П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июля 2018 г. г. Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Луцковича А.И., при секретарях Романенко О.В., Волковой К.В. и Мининой В.С., 

с участием государственных обвинителей – заместителя военного прокурора 318 военной прокуратуры гарнизона 

<

звание> ФИО1, старшего помощника военного прокурора 318 военной прокуратуры гарнизона 

<

звание> ФИО2 и помощника военного прокурора 318 военной прокуратуры гарнизона 

<

звание> ФИО3, 

подсудимого ФИО4, 

защитников – адвокатов Ганиева Р.И. и Мардояна Ж.Г., 

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

звание> 

ФИО4, 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

В соответствии с приказом начальника Сахалинского территориального гарнизона и Южно-Сахалинского местного гарнизона от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был включен в состав комиссии по проверке уровня физической подготовки военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в воинских частях, дислоцированных в Сахалинском территориальном гарнизоне и Южно-Сахалинском местном гарнизоне, то есть был наделен организационно-распорядительными функциями, связанными с принятием решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия для военнослужащих, подвергаемых проверке.

24 октября 2017 г. ФИО5 в составе названной комиссии проводил проверку уровня физической подготовки военнослужащих войсковой части №. По результатам проверки ряд военнослужащих был оценен на "неудовлетворительно". Около 18 часов того же дня ФИО5, действуя из корыстных побуждений, сообщил военнослужащему войсковой части № Г., что "неудовлетворительная" оценка может быть исправлена на "удовлетворительную" за вознаграждение 3 000 руб., на оценку "отлично" и получение "высшего квалификационного уровня" – за вознаграждение 10 000 руб.

Об этом предложении подсудимого Г. сообщил К., который исполнял обязанности начальника физической подготовки и спорта войсковой части №. О возможности исправления оценки по физической подготовки за денежное вознаграждение стало также известно военнослужащим названной воинской части, для чего в период с 25 октября по 1 ноября 2017 г. А., В., Г1, К1, К2, Л., М., М1, П., П1, Т., Ф. и Х., которые получили неудовлетворительную оценку по результатам проверки, и К3, Л1, П2, Т1 и Я., которые не принимали участие в сдаче нормативов, передали К. по 3 000 руб., а Ф1, который также был оценен на "неудовлетворительно" – 20 000 руб., то есть всего 74 000 руб.

Действуя в интересах названных военнослужащих, К. составил ведомость, в которую внес заведомо недостоверные сведения о сдаче А., В., Г1, К1, К2, Л., М., М1, П., П1, Т., Ф. и Х. нормативов по физической подготовке на общую оценку "удовлетворительно", а Ф1 – на оценку "отлично" с получением "высшего квалификационного уровня".

Около 20 часов 1 ноября 2018 г. в спортивном зале войсковой части № в 

<

данные изъяты> ФИО5, действуя из корыстных побуждений в интересах военнослужащих войсковой части №, представляемых К., лично получил от последнего указанную ведомость и взятку в размере 74 000 руб., то есть в значительном размере, за совершение незаконных действий по выставлению названным военнослужащим положительных оценок по итогам проверки их физической подготовки.

ФИО5 виновным себя в содеянном не признал и показал, что действительно участвовал в принятии 24 октября 2017 г. нормативов у военнослужащих войсковой части №, однако какими-либо полномочиями, касающимися оценки физической подготовки названных военнослужащих, он не обладал, поскольку правом подписания оценочной ведомости был наделен только председатель комиссии Г1. Предложений о передаче ему взятки за получение положительных оценок по итогам проверки физической подготовки ни Г., ни кому-либо другому он не делал. Деньги от К. он принял, ошибочно полагая, что они предназначаются для возведения памятника погибшему при исполнении воинского долга 

<

звание> А1.

Виновность ФИО5 подтверждается следующими доказательствами.

Согласно приказу начальника Сахалинского территориального гарнизона и Южно-Сахалинского местного гарнизона от 16 октября 2017 г. №, изданного на основании телеграммы начальника штаба - первого заместителя командующего войсками Восточного военного округа от 19 сентября 2017 г. №, для проверки в период со 2 по 27 октября 2017 г. уровня физической подготовки военнослужащих войсковых частей, дислоцированных на территории Сахалинского гарнизона, была создана комиссия, председателем которой назначен Г1, членами комиссии – ФИО5, С., А2 и Т2.

