№ 

<

адрес>

Дело № ДД.ММ.ГГГГ

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Колпинский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего Гусаровой А.А.,

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> и 

<

адрес>, ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> и 

<

адрес> о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

установил

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по 

<

адрес> и 

<

адрес> и Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> о взыскании компенсации за нарушение условий его содержания под стражей в общей сумме 1 033 812 руб. (данная сумма указана прописью и такой размер подтвердил административный истец в ходе судебного заседания). 

К участию в деле в качестве административного ответчика привлечена ФСИН России как главный распорядитель средств федерального бюджета.

В обоснование иска указывает, что содержался в следственном изоляторе в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в нескольких камерах, в которых норма жилой площади не соответствовала требованиям действующих правовых норм, поскольку в камерах площадью 8 кв.м содержалось по 4-6 человек; в камерах была только одна лампочка, что не позволяло читать; в камерах были бетонные полы, на стенах грибок, трещины, присутствовали насекомые и грызуны; вентиляция отсутствовала, окно не открывалось; отсутствовал стол для приема пищи; отсутствовала перегородка санитарного узла; отсутствовала горячая вода, все указанное причинило административному истцу страдания, которые подлежат компенсации. При этом истец в ходе судебного разбирательства пояснил суду, что заявленную компенсацию с причинением вреда здоровью он не связывает.

Административный истец участвовал в судебном заседании при использовании системы видеоконференцсвязи, поддержал заявленные им требования, просил их удовлетворить.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по 

<

адрес> и 

<

адрес> (далее – СИЗО-1), ФСИН России, заинтересованного лица ГУФСИН России по 

<

адрес> и 

<

адрес>, действующий на основании доверенностей, имеющий высшее юридическое образование, явился, возражал против удовлетворения исковых требований, ссылался на отсутствие нарушений прав административного истца, на соблюдение условий содержания под стражей, обращение в суд с пропуском срока.

Административный ответчик Министерство финансов в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> и 

<

адрес> представителя не направил, извещен в порядке ч. 8 ст. 96 КАС РФ как орган государственной власти, получивший извещение о первом предварительном судебном заседании по делу ДД.ММ.ГГГГ (первое заседание ДД.ММ.ГГГГ).

Суд, выслушав явившихся лиц, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Соответствующая правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ17-6.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду надлежит оценить соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, исходя из невозможности допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения.

С введением в действие ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство предусматривает восстановление нарушенных прав лица, содержавшегося под стражей с нарушением условий такого содержания, путем взыскания в его пользу специального вида компенсации за нарушение таких условий. До данного регулирования решался вопрос о взыскании компенсации морального вреда. Однако, настоящая компенсация неразрывно связана не только с самим фактом нарушения условий содержания под стражей, но и с нарушением личных неимущественных прав лица, и (или) посягательством на иные нематериальные блага, обусловленным неправомерными действиями (бездействием), в свете этого имеет однородную природу с компенсацией морального вреда, требуя от суда не только оценки конкретных незаконных действий органов и лиц, допустивших нарушение условий содержания под стражей, но и соотнесениях их с тяжестью причиненных страданий с учетом индивидуальных особенностей лица. Тем самым суд должен учесть фактические обстоятельства дела, принять решение в соответствии с принципами разумности и справедливости.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 7 установлено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых. 

В силу ст. 15 данного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 23 названного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – Правила). Данный приказ утратил силу в связи с изданием приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, вступившего в силу по истечении 10 дней после дня официального опубликования (опубликован на Официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru - ДД.ММ.ГГГГ). Приказ от ДД.ММ.ГГГГ № подлежит применению в настоящем деле, учитывая периоды, о которых заявлено административных истцом, поскольку на период его нахождения в следственном изоляторе действовали нормы этого приказа.

В соответствии с п. 42 Правил камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности) (абзац введен приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в СИЗО-1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 210). 

