Судья Пониматкин М.С. 22-11160/2025

50RS0031-01-2025-011578-58

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красногорск Московская область 02 декабря 2025 года

Московский областной суд в составе: председательствующего судьи Петровой О.В., с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Московской области ФИО9, осужденного ФИО10 и его адвоката Леванова В.И., при помощнике судьи Панковой А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО10 и его адвоката Леванова В.И. на приговор Одинцовского городского суда Московской области от 25 августа 2025 года, которым

ФИО10, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года. В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 3 года.

В порядке ч. 5 ст. 73 УК РФ возложены обязанности: Не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, куда встать на учет, являться на регистрацию не менее одного раза в месяц в дни, установленные данным органом;

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлению приговора в законную силу отменена.

Разрешен заявленный по делу гражданский иск. С осужденного ФИО10 в пользу потерпевшего ФИО8 в счет компенсации морального вреда взыскано 100 000 рублей. За потерпевшим признано право на удовлетворение гражданского иска о взыскании материального вреда, вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Петровой О.В., выступление осужденного ФИО10 и его адвоката Леванова В.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора апелляционного отдела прокуратуры Московской области ФИО9 просившего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,-

У С Т А Н О В И Л:

ФИО10 признан виновным и осужден за нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, являясь лицом, управляющим другим механическим транспортным средством.

Преступление совершено во время и при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО10 виновным себя по предъявленному обвинению признал частично.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО10 находит приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что приговор суда основан на единственном доказательстве, заключении комплексной экспертизы по материалам уголовного дела 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> Однако подтвердить научность и практическую основу исследования по поставленным вопросам нельзя. В заключение непосредственного исследования по поставленным вопросам в полном объеме не приводится, а имеет лишь необоснованные утверждения и выводы, поэтому вызывает сомнение научная обоснованность заключения и достоверность выводов. Вывод эксперта о технической возможности избежать наезда при скорости 60км/ч является ошибочным и несостоятельным, что подтверждается проведенным специальными ФИО1 детальным расчетом, основанным на тех же исходных данных.В заключение эксперта 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> так же выявлены существенные нарушения при производстве. Так в «Подписке», о разъяснении эксперта обязанностей и предупреждение об ответственности за дачу заведомо ложного заключения в порядке статьи 307 УК РФ не указано кто именно разъяснил эксперту его права, обязанности и ответственность. Отсутствие надлежащего разъяснения эксперту прав и обязанностей перед началом производства судебной экспертизы является процессуальным нарушением и не позволяет использовать заключение в процессуальных действиях. Таким образом, возможность использования заключения эксперта в процессуальных действиях можно поставить под сомнение.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства стороной защиты было заявлено ходатайство о приобщении заключения специалиста 

<

данные изъяты> в котором полностью даются все ответы на поставленные вопросы, причем именно мотивированно и с использованием научных данных и расчетов. Эксперт проводит расчет и доказывает, что не хватает именно 2-х метров для остановки при разрешенной скорости, все это указано в формуле. А вот в заключении эксперта 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нет расчета, есть лишь немотивированный ответ, который опровергается расчетами.

Указывает, что судом было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств: о вызове и допросе в судебном заседании эксперта, об исключении из перечня доказательств заключения эксперта 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>; в назначении дополнительной судебной экспертизы; в вызове и допросе эксперта ФИО1 Данные отказы лишили осужденного реальной возможности оспорить выводы обвинения и привели к постановлению приговора на основе неполно исследованных и противоречивых доказательств.

Также отмечает, что суд, назначая дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами, не учел исключительные обстоятельства, делающие наказание чрезмерно суровым и фактически блокирующим возможность его реабилитации и нормальной жизни его семьи. Так, в результате данного ДТП он сам получил серьезные травмы, требующие регулярного посещения медицинских учреждений для прохождения лечебных процедур и реабилитации. Отдаленность места жительства и расписание процедур делают пользование общественным транспортом крайне затруднительным, а в некоторых случаях невозможным. Кроме того, на его иждивении находится престарелая мать, 79 лет, страдающая множеством заболеваний, которые лишают ее возможности самостоятельно передвигаться на значительные расстояния, в том числе посещать поликлиники. Лишение его водительских прав, парализует доступ к необходимой медицинской помощи для него и его матери, что несоразмерно тяжести инкриминируемого деяния и принципу гуманизма.

Также, судом грубо нарушена ч.3 ст. 14 УПК РФ, так как суд не устранил ни одно из имеющихся противоречий и вынес обвинительный приговор не на основании фактов и допустимых доказательств, а на основании сомнительного и противоречивого заключения эксперта 

<

данные изъяты>от 

<

данные изъяты>.

