РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 апреля 2017г. пос.Мама

Мамско-Чуйский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Черепановой Г.Я.,

при секретаре судебного заседания Чимитдоржиевой Д., 

с участием:

помощника прокурора Мамско-Чуйского района Иркутской области Родионовой М.Н., 

представителя истца Администрации Горно-Чуйского городского поселения ФИО1, действующей на основании постоянной доверенности № б/н от 23.09.2016г., 

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-5/2017 по исковому заявлению Администрации Горно-Чуйского городского поселения к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, снятии с регистрационного учета, о расторжении договора социального найма 

<

адрес> в 

<

адрес> ; 

по исковому заявлению прокурора Мамско-Чуйского района в интересах Горно-Чуйского муниципального образования к Администрации Горно-Чуйского городского поселения и ФИО2, ФИО3 о признании договора № от 29.07.2015г. социального найма 

<

адрес> в 

<

адрес> недействительным, о признании недействительным распоряжения Администрации Горно-Чуйского городского поселения № от 31.07.2015г. в части решения о заключении с К-ными договора социального найма, 

У С Т А Н О В И Л:

Администрация Горно-Чуйского городского поселения обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 о признании их утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес> Требования мотивирует тем, что ответчики, которым на основании ордера по договору найма было предоставлено спорное жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, с 2000г. в жилом помещении не проживают, обязанности нанимателя не исполняют, выехали на другое место жительства и тем самым в одностороннем порядке расторгли в отношении себя договор найма, что на основании ч.3 ст. 83 Жилищного кодекса РФ дает основания для признания их утратившими право пользования жилым помещением. 

Сохранение ответчиками регистрации по месту жительства в спорном жилом помещении препятствует осуществлению права муниципальной собственности на жилое помещение, просит снять с регистрационного учета по месту жительства в 

<

адрес>.1 по 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

12.12.2016г. в судебном заседании представителем истца подано дополнительное исковое заявление, в котором истец просит расторгнуть договор № от 29.07.2015г. социального найма жилого помещения 

<

адрес> в 

<

адрес>, заключенный между наймодателем – администрацией Горно-Чуйского городского поселения, и нанимателем – ФИО2 и членом семьи нанимателя ФИО3, мотивируя требования тем, что квартира, в отношении которой заключен договор социального найма, не отвечает установленным санитарным и техническим требованиям, предъявляемым к жилому помещению и не пригодна для проживания граждан. Кроме того, ответчики в указанную квартиру не вселились и не используют её по назначению.

В ходе судебного разбирательства истец от требований о расторжении договора социального найма жилого помещения от 29.07.2015 года отказался 

26.01.2017г. прокурор 

<

адрес> обратился в суд с иском в защиту интересов Горно-Чуйского муниципального образования к администрации Горно-Чуйского городского поселения, ФИО2 и ФИО3, в котором просит признать договор социального найма № от ДД.ММ.ГГГГ на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, заключенный между администрацией Горно-Чуйского городского поселения 

<

адрес> и ФИО2, ФИО3 недействительным с момента его заключения. Требования мотивирует тем, что К-ны на учете нуждающихся в получении жилых помещений не состояли, малоимущими признаны не были и права на заключение договора социального найма не имели. Кроме того, договор социального найма был заключен на фактически отсутствующую квартиру, поскольку 

<

адрес> был разрушен, что свидетельствует о том, что договор был заключен для вида, без намерения создать правовые последствия для его сторон. Поэтому на основании п.2 ст. 168, п.1 ст. 170, п.1 ст. 166, пунктов 1,2 ст. 167 ГК РФ договор социального найма является ничтожной сделкой и недействителен с момента его заключения. 

В заявлении о дополнении исковых требований прокурор просит признать недействительным распоряжение Администрации Горно-Чуйского городского поселения № от 231.07.2015г. в части решения о заключении с ФИО2 и членом его семьи ФИО3 договора социального найма 

<

адрес> в 

<

адрес>, по мотиву того, что оно является незаконным, т.к. К-ны права на предоставления жилья по договору социального найма не имели. 

Поскольку все заявленные требования поданы относительно права К-ных на жилое помещение - 

<

адрес> в 

<

адрес>, иски соединены в одно производство. 

Ответчик ФИО3 и привлеченный в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Межмуниципальный отдел МВД России «Бодайбинский», надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились. 

Руководствуясь ст. 165.1 ГК РФ, ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

В судебном заседании представитель Администрации Горно-Чуйского городского поселения ФИО1 поддержала требования о признании ответчиков утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>1, и просит снять их с регистрационного учета, по основаниям, указанным в иске. Полагает, что ответчики, выехав из квартиры в 2000г., переехали на другое постоянное место жительства – в 

<

адрес>, где постоянно работают и проживают в квартире, приобретенной женой ответчика ФИО2 – К.М.Н.. ФИО3 после окончания Мамской средней школы, выехал на учебу в 

<

адрес>; после её окончания постоянно проживает в 

<

адрес>, где работает сотрудником полиции. 

Исковые требования прокурора о признании недействительным распоряжения № от 31.07.2015г. в части заключения договора социального найма с К-ными, и договора социального найма с К-ными признает, поскольку законных оснований для издания распоряжения и заключения договора не имелось. Ответчики не были признаны малоимущими и нуждающимися в жилом помещении, в Администрации поселения на учете на получение жилья по договору социального найма не состояли, в 

<

адрес> с 2000г. не проживали. Договор социального найма был заключен на жилое помещение в доме, который на момент заключения договора давно разрушился и фактически жилое помещение отсутствовало. 

Участвующий в процессе прокурор исковые требования поддержал по основаниям, указанным в иске, требования Администрации Горно-Чуйского городского поселения, поддержанные в судебном заседании, полагает обоснованными и подлежащими удовлетоврению.

Ответчик ФИО2 исковые требования прокурора признал, не оспаривая факт того, что ни он, ни сын на учете нуждающихся в получении жилья в 

<

адрес> не состояли и не состоят, малоимущими не являются и не признаны, и договор социального найма заключен на разрушенное жилое помещение. Исковые требования Администрации поселения не признал и просит в этой части в иске отказать. 

Из объяснений ответчика ФИО2, данных в ходе производства по гражданскому делу, следует, что 

<

адрес> геологоразведочной экспедиции и эта квартира была предоставлена его матери. Выдавался ли ордер на эту квартиру, ему не известно; решение какого-либо органа о предоставлении квартиры также представить не может. В 1993г. геологоразведочная экспедиция, в которую входила Чуйская партия, была ликвидирована. Здание общежития, в которой была расположена его квартира, затем использовалось ЗАО «ЗДА «Чуя». В 2000г. он с женой и сыном переехал из 

<

адрес> в 

<

адрес>, где на имя супруги была приобретена 

<

адрес>, в которой они все и проживали. Сын учился в Мамской средней школе, после её окончания выехал в 

<

адрес>, где учился в ВУЗе. После его окончания работает в органах внутренних дел до настоящего времени. 

Но он ( ФИО2) работал в ЗАО ЗДА «Чуя», поэтому приезжал в 

<

адрес> по работе, где временно проживал в своей квартире. Какие-либо доказательства того, на каком праве его семьей использовалось спорное жилье, представить не может. С ЗАО ЗДА «Чуя» какой-либо договор на пользование этой квартирой они не заключали. В 2006г. дом отключили от системы отопления, водоснабжения, а в 2008г.-2010г. дом разобрали и его фактически не существует. До 2006г. с них взыскивалась квартплата и оплата коммунальных услуг, но дом на балансе муниципалитета не значился. Поэтому признает, что заключенный 29.07.2015г. договор социального найма является фиктивным, поскольку квартира администрации Горно-Чуйского городского поселения не принадлежала, и по состоянию на день заключения договора социального найма квартира фактически не существовала по причине разрушения дома. Однако полагает, что и он, и сын продолжают сохранять право пользования указанной квартирой, так как зарегистрированы по данному адресу по месту жительства, а квартира находится на балансе ЗАО «ЗДА «Чуя», в подтверждение чего представил справку, выданную зам.гл. бухгалтера ЗАО «ЗДА «Чуя» о том, что 

<

адрес> в 

<

адрес> находится на балансе данной артели. 

