№2-7/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 апреля 2019 года г. Астрахань 

Наримановский районный суд Астраханской области в составе

председательствующего судьи Успановой Г.Т., 

при секретаре Евдокимовой Е.Д.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 ФИО16, ФИО4 ФИО17 (участника ООО ПКФ «ГРАП») к ООО ПКФ «ГРАП» в лице конкурсного управляющего ФИО3 к АО «РОСТ БАНК», ФИО2 ФИО18, ФИО5 ФИО19, ЗАО «Инженерные системы в лице генерального директора ФИО2 ФИО20 о переводе права требования по договору уступки прав требований, о признании недействительным договора об уступке права требования от ДД.ММ.ГГГГ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО4 (как участник ООО ПКФ «ГРАП») обратился в суд с иском с иском к ООО ПКФ «ГРАП» в лице конкурсного управляющего ФИО3, к АО «РОСТ БАНК», ФИО2, ФИО5, ЗАО «Инженерные системы в лице генерального директора ФИО2 о переводе права требования по договору уступки прав требований.

В обоснование своих требований истец указал, что решением Трусовского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ с индивидуальных предпринимателей ФИО6, ФИО4, ФИО6, ФИО4 в пользу акционерного общества «РОСТ БАНК» взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 27 593 600 рублей 45 копеек, по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 34 934 028 рублей 22 копейки, всего 62 527 628 рублей 67 копеек.

Также указал, что определением арбитражного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ требования кредитора акционерного общества «РОСТ БАНК» включены в третью очередь требований кредиторов ООО «Производственно-коммерческая фирма «ГРАП» в размере 120 702 727 рублей 15 копеек, из них основной долг и проценты за пользование кредитом 57 527 628 рублей 67 копеек, финансовые санкции – 63 175 098 рублей 48 копеек. Решением арбитражного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ ООО ПКФ «ГРАП» признано несостоятельным (банкротом).

В июле 2018 года ФИО5 обратилась в Трусовский районный суд г. Астрахани и в арбитражный суд Астраханской области с заявлениями о процессуальной замене взыскателя АО «РОСТ БАНК» по гражданскому делу № и арбитражному делу № о замене кредитора ООО ПКФ «ГРАП» - АО «РОСТ БАНК» на ФИО5 В обоснование процессуального правопреемства ФИО5 указала на договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и АО «РОСТБАНК». Однако данный договор цессии заключен не с уполномоченным лицом, так как все денежные средства, уплаченные ФИО5 по договору, в размере 20 000 000 рублей являлись его собственностью, в связи с этим договор цессии подлежал заключению с ним. 

ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО2 был подписан договор № о совместной деятельности и согласованных действиях, согласно которому он предполагал, что ФИО7 готов помочь ему в выходе ООО ПКФ «ГРАП» из банкротного дела. На самом деле все пошло по другому сценарию – планомерному захвату фирмы ООО ПКФ «ГРАП» ФИО7 Во исполнение данного договора, он сам лично и его доверенные лица, передали ФИО2 первую сумму в размере 9 000 000 рублей, позже 11 000 000 рублей, что подтверждается распиской, свидетельскими показаниями и видео. Однако, ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно о ведении ФИО2 переговоров с Банком по уступке прав требований и якобы подписанном договоре цессии с ФИО5 (родственницей ФИО2). При обращении к ФИО2 о нарушении условий договора № о совместной деятельности, ФИО2 сообщил ему, что ничего не заключалось, после передачи 20 000 000 рублей, договор уступки прав требований будет заключен с ним, а не с ФИО5 Как стало известно позже, ДД.ММ.ГГГГ между АО «РОСТ БАНК» и ФИО5 (родственницей ФИО2) заключен договор цессии, которым долг ООО ПКФ «ГРАП» в размере 120 702 727 рублей был продан за 20 000 000 рублей. Таким образом, ФИО2 в нарушение договора о сотрудничестве № от ДД.ММ.ГГГГ незаконно на его денежные средства способствовал заключению договора уступки прав требований между АО «РОСТ БАНК» и ФИО5 Согласно выписке из ЕГРН, ФИО2 и ФИО5 являются собственниками квартиры по адресу: 

<

адрес> (по ? доли у каждого).