Информация камерных карточек со сведениями о номерах камер, в которых содержался ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не представлена ввиду уничтожения камерных карточек за период ДД.ММ.ГГГГ г.г. согласно п. № приказа ФСИН России №, что подтверждается актом о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению в отделе режима и надзора СИЗО-1, № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 39-40). Также согласно актам № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению отдела режима и надзора СИЗО-1, уничтожены книги количественной проверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих уголовные наказания, ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года, срок хранения которых составляет 10 лет согласно указанию ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, п. № приказа МВД России № (л.д. 36-38, 221-223).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 содержался в следующих камерах: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 845; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 876; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 801; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 232; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 217; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 209; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – камера 196; площадью 8 кв.м каждая, где содержалось не более 4 человек; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в ИВС Всеволожского УВД, ДД.ММ.ГГГГ убыл в ИК-7 Яблоновка (л.д. 210-211). Указанные сведения подтверждаются камерной карточкой ФИО1, составленной по прибытию в СИЗО-1 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41).

Указанное количество содержащихся лиц (3-4 человека в камере) соответствует представленным сведениям покамерной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-1 согласно книгам количественной проверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих уголовные наказания в рамках выдержек за периоды содержания административного истца. За ДД.ММ.ГГГГ данные по камере 232 не отражены, что не опровергает доводы о содержании в этой камере в количестве 4 человек. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в камере 

<

адрес> содержалось 2 человека (л.д. 171, 185).

Таким образом, в периоде с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (6 месяцев 12 дней) в СИЗО-1 ФИО1 находился 6 месяцев 9 дней (исключение нахождения в ИВС - 3 дня), и в этом периоде 6 месяцев 7 дней он содержался в камерах, где количество содержащихся в ней составляло 3-4 человека (включая его самого).

В отношении него должна была быть обеспечена площадь камер не менее 4 кв.м, при площадях камер 8 кв.м, учитывая нахождение в них по 3-4 человека, суд усматривает нарушение условий содержания в данной части.

С достоверностью и очевидностью подтверждающих либо опровергающих доводы административного истца доказательств о допущенных административными ответчиками нарушений в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (сам истец указывает с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ соответственно) не имеется, поскольку указанные в административном иске события имели место свыше 10 лет назад, документация следственного изолятора в силу установленных законом сроков хранения документов уничтожена, а условия содержания, имеющиеся на иные временные периоды, не подтверждают доводы, изложенные в административном иске.

В отношении остальной части заявленных нарушений суд исходит из следующего.

Как следует из представленных суду справок ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу, камерные помещения, где содержался административный истец, были оборудованы санитарным узлом: унитазом, бачком со сливным механизмом, раковиной (все в исправном состоянии), санитарный узел расположен на уровне пола, в удаленном месте камеры, и отдален от стола на расстоянии не менее 2-х метров, огражден перегородкой, изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе высотой 1 м 50 см, что обеспечивало приватность (л.д. 212).

Камерные помещения, где содержался ФИО1, имели полы с линолеумным покрытием, не противоречащим Строительным нормам и правилам, СНиП № предусматривают, в том числе, линолеумные полы в жилых помещениях (л.д. 213).

Снабжение водопроводной водой производилось централизованного из городской сети на основании договора с ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», ввиду отсутствия горячей воды в камерных помещениях по адресу: Санкт-Петербург, Арсенальная наб., 

<

адрес>. В соответствии с п. 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, в камерные помещения выдавались водонагревательные приборы по заявлению лиц, содержащихся в камере, в порядке очередности (л.д. 214).

Все камерные помещения, в которых содержался административный истец, оборудованы оконным проемом. Каждое окно оборудовано форточкой для доступа свежего воздуха. Размер окон во всех камерах составляет 1 м х 1 м 10 см. Окна камер имеют остекление, проверка его целостности производилась ежедневно (л.д. 216).

Камеры проветривались, имелась постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камер; принудительная вентиляция оборудована и осуществлялась в соответствии с требованиями «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» № Минюста России и приказа № от ДД.ММ.ГГГГ «О технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России» через отверстие вентиляционной шахты размером 25х25 см, которыми оборудованы все камеры учреждения; принудительная вытяжная вентиляция обеспечена круглосуточно; система вентиляции находилась в технически исправном состоянии (л.д. 217).

