Дело № 10-136/2024 (10-8679/2023) Судья Зотова А.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 11 января 2024 года

Челябинский областной суд в составе судьи Иванова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беленковым В.Н.,

с участием: 

прокурора Вяткина М.В., 

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Шаповаловой С.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО7 на приговор Варненского районного суда Челябинской области от 16 октября 2023 года, которым

ФИО1 ФИО11, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин 

<

данные изъяты>, судимый Варненским районным судом Челябинской области:

28 мая 2019 года по ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 06 месяцев, с признанием основного наказания условным и установлением испытательного срока продолжительностью 1 год; 

09 сентября 2019 года по ст. 264.1 УК РФ с применением ч. 4 ст. 74 и ст. 70 УК РФ (в отношении наказания по предыдущему приговору) к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 04 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденный 28 апреля 2020 года условно-досрочно на 08 месяцев 10 дней на основании постановления Металлургического районного суда г. Челябинска от 17 апреля 2020 года;

29 июля 2020 года по ст. 264.1 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ (в отношении неотбытой части наказания по предыдущему приговору) к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 04 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденный 25 мая 2021 года на основании постановления Металлургического районного суда г. Челябинска от 12 мая 2021 года с заменой неотбытой части наказания в виде лишения свободы исправительными работами на срок 6 месяцев 16 дней, отбытыми 03 декабря 2021 года, при неотбытой части дополнительного наказания по состоянию на 16 октября 2023 года продолжительностью 08 месяцев; 

осужденный 14 сентября 2023 года Карталинским городским судом Челябинской области по ч. 2 ст. 228 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года с признанием осуждения условным и установлением испытательного срока продолжительностью 2 года, 

осужден по ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев; по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года; в соответствии со ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения не отбытой части дополнительного наказания, назначенного по приговору Варненского районного суда Челябинской области от 29 июля 2020 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 06 месяцев; на основании ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы ФИО1 заменено на принудительные работы на срок 2 года «с удержанием 10% в доход государства».

Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступления прокурора, поддержавшего доводы, изложенные в апелляционном представлении, и не возражавшего против его удовлетворения защитника осужденного в той части, которая не ухудшает положение последнего, суд апелляционной инстанции установил 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в угоне, то есть неправомерном завладении автомобилем без цели хищения, а равно осужден как лицо, имеющее судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, за управление в состоянии опьянения этим же автомобилем, имевших место 25 августа 2023 года при обстоятельствах, приведенных в обжалуемом приговоре, постановленном в порядке гл. 40 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит об отмене судебного решения с вынесением нового приговора по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции ряда требований Общей части УК РФ, в том числе, повлекших назначение чрезмерно мягкого наказания: неверное отражение признака состояния опьянения применительно к указанию на судимость за преступление, предусмотренное ст. 264 УК РФ, при изложении юридической оценки действий осужденного; применение нормы ч. 5 вместо ч. 2 ст. 69 УК РФ; «неуказание на сохранение дополнительного наказания при замене лишения свободы принудительными работами», которое, по мнению автора представления, надлежит назначить на срок 3 года 6 месяцев и «исполнять самостоятельно». 

Каких-либо иных конкретных доводов, обосновывающих необходимость отмены или изменения приговора, в том числе в части ухудшения положения осужденного, апелляционное представление не содержит.

В своих возражениях адвокат Благарь П.А. просит оставить приговор без изменения, а доводы апелляционного представления – без удовлетворения. 

Обсудив доводы апелляционного представления, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции усматривает основания для того, чтобы изменить приговор по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ и п.1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ, частично – по доводам апелляционного представления; а равно в соответствии ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ ввиду выявленных нарушений, устранение которых возможно с учетом положений ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ и не ухудшает положение осужденного. 

Вопреки предложению государственного обвинителя решение вопроса о том, какое решение должно быть принято судом апелляционной инстанции по итогам проведенного судебного разбирательства, прямо отнесено к компетенции судов общей юрисдикции, осуществляется в каждом конкретном случае с учетом наличия закрепленных в гл. 45.1 УПК РФ к тому оснований и характера допущенных нарушений, в том числе их неустранимости (определения Конституционного Суда РФ от 26 мая 2016 года№ 1103-О, от 26 ноября 2018 года№ 2826-О, от 18 июля 2019 года № 1851-О и др.).