Свидетель Г. показал, что 24 октября 2017 г. он вместе с другими военнослужащими войсковой части № в ходе проверки сдавал нормативы по физической подготовке на стадионе "Спартак" в г. Южно-Сахалинске. Нормативы принимали Г1, ФИО5 и инструктора, привлеченные кем-то из них. После сдачи нормативов К., который исполнял обязанности внештатного начальника физической подготовки и спорта войсковой части №, попросил его забрать у ФИО5 ведомость с результатами проверки. Для этого около 18 часов он прибыл в спортзал войсковой части №, где ФИО5 отдал ему копию ведомости и попросил передать К., что, как и ранее, за 3 000 руб. можно будет исправить неудовлетворительную оценку на "удовлетворительно", за 10 000 руб. – на оценку "отлично" с присвоением "высшего квалификационного уровня". Смысл этого предложения Бибикова ему был понятен, поскольку весной 2017 г. он исполнял обязанности внештатного начальника физической подготовки и спорта воинской части, и передавал подсудимому полученные от военнослужащих войсковой части № деньги в указанных размерах за исправление неудовлетворительных оценок, полученных ими при сдаче итоговой проверки за предыдущий период обучения. Разговор с ФИО5 он передал К., а также отдал последнему ведомость, полученную у подсудимого. Позже он узнал, что некоторые военнослужащие сдавали К. денежные средства для исправления оценок, полученных при сдаче проверки; кроме того, он лично занимал В. 3 000 руб. для этих же целей. 

Показания, полностью соответствующие изложенным, Г. дал также при проведении очной ставки с подсудимым, как это следует из протокола от 28 декабря 2017 г.

Свидетель А. показал, что перед приемом 24 октября 2017 г. нормативов по физической подготовке у военнослужащих войсковой части № ФИО5 провел инструктаж, показал, как правильно выполнять упражнения, а затем вместе со своими помощниками, которым он отдавал различные указания, фиксировал результаты сдачи упражнений военнослужащими. Через несколько дней Ф1 довел до всего личного состава части результаты проверки. Узнав, что он оценен на "неудовлетворительно", и данное обстоятельство будет препятствием для получения им денежной премии, он обратился к К. с просьбой выяснить, каким образом можно улучшить эту оценку. Спустя несколько дней К. сообщил ему, что это можно будет сделать за 3 000 руб. С этим предложением К. он согласился, поскольку такая практика в их воинской части существовала ранее и весной 2017 г. таким же образом за ту же сумму неудовлетворительная оценка, полученная им при сдаче нормативов по физической подготовке, была исправлена на оценку "удовлетворительно". Утром 1 ноября 2017 г. он отдал 3 000 руб. К. для последующей передачи лицам, отвечающим за прием нормативов по физической подготовке, за исправление оценки, и слышал, что также поступили другие военнослужащие войсковой части №. 

О том, что 24 октября 2017 г. ФИО5 участвовал в приемке нормативов по физической подготовке у военнослужащих названной воинской части, руководил при этом действиями инструкторов и самостоятельно фиксировал результаты, показали свидетели Т., П1, К1, Ф., П., К2, Л., Х., М., В. и М1, получившие по итогам проверки неудовлетворительную оценку. Кроме того, каждый из названных свидетелей показал, что, желая исправить полученную оценку на "удовлетворительно", чтобы в дальнейшем получать денежные премии, он передал К. 3 000 руб.

Свидетели П., К1 и М1 в ходе допросов также сообщили, что К. говорил им о необходимости передачи полученных от них денег за исправление оценки лицам, принимавшим нормативы по физической подготовке. 

