Апелляционное дело № 22-1436/2021 

Судья Козлов В.А.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

2 июля 2021 года г. Чебоксары 

Верховный Суд Чувашской Республики в составе:

председательствующего судьи Севастьянова А.А., 

при ведении протокола помощником судьи Павловым М.Ю.,

с участием прокурора Тимофеева А.В.,

адвоката Николаевой Т.В.,

осужденного ФИО22,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Архипова А.А. и апелляционную жалобу адвоката Николаевой Т.В. на приговор Ибресинского районного суда Чувашской Республики от 29 апреля 2021 года в отношении

ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

данные изъяты>, несудимого.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выступления прокурора, поддержавшего апелляционное представление, адвоката и осужденного поддержавших апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Приговором Ибресинского районного суда Чувашской Республики от 29 апреля 2021 года ФИО22 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, с назначением наказания в виде лишения права занимать должности в органах местного самоуправления, связанных с осуществлением функции представителя власти, осуществлением организационно – распорядительных или административно – хозяйственных полномочий сроком на 3 года.

Постановлено взыскать с ФИО22 в пользу ФИО1 30000 рублей в счет компенсации морального вреда, в удовлетворении исковых требований прокурора отказано.

Разрешены вопросы о мере пресечения и судьба вещественных доказательств.

ФИО22 осужден за то, что он, являясь главой администрации Ибресинского района Чувашской Республики, из корыстной и иной личной заинтересованности, использовал свои полномочия вопреки интересам службы при распоряжении субвенцией в сумме 2250918,60 рублей, выделенной из республиканского бюджета для обеспечения жильем многодетной семьи ФИО1, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление было совершено в 2017 году при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО22 вину не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель приводит доводы о том, что суд необоснованно отказал прокурору в исковых требованиях, поскольку после отказа от иска, должен было прекратить по нему производство. Также полагает, что суд не в полной мере учел характер и последствия преступления, длительную невозможность для многодетной семьи пользоваться жилым помещением и назначил ФИО22 чрезмерно мягкое наказание, которое просит усилить.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Николаева Т.В. просит отменить приговор и оправдать ФИО22 в связи с отсутствием состава преступления.

Приводит доводы о том, что не имеется доказательств какой либо корыстной заинтересованности ФИО22, поскольку никакой имущественной выгоды от строительства дома и передачи его ФИО1 ФИО2 не приобрел, что видно из результатов строительно-технической экспертизы от 23 ноября 2020 года, согласно которому стоимость постройки дома превышает выделенную субвенцию. Никаких убедительных доказательств тому, что ФИО2 и ФИО22 поддерживали дружеские отношения, также не имеется. Кроме того, нет никакого экспертного заключения, которое бы зафиксировало существенные недостатки построенного дома на момент его приобретения и передачи ФИО1. Все обследования были сделаны в 2019-2020 годах и не имеют отношения к тому состоянию дома, в котором он находился на момент его приобретения. Заключение межведомственной комиссии от 11 августа 2020 года полагает принятым с нарушением положений законодательства. Суд необоснованно счел, что отсутствие газоснабжения при наличии возможности подключиться к газовым сетям является существенным недостатком, делающим невозможным проживание в доме, поскольку собственник вправе сам выбрать тип отопления. Сооружение колодца, как источника водоснабжения, произведено по инициативе самой ФИО1, нанятыми ею людьми. Разная высота ступенек, отсутствие вентиляции являются устранимыми и влекут невозможность проживания. Со стороны ФИО22 были попытки устранить недостатки, организована претензионная работа. Однако ФИО1 не пустила домой работников ФИО2. Суд необоснованно отказал в назначении судебной строительно-технической экспертизы. 

Приводит в жалобе нормативные акты, применяющиеся для признания жилых помещений непригодным для проживания, считает, что их содержание говорит о том, что не имелось оснований для признания переданного ФИО1 дома непригодным для проживания. Он не является аварийным или ветхим, степень его физического износа минимальна.