Ежедневно в каждом камерном помещении содержащимися в нем подозреваемыми и обвиняемыми производилась уборка для поддержания чистоты и порядка, в камерах производилась обработка противогрибковым средством всех поверхностей силами осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию; регулярно заключались контракты со специализированными организациями на оказание услуг по дератизации и дезинсекции, проводилась профилактическая дезинсекция и дератизация согласно графику обработок (л.д. 215, 218). В подтверждение этих сведений представлены копии договора № от ДД.ММ.ГГГГ СИЗО-1 с ООО «Студия Плюс» об оказании услуг по дератизации и дезинсекции помещений по адресу: Санкт-Петербург, Арсенальная наб., 

<

адрес> актом оказанных услуг по договору от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 19-21), государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ между СИЗО-1 и ООО «Городская Дезинфекционная Станция» на оказание услуг по проведению санитарно-противоэпидемиологических и профилактических мероприятий (дератизация, дезинсекция, камерная обработка) с актами об оказании услуг от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (д.

<

адрес>), государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ между теми же сторонами с актами оказанных услуг от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 29-35).

Все камерные помещения были оборудованы светильниками ночного (40Вт) и дневного (60-75 ВТ) освещения (л.д. 218).

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что в настоящем случае в камерах имелись унитаз со сливным бачком и раковина, и унитаз был отгорожен, имелся сливной механизм, санитарный узел был в исправном состоянии, о чем представлена справка. Доказательства обратного отсутствуют. При этом суд также принимает во внимание, что истец находился в камерах с лицами одного пола. 

Как указано в справке СИЗО-1, стол находился на расстоянии не менее 2 м от унитаза. Само по себе нахождение стола в камере, которая имеет площадь 8 кв.м, неизбежно субъективно может оцениваться как его нахождение рядом с унитазом, расположенным в той же камере, однако нахождение данных объектов материально-бытового обеспечения в каждой камере направлено на соблюдение гарантий прав лиц, содержащихся в следственном изоляторе, не может расцениваться как нарушение прав таких лиц. Конкретное место размещения мебели Правилами не регламентируется. 

Вентиляция камер обеспечивалась наличием форточки в окнах размером 1 м на 1 м 10 см. По пункту 10.5 СП № Свода Правил. Следственные изоляторы Уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (дата введения ДД.ММ.ГГГГ) размеры оконных проемов должны составлять не менее 1,2х0,9 м, оконные переплеты должны оборудоваться для вентиляции форточками или фрамугами. Размер окон по показателям длин их сторон не соотносится с требованием данного пункта, однако, по площади размер окон в камерах размещения истца превышает площадь по данному СП (1,10 кв.м и 1,08 кв.м соответственно), в связи с чем суд не может прийти к выводу о нарушении прав истца. Кроме того, вентиляция также обеспечивалась принудительной вытяжной вентиляцией круглосуточно, что не может свидетельствовать о нарушениях прав истца. 

Сторонами не оспаривалось, что холодное водоснабжение в камеры обеспечивалось. Действовавшие нормы не устанавливают требование по обязательному снабжению камер горячей водой, указанное восполняется предоставлением нагревательных приборов по требованию, что не противоречит п. 42, 43 Правил. 

Факт наличия грызунов и насекомых сам по себе не указывает на незаконные действия учреждения, поскольку возможность появления грызунов и насекомых в помещениях является общеизвестным фактом, суд полагает целесообразным оценивать в качестве бездействия неприменение каких-либо мер по борьбе с последними. В данном случае дератизация, дезинсекция производились, в том числе согласно представленным в материалы дела договору и государственным контрактам, заключенным в периоды, соотносимые с временем нахождения административного истца в СИЗО-1, об оказании услуг свидетельствуют акты оказанных услуг по данным договору и контрактам.

Оснащение светильниками осуществлено в соответствии с п. 42 Правил. Освещение тем самым обеспечивалось наличием осветительных приборов и ввиду наличия окна естественным освещением. Доводы о невозможности реализации бытовых и иных нужд ввиду отсутствия достаточного освещения таким образом суд находит безосновательными.

