 Трудового кодекса Российской Федерации"). 

В ходе рассмотрения дела суд установил, что между акционерным обществом «Центральная пригородная пассажирская компания» (далее – АО «ЦППК», выступающего заказчиком) и ООО «ИДАЛИКА» (исполнителем) был заключен договор от ДД.ММ.ГГГГ № в рамках которого исполнитель осуществляет мелкий ремонт зданий и сооружений круглогодично. За сентябрь – ноябрь 2021 года были сформированы заявки и согласованы сторонами планы работ на объектах транспортной инфраструктуры Орловского участка, в том числе по ремонту зданий, сооружений железнодорожного вокзала станции «Глазуновка», расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно заявок № и №, представленных суду АО «ЦППК», на ДД.ММ.ГГГГ был согласован следующий объем работ по станции 

<

данные изъяты>: ревизия и ремонт электрощитового оборудования, в том числе электрического котла отопления ЭПЗ100И (протяжка контактов, маркировка автоматов, удаление пыли и актуализация однолинейных схем), а также ремонт асфальтового покрытия 1,5 кв.м.

По информации АО «ЦППК», исполнителем работ ООО «ИДАЛИКА» была сформирована группа разнорабочих ТО в составе: Свидетель №2, Свидетель №1, ФИО13 Количество группы разнорабочих ТО определял и направлял менеджер ООО «ИДАЛИКА».

Между тем, из плана работ на объектах инфраструктуры Орловского участка на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ следует, что на указанном объекте было запланировано проведение работ по ревизии кровельного покрытия, смене негодных листов кровли из листовой кровельной стали и замена подвесного потолка.

Таким образом, судом установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ ООО «ИДАЛИКА» было запланировано проведение работ по ремонту железнодорожного вокзала станции «

<

данные изъяты>».

Обстоятельства того, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ находился в составе бригады указанных выше рабочих, подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели Свидетель №2 и Свидетель №1

Кроме того, свидетель Свидетель №1 подтвердил факт падения ФИО1 с крыши железнодорожного вокзала станции «

<

данные изъяты>». 

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, судом установлено, что при первичном осмотре у ФИО1 диагностирован 

<

данные изъяты>. В графе место работы указано, что пострадавший не работает. 

При этом, при допросе судом медицинского работника ФИО7, производившей первичный осмотр ФИО1 установлено, что пациент утверждал, что работает, но где она не уточняла, поскольку это не входило в круг ее обязанностей. В момент падения пострадавший находился в жилете, который смягчил падение, но она не помнит, был ли на жилете логотип компании. После оказания первой медицинской помощи, она направила пациента в 

<

данные изъяты>.

Из медицинской карты Бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «

<

данные изъяты>» № стационарного больного ФИО1 следует, что он поступил в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 51 минуту и находился на стационарном лечении по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведены две операции: 

<

данные изъяты>. 

В дооперационный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 были назначены сильнодействующие лекарственные средства, о чем свидетельствует лист назначений, имеющийся в медицинской карте. 

В целях определения степени тяжести вреда здоровью ФИО1 судом была назначена судебно – медицинская экспертиза, проведение которой поручено бюджетному учреждению здравоохранения Орловской области «Орловское бюро судебно – медицинской экспертизы».

Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ на момент проведения судебно – медицинской экспертизы у ФИО1 были обнаружены следующие повреждения: 

<

данные изъяты>, расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью (согласно п.

<

данные изъяты> «Методических критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации №194н от 24 апреля 2008 года). 

<

данные изъяты>. 

Данное экспертное заключение суд находит научно обоснованным, экспертом ФИО8 даны подробные ответы на поставленные вопросы, заключение эксперта подготовлено лицом, имеющим необходимое образование и многолетний опыт в экспертной деятельности, выводы эксперта согласованы между собой, соответствуют материалам дела и показаниям свидетелей, а также эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

По указанным основаниям, суд признает экспертное заключение допустимым доказательством по делу. 

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что на момент несчастного случая между ФИО1 и ООО «ИДАЛИКА» фактически имели место трудовые отношения, поскольку он был допущен к указанным выше работам, выполнял их по поручению и действовал с согласия представителя работодателя ООО «ИДАЛИКА», при этом трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В рассматриваемом случае следует также принять во внимание, что работник – экономически более слабая сторона, априори поставлен в неравные с работодателем условия, поскольку зачастую он не знает руководителя организации, ее структуру, не знаком с локальными актами, а также не знает, уполномочено ли работодателем лицо, допустившее его к работе, что и было установлено судом в ходе рассмотрения данного гражданского дела, и подтверждено показаниями свидетеля ФИО9, который пояснил, что при приеме на работу кандидаты заполняют бланки заявлений в 

<

адрес> и затем представителем нанимателя передаются в 

<

адрес> для рассмотрения, после чего заключаются трудовые договоры с работником. 