Выслушав и исследовав устные и письменные объяснения, требования и возражения участников процесса, оценив их доводы, допросив свидетелей, исследовав и оценив представленные суду доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а их совокупность во взаимной связи признавая достаточной, суд, рассматривая дело в пределах заявленных исковых требований, приходит к следующим выводам:

В силу п.1 ст.1 Гражданского кодекса РФ ( далее- ГК РФ) гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора ( п.2 ст.1 ГК РФ). При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно ( п.3 ст. 1 ГК РФ). Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения ( п.4 ст. 1 ГК РФ). 

В соответствии с ч.2 и ч.4 ст. 1 Жилищного кодекса РФ ( далее- ЖК РФ) граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими; они свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане имеют право свободного выбора жилых помещений для проживания в качестве собственников, нанимателей или на иных основаниях, предусмотренных законодательством. Но при осуществлении жилищных прав и исполнении вытекающих из жилищных отношений обязанностей, граждане не должны нарушать права, свободы и законные интересы других лиц. 

Согласно ст. 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему ( п.1); из актов государственных органов и актов органов местного самоуправления, которые предусмотрены жилищным законодательством в качестве основания возникновения жилищных прав и обязанностей ( п.2); из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности (п.3); вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событий, с которыми федеральный закон или иной нормативный правовой акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей (п.6).

Судом установлено, и не оспаривается участниками процесса, что ФИО2 и ФИО3 до 2000г. проживали в 

<

адрес> и ФИО2 был зарегистрирован по месту постоянного жительства в 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

Согласно представленных МП ОП (дислокация пгт. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» 09.12.2016г. исх. № (т.1 л.д. 52-57) адресных справок и справок формы 1П, ФИО2 зарегистрирован по месту жительства - в 

<

адрес>. 1 по 

<

адрес> в 

<

адрес> с 03.12.1986г., аналогичные сведения о регистрации по месту жительства содержатся в паспорте ФИО2 ( т.1 л.д. 81); ФИО3 зарегистрирован по месту жительства - в 

<

адрес>. 1 по 

<

адрес> в 

<

адрес> с 18.12.2007г., по месту пребывания – в 

<

адрес> по 

<

адрес> с 04.02.2016г. по 01.03.2021г..

Факт выезда К-ных из 

<

адрес> в 2000г. на другое постоянное место жительства подтверждается, кроме объяснения суду ответчика ФИО2, другими доказательствами, исследованными судом:

Согласно выписке из индивидуального лицевого счета ФИО2, представленного Отделением Пенсионного фонда РФ по 

<

адрес> от 20.12.2016г. №/к ФИО4 работал в организациях, расположенных в 

<

адрес> до 2000г., в ЗАО «ЗДА «Чуя» (

<

адрес>) - с 01.01.1998г. по 31.12.2007г., в ООО «Артель «Чуя-ЛТД» ( 

<

адрес>) - 2008г. по 2014г. (т.1 л.д. 78) 

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании 06.03.2017г. Г.Д.И. показал, что знаком с ФИО4 как с жителем 

<

адрес>. Он помнит, что Кожевин до службы в армии проживал с родителями в той части поселка, которая называлась «разведка». После армии ФИО4 женился и проживал отдельно. Работал в геологоразведочной партии водителем, затем работал в ЗАО ЗДА «Чуя». Затем переехал в 

<

адрес>. В поселке Горно-Чуйском давно постоянно не проживает, иногда приезжал. Дома в «разведке» разобрали давно, так там никто не жил. 

Свидетель К.Т.Д. показала, что знакома с ФИО4 как с жителем 

<

адрес>. Она помнит, что он проживал в «разведке»; до 2002года встречала ФИО4 на 

<

адрес>. 

Из исследованных в судебном заседании свидетельства о государственной регистрации права, выданного 01.10.2000г., запись о регистрации 38-01/10-1/2000-115, К.М.Н. по договору купли –продажи от 11.07.2000г. приобретена в собственность 4-х комнатная квартира площадью 72.8 кв. м., расположенная по адресу : 

<

адрес> ; согласно свидетельству о государственной регистрации права, выданному 16.10.2008г., запись о регистрации 38-38-01/124/2008-162, К.М.Н. по договору долевого участия от 15.11.2005г. приобретена в собственность квартира площадью 41,2 кв. м., расположенная по адресу :

<

адрес>. ( т.2 л.д.97, 98).

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имеющиеся у него объекты недвижимого имущества от 16.12.2016г. №, ФИО2 жилых помещений в собственности не имеет, иное недвижимое имущество, принадлежащее ему, расположено в 

<

адрес>, в том числе по адресу : 

<

адрес> ( т.1 л.д. 59-62). 

Как следует из свидетельства о заключении брака (т.1 л.д. 58) ФИО2 состоит в зарегистрированном браке с К.М.Н. с 12.09.1987г..

В соответствии с п.1 ст.33, п.1,2 ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено. Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов ( п.1 ст. 35 СК РФ).

Согласно свидетельству о рождении №, выданному 02.02.1988г. Мамско-Чуйским бюро ЗАГС, родителями ФИО3, 04.01.1988г. рождения, являются ФИО2 и К.М.Н. (т.2 л.д.76 ). 

Как следует из справки, выданной МКОУ «Горно-Чуйская средняя общеобразовательная школа» № № от 19.10.2015г., содержащейся в материалах гражданского дела № по иску К-ных о признании права на жилищную субсидию в связи с выездом из 

<

адрес> и исследованной в судебном заседании, ФИО3 обучался в указанном учреждении в период с 01.09.1995г. по 25.07.2000г. (т.2 л.д. 77). 

С 2005 по 2010 г. ФИО3 обучался в ВУЗе (

<

адрес>), что подтверждается дипломом о высшем образовании (т.2 л.д. 78). Проживая в 

<

адрес>, в 2011г. вступил в брак, который расторгнут, что подтверждается соответствующими записями в его паспорте серии 2507 № ( т.2 л.д. 99-100). 

Согласно справке Главного управления МВД РФ по 

<

адрес> № от 19.12.2016г. ФИО3, 04.01.1988г. рождения, проходит службу в органах внутренних дел с 01.09.2005г. в МУ «Иркутское» в должности инспектора ДПС ОБДПС ГИБДД МУ МВД России «Иркутское» по настоящее время (т.1 л.д. 79). 

ФИО2 в судебном заседании 06.03.2017г. показал, что его сын ФИО3 после выезда в 2000году из 

<

адрес> приезжал 2 раза в отпуск - в 2007г. и в 2011г.. 

<

адрес> 02.03.2015г. был утвержден План мероприятий (Дорожная карта) на 2015-2016г.г. по переселению граждан из рабочих поселков Согдиондон и Горно-Чуйский 

<

адрес>, предусматривающий мероприятия в связи с упразднением поселков : в том числе, по сносу объектов недвижимости и иных объектов инфраструктуры, переселению жителей с предоставлением жилищных субсидий на приобретение жилья в связи с выездом из поселка и др. (т.2 л.д. 91-94). 

Согласно Списку граждан 

<

адрес>, сформированного главой Горно-Чуйского городского поселения на основании плана мероприятий по переселению 

<

адрес>, в котором содержатся сведения о лицах, зарегистрированных в указанном поселке, а также сведения о месте их фактического проживания по состоянию на 20.03.2015г., под порядковым № значатся ФИО2, фактически проживающий в 

<

адрес>, и ФИО3, фактически проживающий в 

<

адрес> (т.2 л.д. 79-90). 