Учитывая, что все нарушения носят устранимый характер, не связаны с установлением иных фактических обстоятельств по делу, либо оснований для оправдания ФИО1, наличие в апелляционном представлении довода об усилении наказания путем назначения дополнительного наказания, что возможно и при изменении приговора (п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ), оснований для вынесения апелляционного приговора суд не усматривает. 

Согласно ст. 304 УПК РФ во вводной части приговора среди ряда сведений, определенных данной статьей, указываются, в том числе, данные о личности подсудимого, имеющие значение для уголовного дела.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» вводной части должны содержаться данные о дате отбытия (исполнения) наказания или дате и основании освобождения от отбывания наказания, размере неотбытой части наказания. 

Эти положения закона с учетом данного разъяснения судом в полном объеме выполнены не были, поскольку во вводной части приговора отсутствуют сведения о неотбытой части дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного приговором Варненского районного суда от 29 июля 2020 года, которая на момент вынесения обжалуемого приговора составляла 08 месяцев (л.д. 198).

Таким образом, не ясно, из каких сведений исходил суд, выполняя требования ст. 70 УК РФ, что могло повлиять на вынесение законного судебного решения, и в силу ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ влечет изменение приговора путем соответствующего дополнения вводной части обжалуемого приговора. 

ФИО1 вину в инкриминированном ему преступлении признал полностью, вследствие чего судом удовлетворено его согласованное с защитником ходатайство (л.д. 184-185,186) о рассмотрении уголовного дела при особом порядке принятия судебного решения, предусмотренном гл. 40 УПК РФ, против чего не возражал государственный обвинитель и потерпевший (л.д. 214).

При этом соответствующие требования уголовно-процессуального закона соблюдены: данное ходатайство своевременно и добровольно заявлено ФИО1 после ознакомления им с материалами уголовного дела в соответствии с положениями ст. 217 УПК РФ совместно с защитником.

В судебном заседании подсудимому надлежащим образом разъяснены процессуальные права и последствия рассмотрения уголовного дела без проведения судебного разбирательства в общем порядке, а равно установленные ст. 317 УПК РФ пределы обжалования приговора (л.д. 212 об. – 213 об).

В соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ суд первой инстанции убедился в том, что обвинение, с которым согласился подсудимый, является обоснованным и подтверждается доказательствами, собранными по делу, а предложенная по итогам дознания квалификация его действий является верной. 

Суд апелляционной инстанции не находит каких-либо веских оснований ставить данные выводы суда под сомнение.

Вместе с тем, излагая описание преступных деяний, суд первой инстанции исказил его по сравнению с предъявленным ФИО1 обвинением, допустив ввиду несовершенства формулировок юридической техники неполное отражение соответствующих обстоятельств деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ.

Согласно ч. 8 ст. 316 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного по итогам судебного разбирательства в той форме, которая предусмотрена гл. 40 УПК РФ, должна содержать описание преступного деяния, с обвинением в совершении которого согласился подсудимый, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства. Анализ доказательств и их оценка судьей при этом в приговоре не отражаются.

Согласно общему разъяснению, данному в абз. 1 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора. 

По смыслу п. 22 ст. 5, пп. 4 и 5 ч. 2 ст. 171 и ч. 1 ст. 220 УПК РФ применительно к особому порядку судебного разбирательства под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер причиненного вреда.

Указанное разъяснение, данное в абз. 2 п. 11.1 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 05 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел», не означает необходимости для суда излагать описание преступного деяния тождественно тому, как оно изложено в обвинительных заключении, акте или постановлении. 

Вместе с тем, описывая преступление, суд не должен искажать существо обвинения и упускать обстоятельства, включенные в предмет доказывания по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ. 

Так, согласно предъявленному ФИО1 обвинению (л.д. 161), в нем содержится ссылка на содержание п. 2.7 Правил дорожного движения с указанием части данной нормы, запрещающей водителю управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

В приговоре указано на нарушение ФИО1 п. 2.7 Правил дорожного движения без такой конкретизации. Между тем, данной нормой запрещено не только управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения; но иные действия:

передача управления транспортным средством лицам, находящимся в состоянии опьянения, под воздействием лекарственных препаратов, в болезненном или утомленном состоянии, а также лицам, не имеющим при себе водительского удостоверения на право управления транспортным средством; 

пересечение организованных (в том числе и пеших) колонн и занятие места в них; 

употребление алкогольных напитков, наркотических, психотропных или иных одурманивающих веществ после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения освидетельствования или до принятия решения об освобождении от такового; 

управление транспортным средством с нарушением режима труда и отдыха; 

пользование во время движения телефоном, не оборудованным техническим устройством, позволяющим вести переговоры без использования рук; 

опасное вождение. 