Поскольку ФИО2 в нарушение договора о сотрудничестве № от ДД.ММ.ГГГГ недобросовестно воспользовался его денежными средствами, оплаченными по договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ и направил их на заключение договора цессии между ФИО5, истец просил перевести права требования по договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО5 на него – ФИО4 ФИО21.

Впоследствии истец ФИО4 в порядке ст.39 ГПК РФ увеличил исковые требования, просил признать недействительным договор об уступке права требования от ДД.ММ.ГГГГ, акт приема передачи документов от ДД.ММ.ГГГГ, заключенные между ФИО5 и АО «РОСТ БАНК», соглашения об исполнении обязательств третьим лицом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ЗАО «Инженерные системы».

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен Наримановский РОСП УФССП России по Астраханской области.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, его представитель ФИО1 в судебном заседании исковые требования с учетом увеличения поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Ответчики - представитель ООО ПКФ «ГРАП» в лице конкурсного управляющего ФИО3, представитель АО «РОСТ БАНК», ФИО5 в судебное заседание не явились о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, направили в суд письменные возражения.

Из письменных возражений представителя АО «РОСТ БАНК» ФИО8 следует, что Банк «ТРАСТ» (ПАО), правопреемник АО «РОСТ БАНК» возражает против удовлетворения исковых требований ФИО4 поскольку АО «РОСТ БАНК» и ФИО5 подписали акт приема-передачи документов от ДД.ММ.ГГГГ к договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому стороны признают полное исполнение взаимных обязательств по договору и не имеют друг другу претензий по исполнению указанного договора. Переход процессуальных прав и обязанностей от АО «РОСТ БАНК» к ФИО5 по договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ в связи с материальным правопреемством состоялся. Согласно п.1 и п.2 ст.391 Гражданского кодекса РФ перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником. Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным. По смыслу статьи 392.3 Гражданского кодекса РФ, на которую ссылается истец ФИО4, стороны договора и третье лицо именно вправе согласовать переход всех прав и обязанностей одной из сторон договора третьему лицу. Между тем, АО «РОСТ БАНК» не только не давало своего согласия на перевод долга, но и категорически возражает против перевода долга на ФИО4, поскольку ФИО4 показал себя недобросовестным и недисциплинированным клиентом банка, порой злоупотребляющим доверием банка. По этой причине и по причине, связанной с личностью кредитора, руководство АО «РОСТ БАНК» отказалось от дальнейшего сотрудничества с ФИО4 В связи с этим Банк не мог заключить с ним договор цессии или дать согласие на перевод права требования по договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО5 на ФИО4 Возможность права требования долга с ФИО4 на должника ФИО4 ни законом (глава 24 Гражданского кодекса РФ), ни договором не предусмотрена. Полагают, что ФИО4 избран неверный способ защиты гражданских прав, что является самостоятельным основанием для отказа судом в иске. С учетом изложенного, представитель АО «РОСТ БАНК» просил в удовлетворении исковых требований о переводе права требования по договору уступки прав требований от ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО5 на ФИО4 отказать.

Из письменных возражений ответчика ФИО5 следует, что после подписания ДД.ММ.ГГГГ между ней и АО «РОСТ БАНК» договора уступки права требования, ею за счет собственных средств и привлеченных заемных средств надлежащим образом исполнены обязательства по договору от ДД.ММ.ГГГГ. После подписания, ДД.ММ.ГГГГ акта приема-передачи документов к договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, стороны признали исполнение взаимных обязательств, претензий не имели, следовательно, права требования, установленные вступившим в законную силу решением Трусовского суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ юридически и фактически перешли к ней. ДД.ММ.ГГГГ, она как новый кредитор уведомила должника ФИО4 о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, с направлением копии договора уступки прав требования на электронный адрес должника. 

Также ФИО5 указала, что денежные средства ФИО4 на оплату договора цессии не предоставлялись, достаточных и достоверных доказательств предоставления целевых денежных средств для выполнения обязательств ФИО5 по договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, не представлено. Считает, что истцом избран неверный способ защиты гражданских прав. В удовлетворении иска ФИО4 о перемене лиц в обязательства просила отказать полностью.