Решением Мамско-Чуйского районного суда от 23.12.2015г. по гражданскому делу № по иску ФИО2 и ФИО3 о признании права на получение единовременной социальной выплаты на приобретение жилого помещения на территории 

<

адрес> в связи с бесперспективностью р.

<

адрес> в соответствии с 

<

адрес> №-оз от 09.07.2015г. «О дополнительной мере социальной поддержки граждан, проживающих в рабочем поселке Горно-Чуйский 

<

адрес>» также было установлено, что ФИО2 и ФИО3 фактически не проживают в 

<

адрес> с 2000года, выехали на постоянное место жительства 

<

адрес>, их выезд не носит временный и вынужденный характер ( т. 1 л.д. 6-17). 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании, по существу не оспаривая факт выезда его и членов его семьи из 

<

адрес> в 2000г. на другое постоянное место жительства в 

<

адрес>, в иске Администрации Горно-Чуйского городского поселения просит отказать по мотиву того, что Администрация Горно-Чуйского городского поселения является ненадлежащим истцом, утверждая, что 

<

адрес> не находилась в муниципальной собственности поселения, и потому поселение не может требовать признания их утратившими право на данную жилую площадь. 

Рассматривая указанные доводы ответчика, суд, оценивая представленные суду доказательства, установил следующее:

Бесспорных документальных доказательств как того обстоятельства, что 

<

адрес> находилась в ведении государственной организации – Чуйской геологоразведочной партии в составе «Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции», так и того, что она была передана, продана или иным образом отчуждена после ликвидации в 1993г. «Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции» как в муниципальную собственность, так и в собственность иной организации, суду не представлено. 

В соответствии с принципом состязательности гражданского процесса (часть 3 статьи 123 Конституции РФ) на основании статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований (истец), так и возражений (ответчик). Согласно статье 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Непредставление сторонами доказательств не препятствует рассмотрению судом дела по имеющимся в деле доказательствам.

Кроме утверждения ответчика, что спорная квартира находилась в здании общежития Чуйской ГРП «Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции», расположенном по тому же адресу, что и спорная квартира - по 

<

адрес>, доказательств суду не представлено. 

Согласно архивной справке, выданной Администрацией 

<

адрес> от 08.02.2017г. №Г-05, «Мамско-Чуйская геологоразведочная экспедиция», а также Чуйская ГРП ликвидированы 15.12.1993г. (т.1 л.д. 177). 

В представленной суду ответчиком инвентарной книге «Основные средства по подотчетным лицам за 1991год» Чуйской ГРП в инвентарном списке «Хозяйственно-строительный цех Т.И.И.» с датой записи в инвентарной книге «декабрь 1986г.» значится «Общежитие 30 мест», первоначальная стоимость 59 323 рубля, однако адрес указанного общежития отсутствует, сведений о том, что в данном общежитии имеется также жилая квартира, сведения отсутствуют, как и данные о том, что на балансе Чуйской ГРП находилось жилое помещение – 

<

адрес> в 

<

адрес> ( т.1 л.д. 137-163). 

Ответчиком также представлено приложение № к акту передачи основных средств без даты, согласно которому с баланса «Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции» на баланс горно-геологического общества «Альянс» передано «общежитие 59323». Руководителем «Альянс» данный акт не подписан; данных о том, что передавалось общежитие, расположенное в 

<

адрес>, акт не содержит. Из пометок на данном акте следует, что передавалось имущество из разных поселков ( т.1 л.д. 164).

Ответчиком также представлен документ, поименованный как «Список жилых домов Чуйской ГРП 

<

адрес>, принадлежащих Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции, передаваемых на баланс Горно-Чуйского поселкового совета народных депутатов 

<

адрес>». В указанном списке перечислены жилые дома, напротив которых проставлены сведения, предположительно, о лицах, проживающих в указанных квартирах. В данном списке отсутствуют какие-либо сведения как о передаче 

<

адрес>, так и вообще строение с адресом по 

<

адрес>. Основной список с порядковыми номерами 1-34 изготовлен машинописным способом, подытожен записью «Итого жилья», после чего имеется карандашная запись: «общежитие, жилая площадь (кв.м.)- 200, общая(кв.м.)- 318, кубатура(куб. м.)- 840; в графах благоустройство: «водопровод -200, канализация-200, отопление- 200», первоначальная стоимость 59323, физический износ 7119, остаточная стоимость 52204». Данный список не содержит даты, не содержит адреса общежития, не содержит каких-либо сведений о том, что в данном общежитии расположена жилая квартира, занимаемая семьей К-ных(т.1 л.д. 136). 

В представленной ответчиком «Контрольной ведомости имущества МЧЭ, подлежащего передаче артели «Чуя» по состоянию на 01.04.1993г.», жилое помещение - 

<

адрес> в 

<

адрес>, равно как и общежитие, в том числе по 

<

адрес>, не числятся среди имущества, подлежащего передаче от Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции в собственность артели «Чуя» ( т.1 л.д. 165-166). 

Суд критически оценивает представленную ответчиком справку №, выданную 17.03.2017г. зам. главного бухгалтера ЗАО «ЗДА «Чуя» о нахождении на балансе артели с 1993года здания общежития, расположенного по адресу: 

<

адрес> ( т.1 л.д. 75), поскольку отсутствуют какие-либо ссылки на данные инвентарного и бухгалтерского учета, не указаны дата возникновения и вид права артели на указанное недвижимое имущество, а также и основания его возникновения ; первичные бухгалтерские документы, подтверждающие данные сведения, суду не представлены. Из данной справки следует, что 

<

адрес> является общежитием, что противоречит показаниям ФИО2, согласно которым квартира находилась в здании общежития, а не наоборот. Кроме того, как следует из представленной справки Администрации Горно-Чуйского городского поселения, и из объяснений ответчика ФИО4, здание общежития в 

<

адрес> разрушено еще в 2010г., а также разрушена 

<

адрес> обстоятельства вызывают сомнение в достоверности сведений, содержащихся в справке №, выданной 17.03.2017г. зам. главного бухгалтера ЗАО «ЗДА «Чуя», в которой указано, что здание до настоящего времени находится на балансе артели. Также суд принимает во внимание, что представленная зам. гл. бухгалтера ЗАО ЗДА «Чуя» информация другими доказательствами о праве собственности или ином виде права, принадлежащим ЗАО ЗДА «Чуя» на спорное недвижимое имущество, не подтверждается.

Как следует из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц ( выписка по состоянию на 21.03.2017г.) способом образования ЗАО «Золотодобывающая артель старателей «Чуя» является его создание, дата регистрации образования до 01.07.2002г. - 18.06.1996г. ( т.2 л.д.57-60 ), из чего следует, что ЗАО ЗДА «Чуя» правопреемником Чуйской геологоразведочной партии, Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции, ликвидированных в 1993г., не является, соответственно, имущество Чуйской геологоразведочной партии, Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции не могло перейти к ЗАО ЗДА «Чуя» в порядке правопреемства. 

Согласно справке Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в 

<

адрес> № ШЕА-38/3564 от 05.04.2017г. в данном учреждении отсутствуют сведения, а также договоры о передаче имущества, акты приема-передачи, иные документы об основаниях приобретения ЗАО ЗДА «Чуя» жилого помещения (квартиры), расположенной по адресу: 

<

адрес>1 ( т.2 л.д. 73). 

Из представленного Россреестром уведомления от 10.03.2017г. № следует, что в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество отсутствуют сведения о правопритязаниях на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> ( т.2 л.д.67). 

ОГУП «ОЦТИ- Областное БТИ» в справке от 29.03.2017г. № ( т.2 л.д.70 ) сообщило суду, что сведения о принадлежности недвижимого имущества: 

<

адрес> в 

<

адрес> в архиве указанного предприятия отсутствуют.