Таким образом, формулируя описание преступного деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, суд первой инстанции существенно вышел за пределы обвинения, что в силу ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ влечет изменение приговора путем правильного указания на нарушение ФИО1 требования абз. 1 п. 2.7 ПДД РФ в части запрета на управление транспортным средством в состоянии опьянения, вместо общей ссылки на п. 2.7 ПДД РФ

Кроме того, при совершении преступлений, предусмотренных чч. 2, 4, и 6 ст. 264 и ст. 264.1 УК РФ, состояние опьянения устанавливается в соответствии с примечанием 2 к статье 264 УК РФ, согласно которой лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается, в том числе, лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством РФ.

Таким образом, применительно к лицам, отказавшимся от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, является оконченным именно в момент отказа. В обвинительном заключении согласно требованиям закона об указании времени совершения преступления отражено, что такой отказ со стороны ФИО1 имел место в 18:48 25 августа 2023 года, тогда как в приговоре указание на данное обстоятельство в нарушение ч. 8 ст. 316 УПК РФ не отражено. 

Между тем с данным обвинением ФИО1 согласился, а конкретизация момента совершения и окончания преступления в определенный день августа 2023 года улучшает его положение. 

В этой связи приговор надлежит изменить по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, дополнив описание преступного деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, указанием о моменте окончания его совершения при отказе ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения – около 18:48 25 августа 2023 года. 

В иной части, признав, что обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, суд на основании ст.ст. 314-316 и без иных нарушений требований ст. 252 УПК РФ, помимо указанных, правильно квалифицировал действия подсудимого по ч. 1 ст. 166 УК РФ и ч. 2 ст. 264.1 УК РФ в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 308 УПК РФ. 

Оценка действий ФИО1 по ч. 1 ст. 166 УК РФ как неправомерного завладения автомобилем без цели хищения (угон) является верной.

Вместе с тем доводы прокурора относительно юридической оценки действий осужденного по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ заслуживают внимания. Так, давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд указал об управлении им автомобилем как лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость «за совершение в состоянии опьянения» (абз. 3 л.д. 218) преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, то есть исказил диспозицию названной статьи излишней формулировкой, не устранив аналогичные изъяны юридической техники, содержащиеся в обвинительном акте (л.д. 162). 

Так, согласно диспозиции ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, признак субъекта данного преступления, как имеющего судимость за совершение «в состоянии опьянения» преступления, распространяется на лиц, ранее осужденных по чч. 2, 4 и 6 ст. 264 УК РФ. 

Признак наличия судимости по ст. 264.1 УК РФ сам по себе презюмирует, что это преступление имело место в состоянии алкогольного опьянения, поэтому его повторное приведение в тексте приговора не требуется. 

В связи с этим описательно-мотивировочная часть приговора в части уголовно-правовой оценки действий ФИО1 подлежит уточнению путем исключения указания на наличие судимости за совершение «в состоянии опьянения» преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ. 

Данное изменение также не ухудшает положения осужденного, не меняет фактических обстоятельств и юридическую квалификацию совершенного преступления, равно как и не снижает степень его общественной опасности, в связи с чем не является основанием для смягчения как основного, так и дополнительного наказания, назначенного ФИО1

В иной части действия подсудимого в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ квалифицированы верно по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

При назначении ФИО1 наказания суд обоснованно и в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений небольшой и средней тяжести, направленных против безопасности дорожного движения и собственности, соответственно, данные о личности виновного, включая обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также его влияние на исправление виновного. 

Вместе с тем, мотивируя назначение наказания, в том числе в части неприменения положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ, суд указал на то, что учитывает, что ФИО1 совершено два преступления в период непогашенной судимости (абз. 5 и 6 на л.д. 219).