Из письменного отзыва ФИО5 на уточненные исковые требования ФИО4 следует, что участник ООО ПКФ «ГРАП» ФИО4 не является стороной оспариваемых сделок и не указано в законе как лицо, наделенное право предъявлять иск о признании недействительной оспоримой сделки. ФИО4 не обосновал свой интерес в признании сделки недействительной, и каким образом в последующем восстановит законные права и охраняемые законом интересы, а также не доказал какие неблагоприятные последствия повлекли спорные сделки. На основании изложенного, в удовлетворении исковых требований, ФИО5 просила отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО2, также представляющий интересы ФИО5 и ЗАО «Инженерные системы» в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Третье лицо ФИО6 и представитель Наримановского РОСП УФССП России по Астраханской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, заместитель начальника Наримановского РОСП УФССП России по Астраханской области обратился в суд с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии надлежаще извещенных участников судебного разбирательства.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст.420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п.1 ст.421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п.1 и п.2 ст.433 Гражданского кодекса РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

Согласно п.1 и п.2 ст.382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п.1 ст. 384 Гражданского кодекса РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно п.1 и п.2 ст.385 Гражданского кодекса РФ уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

На основании п.1 ст.388 Гражданского кодекса РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме (п.1 ст.389 Гражданского кодекса РФ).

Статьей 389.1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное. Если иное не предусмотрено договором, цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между акционерным обществом «РОСТ БАНК» (цедент) и ФИО5 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования к ООО «ПКФ «ГРАП».

По условиям п. 1.1 договора цессии, цедент передает, а цессионарий принимает и оплачивает права требования к ООО «ПКФ «ГРАП», принадлежащие цеденту на основании кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ и кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между Цедентом и должником, а также права требования по договорам, обеспечивающим исполнение кредитных договоров, указанных в пункте 1.2 договора.

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что к цессионарию переходят права требования в полном объеме, согласно определению Арбитражного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу о несостоятельности (банкротстве) должника № в сумме 120 702 727 рублей 15 копеек, в том числе права кредитора, возникшие на основании № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 55 254 992 рубля 97 копеек и кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 65 447 734 рубля 18 копеек.

Согласно п.2.2. стороны определяют дату перехода прав требования по договору в дату полной оплаты цены уступки, предусмотренной п.2.3 договора.

Цена уступки прав требования по кредитным договорам составляет 20 000 000 рублей, из которых по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ – 9 000 000 рублей; по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ – 11 000 000 рублей (п.2.3 договора)

По условиям п.2.4 договора цессии оплата цены уступки осуществляется в течение 30 дней с даты заключения договора путем перечисления денежных средств в размере цены уступки на корреспондентский счет цедента, указанный в договоре. Обязательство цессионария по оплате цены уступки считаются исполненными с момента зачисления денежных средств на корреспондентский счет цедента.

Оплаты цены уступки осуществляется путем перечисления денежных средств на счет цедента в следующем порядке: 2 000 000 рублей в течение 10 дней с даты заключения договора; 18 000 0000 рублей в течение 30 дней с даты заключения договора (п.2.5 договора).

Согласно п.3.1.3 договора, после подписания сторонами акта приема-передачи своими силами и в разумный срок цессионарий обязуется произвести все действия, необходимые для процессуального правопреемства в судах, в том числе по делу №, рассматриваемом на дату подписания договора Трусовским районным судом г. Астрахани по иску цедента к залогодателям и поручителям по кредитным договорам.

На основании п.3.2.2 договора, цедент обязуется в течение 20 календарных дней, считая с даты перехода прав, отправить должнику, залогодателям и поручителям по договорам, указанным в п.1.2 договора, уведомление о состоявшемся переходе прав требования по кредитному договору к цессионарию с указанием всех его реквизитов, необходимых для надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору.

В соответствии с п.5.1 договора цессии, договор вступает в силу с момента его подписания и действует до момента исполнения сторонами своих обязательств.

Как следует из договора цессии и не оспаривается сторонами, основанием перехода от АО «РОСТ БАНК» к ФИО5 права требования к ООО ПКФ «ГРАП» являются определение Арбитражного суда Астраханской области № от ДД.ММ.ГГГГ и решение Трусовского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, определением арбитражного суда Астраханской области № от ДД.ММ.ГГГГ требования кредитора акционерного общества «РОСТ БАНК» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО ПКФ «ГРАП» в размере 120 702 727 рублей 15 копеек (л.д.20 том №).

Решением Трусовского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования АО «РОСТ БАНК» к ИП ФИО6, ИП ФИО4, ФИО6, ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество удовлетворены частично, с ИП ФИО6, ИП ФИО4, ФИО6, ФИО4 в солидарном порядке в пользу АО «РОСТ БАНК» взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 27 593 600 рублей 45 копеек, по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 34 934 028 рублей 22 копейки, всего в сумме 62 527 628 рублей 67 копеек, обращено взыскание на заложенное имущество, а также с ответчиков в пользу АО «РОСТ БАНК» взысканы расходы по уплате государственной пошлины (л.д.165 том №)

Материалами дела также установлено, что на основании судебных актов, кредитор АО «РОСТ БАНК» заменен на ФИО5 

Так, на основании определения арбитражного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ, конкурсный кредитор АО «РОСТ БАНК» заменен на ФИО5 с суммой требований в размере 120 702 727 рублей 15 копеек в порядке правопреемства, установленного определением арбитражного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ в реестре требований кредиторов ООО ПКФ «ГРАП».

Постановлением двенадцатого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ определение арбитражного суда Астраханской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Определением Трусовского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ также произведена замена взыскателя по гражданскому делу по решению Трусовского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ, с АО «РОСТ БАНК» на ФИО5

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО5 во исполнение п.3.1.3 договора произведены действия, необходимые для процессуального правопреемства, в том числе уведомление должника ФИО4 о состоявшейся ДД.ММ.ГГГГ между АО «РОСТ БАНК» и ФИО5 уступке права требования, что подтверждается сообщением, направленным по электронной почте.

При разрешении исковых требований истца о переводе права требования по договору уступки прав требований от ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО5 на истца, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При проверке доводов истца о том, что денежные средства, уплаченные ФИО5 по договору цессии, в размере 20 000 000 рублей являлись его собственностью, судом из материалов дела установлено, что ФИО5 во исполнение п.2.5 договора по чеку ордеру от ДД.ММ.ГГГГ в АО «РОСТ БАНК» перечислено 2 000 000 рублей, по чеку-ордеру от ДД.ММ.ГГГГ в АО «РОСТ БАНК» перечислено 3 000 000 рублей.

Из платежных поручений от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует, что денежные средства в размере 5 000 000 рублей, уплаченные ФИО5 по договору цессии от ДД.ММ.ГГГГ, перечислены последней юридическими лицами ООО «Спектр» и ООО «Армада».

Таким образом, доводы истца о принадлежности ему денежных средств в размере 5 000 000 рублей, подтверждения в судебном заседании не нашли.

Из материалов дела также следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратилась в АО «РОСТ БАНК» с заявлением о пролонгации договора уступки права требования, до ДД.ММ.ГГГГ.

Впоследствии, на основании соглашения (договора) об исполнении обязательств третьим лицом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ЗАО «Инженерные системы», ЗАО «Инженерные системы» перечислило за ФИО5 на расчетный счет АО «РОСТ БАНК» 15 000 0000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 6 000 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ – 8 100 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ – 900 000 рублей. 

Истцом ФИО4 в обоснование доводов о том, что денежные средства, перечисленные генеральным директором ЗАО «Инженерные системы» ФИО2 в АО «РОСТ БАНК» за ФИО5 являются его денежными средствами, суду представлено нотариально удостоверенное заявление ФИО9, из которого следует, что в марте 2018 года он передал ФИО2 денежные средства в размере 7 000 000 рублей, а через час этого же дня 4 000 000 рубля для оплаты договора уступки прав цессии, который должен быть заключен между АО «РОСТ БАНК» и ФИО4 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.

Также истцом в обоснование своих доводов представлено нотариально удостоверенное заявление ФИО10, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 для заключения договора уступки права требования с РОСТ БАНК и ФИО4, ФИО2 переданы денежные средства в размере 9 000 000 рублей.

Между тем, указанные заявления не могут быть отнесены к доказательствам, подтверждающим доводы истца, поскольку в соответствии с положениями ст.157 ГПК РФ суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу, в том числе заслушать показания свидетелей. 

Видеозапись, представленная истцом в судебном заседании, также не подтверждает факта передачи ФИО2 денежных средств в размере 11 000 000 рублей.

Доводы представителя истца ФИО1 о том, что акт сверки взаиморасчетов по расписке от ДД.ММ.ГГГГ подтверждает факт передачи ФИО4 ФИО2 денежных средств в размере 9 000 000 рублей, не могут быть приняты во внимание, поскольку данный акт свидетельствует о передаче ФИО2 денежных средств по расписке от ДД.ММ.ГГГГ.

Ссылка истца на нарушение ФИО2 договора № от ДД.ММ.ГГГГ о совместной деятельности и согласованных действиях, суд находит несостоятельной, поскольку на основании уведомления ФИО4 данный договор расторгнут по инициативе ФИО4 

Проанализировав представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что денежные средства, уплаченные ФИО5 по договору цессии от ДД.ММ.ГГГГ являются собственностью истца, подтверждения в судебном заседании не нашли.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, а также учитывая, что АО «РОСТ БАНК» возражает против уступки права требования по договору от ДД.ММ.ГГГГ, суд полагает исковые требования о переводе права требований к ООО ПКФ «ГРАП» с ФИО5 на истца ФИО4 удовлетворению не подлежат.

Разрешая исковые требования о признании недействительным договора об уступке права требования от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема передачи документов от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между ФИО5 и АО «РОСТ БАНК», соглашения об исполнении обязательств третьим лицом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ЗАО «Инженерные системы», судом установлено, что указанные документы истцом оспариваются по основаниям ничтожности и притворности.

При разрешении данных требований, суд пришел к следующему выводу.

Согласно ст.153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п.1 и п.2 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу п.1 ст.167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст.168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст.170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

На основании ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Истцом в обоснование доводов о ничтожности договора цессии, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и АО «РОСТ БАНК» суду представлено заключение эксперта научно-технического бюро «Судебная экспертиза» № ФИО11

Между тем, указанное заключение судом не может быть принято в качестве допустимого доказательства, поскольку исследование подписи ФИО5 проводилось из копии подписи, имеющихся в копиях документов, в том числе копии договора об уступке прав требований от ДД.ММ.ГГГГ.

По этим же основаниям, судом не может принято заключение эксперта научно-технического бюро «Судебная экспертиза» №.

В обоснование доводов о притворности сделки, истцом указано, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, то есть конечным кредитором была ни ФИО5, а ФИО2 (директор ЗАО «Инженерные системы»), чтобы последний в конечном счете стал мажоритарным кредитором ООО ПКФ «ГРАП» с наибольшим количеством голосов в банкротном деле А06-1095/2016, с правом влияния на все основные решения собрания общих кредиторов.

Разрешая требования истца в данной части, суд пришел к следующему.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях, например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Из договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ не усматривается, что договор цессии, заключенный между ФИО5 и АО «РОСТ БАНК» был направлен на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки, в том числе волю участника сделки АО «РОСТ БАНК».

Принимая во внимание установленные обстоятельства, а также учитывая, что договор уступки прав требований от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и АО «РОСТ БАНК» является заключенным и исполненным, доказательств обратного истцом не представлено, суд полагает, что оснований для признания договора уступки прав требований от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема передачи документов от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между ФИО5 и АО «РОСТ БАНК», а также соглашения об исполнении обязательств третьим лицом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ЗАО «Инженерные системы», не имеется.

Суд считает, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты своих гражданских прав. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования истца удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 ФИО22, ФИО4 ФИО23 (участника ООО ПКФ «ГРАП») к ООО ПКФ «ГРАП» в лице конкурсного управляющего ФИО3 к АО «РОСТ БАНК», ФИО2 ФИО24, ФИО5 ФИО25, ЗАО «Инженерные системы в лице генерального директора ФИО2 ФИО26 о переводе права требования по договору уступки прав требований, о признании недействительным договора об уступке права требования от ДД.ММ.ГГГГ – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд, через Наримановский районный суд Астраханский области в течение одного месяца, со дня изготовления мотивированного решения суда.

Судья Г.Т. Успанова

Мотивированное решение изготовлено 19 апреля 2019 года

Судья Г.Т. Успанова