Согласно справке Комитета по управлению муниципальным имуществом Администрации 

<

адрес> № от 29.12.2016г., жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> не числится ( т.1 л.д. 93). 

В Перечне объектов недвижимости, передаваемых из муниципальной собственности муниципального образования 

<

адрес> в собственность Горно-Чуйского муниципального образования Решением Думы 

<

адрес> № от 17.01.2006г., опубликованном 03.03.2006г. в административно-политическом приложении «Вертикаль власти» к газете «Мамский горняк» жилое помещение: 

<

адрес> в 

<

адрес> действительно отсутствует. 

Вместе с тем, суд расценивает как достоверные объяснения представителя Администрации Горно-Чуйского городского поселения о том, что в собственность поселения в 2006году передавались жилые помещения, пригодные для проживания, а в спорной квартире никто не проживал и она была непригодна для проживания, отключена от систем жизнеобеспечения, поскольку они не противоречат представленной информации о непригодности жилого помещения для проживания ( справка № от 30.10.2015г.), что не оспаривается и ответчиком ФИО2. 

Из представленной Администрацией 

<

адрес> справки № от 26.01.2017г. следует, что все жилые помещения, расположенные на территории Горно-Чуйского городского поселения являются муниципальной собственностью на основании Постановления ВС РФ от 27.12.1991г. № «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность. На указанной территории жилые дома, находящиеся в частной собственности, отсутствуют. ( т.1 л.д. 198). Суд учитывает, что доказательств обратного суду не представлено и судом не установлено.

В силу статьи 5 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на момент регистрации ФИО2 по месту жительства в 

<

адрес>. 1 по 

<

адрес> ( 1986г.), жилые дома и жилые помещения, за исключением принадлежащих колхозам и другим кооперативным организациям, их объединениям, профсоюзным и иным общественным организациям (общественный жилищный фонд); принадлежащих жилищно-строительным кооперативам (фонд жилищно-строительных кооперативов); находящиеся в личной собственности граждан (индивидуальный жилищный фонд), принадлежали государству (государственный жилищный фонд). Государственный жилищный фонд находился в ведении местных Советов народных депутатов (жилищный фонд местных Советов) и в ведении министерств, государственных комитетов и ведомств (ведомственный жилищный фонд) ( ст. 6 ЖК РСФСР). Дома ведомственного жилищного фонда в городах, рабочих, курортных и дачных поселках подлежали передаче в ведение местных Советов народных депутатов ( ч.2 ст. 6 ЖК РСФСР). 

В соответствии с п.2 Постановления Верховного Совета РСФСР от 27.12.1991г. №3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономных областей, автономных округов.. и муниципальную собственность » объекты государственной собственности, указанные в ч. 1 абз. 2 Приложения № 3, а именно объекты жилищного фонда, перешли в муниципальную собственность районов. 

Порядок предоставления жилых помещений в домах ведомственного жилищного фонда был установлен ст. 43 ЖК РСФСР, согласно которой жилые помещения, отвечающие требованиям ч.1 ст. 7 ЖК РСФСР, предоставлялись гражданам по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов. На основании такого решения, согласно ст.47 ЖК РСФСР, исполнительный комитет районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Советов народных депутатов выдавал гражданину ордер, который являлся единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение.

В соответствии с ч.2 ст. 10, ст.50 ЖК РСФСР пользование жилыми помещениями в домах государственного жилищного фонда осуществлялось в соответствии с договором найма жилого помещения и правилами пользования жилыми помещениями. В силу ч.2 ст.10 жилые помещения в домах государственного жилищного фонда предоставлялись гражданам в бессрочное пользование на основании ордера на условиях договора найма жилого помещения ( ст. 51 ЖК РСФСР). Содержание договора найма жилого помещения, установленного ст. ст.50, 51-54, 55-57, 66 ЖК РСФСР, аналогично содержанию договора социального найма жилого помещения, установленного ст.ст. 15,17, 50-69 Жилищного кодекса РФ, введенного в действие с 01.03.2005г.. 

В силу ст. 672 ГК РФ в государственном и муниципальном жилом фонде социального использования жилые помещения предоставляются гражданам по договору социального найма. Договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия. 

Согласно справке архивного отдела Администрации 

<

адрес> №К-74 от 09.10.2015г. в архивных документах Горно-Чуйского поселкового совета за 1986г. решение о выделении ФИО4 жилья – 

<

адрес> в 

<

адрес> не обнаружено ( т.2 л.д. 101); отсутствуют сведения о выдаче ордера ФИО4 на указанное жилье и в архивном журнале учета выдачи ордеров 

<

адрес>, содержащем сведения о всех выданных ордерах за период с 1984г. по 2005г. ( т.2 л.д. 102-113). 

Вместе с тем суд учитывает, что никем из участников процесса не оспаривается факт предоставления ФИО2 в 1986г. помещения- 

<

адрес> в 

<

адрес> как жилого и проживания в нем до 2000 года. Данных о том, что указанное помещение было предоставлено ФИО4 как временное жилье в общежитии, судом не установлено. 

Таким образом, оценивая представленные суду доказательства в их совокупности и в системном единстве с нормами права, действовавшими в период проживания К-ных в спорном жилье, суд приходит к выводу о том, что, поскольку 

<

адрес> в 

<

адрес>, как жилое помещение, находившееся в государственном жилом фонде, к которому относилось и ведомственное жилье, подлежало передаче в ведение местных органов власти, и никакими доказательствами право собственности или иное право иных юридических лиц на спорную квартиру не подтверждается, то правом владения, пользования и распоряжения данным жилым помещением обладали органы муниципальной власти, на территории которого находилось жилое помещение, а ответчики К-ны в соответствии с положениями ст.ст.10, 50, 51-54, 55-57, 66 ЖК РСФСР пользовались указанной квартирой после ликвидации Мамско-Чуйской геологоразведочной экспедиции с 1993г. и до выезда из 

<

адрес> в 2000г. как муниципальной на условиях договора найма жилого помещения. 

Как следует из положений ст. 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. 

Согласно действовавшей в период выезда К-ных в 2000г. из 

<

адрес> нормы жилищного законодательства, предусмотренной ст. 89 ЖК РСФСР, наниматель жилого помещения был вправе с согласия членов семьи в любое время расторгнуть договор найма. Частью 2 данной статьи было установлено, что в случае выезда нанимателя и членов его семьи на постоянное жительство в другое место договор найма считается расторгнутым со дня выезда.

Аналогичные нормы содержит и Жилищный кодекс РФ, введенный в действие с 01.03.2005г.. 

Так, в соответствии с частью 1 и 2 статьи 83 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения может быть расторгнут в любое время по соглашению сторон. Наниматель жилого помещения по договору социального найма с согласия в письменной форме проживающих совместно с ним членов его семьи в любое время вправе расторгнуть договор социального найма.

В силу части 3 статьи 83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации в п. 32 Постановления от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» следует, что при разрешении вопросов о правах нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, надлежит выяснять по какой причине и как долго наниматель отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.. Обстоятельства, свидетельствующие о добровольном выезде гражданина из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, являются основаниями для признания факта расторжения гражданином в отношении себя договора социального найма. Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Согласно правовой позиции Конституционного суда, сформулированной в ряде его определений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2010 года N 737-О-О, от 19 июня 2012 года N 1123-О, от 28 мая 2013 года N 864-О и др.), положения части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации основано на вытекающем непосредственно из Конституции Российской Федерации принципе свободы договора, предполагающем в том числе возможность одностороннего отказа от договора в случаях, допускаемых законом. Это положение определяет момент прекращения договора социального найма жилого помещения в случае выезда кого-либо из участников договора социального найма жилого помещения в другое место для постоянного проживания и таким образом оспариваемое положение не может расцениваться как нарушающее конституционные права гражданина, реализовавшего свое конституционное право на свободу передвижения, выбор места жительства и пребывания.