Отмечает, что суд вынес противоречащее своему же суждению решение и не признал в качестве п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, хотя сам же суд указал, что предпринятые подсудимым меры по частичному возмещению имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступлений признаются судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, в соответствии ч.2 ст. 61 УК РФ. Полагает, что суд в данной части не выполнил требования ст. 307 УПК РФ о необходимости мотивировать в приговоре выводы по вопросам, связанным с назначением уголовного наказания

Кроме того, суд не применил ст. 64 УК РФ при назначении наказания немотивированно, суд поверхностно и формально подошел к оценке личности подсудимого, более того суд в нарушение требований закона не привел в приговоре конкретные основания, по которым пришел к выводу о невозможности достижения целей наказания в случае назначения наказания в меньшем размере с применением ст.64 УК РФ. Все нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения. Просит приговор суда отменить. Оправдать его за отсутствием состава преступления, поскольку его действия не находились в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, а техническая возможность избежать наезда отсутствовала. В качестве альтернативы, учитывая исключительные личные обстоятельства, исключить из приговора дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами как несоразмерное и блокирующее право на медицинскую помощь.

В апелляционной жалобе адвокат Леванов В.И. в защиту осужденного ФИО10 так же приговор находит незаконным и подлежащим отмене. Указывает, что единственным доказательством, подтверждающим позицию обвинения о виновности ФИО10 в совершенном преступлении являлось исследованное в судебном заседании заключение эксперта 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> Однако в ходе анализа данного заключения выявлены грубейшие нарушения, а именно: в заключении приведена «Подписка» о разъяснении экспертам прав и обязанностей и предупреждение экспертов об ответственности за дачу заведомо ложного заключения в порядке статьи 307 УК РФ. В «Подписке», однако не указано кто именно разъяснил эксперту его права, обязанности и ответственность. В соответствии со ст. 14 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» данная обязанность возложена на руководителя государственного экспертного учреждения. Отсутствие надлежащего разъяснения эксперту прав и обязанностей перед началом производства судебной экспертизы является процессуальным нарушением и не позволяет использовать заключение в процессуальных действиях. Таким образом, возможность использования заключения эксперта в процессуальных действиях можно поставить под сомнение.

Отмечает, что согласно ст.25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены «содержание и результаты исследований с указанием примененных методов». В заключении же не указано, какие именно методы применялись экспертом. По содержанию исследования заключение не соответствует требованиям теории судебной экспертизы и ст. 25 Федерального закона и ст. 204 УПК РФ. Заключение практически не содержит описания исследования, а только ответы на вопросы следователя. Подтвердить научность и практическую основу исследования по поставленным вопросам не представляется возможным. В заключении непосредственного исследования по поставленным вопросам в полном объеме не приводится, а имеет место лишь необоснованные утверждения и выводы, поэтому вызывает сомнение научная обоснованность заключения и достоверность выводов.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства стороной защиты было заявлено ходатайство о приобщении заключения специалиста 

<

данные изъяты> в котором полностью даются все ответы на поставленные вопросы причем именно мотивированно и с использованием научных данных и расчетов. Эксперт проводит расчет и доказывает, что не хватает именно 2-х метров для остановки при разрешенной скорости, все это указано в формуле. А вот в заключении эксперта 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нет расчета, есть лишь немотивированный ответ, который опровергается расчетами. Данное ходатайство судом также проигнорировано и отказано в его удовлетворении, что конечно же привело к нарушению права на защиту и вынесению незаконного судебного акта.

Также грубейшим нарушением права как на защиту так и ст.ст. 6, 9, 15 УПК РФ был отказ в удовлетворении ходатайств как самого ФИО10, так и его защитника и вызове в суд и допросе эксперта ФИО2, который готовил заключение эксперта 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> и специалиста ФИО1, который готовил заключение специалиста 

<

данные изъяты>. Именно два данных лица могли бы дать как раз и ответы на противоречия появившиеся в суде.

Судом грубо нарушена ч.3 ст. 14 УПК РФ, так как суд не устранил ни одно из имеющихся противоречий и вынес обвинительный приговор не на основании фактов и допустимых доказательств, а на основании сомнительного и противоречивого заключения эксперта 

<

данные изъяты>от 

<

данные изъяты>.

