Дело № 2-421/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 октября 2018 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Данилкиной А.Л.,

при секретаре Долгополовой С.В.,

с участием прокурора Кураева К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 АлексА.а к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Южуралзолото Группа Компаний» (далее АО «ЮГК»), в котором просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в 2010 году он работал в АО «ЮГК» в должности подземного проходчика. 12 июня 2010 года он работал в ночную смену в звене проходчиков, выполнял наряд-задание по оборке заколов породы по кровле и бортам горной выработки в шахте. В 00 часов 10 минут во время его работы от смены забоя отслоился комок породы и завалил его, причинив ему производственную травму: 

<

данные изъяты>. Первым его ощущением была сильная боль в момент завала, после чего он терял сознание, и сразу же был доставлен скорой помощью в местную больницу. Из-за сложности полученных переломов, а именно – 

<

данные изъяты> хирурги Пластской городской больницы не решились его оперировать и немедленно направили его в Челябинскую третью городскую больницу. С 12 июня 2010 года началось его лечение в ЧОКБ № 3 г. Челябинска. Он находился сначала в травматологическом отделении, где ему провели 

<

данные изъяты>. Затем его перевели в 

<

данные изъяты> где он находился на постоянном лечении до 23 августа 2010 года. Затем его перевели для дальнейшего лечения в Пластскую ЦГБ амбулаторно. С 19 ноября 2010 года по 30 декабря 2010 года он новь был госпитализирован в отделение 

<

данные изъяты> ЧОКБ, так как у него развилось сопутствующее заболевание - 

<

данные изъяты>. 26 ноября 2010 года ему проведена очередная операция и поставлен на голень аппарат ФИО2. С 01 июня 2011 года по 16 июня 2011 года она находился на стационарном лечении в хирургическом отделении с диагнозом 

<

данные изъяты>. 07 июня 2011 года ему вновь проведена очередная операция по удалению аппарата ФИО2. После этого он вновь в периоды с 21 июня 2011 года по 01 июля 2011 года, с 18 апреля 2012 года по 02 мая 2012 года лечился в хирургическом отделении Пластовской ЦГБ с тем же диагнозом, а в период с 21 мая 2013 года по 11 июня 2013 года находился на лечении в ФГБУ «НИИТО Минздрава России», где была проведена операция 

<

данные изъяты>. На момент получения им травмы ему была выставлена 2 группа инвалидности, 80% утраты трудоспособности. В настоящее время после длительного лечения степень утраты его трудоспособности составляет 30% и это уже бессрочно, на всю оставшуюся жизнь. Ему еще предстоит в будущем лечение, в том числе правого локтевого состава, в который до настоящего времени вставлена металлическая платина. Таким образом, его лечение длилось в стационарных условиях больниц около 3 лет, в течение которого ему проведено 7 сложных операций, сопровождавшихся болью, а также ограничением и зачастую полным лишением возможности передвигаться, обслуживать даже самые элементарные естественные надобности. За эти годы он испытал неописуемые физические страдания, не мог жить полноценной жизнью, был ограничен в своих действиях. По данному факту был составлен акт о несчастном случае, виновными в причинении ему вреда признаны, в том числе должностные лица АО «ЮГК», допустившие нарушения техники безопасности. Кроме того, поскольку данный несчастный случай относится к производственной травме, работодатель обязан возместить причиненный ему в результате несчастного случая моральный вред. Компенсацию морального вреда он оценивает в 1 000 000 рублей. Данная сумма не является завышенной, ибо никакими деньгами невозможно измерить потерянное здоровье, невозможность жить полноценной жизнью здорового человека, невозможно оценить перенесенные физические боли и страдания. В связи с обращением в суд он обратился к адвокату и оплатил его услуги за составление искового заявления в сумме 2 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, которые должен возместить ответчик.

Истец ФИО1 при надлежащем извещении не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 86).

Представитель истца Горбенко С.В., действующий на основании доверенности 74АА № 4291359 от 06 августа 2018 года (л.д. 13), в судебном заседании иск поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске. 

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО3, действующий на основании доверенности № 20 от 14 мая 2018 года, в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что актом № 7/10 от 29 июня 2010 года о несчастном случае на производстве установлено, что причинами несчастного случая послужило, в том числе, нарушение истцом п. 3.1 по безопасному ведению технологических процессов безопасного обслуживания машин и механизмов по профессии подземного проходчика ИОТ-046-07, непринятие истцом мер по оборке забоя от заколов. В результате проведенной проверки следственным отделом по г.Южноуральску следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ по Челябинской области установлено, что несчастный случай непосредственно произошел вследствие грубого нарушения правил техники безопасности 

<

данные изъяты> ФИО1 Таким образом, умышленные и осознанные действия истца, выразившиеся в непринятии мер по оборке забоя от заколов, нарушении п. 3.1 по безопасному ведению технологических процессов безопасного обслуживания машин и механизмов по профессии подземного проходчика ИОТ-046-07, грубого нарушения правил техники безопасности привели к возникновению несчастного случая, в связи с чем основания для удовлетворения иска отсутствуют. Письменные возражения приобщены к материалам дела (л.д. 87-88).