ФИО2 в ходе судебного разбирательства показывал, что после переезда в 

<

адрес> в 2000г., он пользовался спорной квартирой эпизодически, приезжая в 

<

адрес> в связи с работой, но жилье в 

<

адрес> не сохранял, поскольку дом разрушился: в 2000г. была разморожена система отопления, электроснабжение отключили в 2004г., а в 2010г. дом был разобран.

Обстоятельства того, что ФИО2, обладая достоверными сведениями об отключении 

<

адрес> от тепло-,водо-, электроисточников и его разрушении, однако ни он, ни его сын ФИО3 не предпринимали никаких действий с целью получения иного жилого помещения в 

<

адрес>, свидетельствуют как о том, что жилое помещение, расположенное в этом доме, местом их постоянного или преимущественного проживания с 2000г. не являлось, и фактически в 

<

адрес> они не проживали, так и о том, что они утратили правовой интерес к использованию жилого помещения по назначению, и тем самым свидетельствуют о том, что они в одностороннем порядке отказались от прав и обязанностей нанимателей жилого помещения, и расторгли договор найма с момента выезда на другое место жительства. 

Не опровергают данный вывод и представленные ФИО4 квитанции об оплате вывоза мусора как нанимателем 

<

адрес> в период с июня 2006 по декабрь 2010год ( т.1 л.д. 119-135), поскольку ответчики в спорном жилом помещении фактически не проживали, никаких иных обязанностей нанимателей жилого помещения, предусмотренных ч.1 ст. 60, ст. 67 ЖК РФ, в том числе обязанность использовать жилое помещение по назначению для постоянного проживания в нем; обеспечивать сохранность жилого помещения; поддерживать надлежащее состояние жилого помещения; проводить текущий ремонт жилого помещения, информировать наймодателя в установленные договором сроки об изменении оснований и условий, дающих право пользования жилым помещением по договору социального найма, не исполняли; права нанимателя не реализовывали, в том числе право требовать от наймодателя своевременного проведения капитального ремонта жилого помещения, переселения в другое жилое помещение в случае его непригодности для проживания, надлежащего участия в содержании общего имущества в многоквартирном доме, а также предоставления коммунальных услуг. Одна лишь оплата вывоза мусора не свидетельствует об использовании жилого помещения по назначению и надлежащем исполнении нанимателем условий договора найма и, соответственно, о сохранении нанимателем права пользования жилым помещением. 

Доказательств выполнения каких-либо обязанностей нанимателя или реализации прав нанимателя после 2010года и до заключения в 2015г. оспариваемого договора социального найма, К-ны также суду не представили.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что ФИО4 чинились препятствия в пользовании жилым помещением - 

<

адрес>, со стороны других лиц, проживающих в нем, либо были созданы иные препятствия в реализации прав нанимателя жилого помещения и (или ) имелись обстоятельства, объективно препятствовавшие выполнению обязанностей нанимателя, в связи с чем не проживание К-ных в указанном помещении с 2000г. было вынужденным, суду не представлено. 

Согласно ст. 71 ЖК РФ при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи за ними сохраняются не только права, но и обязанности по договору социального найма жилого помещения. 

Использование жилого помещения по назначению для постоянного проживания, является не только правом, но и обязанностью нанимателя. 

К-ными не приведено доводов и не представлено и доказательств того, что их не проживание в 

<

адрес> с 2000г. и в течение 16 лет носило временный характер. 

В соответствии с частью 1 статьи 27 Конституции РФ каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от места жительства (часть 2 статьи 19 Конституции РФ).

Местом жительства в силу статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

Абзацем 8 ст. 2 Закона № 5242-1 от 25.06.1993г. « О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» и абзацем 2 п. 3 Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ установлено, что местом жительства является жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда (служебное жилое помещение, жилое помещение в общежитии, жилое помещение маневренного фонда, жилое помещение в доме системы социального обслуживания граждан и др.) либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в которых он зарегистрирован по месту жительства.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о том, что ФИО2 и ФИО3, действуя в собственных интересах и по своему усмотрению, распорядились принадлежащими им правами на выбор места жительства и жилищными правами, добровольно выехали из 

<

адрес> в 

<

адрес> в 2000г. на другое постоянное место жительства, о чем свидетельствует приобретение жилых помещений на праве собственности в других населенных пунктах и постоянный характер работы, учебы по вновь избранному месту жительства; длительное, более 10 лет - до разрушения жилого помещения, неиспользование его по назначению для постоянного проживания, тем самым утратив правовой интерес к данному жилому помещению. 

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются и являются основанием для признании ФИО2 и ФИО3 утратившими право пользования спорным жилым помещением по основаниям, предусмотренным ч.3 ст. 83 ЖК РФ, в связи с чем исковые требования Администрации Горно-Чуйского городского поселения в этой части подлежат удовлетворению. 

Доводы ответчика о том, что наличие у него и сына ФИО3 регистрации по месту жительства в 

<

адрес>. 1 по 

<

адрес> в 

<

адрес> свидетельствует о сохранении за ними права пользования данным жилым помещением, несмотря на то, что они фактически выехали из данного жилого помещения в 2000году и с тех пор данное жилое помещение местом их постоянного жительства фактически не являлось, а также несмотря на то, что данное жилое помещение фактически не существует, поскольку здание, в котором оно находилось, разрушено в 2010году, суд расценивает как несостоятельные.

При этом суд исходит из того, что регистрация лица по месту жительства или ее отсутствие не является определяющим обстоятельством для решения вопроса о праве пользования жилым помещением, поскольку согласно статье 3 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» (далее Закон № 5242-1 ) регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием для ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией РФ. Наличие или отсутствие у лица регистрации в жилом помещении является лишь одним из доказательств по делу, которое подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами.

В силу ст.1 Федерального закона № 2202-1 от 17.01.1992г. « О прокуратуре Российской Федерации» органы прокуратуры осуществляют надзор за соблюдением Конституции РФ и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, в том числе органами местного самоуправления, в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества. Согласно ч.3 ст. 35 Федерального закона № 2202-1 от 17.01.1992г. прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Согласно ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. 

Обращаясь с иском в суд о признании недействительными распоряжения № Администрации Горно-Чуйского городского поселения от 31.07.2015г. в части заключения договора социального найма с нанимателем ФИО2 и ФИО3 как членом его семьи на 

<

адрес> в 

<

адрес>, и договора социального найма №, заключенного между Администрацией Горно-Чуйского городского поселения и К-ными на спорную квартиру, прокурор мотивирует требования тем, что оспариваемое распоряжение издано, а договор социального найма заключен в нарушение требований закона, и потому они нарушают права и законные интересы Горно-Чуйского муниципального образования. При таких обстоятельствах суд полагает, что прокурор действует в пределах предоставленных ему ст. 45 ГПК РФ полномочий в защиту интересов Горно-Чуйского муниципального образования. 

Рассматривая требования прокурора к Администрации Горно-Чуйского городского поселения и ФИО2 и ФИО3, суд находит их законными и обоснованными исходя из следующего: 

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Согласно п.4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). Пунктом 1 ст. 422 ГК РФ предусмотрена норма, согласно которой договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно п.1 ст. 671 ГК РФ по договору найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения или управомоченное им лицо (наймодатель) - обязуется предоставить другой стороне (нанимателю) жилое помещение за плату во владение и пользование для проживания в нем. В государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования жилые помещения предоставляются гражданам по договору социального найма жилого помещения, по договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования ( п.1 ст. 672 ГК РФ).