Между тем ФИО1 ранее судим только за преступления, предусмотренные ст. 264.1 УК РФ, вследствие чего признак наличия судимости, охватывается диспозицией деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, за которое ФИО1 осужден обжалуемым приговором, и не может повторно учитываться при назначении наказания.

В этой связи приговор также надлежит изменить по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ, конкретизировав названную формулировку об учете в качестве данных, характеризующих личность осужденного, того обстоятельства, что ФИО1 судим, уточнив, что она не относима к преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 264.1 УК РФ.

При этом вопрос о применении положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ подлежит самостоятельному разрешению судом апелляционной инстанции в связи с внесением в приговор следующих изменений, касающихся учета смягчающих наказание обстоятельств, при отсутствии обстоятельств его отягчающих. 

Так, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд в целом признал: наличие на иждивении ФИО1 двоих малолетних детей (

<

данные изъяты>) (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ); признание вины и раскаяние в содеянном (ч. 2 ст. 61 УК РФ); а также по ч. 1 ст. 166 УК РФ активное способствование расследованию преступления, поскольку он с самого начала предварительного следствия давал последовательные, подробные и правдивые показания, а также не отрицал свою причастность к совершенному деянию (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ); иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного в результате преступления, выраженные в принесении извинений потерпевшему (п. «к» ч. 1 ст. 61УК РФ).

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание виновного в совершении преступления лица, которые должны быть указаны в обвинительном акте (п. 7 ч. 1 ст. 225 УПК РФ). 

Как следует из обвинительного акта, как применительно к преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 166 УК РФ, так и преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, дознанием установлено активное способствование в расследовании преступления (л.д. 169, 176).

Как видно из материалов уголовного дела, «с самого начала предварительного следствия» ФИО1 был однократно допрошен в качестве подозреваемого одновременно по обстоятельствам каждого из вмененных преступлений, в которых он подозревался, не отрицая причастности к ним и, как установлено приговором, давал последовательные, подробные и правдивые показания, что однако учтено только при назначении наказания за угон.

Окончательно вопрос о наличии обстоятельств, которые учитываются при назначении наказания (ч. 3 ст. 60 УК РФ), разрешается судом при постановлении приговора (п. 6 ч. 1 ст. 299 УПК РФ), о чем указывается в его описательно-мотивировочной части (п. 3 ст. 307 УПК РФ).

При этом произвольное и безмотивное разрешение указанных вопросов судом, как это имело по настоящему делу в части оценки установленных в ходе дознания обстоятельств, смягчающих наказание, недопустимо. 

В силу прямого указания п. 4 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания. При этом суды обязаны строго выполнять требования этой нормы (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре»).

Суд в любом случае обязан мотивировать применение норм, ограничивающих срок или размер наказания определенной частью наиболее строгого вида наказания, в описательно-мотивировочной части приговора (п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 (в редакции от 18 декабря 2018 года) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания». 

При таких обстоятельствах и с учетом положений ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции признает обстоятельством, смягчающим наказание, которое назначено ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, активное способствование его расследованию, что влечет соразмерное смягчение назначенного ему наказания.

В этой связи также на основании п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ надлежит исключить из описательно-мотивировочной части указание суда на отсутствие оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которые имеются в материалах дела, но не учтенных при назначении наказания, равно как и других обстоятельств, которые применительно к совершенному деянию и личности осужденного в данном конкретном случае должны были бы быть признаны смягчающими наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

С должной полнотой учтены судом и все юридически значимые данные о личности подсудимого, за исключением оценки сведений о судимости, в связи с которыми в приговор вносятся изменения, которые достаточно подробно приведены в приговоре. 

Санкции ч. 1 ст. 166 и ч. 2 ст. 264.1 УК РФ являются альтернативными. 

В силу императивного требования ч. 1 ст. 60 УК РФ более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду, прежде всего, направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания»). 

Преступления, за которые осужден ФИО1, носят взаимосвязанный характер, по моменту фактического окончания совпадают во времени. Исправительное воздействие предыдущих приговоров, которыми за однородные преступлению, предусмотренному ст. 264.1 УК РФ, деяния применялось условное осуждение, реальное лишение свободы, а также (в порядке ст. 80 УК РФ), наказание не связанное с таковым, должного исправительного воздействия на виновного не оказали, в связи с чем цель предупреждения совершения им новых преступлений достигнута не была, что стало причиной осуждения его обжалуемым приговором. 

При этом с учетом фактических обстоятельств уголовного дела оснований для изменения категории преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, судом не установлено правильно. 

С учетом отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ФИО1, фактических обстоятельств преступлений, их цели (поездки на чужом транспортном средстве для дальнейшего приобретения спиртного), суд первой инстанции обоснованно не счел возможным применить по уголовному делу положения ст. 64 уголовного закона, правильно посчитав, что оснований для этого не имеется.

Вносимые в приговор изменения не влекут переоценки данного вывода. 

Исходя из того, что степень общественной опасности преступного деяний определяется именно конкретными обстоятельствами его совершения, в частности, способами содеянного, способа совершения преступления, а также обстоятельствами, смягчающими наказание, относящимися непосредственно к совершенному преступлению, оснований для признания исключительной совокупности обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, либо какого-либо из них применительно к назначению ему наказания суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Таким образом, суд обоснованно счел, что достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, в отношении ФИО1 невозможно без его изоляции от общества. Мотивы, приведенные в обоснование этого решения в приговоре, суд апелляционной инстанции расценивает как правильные и соответствующие смыслу уголовного закона. 

Не усматривается и оснований для признания осуждения ФИО1 условным ввиду отсутствия данных, позволяющих полагать, что не утрачена возможность исправления ФИО1 в случае применения положений ч. 1 ст. 73 УК РФ, поскольку все смягчающие наказание обстоятельства и положительные данные о личности виновного, установленные в ходе производства по делу, условия жизни его семьи имели место и на момент преступлений, за которые он был осужден, и при сохранении условий для их совершения.

Замена наказания в виде лишения свободы принудительными работами требованиям ст. 53.1 УК РФ не противоречит и сторонами не обжалуется. 

Таким образом, мотивы избрания вида и срока основного наказания, назначенного ФИО1, которые приведены в приговоре, в целом основаны на применимых положениях ст. 6, ст. 43 и ст. 60 УК РФ, которые судом применены правильно. Не являются основанием для применения иных видов наказания и вносимые в приговор изменения. 

Назначенное ФИО1 за каждое из преступлений наказание соответствует характеру и степени их общественной опасности, обстоятельствам их совершения и личности осужденного. 

Вместе с тем вносимые в приговор изменения в части смягчения наказания по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ обуславливают необходимость назначения ФИО1 наказания по совокупности преступлений и приговоров. 

Доводы государственного обвинителя о неправильном применении положений ч. 5 ст. 69 и 70 УК РФ являются обоснованными.

Основания для назначения наказания по совокупности преступлений, виновность в которых установлена различными приговорами, то есть в соответствии с положениями ч. 5 ст. 69 УК РФ, по настоящему уголовному делу отсутствует. При этом правильно указано на то, что приговор от 14 сентября 2023 года, постановленный Карталинским городским судом Челябинской области, подлежит самостоятельному исполнению. 

Вместе с тем безосновательное указание в резолютивной части приговора на применение ч. 5 ст. 69 УК РФ исключает возможность проверить правильность применения данной статьи судом. Поэтому указание на ч. 5 ст. 69 УК РФ подлежит исключению из приговора, с назначением наказания по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166 и ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ, как об этом верно указано судом в его описательно-мотивировочной части. 

Судом первой инстанции неправильно применен уголовный закон в части замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами, поскольку не учтены разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

Так, при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам (абз. 1 п. 22.1). 

Исходя из этого следует исключить указание о назначении ФИО1 наказания виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, в качестве обязательного дополнительного наказания к лишению свободы, продолжительностью 03 года, при назначении осужденному наказания в виде лишения свободы на срок 01 год.

Вопрос о назначении дополнительного наказания поставлен в апелляционном представлении и подлежит разрешению судом апелляционной инстанции в установленном законом порядке с учетом названного разъяснения. 

Если суд придет к выводу о возможности применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы к лицу, совершившему два и более преступления, то такое решение принимается за совершение каждого преступления, а не при определении окончательного наказания по совокупности преступлений. В случае назначения наказания по совокупности преступлений, за каждое из которых суд в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменил лишение свободы принудительными работами, сложению подлежат только сроки принудительных работ (п. 22.2).