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что иск о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме Н-1.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Пунктом 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. 

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. 

При причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. 

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В соответствии со ст. 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд, в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 03 февраля 2009 года был принят учеником 

<

данные изъяты> шахты «Центральная», участок Фланговая в АО «ЮГК», 05 сентября 2009 года переведен 

<

данные изъяты> на подземный участок «Фланговый» шахты «Центральная» (л.д. 18, 47).

АО «Южуралзолото Группа Компаний» является опасным производственным объектом, эксплуатируемым АО «Южуралзолото Группа Компаний», зарегистрировано в государственном реестре опасных производственных объектов.

12 июня 2010 года на шахте «Центральная» АО «ЮГК» произошел несчастный случай на производстве, в результате которого проходчик ФИО1 получил многочисленные повреждения, в частности: сотрясение головного мозга, ушибленная рана головы, размозжение правой голени, открытые переломы обеих костей правой голени со смещением.

По факту несчастного случая на участке «Фланговый» шахта «Центральная» было проведено расследование (л.д. 70-74), составлен акт № 7/10 о несчастном случае на производстве от 29 июня 2010 (л.д. 31-34). 

Как следует из указанного акта, 12 июня 2010 года звено проходчиков участка «Фланговая» шахты «Центральная» в составе проходчиков Е.Д.А. (звеньевой), ФИО1 и А.У.Э. получило наряд-задание от и.о. начальника участка И.Р.Н. на производство работ в штреке № 18 гор. 650 м, а именно: взять пробы воздуха на ГХ, обобрать заколы по кровле и бортам машины ППН-1С и оборудования, обурить под крючья, закрепить кровлю выработки, оросить и отгрузить горную массу. Обурить забой на уход, согласно паспорта БВР. Примерно в 00 часов 10 минут после отгрузки горной массы и крепления выработки на 1,5 метра проходчики Е.Д.А. и А.У.Э. приступили к погрузке лесоматериалов, а проходчик ФИО1 взяв оборочный ломик, подошел к груди забоя для замены временного рельсового пути. В этот момент от груди забоя отслоился комок породы и сбил ФИО1 на почву выработки, причинив ему травму. 

Согласно акту причинами несчастного случая являются: непринятие мер по оборке в груди забоя от заколов; нарушение п. 3 Организация работ, п. 7 Мероприятия по ТБ Проекта на проходку штрека № 18 гор. 650 м; нарушение п. 3.1 Инструкции по безопасному ведению технологических процессов безопасного обслуживания машин и механизмов по профессии подземного проходчика ИОТ-046-07 «Технологического регламента на проходку и крепление горных выработок Кочкарского месторождения золотосодержащих руд», в котором допустимое отставание крепи должно составлять до 2 метров. Нарушение п. 55 «Единых правил безопасности при разработке рудных, нерудных и россыпных месторождений полезных ископаемых подземным способом» (ПБ 03-553-03). Отсутствие в «Проекте на проходку штрека 18 гор. 650 м» защитных мероприятий при производстве работ по оборке заколов груди забоя. Нарушение п. 29 Единых правил безопасности при разработке рудных, нерудных и россыпных месторождений полезных ископаемых подземным способом» (ПБ 03-553-03).

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, признаны: ФИО1, не принявший мер по оборке забоя от заколов; Е.Д.А., не обеспечивший безопасные условия работы в звене, ослабивший контроль за соблюдением требований охраны труда на рабочих местах; У.Е.Г., допустивший ведение работ по креплению штрека 18 гор. 650 м с нарушением требования «Технологического регламента» на проходку и крепление горных выработок Кочкарского месторождения золотосодержащих руд»; И.Р.Н., не разработавший защитные мероприятия при производстве работ по оборке заколов. 

В результате расследования несчастного случая на производстве комиссия установила, что ФИО1 нарушил п. 3.1 инструкции по безопасному ведению технологических процессов безопасного обслуживания машин и механизмов по профессии подземного проходчика ИОТ-046-07 (п. 10.1 акта).

18 августа 2010 года старшим следователем следственного отдела по г. Южноуральску следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Челябинской области А.П.П. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении У.Е.Г., И.Р.Н., Е.Д.А., А.У.Э. в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 143, 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку травму ФИО1 получил по собственной неосторожности (л.д. 25-29). 