В силу п.3 ст. 672 ГК РФ договор социального найма жилого помещения заключается по основаниям, на условиях и в порядке, предусмотренных жилищным законодательством. К такому договору применяются правила статей 674, 675, 678, 680, пунктов 1 - 3 статьи 685 ГК РФ. Другие положения Гражданского кодекса РФ применяются к договору социального найма жилого помещения, если иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 40 право каждого на жилище и предполагая, что в условиях рыночной экономики граждане обеспечивают его реализацию в основном самостоятельно с использованием для этого различных допускаемых законом способов, одновременно возлагает на органы государственной власти и органы местного самоуправления обязанность по созданию условий для осуществления данного права (часть 2); при этом она предусматривает, что малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами (часть 3). 

Тем самым определение категорий граждан, нуждающихся в жилище, а также конкретных форм, источников и порядка обеспечения их жильем с учетом реальных финансово-экономических и иных возможностей, имеющихся у государства, отнесено к компетенции законодателя.

Реализуя соответствующие дискреционные полномочия, федеральный законодатель в Жилищном кодексе Российской Федерации, вступившем в силу 1 марта 2005 года, предусмотрел институт социального найма жилых помещений, суть которого состоит в предоставлении из государственных и муниципальных фондов жилых помещений во владение и пользование малоимущим гражданам, нуждающимся в жилье (определения Конституционного Суда РФ от 3 ноября 2009 года № 1368-О-О и от 1 декабря 2009 года № 1548-О-О и др.).

Так, согласно ч.2 ст. 49 ЖК РФ малоимущим гражданам, признанным по установленным настоящим Кодексом основаниям нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, жилые помещения муниципального жилищного фонда по договорам социального найма предоставляются в установленном настоящим Кодексом порядке. Малоимущими гражданами в целях настоящего Кодекса являются граждане, если они признаны таковыми органом местного самоуправления в порядке, установленном законом соответствующего субъекта Российской Федерации, с учетом дохода, приходящегося на каждого члена семьи, и стоимости имущества, находящегося в собственности членов семьи и подлежащего налогообложению.

Согласно ст. ст. 49-52 ЖК РФ жилые помещения по договорам социального найма предоставляются только тем малоимущим гражданам (ч.2 ст. 49 ЖК РФ), которые приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях ( ст. 52 ЖК РФ ) на основании заявлений данных граждан (ч.3,4 ст. 52 ЖК РФ) по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ. 

В соответствии с ч.1 ст. 63 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

Согласно частям 1 и 3 ст. 57 ЖК РФ гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, жилые помещения по договорам социального найма предоставляются только в порядке очередности, или вне очереди при наличии законных оснований, предусмотренных ч.2 ст. 57 ЖК РФ, на основании решений органа местного самоуправления. 

Из положений ч.4 ст. 57 ЖК РФ следует, что основанием заключения соответствующего договора социального найма является такое решение органа местного самоуправления о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, которое принято с соблюдением требований Жилищного кодекса РФ. 

В соответствии со ст. 2 ЖК РФ органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий обеспечивают условия для осуществления гражданами права на жилище, в том числе обеспечивают контроль за исполнением жилищного законодательства, использованием и сохранностью жилищного фонда, соответствием жилых помещений установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства.

Часть 1 ст.14 ЖК РФ к полномочиям органов местного самоуправления в области жилищных отношений относит: учет муниципального жилищного фонда ( п.1); установление размера дохода, приходящегося на каждого члена семьи, и стоимости имущества, находящегося в собственности членов семьи и подлежащего налогообложению, в целях признания граждан малоимущими и предоставления им по договорам социального найма жилых помещений муниципального жилищного фонда ( п.2); определение дохода граждан и постоянно проживающих совместно с ними членов их семей и стоимости подлежащего налогообложению их имущества в целях признания граждан нуждающимися в предоставлении жилых помещений по договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования ( п.2.1); установление максимального размера дохода граждан и постоянно проживающих совместно с ними членов их семей и стоимости подлежащего налогообложению их имущества в целях признания граждан нуждающимися в предоставлении жилых помещений по договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования (п.2.2); ведение в установленном порядке учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма (п.3); ведение учета граждан, нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования (п.3.1); предоставление в установленном порядке малоимущим гражданам по договорам социального найма жилых помещений муниципального жилищного фонда (п.5).

Горно-Чуйское городское поселение как публично-правовое (муниципальное) образование вправе распоряжаться жилыми помещениями только в пределах своих полномочий и предоставлять жилье по социальному найму на условиях и в порядке, предусмотренном жилищным законодательством РФ ( ст.30, ст. 49-57 ЖК РФ).

Из системного анализа указанных норм жилищного законодательства следует, что правом требовать от органа местного самоуправления предоставить жилое помещение из муниципального жилищного фонда и заключить с ними договор социального найма обладают граждане, признанные в установленном законом порядке малоимущими и нуждающимися в жилом помещении, принятые на учет органом местного самоуправления и в отношении которых органом местного самоуправления принято законное решение о предоставлении в порядке очередности жилого помещения по договору социального найма. 

Из представленных суду документов судом установлено, что 29.07.2015г. между Администрацией Горно-Чуйского городского поселения (наймодателем) с одной стороны, и ФИО2 ( нанимателем) и членом его семьи ФИО3, с другой стороны, был заключен договор № от 29.07.2015г. социального найма жилого помещения 

<

адрес> в 

<

адрес> ( т.1 л.д. 30-33). 

После заключения указанного договора Администрацией Горно-Чуйского городского поселения было издано распоряжение № от 31.07.2015г. о заключении с К-ными договора социального найма 

<

адрес> в 

<

адрес> ( т.2 л.д. 32-33). 

В качестве основания предоставления указанной квартиры и в распоряжении, и в договоре указано, что договор заключен на основании ст. 62 ЖК РФ и поданного личного заявления. 

Однако таких оснований для предоставления жилого помещения и заключения договора социального найма жилищное законодательство не содержит. 

Доказательств того, что К-ны были признаны малоимущими и нуждающимися в жилом помещении, были приняты на соответствующий учет и в порядке очередности имели право на предоставление жилого помещения по договору социального найма, К-ными суду не представлено. 

В справке № от 18.12.2015г. (т.1 л.д. 35), Администрация Горно-Чуйского городского поселения указала, что ФИО4 по состоянию на 21.07.2015г. заявления на улучшение жилищных условий не подавал и на учете как нуждающийся в улучшении жилищных условий не состоял. 26.11.2015г. ФИО2 обратился в администрацию с заявлением о предоставлении его семье другого жилого помещения, на которое был дан ответ, однако требуемые документы им не представлены и в списках очередников он не состоит. 

В заявлении от 26.11.2015г. ФИО2 действительно просил Администрацию Горно-Чуйского городского поселения предоставить ему и сыну ФИО3 другое жилое помещение в связи с непригодностью для проживания 

<

адрес>, то есть жилья, предоставленного по договору социального найма № от 29.07.2015г. ( т.1 л.д. 29). 

На данное заявление Администрация Горно-Чуйского городского поселения исх. 359 от (т.1 л.д. 36) разъяснила заявителю, что для получения жилого помещения необходимо встать на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях граждан в соответствии со ст. 52 ЖК РФ и в соответствии с п.2 Порядка принятия решений о предоставлении жилых помещений по договору социального найма в 

<

адрес> городском поселении, утв. распоряжением Администрации от 15.11.2006г. №, представить соответствующие документы, подтверждающие нуждаемость в жилье, а также статус малоимущих. 

Согласно справке № от 23.01.2017г. ( т.1 л.д. 199) в период с 2005г. по настоящее время ФИО2 и ФИО3 на учете в администрации Горно-Чуйского городского поселения в качестве граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, не состояли. 

ФИО2 показал суду, что документы для постановки на учет нуждающихся в получении жилого помещения по договору социального найма он действительно не подавал, так как на имя жены приобретены в собственность жилые помещения в 

<

адрес> и в 

<

адрес>, потому их не признают нуждающимися в жилье; также он не может представить документы, что он и сын относятся к категории малоимущих, поскольку они имеют достаточные доходы, он занимается предпринимательской деятельностью.

Никаких иных оснований для предоставления жилого помещения по договору социального найма, кроме установленных частями 2,3,4 ст. 49 - ст.60 ЖК РФ, жилищное законодательство не содержит и право на получение жилья в социальный наем в обход установленного жилищным законодательством порядка и при отсутствии законных оснований не предоставляет. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемые прокурором распоряжение № от 31.07.2015г. в части заключения с К-ными, которые в установленном законом порядке не были признаны малоимущими и нуждающимися в жилых помещениях, договора социального найма 

<

адрес> в 

<

адрес> издано, а договор № от 29.07.2015г. социального найма спорной квартиры заключен в нарушение установленного жилищным законодательством порядка предоставления жилья по договорам социального найма и при отсутствии к этому законных оснований, следовательно, являются незаконными и недействительными с момента издания распоряжения и заключения договора. 

Кроме того, суд учитывает, что, поскольку с 2010г. здания № по 

<

адрес> в 

<

адрес>, и соответственно 

<

адрес> этом здании не существует в связи с полным их разрушением, а ответчики в спорной квартире не проживают с 2000г., то оспариваемыми распоряжением и договором не могли быть оформлены и как возникшие ранее и длящиеся фактические отношения социального найма данного жилого помещения, так как частью 5 ст. 83 ЖК РФ предусмотрено, что договор социального найма жилого помещения прекращается в связи с утратой (разрушением) жилого помещения. 

Согласно ст. 60 ЖК РФ по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение в бессрочное владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных Жилищным кодексом РФ. 

В соответствии с п.1 ст. 673 ГК РФ, ч.1 ст. 62 ЖК РФ предметом договора социального найма жилого помещения должно быть изолированное жилое помещение, пригодное для постоянного проживания (квартира, жилой дом, часть квартиры или жилого дома), отвечающее требованиям, установленным ст.ст.15, 17 ЖК РФ.

Судом установлено, и не оспаривается участниками процесса, что при заключении 29.07.2015г. договора № социального найма 

<

адрес>.1 по 

<

адрес> в 

<

адрес>, обеим сторонам достоверно было известно об отсутствии как спорной квартиры, так и здания, в котором она располагалась. 

Как следует из справки № от 23.01.2017г. ( т.1 л.д. 199) дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>1, по состоянию на 29.07.2015г. фактически разрушился (т.1 л.д. 199).

Данное обстоятельство подтверждается и справкой Администрации Горно-Чуйского городского поселения № от 30.10.2015г., согласно которой 

<

адрес> отключен от системы центрального отопления и водоснабжения с 10.09.2006г..На месте дома находятся развалины, дом к проживанию не пригоден (т.2 л.д.95 ). 

О непригодности жилого помещения 

<

адрес> в 

<

адрес> свидетельствует и собственно заявление ФИО2 от 26.11.2015г., в котором ответчик просил Администрацию Горно-Чуйского городского поселения в связи с указанным обстоятельством предоставить другое жилое помещение ( т.1 л.д.25).

Как следует из объяснения ответчика ФИО2 суду, договор № от 29.07.2015г. социального найма 

<

адрес> действительно был заключен им и сыном без намерения создать соответствующие ему правовые последствия, поскольку они в 

<

адрес> фактически ни постоянно, ни преимущественно не проживали с 2000г., и не намерены были проживать, а договор заключили для получения сертификата, то есть с целью создать доказательства их проживания в 

<

адрес> для подтверждения права на единовременную социальную выплату для приобретения жилого помещения в связи с выездом из 

<

адрес> по основаниям, установленным 

<

адрес> №-оз от 09.07.2015г.. 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О дополнительной мере социальной поддержки граждан, проживающих в рабочем поселке Горно-Чуйский 

<

адрес>» было установлено, что в связи с бесперспективностью развития указанного поселка граждане, фактически проживающие в 

<

адрес> на день вступления указанного закона в силу по договорам социального найма, имеют право на получение дополнительной меры социальной поддержки в виде единовременной социальной выплаты на приобретение жилого помещения на территории 

<

адрес> (жилищный сертификат). Единовременная социальная выплата на приобретение жилого помещения предоставляется гражданам в целях переселения из указанного поселка. 

О том, что действительной целью заключения договора социального найма 

<

адрес> со стороны К-ных было не получение жилого помещения для постоянного проживания, а получение именно жилищных сертификатов, свидетельствуют их действия по подаче заявлений ДД.ММ.ГГГГ в ОГКУ «Управление социальной защиты населения по 

<

адрес>» для постановки на учет на получение единовременной социальной выплаты для приобретения жилого помещения на территории 

<

адрес> в соответствии с 

<

адрес> №-ОЗ; в подтверждение своего права на указанную выплату К-ны представили договор № от 29.07.2015г. социального найма.

Вступившим в законную силу решением Мамско-Чуйского районного суда от 23.12.2015г. установлено, что ФИО2 и ФИО3 добровольно выехали из 

<

адрес> в 2000г. на другое постоянное место жительства; их выезд не был вынужденным и временным; спорное жилое помещение они не использовали по назначению для постоянного или преимущественного проживания более 15 лет, в связи с чем им было отказано в праве на единовременную социальную выплату на приобретение жилого помещения. 

Таким образом, суд полагает установленным, что договор социального найма № от 29.07.2015г. был заключен без намерения создать соответствующие правовые последствия, то есть без намерения муниципального образования, с одной стороны, предоставить нанимателю пригодное для проживания помещение, а со стороны К-ных – при отсутствии у них намерения вселиться в жилое помещение и использовать его по назначению, а именно: для постоянного проживания в нем, поскольку К-ны фактически преследовали цель получить жилищный сертификат по Закону №-оз от 09.07.2015г., предоставляемый гражданам, переселяющимся из 

<

адрес>.

В силу п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п.1 ст. 170 ГК РФ).

Согласно п.2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения ( п.1 ст. 167 ГК РФ).

В силу п.2 ст. 420 ГК РФ правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 Гражданского кодекса РФ, в том числе правила о признании сделок недействительными, применяются к договорам, если иное не установлено Гражданским кодексом РФ. 

Поскольку договор № от 29.07.2015г. заключен сторонами без законных оснований и с нарушением установленного порядка предоставления жилого помещения по договору социального найма; на фактически отсутствующее жилое помещение ; без намерения сторон создать соответствующие права и обязанности по договору социального найма, указанный договор в силу его ничтожности является недействительным с момента его заключения. 

Рассматривая требования о снятии К-ных с регистрационного учета по месту жительства 

<

адрес>.1 по 

<

адрес> в 

<

адрес>, суд находит их законными и обоснованными исходя из следующего: 

В соответствии с абз.2 ст.2 Закона № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» регистрационный учет граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации - государственная деятельность по фиксации и обобщению предусмотренных настоящим Законом сведений о регистрации граждан Российской Федерации по месту пребывания, регистрации граждан Российской Федерации по месту жительства, снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства в пределах Российской Федерации. Регистрационный учет граждан Российской Федерации имеет уведомительный характер и отражает факты прибытия гражданина Российской Федерации в место пребывания или место жительства, его нахождения в указанном месте и убытия гражданина Российской Федерации из места пребывания или места жительства.