Адвокат также полагает, что нельзя назвать приговор справедливым, так как ФИО10, ранее не привлекался к уголовной ответственности, на учетах в НД и ПНД не состоит, положительно характеризуется, имеет на иждивении 2 малолетних детей, матери престарелого возраста имеющей ряд хронических заболеваний, состояние здоровья ФИО10 который получил тяжелые травмы при ДТП и серьезно пострадал став инвалидом, влияние назначенного наказания на условия жизни семьи, наличие наград и благодарностей.

Отмечает, что суд вынес противоречащее своему же суждению решение и не признал в качестве п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, хотя сам же суд указал, что предпринятые подсудимым меры по частичному возмещению имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступлений признаются судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, в соответствии ч.2 ст. 61 УК РФ. Полагает, что суд в данной части не выполнил требования ст. 307 УПК РФ о необходимости мотивировать в приговоре выводы по вопросам, связанным с назначением уголовного наказания

Кроме того, суд не применил ст. 64 УК РФ при назначении наказания немотивированно, суд поверхностно и формально подошел к оценке личности подсудимого, более того суд в нарушение требований закона не привел в приговоре конкретные основания, по которым пришел к выводу о невозможности достижения целей наказания в случае назначения наказания в меньшем размере с применением ст.64 УК РФ. Просит приговор суда отменить, ФИО10 оправдать.

Возражая на апелляционные жалобы осужденного ФИО10 и его адвоката Леванова В.И. государственный обвинитель Макарова С.Г. находит необоснованными их доводы, считает постановленный приговор законным и справедливым, просит приговор оставить без изменения, жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Виновность ФИО10 в содеянном установлена совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, а именно:

-показаниями свидетеля ФИО3 о том, что 

<

данные изъяты> примерно в 00 часов 37 минут он со своей женой ФИО4 двигался на принадлежащем ему автомобиле «Форд Фокус», г.р.з. 

<

данные изъяты>, в районе 

<

данные изъяты> со стороны 

<

данные изъяты> в сторону 

<

данные изъяты>. Приближаясь к регулируемому пешеходному переходу, расположенному возле 

<

данные изъяты> по указанному адресу, он увидел, что слева направо относительно его движения пешеход, мужчина около 60 лет, начинает переходить проезжую часть на запрещающий красный сигнал светофора, при этом для автомобилей, движущихся по 

<

данные изъяты>, горел зеленый сигнал светофора в оба направления. В связи с этим он начал притормаживать. Когда пешеход находился посередине между правой и левой полосой движения в сторону 

<

данные изъяты>, мотоцикл, движущийся во встречном направлении относительно его движения, совершил наезд на пешехода, в результате чего пешехода отбросило на значительное от места ДТП расстояние. Мотоциклист также слетел с мотоцикла и упал на землю. После этого он включил на своем автомобиле сигнал аварийной остановки и сразу же направился со своей женой к пешеходу. Подойдя к пешеходу, они увидели, что он находится без сознания, в связи с чем его супруга ФИО4 сразу позвонила в службу «112», а он подошел к мотоциклисту. Мотоциклист был жив, но ничего не говорил. Через некоторое время приехали сотрудники скорой помощи и ГАИ;

-протоколом осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты> и схемой места ДТП, на 22 км + 877 метров автомобильной дороги А-100 «

<

данные изъяты>» в 

<

данные изъяты> в направлении 

<

данные изъяты>, в ходе которого установлено место наезда на пешехода на пешеходном переходе, был обнаружен и изъят мотоцикл «Honda CBR 1000RR», г.р.з. 

<

данные изъяты>, зафиксировано расположение дорожных знаков, разметки;

-протоколом осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты>, в ходе которого в месте ДТП были произведены дополнительные замеры ширина правой и левой полос, ширина от разделительной до бордюра, и другие;

-протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в кабинете 

<

данные изъяты> ГАИ УМВД России по Одинцовскому г.о., был изъят DVD-R диск с видеозаписями момента ДТП из системы видеонаблюдения «Безопасный регион»;

-протоколом осмотра предметов от 

<

данные изъяты>, согласно которому были осмотрены видеозаписи системы видеонаблюдения «Безопасный регион», которыми зафиксирован наезд на пешехода 

<

данные изъяты> в 00 часов 37 минут; в частности, отражено, что мотоцикл при приближении к пешеходному переходу в черте населенного пункта, не принял меры к снижению скорости, не уступил дорогу пешеходу, который переходил проезжую часть дороги по пешеходному переходу, справа налево по ходу движения мотоцикла, при этом видно, что перед наездом пешеход преодолел полностью правую полосу проезжей части дороги и мотоциклист был обязан его видеть и пропустить;

-справкой по дорожно-транспортному происшествию от 

<

данные изъяты>;

-протоколом осмотра предметов - мотоцикла марки «HONDA CBR 1000 RR», г.р.з. 