Свидетель Ф1, исполнявший обязанности командира войсковой части №, показал, что осенью 2017 г. обязанности внештатного помощника командира воинской части по физкультуре и спорту были возложены на К., в связи с чем последний занимался всеми вопросами, связанными со сдачей нормативов по физической подготовке в ходе итоговой проверки за летний период обучения 2017 г. Сдача нормативов военнослужащими части была организована 24 октября 2017 г. на стадионе "Спартак" в г. Южно-Сахалинске. Нормативы принимал ФИО5, который руководил всеми мероприятиями, разъяснял порядок выполнения упражнений и фиксировал результаты проверки. На следующий день от К. он узнал, что по итогам проверки он был оценен на "неудовлетворительно", и что эту оценку можно исправить на "удовлетворительно" за 3 000 руб., на оценку "отлично" с присвоением "высшего квалификационного уровня" – за 10 000 руб. Поскольку необходимым условием для получения повышенной надбавки к денежному довольствию являлось подтверждение "высшего квалификационного уровня" по физической подготовке по итогам двух периодов обучения, он передал К. 20 000 руб. для соответствующего изменения полученной неудовлетворительной оценки. Он догадывался, что другие военнослужащие части также сдавали деньги К. для исправления оценок по физической подготовке и понимал, что полученные деньги К. передаст проверяющим. 

Свидетели Л1, К3, Т1, П2 и Я., каждый в отношении себя, показали, что ни 24 октября 2017 г., ни в иные дни нормативы по физической подготовке за летний период обучения они не сдавали. Вместе с тем, для того, чтобы быть аттестованным по физической подготовке (Л1, К3, Я.) и получать премию (Т1) они, в том числе и П2, передали К. по 3 000 руб. 

Свидетель Г1 показал, что при прохождении военной службы в войсковой части № от сослуживцев он узнал о возможности улучшить оценку по физической подготовке за деньги. 24 октября 2017 г. он вместе с другими военнослужащими воинской части сдавал нормативы по физической подготовке, и получил по результатам проверки неудовлетворительную оценку. Через несколько дней К. сообщил ему, что эту оценку можно улучшить за 3 000 руб., и он передал для этого К. названную сумму, поскольку неудовлетворительная оценка могла отрицательно повлиять на дальнейшую службу. 1 ноября 2017 г., когда он вместе с К. поехал в г. Южно-Сахалинск, автомобиль К. остановили сотрудники ФСБ. Вечером того же дня К. рассказал ему, что полученные от военнослужащих части деньги он передал ФИО5 за исправление оценок.

Свидетель К. показал, что являлся нештатным начальником физической подготовки и спорта войсковой части №, и ранее сталкивался с ФИО5 при сдаче нормативов по физической подготовке. В октябре 2016 г. после сдачи проверки физической подготовки ФИО5 сообщил ему, что военнослужащие, которые получили оценку "неудовлетворительно", могут исправить ее на оценку "удовлетворительно", передав ему 3 000 руб., а за получение оценки "отлично" с присвоением "высшего квалификационного уровня" – 10 000 руб., и об этом предложении ФИО5 он рассказал кому-то из сослуживцев. После итоговой проверки военнослужащих войсковой части № за летний период обучения 2017 г., которую 24 октября 2017 г. на стадионе "Спартак" проводил ФИО5, последний сообщил ему, что ведомость с результатами проверки можно будет получить вечером. Он попросил Г. забрать ведомость у ФИО5. На следующий день Ф1 на построении довел до личного состава результаты сдачи проверки, согласно которым ряд военнослужащих были оценены на "неудовлетворительно". В тот же день Г. сообщил ему, что ФИО5 просил передать, что "все по-старому: за оценку "удовлетворительно" - 3 000 руб., за "высший уровень" - 10 000 руб." и отдал ему копию ведомости по физической подготовке. Сразу после этого к нему стали обращаться военнослужащие части, получившие неудовлетворительные оценки, с просьбой исправить оценки. Кроме того, к нему обращались военнослужащие, не сдававшие нормативы, которые хотели получить удовлетворительные оценки. От каждого из этих военнослужащих он получил по 3 000 руб. для последующей передачи ФИО5 за проставление удовлетворительных оценок, а от Ф1, который изъявил желание получить оценку "отлично" с присвоением "высшего квалификационного уровня" – 20 000 руб. Сведения о полученных от сослуживцев деньгах он заносил в список, который вел на отдельном листе. Вечером 31 октября 2017 г. ФИО5 прислал ему сообщение через приложение "WatsApp" о том, что ему требуются ведомости. В связи с этим он изготовил на персональном компьютере ведомость, в которую внес недостоверные сведения о сдаче военнослужащими, которые ранее были оценены "неудовлетворительно", нормативов по физической подготовке на оценку "удовлетворительно", а Ф1 – на оценку "отлично" с присвоением "высшего квалификационного уровня". 1 ноября 2017 г. он со своей семьей и Г1 выехали в г. Южно-Сахалинск, где он намеревался передать ведомость с исправленными оценками и деньги ФИО5. По пути следования в п. Троицкое его автомобиль остановили сотрудники ГИБДД, после чего находившийся с ними сотрудник ФСБ РФ Д. стал задавать ему вопросы относительно целей его поездки. Он сообщил Д. о своих намерениях, добровольно выдал ему изготовленную ведомость, деньги и список о сдаче денег сослуживцами, а также согласился сотрудничать с правоохранительными органами для изобличения ФИО5. Около 20 часов 1 ноября 2017 г., предварительно согласовав встречу с подсудимым, он прибыл в спортивный зал войсковой части № в 