Суд сделал неверный вывод и об обязанности ФИО22 провести экспертизу при приобретении дома, так как закон такой обязанности не содержит. У ФИО22 не имелось законных оснований, чтобы отказаться от заключения договора купли-продажи с победителем аукциона. В муниципальном контракте были предусмотрены гарантийные обязательства поставщика, что соответствует положениям федерального закона № 44-ФЗ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО22 в совершении инкриминируемого ему преступления полностью подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Все уличающие осужденного доказательства собраны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и относятся к рассмотренному делу. Действиям ФИО22 судом дана правильная правовая квалификация.

Согласно протоколу судебного заседания судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа состязательности сторон. Суд обеспечил сторонам возможность пользоваться принадлежащими им процессуальными правами на представление и исследование доказательств. Все ходатайства сторон были своевременно рассмотрены судом. В том числе и ходатайство защиты о назначении строительно – технической экспертизы. Суд апелляционной инстанции считает, что отказ в удовлетворении данного ходатайство не повлек за собой нарушение права на защиту, поскольку имеющихся доказательств было достаточно для правильного разрешения уголовного дела.

Все указанные в апелляционных жалобах доводы стороны защиты были исследованы судом первой инстанции и им в приговоре дана надлежащая оценка.

В приговоре приведены доказательства, изобличающие ФИО22 в совершении преступления. 

Так, суд первой инстанции обоснованно счел, что именно ФИО22 был инициатором постройки дома для многодетной семьи своим знакомым предпринимателем ФИО2. Их доводы, что они не поддерживали личные отношения, что ФИО2 изначально строил дом для своего сына, что ФИО22 изначально не инициировал и не курировал это строительство, не давал соответствующих указаний о проведении конкурсных процедур с участием ФИО2, не знал о недостатках дома, противоречат исследованным и приведенным в приговоре доказательствам. В частности, приведенным в приговоре показаниям свидетелей из числа сотрудников администрации Ибресинского района ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, свидетелей ФИО10 и ФИО11, чьи личности сохранены в тайне.

Показаниями этих лиц доводы ФИО22 полностью опровергнуты и нет никаких оснований полагать, что бывшие подчиненные сознательно оговаривают осужденного. 

Также обстоятельства строительства дома, его приобретения для семьи ФИО1 и явных недостатках подтверждаются приведенными в приговоре показаниями представителя потерпевшего ФИО12, потерпевших ФИО1, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17.

Из показаний ФИО1 однозначно следует, что еще до подписания акта приема-передачи 4 декабря 2017 года, ФИО22 от нее лично было известно о неудовлетворительном качестве строительства дома.

Были изучены и приведены в приговоре документы, касающиеся проектирования дома и заслушаны показания работников проектной организации ФИО18 и ФИО19, из которых видно, что фактическим заказчиком проекта дома был не ФИО2, а представитель администрации Ибресинского района. Из показаний же ФИО1 известно, что оплачен проект был из ее собственных средств.

Обстоятельства проведения конкурсных процедур, участия в них ФИО22, подписания договора с ФИО20, акта приема-передачи дома пояснили вышеприведенные свидетели из числа работников администрации, чьи показания подтверждены документально. Были изъяты в ходе следствия, изучены в суде и приведены в приговоре финансово-хозяйственные документы администрации Ибресинского района относящиеся к организации закупки жилого дома для многодетной семьи ФИО1, выделения бюджетных средств и их расходования по состоявшемуся контракту с ФИО20.

Согласно заключению строительно-технической экспертизы от 29 июня 2020 года № 1, дом, переданный семье ФИО1, следует признать непригодным для проживания.

Суд первой инстанции согласился с выводами экспертизы. Ни в апелляционной жалобе, ни в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не представлено убедительных доводов относительно недопустимости данного заключения или недостоверности его выводов. 

Суд апелляционной инстанции считает, что, исходя из образования и стажа работы, привлеченная к делу эксперт ФИО21 обладала необходимой компетенцией для дачи заключения. Доводы защиты о том, что эксперт не может дать ответ на подобный вопрос являются надуманными, поскольку вопрос о пригодности дома для проживания не является правовым, а ответ на него исходит из анализа соответствия качества работ предъявляемым к ним требованиям в области жилищного строительства.