<

данные изъяты>, на котором обнаружены повреждения передней вилки, передней фары, приборной панели, защитного стекла, защитного пластика, указателей поворота, зеркала заднего вида;

-заключением комплексной криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей – автотехнической судебной экспертизы 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> согласно которой установлено, что скорость движения мотоцикла «Honda CBR 1000 RR» перед столкновением составляла не менее 90 км/ч и не более 126 км/ч. Время движения пешехода с момента выхода на полосу движения мотоцикла «Honda CBR 1000 RR» до момента наезда составляла не менее 2,76 с и не более 2,8 с. При скорости не менее 90 км/ч и не более 126 км/ч. водитель мотоцикла марки «Honda CBR 1000 RR», г.р.з. 

<

данные изъяты>, не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода путем применения экстренного торможения. При максимально разрешенной скорости движения (60 км/ч), с технической точки зрения, при заданных исходных данных в данной дорожной ситуации, водитель мотоцикла марки «Honda CBR 1000 RR», г.р.з. 

<

данные изъяты>, располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода путем применения торможения.

-заключением судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> согласно которому был установлен механизм образования в условиях ДТП, степень тяжести телесных повреждений у ФИО5, причина наступления его смерти. Смерть ФИО5 наступила от тупой сочетанной травмы тела с множественными переломами ребер и разрывом легкого, которая сопровождалась внутренним кровотечением со скоплением крови в мягких тканях, в грудной полости, и осложнилась массивной кровопотерей. Между повреждениями, причинившими тяжкий вред здоровью человека, и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь;

и другими исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора собраны с соблюдением требований ст.ст. 74 и 86 УПК РФ и сомнения в их достоверности не имеется, судом им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

В приговоре суд мотивировал, почему доверяет одним доказательствам, и почему критически оценивает другие.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств не ставит под сомнение правильность выводов суда первой инстанции о виновности ФИО10 в содеянном и не свидетельствует об обвинительном уклоне судебного разбирательства.

Суд апелляционной инстанции находит, что исследованные доказательства в их совокупности достаточны для разрешения дела по существу, а обстоятельства преступления, установлены на основании добытых доказательств.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, содержит обстоятельства, установленные судом, анализ доказательств, обосновывающих выводы суда о виновности осужденного.

Проанализировав и оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденного ФИО10 по ч.3 ст. 264 УК РФ, как совершение нарушения правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, являясь лицом, управляющим другим механическим транспортным средством,

поскольку он, 

<

данные изъяты> около 00 часов 37 минут, управляя технически исправным мотоциклом, двигаясь на 22 км + 877 м а/м 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> в сторону 

<

данные изъяты> в населенном пункте нарушил требования п. 1.5,1.3 и 10.1,10.2 ПДД РФ ехал со скоростью не менее 90км/ч и не более 126км/ч. которая не обеспечила ему возможность контроля за движением своего мотоцикла и соблюдением ПДД РФ, в результате чего не предоставил преимущество в движении пешеходу ФИО5 пересекавшему проезжую часть дороги справа налево относительно направления движения мотоциклиста, в зоне пешеходного перехода на красный сигнал светофора, совершил на него наезд, в результате которого пешеход ФИО5 получил телесные повреждения, повлекшие его смерть.

Доводы о невиновности осужденного в инкриминируемом деянии, были известны суду первой инстанции, тщательно проверены и обоснованно отвергнуты как несостоятельные, опровергающиеся исследованными судом доказательствами, с этой оценкой соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы осужденного и защитника, не имеется оснований не доверять заключению комплексной криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей – автотехнической судебной экспертизы 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, поскольку заключение экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", содержат данные о квалификации экспертов, экспертные исследования проведены на основании постановления следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов. Выводы экспертов понятны, непротиворечивы, компетентны, научно обоснованы, объективно согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а потому суд правильно признал заключение экспертов достоверным доказательством.

Вопреки доводам жалоб на листе дела 131 т.1 имеется подписка экспертов проводивших экспертизу, а именно экспертов Российского ФЦ судебной экспертизы имени профессора ФИО6 при Министерстве юстиции РФ, государственного судебного эксперта отдела автотехнических экспертиз ФИО2 и старшего государственного судебного эксперта отдела автотехнических экспертиз ФИО7, согласно которой руководителем экспертного учреждения им разъяснены права и обязанности экспертов и они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Оснований не доверять заключению экспертов, оснований для исключения заключения экспертов из числа допустимых доказательств не имеется.