<

данные изъяты>, где передал ФИО5 исправленную ведомость и деньги в сумме 74 000 руб. 

Как следует из протокола очной ставки между ФИО5 и К. от 1 декабря 2017 г., в ходе этого следственного действия К. дал показания, полностью соответствующие его показаниям, изложенным выше. 

Тот факт, что К. был назначен нештатным начальником физической подготовки и спорта войсковой части №, подтверждается приказом командира названной воинской части от 22 мая 2017 г. №.

Свидетель Д. показал, что утром 1 ноября 2017 г. ему поступила оперативная информация о намерениях К. передать ФИО5 взятку за исправление военнослужащим войсковой части № оценок по результатам сдачи контрольной проверки по физической подготовке. Для проверки этой информации сотрудники полиции по его просьбе остановили автомобиль К. в с. Троицкое Анивского района Сахалинской области. В ходе беседы с ним К. указанную информацию подтвердил, а также выдал 74 000 руб., предназначавшиеся для передачи ФИО5, и лист бумаги со списком фамилий военнослужащих, сдавших деньги. По его предложению К. согласился участвовать в оперативно-розыскных мероприятиях, направленных на изобличение ФИО5, проведение которых было санкционировано руководителем УФСБ России по Восточному военному округу, после чего К. были возвращены изъятые деньги и вручены специальные технические средства. Около 20 часов 1 ноября 2018 г. К. убыл в спортивный зал войсковой части № для встречи с ФИО5, а когда через несколько минут возвратился, сообщил, что передал подсудимому денежные средства. 

Как видно из протокола от 1 ноября 2017 г., в этот день Д. изъял у К. денежные средства в размере 74 000 руб., а также лист бумаги А4 со списком фамилий. При осмотре названного списка, приобщенного к материалам дела в качестве вещественного доказательства, К. пояснил, что в него он вносил фамилии военнослужащих, передавших ему деньги, и проставлял цифры, обозначающие, какая сумма была получена от каждого военнослужащего. Также К. пояснил, что означают сокращения в названном списке и в каком порядке он производил эти записи.

В тот же день, как это следует из соответствующих протоколов, с целью проведения ОРМ "Оперативный эксперимент" К. были вручены 37 денежных купюр на общую сумму 74 000 руб., и специальное техническое средство с функцией видео- и звукозаписи. 

Присутствующие при проведении названных мероприятий свидетели С1 и И. в ходе допроса в судебном заседании показали, каждый в отдельности, что указанные мероприятия в протоколах были отражены верно, денежные средства находились у К. и он по предложению Д. выдал их добровольно. 

На видеозаписи, выполненной в ходе ОРМ с участием К., исследованной в суде по правилам ст. 284 УПК РФ, видно, как К. 1 ноября 2017 г. в 19 ч. 46 мин. передал ФИО5 изготовленную им ведомость, а затем, действуя сообразно поведению и действиям подсудимого, положил в его левый нагрудный карман деньги. 

Как следует из протокола осмотра кабинета ФИО5 от 1 ноября 2017 г., в 20 часов 25 мин. в ходе этого следственного действия в левом нагрудном кармане ФИО5 были обнаружены и изъяты 37 денежных купюр на общую сумму 74 000 руб., по поводу которых подсудимый пояснил, что эти деньги принадлежат ему. 