Согласно выписки из амбулаторной карты ФИО1 (л.д. 37) следует, что он в экстренном порядке был госпитализирован в ЧОКБ № 3 в отделение 

<

данные изъяты>, где находился на лечении в ОРИТ-1 с 12 июня 2010 года по 17 июня 2010 года в травматологическом отделении с 17 июня 2010 года по 06 августа 2010 года, в ОГХ с 06 августа 2010 года по 23 августа 2010 года с диагнозом 

<

данные изъяты>. Проведено лечение: 

<

данные изъяты>. 30 июня 2010 года - 

<

данные изъяты>. 30 июля 2010 года – 

<

данные изъяты>. Выписан 23 августа 2010 года на дальнейшее лечение у хирурга травматолога амбулаторно. 

С 19 ноября 2010 года по 30 декабря 2010 года находился на стационарном лечении в отделении 

<

данные изъяты> ЧОКБ с диагнозом: хронический 

<

данные изъяты>. 26 ноября 2010 года была произведена операция: 

<

данные изъяты>. Выписан на амбулаторное лечение. 

С 01 июня 2011 года по 16 июня 2011 года находился в хирургическом отделении ЦГБ г. Пласта с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 

07 июня 2011 года была проведена операция ЧКДОС по ФИО2. Выписан на амбулаторное лечение. С 21 июня 2011 года по 01 июля 2011 года находился в хирургическом отделении г. Пласта с диагнозом 

<

данные изъяты> 

С 18 апреля 2012 года 02 мая 2012 года находился на лечении в хирургическом отделении г. Пласта с диагнозом: хронический 

<

данные изъяты>. Выписан на амбулаторное лечение. 17 октября 2012 года аппарат снят. 

С 21 мая 2013 года по 11 июня 2013 года находился на лечении в ФГБУ «НИИТО Минздрава России», где была проведена операция: 

<

данные изъяты>

На момент травмы была определены 2 группы инвалидности + 80 % утраты трудоспособности. 

В соответствии со справкой серии МСЭ-2012 № 2378851 от 08 ноября 2012 года ФИО1 установлена вторая группа инвалидности до 01 ноября 2013 года по причине трудового увечья.

В соответствии со справкой серии МСЭ-2011 № 0021379 от 15 декабря 2017 года ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах 30% в связи с несчастным случаем на производстве от 12 июня 2010 года (акт по форма Н-1 № 7/10 от 29 июня 2010 года) с 15 декабря 2017 года бессрочно (л.д. 39).

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ФИО1 рекомендовано выполнять труд по профессии с уменьшением квалификации на 1 тарификационный разряд или со снижением объема на 1/3 часть прежней загрузки (л.д. 38).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.). 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства дела, степень пережитых истцом нравственных страданий, физическую боль от полученных в результате несчастного случая травм, перенесенных истцом вследствие полученной травмы на производстве операций, невозможность истца вести полноценный образ жизни, степень установленной утраты профессиональной трудоспособности – 30% бессрочно, а также имевшую место грубые нарушения истца правил техники безопасности, которые в том числе привели к возникновению несчастного случая, и считает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей.

С учетом изложенных обстоятельств, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда в полном объеме.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом ФИО1 и адвокатом Горбенко С.В. заключено соглашение на оказание юридической помощи № 059 от 06 августа 2018 года (л.д. 35), согласно которого адвокат оказывает юридические услуги по представлению интересов в суде по гражданскому делу по иску ФИО1 к АО «ЮГК» о взыскании компенсации морального вреда от травмы в шахте АО «ЮГК», плата определена в размере 10 000 рублей. Согласно квитанциям к приходному кассовому ордеру № 001841 и № 0081840 от 06 августа 2018 года ФИО1 в коллегию адвокатов г. Пласт оплачено 2 000 рублей за составление искового заявления и 10 000 рублей по соглашению (л.д. 36). 

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца Горбенко С.В. при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке дела к судебному разбирательству 17 сентября 2018 года, в судебных заседаниях 04 октября, 09 октября и 15 октября 2018 года, подготовил в суд исковое заявление, а также объем и характер оказанных представителем услуг. 

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 10 000 рублей. 

Подпункт 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью застрахованного. 

Согласно пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц – 300 рублей (пп. 3 п. 1).

Государственная пошлина в размере 300 рублей 00 копеек в доход местного бюджета подлежит взысканию с АО «ЮГК».

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 АлексА.а к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 АлексА.а компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 АлексА.а к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в местный бюджет государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: