Гражданское дело № 2-352/2019

УИД: 66RS003201-2019-000-20

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 03 сентября 2019 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

29 августа 2019 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Маминой С.В.,

с участием истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности № 3 от 14 января 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-352/2019 по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, 

установил:

ФИО1 обратилась с вышеуказанным иском к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области (далее по тексту – ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, Управление), указав, что 01 марта 2019 года подала ответчику заявление о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», однако решением № 321430/19 от 04 апреля 2019 года ей отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого специального стажа. Специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 22 года 06 месяцев 25 дней. При этом, в специальный стаж ответчиком в том числе не были зачтены периоды работы с 19 августа 1993 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат», а также с 25 октября 2004 года по 19 ноября 2004 года, с 02 декабря 2009 года по 29 декабря 2009 года – курсы повышения квалификация в период работы в качестве палатной медицинской сестры терапевтического отделения МУЗ «Городская больница г. Верхний Тагил». Не согласившись с данным решением, истец просила зачесть оспариваемые периоды в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В судебном заседании истец исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала; просила исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности № 3 от 14 января 2019 года, исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать, представила в материалы дела отзыв на исковое заявление, в котором настаивала на правомерности обжалуемого решения ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости. 

Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает иск подлежащим удовлетворению. 

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Так, из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июня 2004 года № 11-П в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7; статья 37, часть 3; статья 39, часть 1).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

В соответствии с частью 2 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в названный Федеральный закон.

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

В силу пункта 20 части 1 статьи 30 названного Федерального закона страховая пенсия по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 назначается лицам, лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи (аналогичные положения содержались в подпункте 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего до 01 января 2015 года).

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 30).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу указанного Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу указанного Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30). 

Из материалов дела следует, что 01 марта 2019 года ФИО1, *** года рождения обратилась в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, представив документы для досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ответчика № 321430/19 от 04 апреля 2019 года ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимого специального стажа, который согласно указанному решению составил 22 года 06 месяцев 25 дней, что менее требуемых законом 30 лет.

Свое решение ответчик мотивировал тем, что период работы истца с 19 августа 1993 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат», в виду отсутствия статуса юридического лица, а также периоды работы с 25 октября 2004 года по 19 ноября 2004 года, с 02 декабря 2009 года по 29 декабря 2009 года – курсы повышения квалификация в период работы в качестве палатной медицинской сестры терапевтического отделения МУЗ «Городская больница г. Верхний Тагил», поскольку это не предусмотрено Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» (далее - постановление Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 665) определены подлежащие применению при определении стажа на соответствующих видах работ в целях досрочного пенсионного обеспечения в соответствии со статьей 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» Списки работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и Правила исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение.

Пунктами 1 (подпункт «н») и 3 (абзац 1) постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 665 ко всем периодам работы, независимо от времени выполнения, предусмотрено применение Списка должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (далее Список № 781), а также Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 (далее Правила № 781).

Кроме того, предусмотрено применение Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № 1066, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 ноября 1999 года по 31 декабря 2001 года включительно; Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 06 сентября 1991 года № 464, с применением положений абзацев четвертого и пятого пункта 2 указанного постановления, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 января 1992 года по 31 октября 1999 года включительно; Перечня учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет (приложение к постановлению Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства») и Положения о порядке исчисления стажа для назначения пенсии за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 (далее Положение № 1397), - для учета периодов соответствующей деятельности, имевшей место до 01 января 1992 года.

С учетом изложенного, для оценки пенсионных прав истца подлежит применению как законодательство, действующее на момент обращения ее в Управление с заявлением о назначении пенсии (Список № 781 и Правила № 781), так и законодательство, действовавшее в спорные периоды работы истца (Положение № 1397, утратившее силу с 01 октября 1993 года в связи с изданием постановления Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 года № 953, и Список № 464).

Разрешая требования истца в части включения в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости период работы с 19 августа 1993 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат», суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 2 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Вопросы в области пенсионного обеспечения граждан государств-участников Содружества Независимых Государств урегулированы Соглашением от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», в статье 1 которого указано, что пенсионное обеспечение граждан государств-участников настоящего Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В силу пункта 2 статьи 6 вышеназванного Соглашения от 13 марта 1992 года для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств-участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу настоящего Соглашения.

Данный документ подписан государствами-участниками СНГ, в том числе Российской Федерацией и Республикой Узбекистан.

В соответствии с пунктом 1 письма Министерства социальной защиты населения РФ от 31 января 1994 года № 1-369-18 при назначении пенсии гражданам, прибывшим в Россию из государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории бывшего СССР за время до 13 марта 1992 года, а также после этой даты на территории государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года.

Согласно пункту 5 Рекомендаций по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР, утвержденных распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР» для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР. При этом трудовой стаж, имевший место в государствах-участниках Соглашения от 13 марта 1992 года, приравнивается к страховому стажу и стажу на соответствующих видах работ (письмо Минтруда России от 29 января 2003 года № 203-16). Периоды работы и иной деятельности, включаемые в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 4 указанных Рекомендаций необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств-участников Соглашения, принимаются на территории Российской Федерации без легализации.

Из изложенного следует, что Правление Пенсионного Фонда Российской Федерации добровольно признает возможность включения в стаж, дающий право на назначение пенсии, трудового стажа работы на территории государств - участников Содружества Независимых Государств не только за период до 13 марта 1992 года, но и после этой даты - до 01 января 2002 года, а период работы с 01 января 2002 года может быть включен в стаж для назначения пенсии при наличии доказательств, подтверждающих факт уплаты за истца страховых взносов на пенсионное обеспечение либо социальное страхование.

Как следует из трудовой книжки истца, а также уточняющих справок от 11 марта 2014 года, ФИО1 в период с 19 августа 1986 года по 14 марта 2003 года работала в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Новойский горно-металлургический комбинат», которая ранее после многочисленных переименований и реорганизаций являлась Медико-санитарной частью № 3 Медсанотдела № 27 Третьего Главного Управлении при МЗ СССР. 

С учетом положений Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 года № 2-П по делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не исключается возможность применения при оценке пенсионных прав застрахованных лиц порядка исчисления и подтверждения трудового стажа, в том числе стажа на соответствующих видах работ (а в необходимых случаях - заработка застрахованного лица), который был установлен для назначения и перерасчета государственных пенсий и действовал до дня вступления в силу Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» граждан по условиям и нормам Закона Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации».

В соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 (утратившим силу на территории Российской Федерации в связи с изданием Постановления Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 года № 953 с 01 октября 1993 года), пенсии за выслугу лет работникам здравоохранения (врачам и другим работникам здравоохранения - при стаже работы по специальности не менее 25 лет в сельских местностях и поселках городского типа (рабочих поселках) и не менее 30 лет в городах) назначались в соответствии с Перечнем учреждений, организаций и должностей согласно Приложения (подпункт «б» пункта 1).

В приложенном к постановлению Перечне учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет, поименованы врачи, фельдшеры, медицинские сестры - независимо от наименования должности, а также амбулаторно-поликлинические учреждения всех типов и наименований (здравпункты, медсанчасти, медицинские кабинеты и пункты, фельдшерские и фельдшерско-акушерские пункты).

Согласно пункту 8 Номенклатуры учреждений здравоохранения, утвержденной приказом Министерства здравоохранения СССР от 22 июля 1985 года № 715 медико-санитарной частью является городская поликлиника или городская больница с поликлиникой, предназначенная исключительно или в основном для оказания медицинской помощи работникам промышленных предприятий, строительных организаций, предприятий транспорта. 

Таким образом, исходя из приведенного выше правового регулирования отношений, связанных с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, суд приходит к выводу о том, что медико-санитарная часть № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Новойский горно-металлургический комбинат», которая ранее после многочисленных переименований и реорганизаций являлась Медико-санитарной частью № 3 Медсанотдела № 27 Третьего Главного Управлении при МЗ СССР была поименованным в Номенклатуре учреждений здравоохранения, утвержденной приказом Министерства здравоохранения СССР от 22 июля 1985 года № 715, в связи с чем период работы истца с с 19 августа 1993 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат» подлежит включение в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», при разрешении споров, возникших в связи с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую или лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, периодов работы в организациях, не относящихся по своей организационно-правовой форме к учреждениям, судам следует иметь в виду, что в силу подпунктов 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона № 173-ФЗ право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической и лечебной деятельностью предоставляется исключительно работникам учреждений. Исходя из пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). При этом форма собственности (государственная, муниципальная, частная) учреждений в данном случае правового значения не имеет.