Кроме того, в ходе этого же следственного действия были изъяты ведомости результатов контрольной проверки военнослужащих по контракту войсковой части № по физической подготовке за 2017 г. (

<

данные изъяты>). Как видно из названных документов, обе ведомости касаются одних и тех же событий, однако в первой из них, которая выполнена рукописным способом, имеются сведения о получении А., В., Г1, К1, К2, Л., М., М1, П., П1, Т., Ф., Х. и Ф1 оценки "неудовлетворительно", во второй все неудовлетворительные оценки заменены оценкой "3", а оценка Ф1 изменена на оценку "5" с отметкой о присвоении "высшего квалификационного уровня". По поводу названных ведомостей К. пояснил, что копию первой ведомости ему передал Г., а вторую он изготовил лично и передал ФИО5.

Давая оценку приведенным доказательствам, суд исходит из следующего:

Тот факт, что ФИО5 24 октября 2017 г. лично принимал нормативы у военнослужащих войсковой части № и фиксировал результаты сдачи нормативов, помимо указанных выше свидетелей, подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели К4, Р., С2, Ф1. Об этом же показали участвовавшие в приемке нормативов свидетели Г2, А2 и С2, а также председатель названной комиссии Г1. Г2 при этом показал, что те стартовые протоколы, результаты в которые заносил лично он, после окончания проверки он передал ФИО5, а Г1 подтвердил, что ставил подсудимому задачу составить на основании стартовых протоколов итоговую ведомость проверки. Данные обстоятельства подтвердил и сам подсудимый.

Эти обстоятельства указывают на то, что ФИО5, будучи включенным в состав комиссии на основании приказа начальника Сахалинского территориального гарнизона и Южно-Сахалинского местного гарнизона от 16 октября 2017 г. №, имел полномочия и реальную возможность лично проверить физическую подготовленность военнослужащих войсковой части №, и внести результаты этой проверки в ведомость. 

В соответствии с приказом Министра обороны РФ от 21 апреля 2009 г. № "Об утверждении Наставления по физической подготовке в Вооруженных Силах Российской Федерации", военнослужащие по контракту, не выполнившие установленные требования по уровню физической подготовленности (не выполнившие контрольные нормативы по физической подготовке) на контрольной проверке, в случае повторного признания их несоответствующими требованиям по физической подготовленности, представляются для рассмотрения на аттестационную комиссию органа военного управления, воинской части, организации Вооруженных Сил (п. 12); к военнослужащим по контракту, достигшим высокого уровня физической подготовки, применяются поощрения в соответствии с Дисциплинарным уставом Вооруженных Сил, награждение в установленном порядке кубками, грамотами, дипломами, ценными подарками, деньгами, а также соответствующими знаками отличия за достижения в физической подготовке, учреждаемыми в установленном порядке (п. 17). Следовательно, результаты сдачи физической подготовки влияют на прохождение службы для каждого военнослужащего, и могут повлечь как положительные, так и негативные последствия.

Поскольку ФИО5 в установленном порядке был наделен организационно-распорядительными функциями, связанными с проведением 24 октября 2017 г. проверки физической подготовки военнослужащих войсковой части № и принятием в связи с этим решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия для военнослужащих, подвергаемых проверке, он являлся по этому признаку должностным лицом.

Доводы подсудимого о том, что он не мог пописать итоговую ведомость, с учетом приведенных выше доказательств, на данный вывод суда не влияют. Кроме того, из буквального содержания ведомости следует, что правом ее подписи обладает проверяющий, а не председатель комиссии, поэтому ФИО5, являясь специалистом по физической подготовке, в соответствии с п. 217 приказа МО РФ № – 2009 г., мог самостоятельно подписать ведомость сдачи нормативов военнослужащими войсковой части №.

Приведенные выше показания Г. и К. являются последовательными на протяжении всего производства по уголовному делу. На этих показаниях названные свидетели настаивали также при допросе их подсудимым в ходе очных ставок и в судебном заседании. Показания названных свидетелей о том, что ранее ФИО5 предлагал улучшить оценки по физической подготовке и брал за это деньги, согласуются между собой и косвенно подтверждаются показаниями свидетелей А. и Г1, а также показаниями самого подсудимого, который в ходе очной ставки с Г. и при допросе в качестве обвиняемого 12 февраля 2018 г. подтвердил, что действительно, передавая Г. вечером 24 октября 2017 г. ведомость, сказал ему: "Все по-старому". Возможность улучшения неудовлетворительных оценок по физической подготовке за денежные средства не была тайной для военнослужащих войсковой части №, и открыто обсуждалась ими, как об этом пояснили свидетели Р., Ф1, Т. и многие другие.

Учитывая, что оснований для оговора ФИО5 со стороны Г. и К. судом не установлено, показания названных свидетелей суд признает достоверными.

Кроме того, тот факт, что все собранные у военнослужащих воинской части № денежные средства К. намеревался передать подсудимому за исправление оценок, а не присвоить, объективно подтверждается тем, что К. фиксировал получение им денег у сослуживцев в списке, а также изготовил ведомость с исправленными оценками, которую вместе с деньгами вез ФИО5 1 ноября 2017 г.

Оценивая доводы ФИО5 о том, что при получении от К. денежных средств он не понимал их предназначение, суд признает их надуманными. Как установлено выше, о возможности исправления оценок за деньги ФИО5 сообщал Г., и сам согласовал с К. время и место встречи для получения ведомости. На видеозаписи, исследованной в суде, видно, что ФИО5 достаточно долго изучал ведомость, что позволяло ему понять ее назначение и содержание. При передаче ведомости К. протянул подсудимому деньги, и недвусмысленно пояснил, что они предназначены для исправления оценок "двоечникам". После этого ФИО5, не уточняя более у К. предназначение денег, отшагнул в сторону, и открыл свой карман, ожидая, когда К. положит туда деньги. После получения денег ФИО5 продолжил диалог с К., не касаясь темы полученных денег, и попрощался с К. лишь после того, как тема разговора была полностью исчерпана.

Тот факт, что встреча ФИО5 и К. продолжалась короткое время, в ходе встречи они были немногословны, не использовали в разговоре слова "деньги", "денежные средства", лишь подтверждает вывод суда о том, что ФИО5 отлично понимал суть происходящих событий и не нуждался в их разъяснении со стороны К.. Косвенно этот вывод подтверждается и дальнейшим поведением ФИО5, который при осмотре его кабинета вначале скрывал полученные от К. деньги, понимая незаконность их происхождения, а затем заявил, что эти деньги принадлежат ему. О том, что изъятые денежные средства принадлежат ему, ФИО5 сообщал и С3 3-4 ноября 2017 г., как об этом последний показал при допросе в судебном заседании. В связи с этим суд отвергает заключение специалиста Щ., представленное стороной защиты, согласно которому ФИО5 не понимал предмет разговора с К., признавая его ошибочным.

В связи с изложенным суд признает надуманными доводы подсудимого о том, что, получая от К. деньги, он полагал, что они предназначены на возведение памятника 

<

звание> А1. Помимо приведенных выше выводов суда, эти доводы опровергаются показаниями К., который утверждал, что о сборе денег на памятник он ни от подсудимого, ни от иных лиц никогда не слышал и деньги на памятник не сдавал; показаниями свидетеля С4 о том, что в сборе денежных средств на памятник военнослужащие войсковой части № участия не принимали, задачу собирать деньги ни Г1, ни ФИО5 он не ставил; показаниями свидетеля С3 о том, что ФИО5 в сборе денежных средств на памятник не участвовал, сбор денег был прекращен 26-27 октября 2017 г. 

Показания свидетелей И1 и Р1 о том, что они через ФИО5 передавали для Г1 деньги на памятник, оставив их в кабинете подсудимого, а также показания М2 о том, что 29-30 октября 2017 г. ФИО5 сообщал ему об имеющихся у него деньгах на памятник от военнослужащих других воинских частей, на данный вывод суда не влияют, поскольку не касаются обстоятельств получения денежных средств подсудимым от К.. Вместе с тем, оценивая показания названных свидетелей, суд учитывает показания Г1 о том, что сам он участия в сборе денег на памятник не принимал, каких-либо задач ФИО5 по сбору денег не ставил и о передаче ему денег ни И1, ни Р1 ни до, ни после описываемых событий не сообщали. Также суд критически оценивает возможность ФИО5 передать М2 денежные средства, которые подсудимый (со слов И1 и Р1) должен был отдать Г1. В связи с изложенным, приведенные показания И1, Р1 и М2 суд отвергает.