При этом представленное стороной защиты заключение специалиста о причинах произошедшего дорожно-транспортного происшествия 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>., согласно которому специалистом сделан вывод о том, что мотоциклист и при разрешенной скорости не имел технической возможности избежать наезда, не отвечает требованиям, предъявляемым к экспертному заключению и основано не незаверенных материалах уголовного дела, представленных специалисту стороной защиты.

При таких обстоятельствах, оснований для назначения повторной автотехнической экспертизы, вопреки доводам апелляционных жалоб не имеется.

Несостоятельны доводы жалоб о необъективном рассмотрении судом уголовного дела и неполноте судебного следствия.

Из материалов уголовного дела видно, что судебное следствие было проведено объективно, с достаточной полнотой и с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе, принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, при этом, председательствующий судья надлежащим образом обеспечил проведение судебного разбирательства в пределах предъявленного осужденному обвинения согласно положениям статьи 252 УПК РФ и его право на защиту нарушено не было, равно, как и не допущено нарушений процессуальных прав иных участников судебного разбирательства.

Все ходатайства сторон были рассмотрены судом в соответствии с действующим законодательством и по ним были приняты мотивированные решения, с учетом мнения сторон, процессуальной необходимости и целесообразности, с чем в полной мере соглашается и суд апелляционной инстанции, каких-либо нарушений действующего уголовно-процессуального законодательства со стороны суда при рассмотрении ходатайств судом первой инстанции допущено не было. Каких-либо объективных данных свидетельствующих о необъективности или предвзятости председательствующего при рассмотрении дела не усматривается. Все доводы осужденного, были проверены судом первой инстанции и им дана надлежащая оценка.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, о чем в жалобе указывает защитник, по делу не допущено.

В силу ст. 6, ч. 3 ст. 60 УК РФ наказание должно быть справедливым, а при назначении наказания суд должен исходить из конкретных деяний, влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, личности подсудимого, а также смягчающих и отягчающих обстоятельств, установленных по делу.

Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений (ст.43 УК РФ).

Определяя вид и размер наказания осужденному, суд в должной мере учел приведенные требования закона.

Так, при назначении осужденному ФИО10 наказания, суд в полной мере выполнил требования ст. ст. 6, 60 УК РФ и учел все существенные для решения вопроса о мере наказания обстоятельства. Учтены характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности, влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни ее семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО10 суд учел наличие у него малолетнего ребенка, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, что выразилось в нахождении погибшего ФИО5 в состоянии алкогольного опьянения в момент дорожно-транспортного происшествия и осуществлении им перехода дороги в нарушение п.4.4 Правил дорожного движения РФ на красный сигнал светофора, в силу ч.2 ст.61 УК РФ – частичное признание им вины, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья ФИО10, являющегося инвалидом 3 группы, оказание им помощи матери, являющейся пенсионером и страдающей хроническими заболеваниями, принятие мер по частичному возмещение имущественного ущерба и морального вреда.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Вопреки доводам жалоб осужденного и защитника суд обоснованно не усмотрел оснований для отнесения факта перевода осужденным 100 000 рублей сыну погибшего к смягчающим обстоятельствам, предусмотренным п. к ч.1 ст.61 УК РФ, при этом указанные действия суд обосновано учел при назначении наказания как принятие мер к частичному возмещению ущерба.

Каких-либо новых обстоятельств, либо тех которые были известны суду первой инстанции, однако не учтены при назначении наказания осужденному, в апелляционных жалобах не приведено.

В соответствии с требованиями п. 4 ст. 307 УПК РФ суд привел в приговоре мотивы решения вопросов, связанных с назначением наказания и обоснованно пришел к выводу об отсутствии законных оснований для применения положений ст. 64 и ч.6 ст.15 УК РФ.

Приведя соответствующие мотивы, суд пришел к выводу о возможности назначения ФИО10 условного осуждения, с возложением ряда обязанностей в порядке ч.5 ст. 73 УК РФ. Судом в пределах предусмотренных санкцией статьи назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами которое является безальтернативным.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО10 наказание справедливым и соразмерным содеянному, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Гражданский иск разрешен в соответствии с правилами ст.ст.151, 1100 и 1101 ГК РФ и п.10 ч.1 ст.299 УПК РФ.

Оснований, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ для отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке, не имеется.

Учитывая изложенное и, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Одинцовского городского суда Московской области от 25 августа 2025 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п. 1 ч. 1, п. 1 ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационной жалобы.

Лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ, имеют право участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья О.В.Петрова