В соответствии с Положением о медико-санитарной части, утвержденным приказом Минздравмедпрома Российской Федерации от 23 июня 1994 года № 130 «Об организации медицинской помощи работающим на предприятиях промышленности, строительства, транспорта, связи в условиях обязательного медицинского страхования населения» медико-санитарная часть (МСЧ) - лечебно-профилактическое учреждение, оказывающее медицинскую помощь в основном работникам предприятий (организаций) промышленности, строительства, транспорта, связи с различными формами собственности (пункт 1.1); МСЧ является государственным (федеральным, ведомственным, муниципальным) учреждением здравоохранения или структурным подразделением (дочерним предприятием) предприятия с негосударственной организационно-правовой формой собственности (пункт 1.2); основными задачами МСЧ являются: оказание квалифицированной специализированной медицинской помощи прикрепленному контингенту с целью снижения общей и профессиональной заболеваемости, производственного травматизма, трудопотерь по болезни и инвалидности, выполнение программ обязательного медицинского страхования; разработка и осуществление совместно с администрацией предприятия (организации) и по согласованию с органами санэпиднадзора мероприятий по оздоровлению работающих; осуществление контроля за соответствием состояния здоровья работающих условиям труда (пункт 2.1); МСЧ в зависимости от численности обслуживаемого контингента и по согласованию с учредителем может иметь следующие структурные подразделения: поликлинику, стационар, отделение неотложной медицинской помощи, врачебные и фельдшерские здравпункты и иные подразделения (пункт 3.1).

Как указано выше, в период с 19 августа 1986 года по 14 марта 2003 года работала в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Новойский горно-металлургический комбинат», которая ранее после многочисленных переименований и реорганизаций являлась Медико-санитарной частью № 3 Медсанотдела № 27 Третьего Главного Управлении при МЗ СССР, осуществляя лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, при этом после многочисленных переименований и реорганизаций ни задачи и цели указанного лечебного учреждения, ни характер профессиональной деятельности истца не изменились, остались прежними, что позволяет суду прийти к выводу о работе истца в должности медицинской сестры терапевтического отделения в таком лечебном учреждении как медико-санитарная часть.

В данном случае, реорганизация по инициативе работодателя, т.е. по обстоятельствам, не зависящим от работника, учреждения здравоохранения, в котором работала истец, при сохранении прежней профессиональной деятельности истца само по себе не может являться основанием для исключения периода ее работы из специального стажа, дающего права на досрочное назначение пенсии, иная оценка данного обстоятельства приведет к необоснованному умалению пенсионных прав истца.

С учетом изложенного, поскольку в спорный период истец работала в должности, предусмотренной Списком № 463 и Списком № 781, в режиме нормальной продолжительности рабочего времени (что подтверждается справками работодателя, ответчиком не оспорено и не опровергнуто), оснований для отказа во включении период работы истца с 19 августа 1986 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат» у суда не имеется.

При этом суд отмечает, что учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», при решении вопроса о назначении досрочной пенсии по старости юридическое значение имеет характер выполняемой работы и обязанностей, а также выполнение лечебной и иной деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения.

Отказ в реализации гражданином конституционного права на пенсию по одним лишь формальным основаниям недопустим, поскольку указанное толкование нормативных положений ведет к умалению установленного Конституцией Российской Федерации права на пенсионное обеспечение, не отвечает условиям пенсионного обеспечения, установленных федеральным законом.

Таким образом, для досрочного назначения пенсии имеет значение вид деятельности учреждения, а не наличие государственной регистрации в качестве юридического лица у организации или учреждения, с которым работник состоял в трудовых отношениях, поскольку данные обстоятельства не зависят от воли конкретного работника, учитывая, что данное обстоятельство (наличие статуса юридического лица) не изменяет характера деятельности учреждений и не опровергает факт того, что истец осуществлял лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, т.е. в учреждениях, которые предусмотрены как Списком № 463, так и Списком № 781.

Доводы ответчика об обратном, не могут быть приняты во внимание, поскольку пенсионное законодательство не ставит вопрос о назначении пенсии в зависимость от наличия у лечебного учреждения статуса юридического лица.

Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», на который ссылается ответчик, не регулирует оснований и порядка назначения пенсий работникам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения. Отсутствие у учреждения здравоохранения статуса юридического лица не лишает истца права на пенсию, поскольку действующее пенсионное законодательство связывает право на досрочную пенсию с работой в определенной сфере профессиональной деятельности, а не с наличием или отсутствием у учреждения для детей статуса юридического лица.

В данном случае судом установлено, что в период работы истца с 19 августа 1986 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат» характер деятельности учреждения и условия труда истца соответствовали условиям труда в учреждениях здравоохранения, которые предоставляют право на досрочное назначение пенсии по старости. 

По смыслу положений части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации наименование учреждения места работы как таковое не может служить достаточным основанием для дифференциации условий назначения страховых пенсий по старости лицам, работающим в учреждениях для детей, в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям.