Таким образом, вопреки указанному в приговоре, замена наказания в соответствии со ст. 53.1 УК РФ должна осуществляться до выполнения требований ч. 2 ст. 69 УК РФ. 

Кроме того, судом не было назначено обязательное дополнительное наказание при выполнении требований ст. 70 УК РФ, о чем правильно указано в представлении государственного обвинителя. 

При этом выполняя такую замену в отношении наказания, назначенного по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, суд апелляционной инстанции назначает дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, и с учетом установленного смягчающего наказание обстоятельства и иных вносимых в приговор изменений, связанных с неправильным применением уголовного закона, определяет его срок меньшей продолжительностью, нежели в приговоре – на срок 2 года 11 месяцев, в связи с чем соразмерно уменьшает и срок дополнительного наказания, подлежащего назначению по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ. 

Довод прокурора о необходимости указания на самостоятельное исполнение приговора в части дополнительного наказания суд апелляционной инстанции не может признать основанным на правильном толковании уголовного закона. 

В силу ч. 2 ст. 36 УИК РФ и с учетом правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда РФ от 12 ноября 2020 № 2597-О «По запросу суда Ямало-Ненецкого автономного округа о проверке конституционности части четвертой статьи 47 Уголовного кодекса Российской Федерации и части второй статьи 36 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации», при назначении лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к принудительным работам, аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы срок указанного наказания исчисляется соответственно со дня освобождения осужденного из исправительного центра, из-под ареста, из дисциплинарной воинской части или из исправительного учреждения.

В чем и с какого момента должно заключаться «самостоятельное исполнение», в апелляционном представлении не указано. 

В остальном уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или внесение каких-либо иных изменений в приговор, с учетом пределов разбирательства в суде апелляционной инстанции, не имеется. 

Руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Варненского районного суда Челябинской области от 16 октября 2023 года в отношении ФИО1 ФИО12 изменить.

Его вводную часть дополнить указанием о неотбытой части дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного приговором Варненского районного суда от 29 июля 2020 года, продолжительностью 08 месяцев.

В его описательно-мотивировочной части:

при описании преступного деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, правильно указать на нарушение требования абз. 1 п. 2.7 ПДД РФ в части запрета на управление транспортным средством в состоянии опьянения, вместо ссылки на п. 2.7 ПДД РФ; 

а также дополнить указанием о моменте окончания совершения данного преступления при отказе ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения – около 18:48 25 августа 2023 года; 

при изложении юридической оценки действий осужденного исключить формулировку суда о наличии судимости за совершение «в состоянии опьянения» преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, считать правильным указание о наличии у ФИО1 судимости за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ;

конкретизировать формулировку суда об учете в качестве данных, характеризующих личность осужденного, того обстоятельства, что ФИО1 судим, уточнив, что она не относима к преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 264.1 УК РФ; 

исключить указание суда об отсутствии оснований для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В его резолютивной части исключить указания:

о назначении ФИО1 наказания виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 264.1 УК РФ в качестве обязательного дополнительного наказания к лишению свободы, продолжительностью 03 года, при назначении осужденному наказания в виде лишения свободы на срок 01 год; 

на применение нормы ч. 5 ст. 69 УК РФ при назначении наказания по совокупности преступлений.

Признать обстоятельством, смягчающим наказание, которое назначено ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, активное способствование его расследованию.

Смягчить наказание, назначенное ФИО1, по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, сократив срок лишения свободы до 11 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ заменить наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 06 месяцев, назначенное ФИО1 по ч. 1 ст. 166 УК РФ, наказанием в виде принудительных работ на срок 1 год 06 месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства. 

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ заменить основное наказание в виде лишения свободы на срок 11 месяцев, назначенное ФИО1 по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, наказанием в виде принудительных работ на срок 11 месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства, с назначением ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 11 месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166 и ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначенных за их совершение, назначить ФИО1 наказание в виде принудительных работ на срок 1 год 11 месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 11 месяцев.

На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, окончательно назначить ФИО1 ФИО13 наказание в виде принудительных работ на срок 1 год 11 месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 05 месяцев.

Апелляционное представление удовлетворить частично, в остальной части обжалуемый приговор оставив без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалоб, представления лица, участвующие в уголовном деле, вправе ходатайствовать о своем участии в его рассмотрении судом кассационной инстанции.

Судья