Необходимо отметить, что ООО «ИДАЛИКА» оформило трудовые отношения со ФИО1 только ДД.ММ.ГГГГ, и он был принят на работу в отдел технического и сервисного обслуживания администратором, затем переведен на должность инженера, а впоследствии ДД.ММ.ГГГГ уволен, что подтверждается трудовой книжкой истца, трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением к нему, а также приказами о приеме на работу и увольнении. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ООО «ИДАЛИКА» прекратило свою деятельность ДД.ММ.ГГГГ путем реорганизации в форме присоединения к ООО «ТОП – СЕРВИС», и к данному юридическому лицу перешли все права и обязанности реорганизованного общества.

Соответственно, по обязательствам, связанным с возмещением вреда здоровью истца, должно отвечать ООО «ТОП – СЕРВИС», которое привлечено к участию в деле в качестве надлежащего ответчика.

При этом, доводы ответчика относительно применения к спорным правоотношениям последствий пропуска срока исковой давности и отказе истцу в иске, не могут быть приняты судом во внимание, ввиду того, что в рассматриваемом случае, установление факта нахождения сторон в трудовых отношениях является лишь существенным обстоятельством по делу, а исковое требование связано со взысканием компенсации вреда здоровью, на которое не распространяется срок исковой давности. При этом требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска (статья 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06 сентября 2013 года №21-КГ13-4).

В ходе рассмотрения данного дела судом также установлено, что по факту причинения вреда здоровью ФИО1 обращался в прокуратуру 

<

адрес>. Постановлением ст.следователя 

<

данные изъяты> Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела, однако, данное постановление было отменено ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора 

<

адрес> и материал направлен для проведения дополнительной проверки следственным органам. На момент рассмотрения данного гражданского дела процессуальное решение по материалам проверки не принято. 

Рассматривая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»). 

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункты 26-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

С учётом разъяснений, содержащихся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Поскольку, что факт причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 установлен судом и, учитывая, что в результате полученных телесных повреждений истец длительный период времени испытывал физическую боль и болезненные симптомы, находился на стационарном лечении, перенес две операции и принимал сильнодействующие препараты, а также испытывал психологический дискомфорт и негативные эмоции, связанные с полученными травмами, и не имел возможности вести свой привычный образ жизни, то, безусловно, истцу причинены физические и нравственные страдания, которые подлежат компенсации. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер физических и нравственных страданий, тяжесть вреда здоровью истца, его индивидуальные особенности, а также степень вины ответчика, в связи с чем приходит к выводу, что сумма компенсация морального вреда, заявленная ФИО1 в размере 400 000 рублей в рассматриваемом случае, с учетом обстоятельств дела, является разумной и справедливой. 

По изложенным основаниям, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме. 

При распределении судебных расходов суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Как следует из материалов дела определением Северного районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебно - медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Орловское бюро судебно – медицинской экспертизы» и обязанность по внесению предварительной оплаты за производство экспертизы в сумме 10 000 рублей была возложена на истца ФИО1

Стоимость судебной экспертизы составила 37 480 рублей, из которых 10000 рублей были внесены истцом в качестве предварительной оплаты. 

С учетом изложенного, и учитывая, что исковые требования истца судом удовлетворены в полном объеме, то расходы за производство судебной экспертизы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 10 000 рублей и в сумме 27 480 рублей в пользу экспертного учреждения. 

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. 

Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера, т.е. в сумме 300 рублей.

Следует также иметь в виду, что истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, освобождаются от уплаты государственной пошлины (пп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ).

Основываясь на указанных выше нормах, и принимая во внимание, что при подаче иска в суд ФИО1 был освобожден от уплаты государственной пошлины и его требования удовлетворены судом в полном объеме, то судебные издержки в виде государственной пошлины в сумме 300 рублей подлежат взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Орел». 

Руководствуясь статьями 15 и 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОП - СЕРВИС» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в сумме 400 000 рублей и судебные расходы в виде частичной оплаты (аванса) за проведение судебной экспертизы в размере 10 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОП - СЕРВИС» в пользу Бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Орловское бюро судебно – медицинской экспертизы» судебные расходы за производство экспертизы в размере 27 480 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОП - СЕРВИС» в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Мотивированный текст решения изготовлен 26 января 2024 года.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Орловский областной суд через Северный районный суд г.Орла.

Председательствующий Н.С. Шуклина