По СП № Свод правил. Полы. Актуализированная редакция СНиП ДД.ММ.ГГГГ-88, утвержденный Приказом Минрегиона России от ДД.ММ.ГГГГ №, допускается в жилых комнатах в квартирах, общежитиях, спальных комнатах в интернатах, номерах в гостиницах, домах отдыха и т.п., коридорах в квартирах, общежитиях, интернатах, удаленных от наружных дверей зданий более чем на 20 м, покрытие полов линолеумом. 

Суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным обстоятельствам, учитывая отсутствие доказательств причинения вреда здоровью административного истца, причинения ему нравственных страданий вследствие несоответствия условий содержания истца в СИЗО-1 при наличии вины сотрудников, должностных лиц учреждения, или при наличии их противоправных действий (ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания административного истца в исследуемой по данным доводам части соотносятся с требованиями Правил, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, доказательств обратного суду не представлено.

Достоверно установив тем самым нарушение прав административного истца в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей только в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в части несоблюдения норм площади камер, суд также отмечает следующее.

В силу ч. 6 ст. 45 КАС РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Истец, реализуя свои права по собственному усмотрению, обратился в суд лишь в ДД.ММ.ГГГГ, заявив о событиях ДД.ММ.ГГГГ г.г., то есть 14 лет спустя, и о событиях ДД.ММ.ГГГГ г.г., более 8 лет спустя.

Тем самым, установленный ст. 227.1 КАС РФ срок обращения в суд им пропущен, однако, истец находился в учреждениях уголовно-исполнительной системы, что может расцениваться как ограничение возможности реализации права на обращение в суд. Вместе с тем, как пояснил административный истец, он неоднократно освобождался из мест лишения свободы по отбытию наказаний после заявленных дат нарушений. Кроме того, заслуживает внимания тот факт, что, как указал административный истец, о нарушении собственных прав ему стало известно в ДД.ММ.ГГГГ году в связи с сообщением ему об этом других лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы и последующим ознакомлением с нормами права. Из этого следует вывод о том, что на момент заявленных событий ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ г.г. административный истец не испытывал таких страданий, которые обусловили бы для него необходимость обратиться за какой-либо защитой своих прав. Как он сообщил суду, с жалобами на условия содержания под стражей он куда-либо не обращался. Также имеются несоответствия указываемых им дат нахождения в следственном изоляторе действительным срокам содержания. Кроме того, как он сообщил суду, при освобождениях из мест лишения свободы он не изучал нормативные акты, устанавливающие нормы содержания под стражей (она указал, что о нарушениях узнал в ДД.ММ.ГГГГ году, изучив эти нормы), тогда как, по мнению суда, у него имелась возможность ознакомления с таковыми как официально опубликованными, доступными к ознакомлению, и тем самым суд приходит к выводу о том, что у него не было цели установления соответствия или несоответствия условий содержания нормам права, что также указывает на отсутствие значительных страданий, вызванных такими условиями содержания, о которых он заявил как о ненадлежащих.

Суд, учитывая эти обстоятельства, руководствуясь принципами разумности и справедливости, признавая право административного истца на получение компенсации по установленному событию нарушений, основываясь на обстоятельствах дела, степени нарушений прав административного истца, продолжительности такого нарушения, полагает, что в пользу административного истца подлежит взысканию компенсация в связи с содержанием в условиях, нарушающих требования по норме площади, в сумме 2 000 рублей.

Учитывая, что указанные выше нарушения в части несоблюдения требований законодательства о санитарной норме площади камер имело место со стороны Российской Федерации в лице компетентных органов, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований в этой части и о взыскании компенсации с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации. При этом суд учитывает, что не все названные административным истцом нарушения в следственном изоляторе нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Оснований для удовлетворения требований в отношении Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес>, таким образом, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в размере 2 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца дней со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Колпинский районный суд 

<

адрес>.

Председательствующий

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.