Статьей 2 Закона № 5242-1 установлено, что регистрация гражданина Российской Федерации по месту жительства – это постановка гражданина на регистрационный учет по месту жительства, то есть фиксация в установленном порядке органом регистрационного учета сведений о месте жительства гражданина Российской Федерации и о его нахождении в данном месте жительства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в ряде его решений, Закон № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», регулируя данную сферу общественных отношений, вводит институт регистрации в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданами Российской Федерации их прав и свобод, а также исполнения ими обязанностей перед другими гражданами, государством и обществом. Регистрация является предусмотренным федеральным законом способом учета граждан в пределах Российской Федерации, носящим уведомительный характер и отражающим действительный факт нахождения гражданина по месту пребывания и жительства (Постановления от 4 апреля 1996 года № 9-П и от 2 февраля 1998 года № 4-П, определения от 13 июля 2000 года № 185-О и от 6 октября 2008 года № 619-О-П, от 13 октября 2009 г. № 1309-О-О). 

В соответствии с ч.2 ст. 3 Закона № 5242-1 граждане обязаны регистрироваться по месту постоянного жительства. Гражданин Российской Федерации, изменивший место жительства, обязан не позднее семи дней со дня прибытия на новое место жительства обратиться к лицу, ответственному за прием и передачу в органы регистрационного учета документов для регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации ( ст. 6 Закона № 5242-1). 

Обязанность регистрации гражданина по месту жительства корреспондирует с публичными функциями государства обеспечить исполнение таким гражданином обязанностей перед другими гражданами, обществом, а также самим государством. Это выражается в формировании избирательных списков граждан по месту их жительства, призыве на военную службу, уплате налогов и т.д..

В ходе судебного разбирательства представитель Администрации Горно-Чуйского городского поселения З.О.О. поясняла, что в соответствии с 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О дополнительной мере социальной поддержки граждан, проживающих в рабочем поселке Горно-Чуйский 

<

адрес>» жителям 

<

адрес> в 2015году предоставлены жилищные субсидии за счет средств областного бюджета для приобретения в собственность жилых помещений за пределами 

<

адрес>. В настоящее время в 

<

адрес> фактически проживающих граждан нет. Все жилые помещения признаны аварийными и непригодными для проживания; никакие организации, учреждения, предприятия на территории поселка деятельности не осуществляют; с ДД.ММ.ГГГГ тепло-, водо-, электроснабжение поселка прекращено. Однако часть граждан, много лет назад выехавших из поселка на другое постоянное место жительства, сохраняют формальную регистрацию по месту жительства в 

<

адрес>, хотя фактически длительное время в поселке не проживают и не собираются проживать, но под предлогом наличия регистрации без законных оснований рассчитывают получить жилищные субсидии. Наличие зарегистрированных граждан препятствует ликвидации поселка, обязывает составлять списки избирателей, формировать избирательные комиссии, организовывать проведение выборов, что невозможно по причине фактического отсутствия этих граждан на территории поселения. Наличие зарегистрированных граждан также обязывает содержать органы местного самоуправления Горно-Чуйского городского поселения и препятствует их ликвидации. 

Данные доводы Администрации Горно-Чуйского городского поселения суд находит заслуживающими внимания, поскольку участниками процесса указанные фактические обстоятельства относительно того, что 

<

адрес> фактически прекратил существование, не оспариваются. 

Абзацем 9 статьи 2 Закона № установлено, что регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания или по месту жительства на основании представления заведомо недостоверных сведений или документов для такой регистрации, либо его регистрация в жилом помещении без намерения пребывать (проживать) в этом помещении, либо регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания или по месту жительства без намерения нанимателя (собственника) жилого помещения предоставить это жилое помещение для пребывания (проживания) указанного лица расценивается как фиктивная регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания или по месту жительства.

Изложенная норма принята в целях усиления ответственности за нарушения правил регистрационного учета, поскольку фактическое отсутствие граждан, зарегистрированных по месту жительства, делает невозможным реальное исполнение ими гражданско-правовых обязательств перед другими гражданами, юридическими лицами и государством.

В силу п.3 и п.4 ст.1, п.1 ст. 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Пунктом 2 ст. 10 ГК РФ установлено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 ст.10 ГК РФ, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Из указанных норм законодательства в их взаимной связи следует, что граждане Российской Федерации, реализуя свое конституционное право на свободу передвижения, выбор места жительства и пребывания ( ст. 27 Конституции, ст.1 Закона № 5242-1 ) обязаны в силу ч.2 ст.15, ч.3 ст. 17, ч.1 ст. 19 Конституции РФ соблюдать законы Российской Федерации и регистрироваться по месту жительства и пребывания, предоставляя уполномоченным органам в сфере регистрационного учета достоверные сведения о месте своего фактического нахождения ( ст.ст. 3,6 Закона № 5242-1 ). 

Фактически изменив место постоянного жительства более 16 лет назад, ответчики в нарушение ч.2 ст. 3, ст.6 Закона № по новому месту жительства : ФИО2 – в 

<

адрес>, а ФИО3 – в 

<

адрес>, не зарегистрировались и продолжают сохранять регистрацию в 

<

адрес>.1 по 

<

адрес> в 

<

адрес>, в фактически отсутствующем с 2010года жилом помещении, а 29.07.2015г. заключили ничтожный договор социального найма без намерения постоянно проживать в этом помещении. Указанные обстоятельства содержат признаки фиктивной регистрации. 

Поскольку судом установлено, что 

<

адрес> в 

<

адрес> местом постоянного жительства ФИО2 и ФИО3 не является, право пользования указанным жилым помещением они утратили в связи с выездом в 2000г. на другое постоянное место жительства, право на получение иного жилого помещения в 

<

адрес> не имеют, заключенный администрацией Горно-Чуйского городского поселения с ФИО2 и ФИО3 договор № от 29.07.2015г. социального найма 

<

адрес> в 

<

адрес> является недействительным с момента его заключения, существующая у ответчиков регистрация по месту жительства не соответствует месту их фактического постоянного проживания и содержит недостоверные сведения о их нахождении в населенном пункте и данном месте жительства, то суд приходит к выводу, что правовых оснований для сохранения регистрации ФИО2 и ФИО3 по месту постоянного жительства в 

<

адрес> в 

<

адрес> не имеется и они подлежат снятию с регистрационного учета по вступлении в законную силу решения суда. 

В соответствии со ст. 7 Закона №5242 -1 снятие гражданина Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства производится органом регистрационного учета в случае признания утратившим право пользования жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

Администрация Горно-Чуйского городского поселения и прокурор освобождены от уплаты государственной пошлины в соответствии с подпунктом 4 п.1 ст. 333.35, подпункта 9 п.1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ. Поскольку в силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, с ответчиков ФИО2 и ФИО3 на основании подпункта 2 п.2 ст. 333.17, подпункта 8 п.1 ст. 333.20 НК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере, установленном подпунктом 3 п.1 ст. 333.19 НК РФ в равных долях, в доход бюджета 

<

адрес> в соответствии с абз.8 пункта 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования Администрации Горно-Чуйского городского поселения к ФИО2, ФИО3 удовлетворить и признать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>, утратившими с 2000 года право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Исковые требования прокурора Мамско-чуйского района 

<

адрес> к Администрации Горно-Чуйского городского поселения к ФИО2, ФИО3 удовлетворить и признать недействительным со дня заключения договор № от ДД.ММ.ГГГГг. социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный между наймодателем Администрацией Горно-Чуйского городского поселения и ФИО2- нанимателем, ФИО3 –членом семьи нанимателя ФИО2; признать недействительным со дня издания распоряжение № от 31.07.2015г. Администрации Горно-Чуйского городского поселения в части заключения договора социального найма на 

<

адрес> в 

<

адрес> с нанимателем ФИО2 и членом семьи нанимателя ФИО3.

По вступлении решения суда в законную силу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ. рождения, уроженца 

<

адрес>, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>, снять с регистрационного учета по месту жительства в 

<

адрес> в 

<

адрес>

Взыскать с ФИО2, ФИО3 государственную пошлину в сумме 300 рублей в доход бюджета 

<

адрес> в равных долях. 

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Мамско-Чуйский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 17 апреля 2017года.

Судья Г.Я. Черепанова