Мнение защиты о недопустимости использованных экспертом сведений из сделанных ранее замеров температуры, проб воздуха и т.п. являются голословными, так как эти замеры сделаны в ходе проверки соответствующими специалистами с составлением протоколов, в которых отражены условия получения этих проб. То обстоятельство, что пробы были взяты и выводы экспертом сделаны не по моменту подписания акта приема-передачи дома в декабре 2017 года, не умаляет их относимости к предмету расследования, поскольку жилой дом является объектом длительного пользования. Вывод о его непригодности к проживанию сделан с учетом именно тех недостатков, которые имелись на день его принятия ФИО22, так как никаких изменений после этого и до выводов эксперта в построенный дом не вносилось.

Вывод о непригодности проживания, сделан не из какого - то одного недостатка построенного дома, а их совокупности.

Суд апелляционной инстанции полагает, что нет оснований сомневаться в выводах этого экспертного заключения, и считает обоснованным его использование судом первой инстанции для обоснования своих выводов о виновности ФИО22

Подобный вывод нашел отражение и в акте обследования помещения 21 марта 2021 года, составленном межведомственной комиссией, утвержденной приказом министерства строительства, архитектуры и ЖКХ от 13 августа 2020 года за № 03/1-03/629. Оспаривание в настоящем выводов этой комиссии не дает оснований подвергать сомнению результаты обследования дома ФИО1.

Заключение судебно-строительной экспертизы о стоимости фактически выполненных работ не опровергает умысел ФИО22 передать бюджетный контракт на строительство дома ФИО1 именно ФИО2, поскольку об этом свидетельствуют все исследованные доказательства. А их близкое знакомство, в том числе, следует и из их личной переписки в мессенджере, зафиксированной в ходе осмотра мобильного телефона ФИО2. 

Тем самым, суд апелляционной инстанции приходит к мнению о том, что ФИО22, являясь распорядителем бюджетных средств по контракту на приобретение жилого дома для многодетной семьи, умышленно, достоверно зная о том, что возведенное строение имеет существенные недостатки, желая передать полученную субвенцию своему знакомому ФИО2, подписал контракт с его сыном и выплатил полученную субвенцию без организации какой либо проверки информации о строительных недостатках. Эти действия им были совершены умышленно, поскольку при установленных обстоятельствах ФИО22 осознавал их общественную опасность, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий, но безразлично к ним относился. Это привело тому, что бюджетные средства были израсходованы на дом, непригодный для проживания. Поэтому обоснованы выводы суда о существенном нарушении осужденным законных прав и интересов граждан – членов многодетной семьи ФИО1, причинении ФИО22 материального ущерба бюджету Чувашской Республики на сумму 2250918, 60 рублей, дискредитации органов местного самоуправления, воспрепятствовании социальной поддержке многодетных семей.

Содеянное ФИО22 правильно квалифицировано судом по ч. 1 ст. 285 УК РФ. Оснований для изменения этой квалификации суд апелляционной инстанции не находит.

В соответствии со ст. 60 УК РФ при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. При этом должен быть обеспечен индивидуальный подход к назначению наказания.

Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного подсудимому наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного. Справедливое наказание способствует решению задач и осуществлению целей уголовного законодательства Российской Федерации, сформулированных в ст. ст. 2 и 43 УК РФ.

При определении вида и размера наказания судом, учтены все объективно имеющиеся по делу смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. 

Суд первой инстанции верно решил, что достичь целей наказания возможно без применения наказания в виде лишения свободы. При этом судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения о личности ФИО22, обстоятельства смягчающие наказание. 

Суд апелляционной инстанции считает назначенное осужденному наказание справедливым и соразмерным. Оснований для его изменения по доводам апелляционного представления не имеется.

Гражданские иски разрешены с соблюдением норм гражданского и гражданско-процессуального законодательства.

Вопреки доводам государственного обвинителя, он не отказывался от иска, а указывал на добровольность исполнения исковых требований. Поэтому решение суда об отказе в удовлетворении иска является законным.

Иск о компенсации морального вреда разрешен в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100 и 1101 ГК РФ с учетом требований разумности и справедливости.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона на досудебной стадии производства и при рассмотрении дела в суде первой инстанции, которые бы повлекли за собой отмену приговора в полном объеме, не допущено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

Приговор Ибресинского районного суда Чувашской Республики от 29 апреля 2021 года в отношении ФИО22 оставить без изменения, а апелляционные жалобу и представление без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Председательствующий

Определение15.07.2021