Показания свидетеля Г1 в суде о том, что 25-26 октября 2017 г. он подписал ведомость сдачи физической подготовки военнослужащими войсковой части № и забрал ее, о чем сообщил ФИО5, что исключало для подсудимого возможность исправить полученные названными военнослужащими оценки, суд также отвергает. Как следует из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний Г1, в период предварительного следствия названный свидетель утверждал, что указанную ведомость он не подписывал, и поэтому не знает, кем она была заполнена. Об этом же утверждал ФИО5 в ходе очной ставки с К. и при даче показаний в качестве обвиняемого 19 декабря 2017 г. Кроме того, подписанная Г1 ведомость, представленная стороной защиты, содержит отметки о ее регистрации 24 октября 2017 г. под № и в войсковой части №, и в войсковой части №, что противоречит установленным в суде обстоятельствам и указывает на недостоверность этих сведений. 

О несоответствии показаний Г1 в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела свидетельствуют и связанные с ними показания ФИО5. На протяжении предварительного следствия подсудимый, как это следует из его показаний, оглашенных в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, неоднократно утверждал, что ведомость, которую изготовил на компьютере К., была необходима для ее сравнения с первичной ведомостью; пересдача нормативов не проводилась и вопрос об этом с ним не обсуждался. Однако после того, как Г1 в суде заявил, что необходимости в этой ведомости не имелось, ФИО5 при даче показаний и в ходе прений стал настаивать на том, что переданную им 1 ноября 2017 г. К. ведомость он принял за ведомость дополнительной сдачи нормативов.

Таким образом, суд считает доказанным факт передачи денежных средств ФИО6 за исправление оценок по физической подготовке военнослужащим войсковой части №.

Оснований полагать, что принятие денежных средств ФИО5 явилось следствием провокационно-подстрекательских действий со стороны сотрудников правоохранительных органов, не имеется.

Судом установлено, что инициатором получения денег за исправление оценок по физической подготовке явился сам ФИО5, как об этом пояснил Г., показания которого признаны судом достоверными, то есть умысел на получение денежных средств у подсудимого возник задолго до того, как об этом стало известно сотрудникам правоохранительных органов. Намерения ФИО5 получить взятку от представляемых К. военнослужащих войсковой части № сотруднику ФСБ РФ Д., помимо данных из конфиденциальных источников, подтвердил сам К., который не только дал об этом соответствующие пояснения, но также выдал денежные средства и ведомость, которые должен был передать подсудимому. На основании указанных К. сведений, которые явно свидетельствовали о признаках подготавливаемого ФИО5 противоправного деяния, ВрИО начальника УФСБ России по Восточному военному округу 1 ноября 2017 г. было утверждено постановление о проведении ОРМ "Оперативный эксперимент" в отношении ФИО5, что в полной мере соответствует положениям ст. 8 ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности". В судебном заседании Д. пояснил, что об этом решении руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, он был извещен по средствам телефонной связи до фактического проведения ОРМ "Оперативный эксперимент"; оснований не доверять этим показаниям Д. не имеется.

Из исследованной судом видеозаписи, выполненной в ходе названного ОРМ, усматривается, что К., действуя в соответствии с тем порядком, который он для себя определил заранее, еще до встречи с Д., не склонял ФИО5 к получению денег, и не создавал для этого искусственных условий. Денежные средства ФИО5 получил от К. добровольно, предоставив последнему возможность положить взятку в его карман. 

С учетом изложенного, действия ФИО5, который являлся должностным лицом, по получению от К. взятки в размере 74 000 руб., то есть в значительном размере, за совершение незаконных действий по выставлению военнослужащим войсковой части № положительных оценок по итогам проверки их физической подготовки суд квалифицирует по ч. 3 ст. 290 УК РФ.

При назначении наказания ФИО5 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления. Преступный умысел ФИО5, с учетом количества оценок, которые он намеревался незаконно исправить, посягал на достоверность результатов физической подготовки всей войсковой части №. Действия подсудимого порождали среди многих военнослужащих воинской части мнение о возможности получить нужный результат за деньги, чем нивелировались требования общевоинских уставов о необходимости каждого военнослужащего совершенствовать свое воинское мастерство и повседневно заниматься физической подготовкой и спортом, и могли повлечь дополнительные выплаты из федерального бюджета в виде премий без достаточных для того оснований.

С учетом изложенного суд, не смотря на то, что санкцией ч. 3 ст. 290 УК РФ предусмотрено наказание в виде штрафа, в соответствии с ч. 1 ст. 60 УК РФ, считает необходимым назначить ФИО5 наказание в виде лишения свободы, приходя к выводу, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, определенных ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Вместе с тем, решая вопрос о размере наказания, в качестве обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, суд учитывает, что ранее ФИО5 ни в чем предосудительном не замечен, при прохождении военной службы зарекомендовал себя только с положительной стороны и неоднократно поощрялся командованием. В качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимому, суд, в соответствии с п. "г" ч. 1 ст. 61 УК РФ, учитывает наличие на иждивении у ФИО5 двоих малолетних детей. Также суд принимает во внимание, что родители подсудимого являются пенсионерами.

Кроме того, суд учитывает ходатайство офицерского состава войсковой части № о нестрогом наказании ФИО5.

С учетом изложенного суд считает возможным назначить ФИО5 наказание в виде лишения свободы на минимальный срок, предусмотренный санкцией ч. 3 ст. 290 УК РФ с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с воспитанием и руководством подчиненными, а также, учитывая влияние наказания на условия жизни семьи подсудимого, не назначать ему дополнительное наказание в виде штрафа, предусмотренное санкцией названной статьи.

Решая в соответствии с п. 14 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о лишении ФИО5 воинского звания, суд считает, что действиями подсудимого был нанесен серьезный ущерб авторитету офицера Вооруженных Сил РФ. Совершение ФИО5 указанного тяжкого преступления не совместимо с офицерским званием. Кроме того, избранный подсудимым способ защиты от предъявленного обвинения, оправдание своих преступных действий с использованием обстоятельств, связанных с увековечением памяти погибшего при исполнении воинского долга 

<

звание> А1, свидетельствует о невозможности сохранения за ФИО5 офицерского звания. 

С учетом фактических обстоятельств умышленного преступления, совершенного ФИО5, степени реализации преступных намерений подсудимого, суд не находит оснований для изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания подсудимому назначается в исправительной колонии общего режима. 

В целях обеспечения исполнения приговора, в соответствии со ст. 110 УПК РФ, ФИО5 надлежит избрать меру пресечения в виде заключения под стражу и взять подсудимого под стражу в зале суда.

Арест, наложенный на денежные средства и автомобили ФИО5 в соответствии с постановлениями Южно-Сахалинского гарнизонного военного суда от 30 ноября 2017 г. и от 26 января 2018 г., надлежит снять, поскольку основания для принятия обеспечительных мер, предусмотренные ст. 115 УПК РФ, отпали.

При разрешении судьбы вещественных доказательств суд руководствуется требованиями ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ, 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО4 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с воспитанием и руководством подчиненными, на срок 2 (два) года.

В соответствии со ст. 48 УК РФ лишить ФИО5 воинского звания "

<

звание>".

Срок отбывания наказания ФИО5 исчислять с 23 июля 2018 г. 

Избрать ФИО5 меру пресечения в виде заключения под стражу, взять его под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать осужденного в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Сахалинской области.

Снять арест, наложенный на денежные средства и автомобили ФИО5 в соответствии с постановлениями Южно-Сахалинского гарнизонного военного суда от 30 ноября 2017 г. и от 26 января 2018 г.

Вещественные доказательства:

- мобильный телефон "

<

данные изъяты>" – возвратить ФИО5, как законному владельцу;

- ведомости результатов проверки физической подготовки военнослужащих войсковой части № – возвратить в названную воинскую часть;

- лазерные компакт-диски, стартовые протоколы, записную книжку, лист бумаги со списком фамилий – хранить при уголовном деле;

- 74 000 (семьдесят четыре тысячи) руб., изъятые у ФИО5 в ходе оперативно-розыскных мероприятий – конфисковать.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда через Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня постановления, а осужденным ФИО4 - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника, либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника. 

Председательствующий: А.И. Луцкович