Из оспариваемого решения управления также следует, что в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости не включен период работы истца с 25 октября 2004 года по 19 ноября 2004 года, с 02 декабря 2009 года по 29 декабря 2009 года – курсы повышения квалификация в период работы в качестве палатной медицинской сестры терапевтического отделения МУЗ «Городская больница г. Верхний Тагил».

Оценивая доводы истца в указанной части, суд учитывает, что в соответствии с пунктами 4 и 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Также в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, кроме периодов работы включаются периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Согласно статье 187 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы. 

Таким образом, анализ вышеприведенных норм свидетельствует о том, что работнику, направленному на обучение и повышение квалификации, гарантируются такие же трудовые права, как и лицам, трудящимся полное рабочее время, по сути, законодателем установлено, что период нахождения работника на курсах повышения квалификации приравнивается к выполнению своих прямых обязанностей по должностям.

Как следует из материалов дела с 25 октября 2004 года по 19 ноября 2004 года, с 02 декабря 2009 года по 29 декабря 2009 года истец находилась на курсах повышения квалификация в период работы в качестве палатной медицинской сестры терапевтического отделения МУЗ «Городская больница г. Верхний Тагил». При этом периоды работы, предшествующие направлению истца на курсы повышения квалификации по решению ответчика включены в специальный стаж дающей право на досрочное назначение пенсии по пункту 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Таким образом, спорные периоды являлись периодами нахождения на курсах повышения квалификации.

Исходя из приведенных выше норм, периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, в связи с чем они подлежат включению в специальный стаж для назначения страховой пенсии по старости. Не включение в специальный стаж периодов нахождения работников на курсах повышения квалификации влечет необоснованное ограничение их пенсионных прав. Иное толкование и применение пенсионного законодательства повлекло бы ограничение конституционного права истца на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации целями, ради достижения которых допускается ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина. В связи с этим доводы ответчика о том, что включение в специальный стаж периодов нахождения истца на курсах повышения квалификации действующим законодательством не предусмотрено, являются несостоятельными.

Поскольку периоды нахождения на курсах повышения квалификации приравниваются к работе, во время исполнения которой работник направлялся на указанные курсы, то исчисление стажа в данный период времени следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность (аналогичная правовая позиция изложена в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2006 года, утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 07 и 14 июня 2006 года, определении Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2012 года по делу № 15-КГ2-2).

Право лица на назначение досрочной пенсии на льготных условиях не может быть поставлено в зависимость от периодического прохождения им (как работником) обучения, в частности, на курсах повышения квалификации, которое является для него обязательным условием дальнейшей педагогической деятельности, исключение данных периодов (которые фактически носят вынужденный характер) из специального стажа приведет к ущемлению прав работника в сфере пенсионного обеспечения. При этом, не имеет значение фактическое невыполнение работником в указанные периоды своих должностных обязанностей, так как направление на курсы повышения квалификации осуществляется по инициативе работодателя в целях профессионального обучения (образования) работника. Трудовым законодательством в этих случаях работнику устанавливаются определенные гарантии, предусмотренные статьей 187 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно - при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы. 

При таких обстоятельствах, поскольку период нахождения на курсах повышения квалификации приравнивается к работе, во время исполнения которой работник направлялся на указанные курсы, то исчисление стажа в данный период времени следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность (в период предшествующий и последующие курсам повышения квалификации ФИО1 осуществляла лечебную деятельность в качестве палатной медицинской сестры терапевтического отделения МУЗ «Городская больница г. Верхний Тагил», включен пенсионным органом в специальный стаж), в связи с чем исковые требования истца в указанной части также подлежат удовлетворению.

В силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, помимо прочего, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Из материалов дела следует, что истец понесла расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей (чек-ордер от 18 апреля 2019 года) и юридических услуг по составлению искового заявления по настоящему делу в размере 3 000 рублей (квитанция к приходному кассовому ордеру серии АЕ № 001239 от 29 апреля 2019 года), в связи с чем, указанные расходы относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела, подлежащим возмещению на основании статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в полном объеме.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей и по оплате юридических услуг по составлению иска в сумме 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости удовлетворить.

Возложить обязанность на государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области зачесть ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периоды работы с 19 августа 1993 года по 14 марта 2003 года в качестве медсестры терапевтического отделения Государственного учреждения Медико-санитарной части № 3 Центрального Рудоуправления Государственного предприятия «Навойский горно-металлургический комбинат», а также с 25 октября 2004 года по 19 ноября 2004 года, с 02 декабря 2009 года по 29 декабря 2009 года – курсы повышения квалификация в период работы в качестве палатной медицинской сестры терапевтического отделения МУЗ «Городская больница г. Верхний Тагил».

Взыскать с государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 3000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева