Дело №

УИД: 26RS0021-01-2025-004853-31

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 февраля 2026 года ст. Ессентукская

Предгорный районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Соловьяновой Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Волосович Т.В.,

с участием:

помощника прокурора Предгорного района

Ставропольского края Мироновой А.С.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Предгорная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в Предгорный районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ГБУЗ СК Предгорная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1000000 рублей и судебных расходов в размере 90000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что Приговором Предгорного районного суда Ставропольского края от 26 декабря 2024 года по делу № 1-294/2024, ФИО4, врач анестезиолог- реаниматолог ГБУЗ СК «Предгорная РБ», была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 ст. 118 УК РФ. Апелляционным постановлением Ставропольского краевого суда от 14 марта 2025 года Приговор Предгорного районного суда от 26.12.2024 г. изменен в части назначения наказания в виде ограничения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года.

Судом установлены следующие обстоятельства:

В конце декабря 2020 года, отец истца Г.Н. заболел, предположительно коронавирусной инфекцией. По данному факту Г.Н. обратился в ГБУЗ СК «Предгорная РБ», где ему назначили лечение на дому. 03 января 2021 года, Г.Н. впал в полубессознательное состояние, не мог внятно отвечать на вопросы, у последнего повысилась температура, ввиду чего был вызван экипаж скорой медицинской помощи. По приезду кареты скорой помощи, фельдшер приняла решение о госпитализации. После чего, Г.Н. госпитализировали в больницу города Пятигорска. На момент госпитализации у больного была температура 39,5, уровень сахара был 17,5-17,6 единиц. Компьютерная томография, которую сделали в • г. Пятигорске показала поражение легких в пределах от 15 до 17 %, и вирусную пневмонию. На основе данных показаний, было принято решение о госпитализации Г.Н. по месту регистрации, в инфекционное отделение ГБУЗ СК «Предгорная РБ», так как последний был зарегистрирован в ст. Боргустанской Предгорного района. После прохождения назначенного, в ГБУЗ СК «Предгорная РБ», курса лечения 12 января 2021 года Г.Н. был переведен в терапевтическое отделение для долечивания и нормализации показателей сахара, так как уровень был очень высоким и колебался в пределах 25-30 единиц. Состояние Г.Н. было тяжелое, и на момент перевода, дочерью ФИО3 и супругой больного, были оформлены услуги сиделок. В ночь с 14 на 15 января 2021 года состояние Г.Н. резко ухудшилось, в связи с чем, дежуривший врач-терапевт Б.А. позвонила в реанимацию и вызвала врача реаниматолога, поскольку ресурсов терапии было уже недостаточно, они сами своими силами не могли стабилизировать состояние больного. Основным критерием для вызова реаниматолога была низкая сатурация у больного, которая на тот момент упала до отметки 50 - 57 %, что является критическим уровнем. В терапевтическое отделение ГБУЗ СК «Предгорная ЦБ» прибыла врач- реаниматолог ФИО4, которая осмотрев пациента, дала распоряжение перевернуть Г.Н. на живот и ушла из палаты. Буквально через пару минут, Г.Н. начал синеть, хрипеть, задыхаться. Сиделка выбежав из палаты, догнала врача ФИО4 и попросила вернуться в палату. ФИО4 перевернула Г.Н. на бок, иных действий в части оказания помощи она не оказывала. У Г.Н. была высокая температура, последний находился в полубессознательном состоянии, задыхался, терялся в пространстве, хрипел, не мог ответить на заданные вопросы, не мог при ответе до конца довести свою мысль. Все это время рядом с больным находилась его дочь ФИО3 и супруга Г.В.И. Они требовали перевода больного в реанимацию, однако врачом ФИО4 в переводе им было отказано. К утру 15 января 2021 года показатели сатурации у Г.Н. колебались в промежутке 30-39 %, то есть фактически человек умирал. Его жена и дочь, приехавшие к тому моменту в ГБУЗ СК «Предгорная ЦБ», обратились к заведующему по учебной работе П.К.Ш. с просьбой о переводе пациента в реанимацию, так как врач ФИО4 на просьбу о переводе пациента не реагировала. 15 января 2021 года, примерно в 08 часов 00 минут, всё же было принято решение о переводе Г.Н. в реанимацию, где он пробыл до 17 января 2021 года. 17 января 2021 года, в ГБУЗ СК «Предгорная ЦБ», Г.Н. скончался.

По данному факту, 25 января 2023 года СО Отдела МВД России «Предгорный», в отношении врача-реаниматолога ФИО4 было возбуждено уголовное №12301070028020070 дело по ч.2 ст. 124 УК РФ.

В рамках рассмотрения уголовного дела, была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза обстоятельств смерти Г.Н., по результатам которой эксперт пришел к выводу о том, что «врач ФИО4, действуя легкомысленно, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, но самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, ограничилась дачей рекомендаций медицинскому персоналу терапевтического отделения и внесение дополнительно назначенных медицинских лечебных препаратов, не перевела Г.Н. в реанимационное отделение больницы для проведения, в том числе, искусственной вентиляции легких, оставив больного в терапевтическом отделении, тогда как возможности терапевтического отделения не позволяли стабилизировать его тяжелое состояние. Данное бездействие со стороны врача-реаниматолога ФИО4, имеющей соответствующее медицинское образование и квалификацию, достаточный опыт работы и профессиональные навыки, привели к тому, что утром 15 января 2021 года состояние Г.Н. резко ухудшилось, а сатурация кислорода упала до 35%. Указанные обстоятельства свидетельствую о том, что врач-реаниматолог ФИО4 недооценила тяжесть состояния гр. Г.Н., необоснованно отказала от перевода в ОИТАР, что обусловило развитие угрожающего для жизни состояния - острой дыхательной недостаточности тяжелой степени. Гр. Г.Н. действиями врача-реаниматолога ФИО4 причинен тяжкий вред по квалифицирующему признаку опасности для жизни с расстройством жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (угрожающее жизни состояние) (п.6, п.6.2., п. 6.2.6. раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194 н)».

Кроме того, комиссией Министерства здравоохранения Ставропольского края был составлен Акт № 15 ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» от 26 марта 2021 года, из содержания которого следует, что в нарушение ст. 70 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах здоровья граждан в РФ», Приказа М3 РФ от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Временных Методических рекомендаций по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции, комиссией были выявлены нарушения, в том числе - несвоевременный перевод пациента в отделение анестезиологии и реанимации. Таким образом, комиссией Министерства здравоохранения Ставропольского края установлены нарушения качества оказанной медицинской помощи Г.Н., заключающиеся, в несвоевременном переводе пациента в отделение анестезиологии и реанимации.

ФИО4, занимающая должность врача анестезиолога-реаниматолога ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» своим бездействием причинила дочери умершего Г.Н. - ФИО3, существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых ей тяжелых нравственных страданиях, до настоящего времени ФИО3 не может смириться с утратой. Осознание того, что ее отца можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, причиняет родственнице дополнительные нравственные страдания.

После смерти отца, Истец сильно переживает утрату, поскольку с отцом ее связывали теплые взаимоотношения, основанные на любви, взаимопонимании, взаимопомощи и поддержке. Утрата родного и близкого члена семьи отразилась на психоэмоциональном состоянии здоровья ФИО3 Истец потеряла отца, который был поддержкой и опорой. Г.Н. обеспечивал семью, помогал в быту супруге, детям. Истец имеет право на предъявление требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку и сами по себе произошедшие события, и их результат, несомненно, свидетельствуют о причинении ей нравственных страданий, обусловленных потерей близкого и родного человека, а также нравственными переживаниями по этому поводу.

ФИО3 была очень привязана к отцу. Понесенная утрата является невосполнимой для дочери, которой является Истец. Кроме того, ни осужденная ФИО4, ни руководство и должностные лица ГБУЗ СК «Предгорная РБ», извинения в адрес семьи умершего Г.Н. так и не принесли. Истец считает несправедливым, ущемляющим не только ее права, но и права общества в целом, тот факт, что ФИО4 не понесла должного наказания, при вынесении приговора не учтены страдания ФИО3 и других родственников умершего Г.Н., с учетом того, что результатом действий осужденной стала смерть человека.

Определением суда к участию в деле для дачи заключения привлечена прокуратура Предгорного района Ставропольского края.

Участвующие в деле лица извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации о времени и месте рассмотрения дела на интернет-сайте Предгорного районного суда Ставропольского края, а также заказными письмами с уведомлением.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая по доверенности, поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении, просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признал, полагал, что истцом не представлены доказательства нравственных или физических страданий, родственные отношения с умершим не являются достаточным основанием для компенсации морального вреда. Просил в удовлетворении иска отказать. Если суд придет к выводу об удовлетворении требований истца, просил снизить размер компенсации до 400000 рублей.

Помощник прокурора Предгорного района Ставропольского края Миронова А.С. полагала, что поскольку в результате действий врача ГБУЗ СК Предгорная районная больница» ФИО4 наступила смерть Г.Н., его дочери ФИО3 причинен моральный вред, который подлежит возмещению ответчиком.

Истец ФИО3, извещенная о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, в судебное заседание не явилась, воспользовавшись правом ведения дела через представителя.

Третье лицо ФИО4, извещенная о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовала.

Учитывая надлежащее извещение сторон о времени и месте судебного заседания, в соответствии с требованиями ст. 167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения представителей сторон, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, а также материалы уголовного дела № 1-294/2024 в отношении ФИО4, оценив представленные доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом №-223-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье – состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Закона №-223-Ф3).

Статьей 4 Закона №-223-Ф3 установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Закона №-223-Ф3).

Качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. (пункт 21 статьи 2 Закона №-223-Ф3).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (пункт 1 статьи 37 Закона №-223-Ф3).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Закона №-223-Ф3).

Исходя из приведенных положений закона, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из материалов дела следует, что приговором Предгорного районного суда Ставропольского края от 26 декабря 2024 года ФИО4 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 месяцев с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года. В соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации освобождена ФИО4 от наказания, назначенного по части 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основаниям, предусмотренным пунктом 3 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Апелляционным постановлением Ставропольского краевого суда от 14 марта 2025 года приговор Предгорного районного суда Ставропольского края от 26 декабря 2024 года в отношении ФИО4 изменен. Назначено ФИО4 по части 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года и установлены ФИО4 ограничения. В соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации освобождена ФИО4 от наказания, назначенного по части 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основаниям, предусмотренным пунктом 3 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности. В остальной части приговор Предгорного районного суда Ставропольского края от 26 декабря 2024 года оставлен без изменения.

Вступившим в законную силу приговором Предгорного районного суда Ставропольского края от 26 декабря 2024 года установлено, что ФИО4, являясь в соответствии с приказом директора ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» №01-334 от 3 октября 2016 года и трудового договора №346 от 28 сентября 2016 года, в должности врача анестезиолога – реаниматолога отделения анестезиологии и реанимации ГБУЗ СК «Предгорная районная больница», 14 января 2021 года, находясь на суточном дежурстве, в соответствии с табелем учета рабочего времени, утвержденным директором ГБУЗ СК «Предгорная районная больница», прибыла по срочному вызову врача – терапевта Б.А.М. терапевтического отделения ГБУЗ СК «Предгорная районная больница», расположенного по адресу: 

<

адрес>, в которой на стационарном лечении находился больной Г.Н., для осмотра последнего в виду его тяжелого состояния на фоне нарастания дыхательной недостаточности, у которого на момент осмотра было нарушено сознание.

14 января 2021 года, примерно в 17 часов 40 минут, находясь в палате №1 терапевтического отделения ГБУЗ СК «Предгорная районная больница», расположенного по адресу: 

<

адрес>, врач-реаниматолог ФИО4, имеющая соответствующее медицинское образование и квалификацию, являясь лицом, обязанным оказывать помощь больному в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 73 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которому медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями, будучи обязанной в соответствии с разделом I должностной инструкцией врача анестезиолога – реаниматолога отделения анестезиологии и реанимации, утвержденной директором ГБУЗ СК «Предгорная РБ», в своей работе руководствоваться официальными документами по выполняемому разделу работы, приказами и распоряжениями вышестоящих органов и должностных лиц, имея достаточный опыт работы и профессиональные навыки, осмотрев находящегося в тяжелом состоянии больного Г.Н., установив в том числе, что в легких дыхание жестковато, ослаблено в нижних отделах, сатурация кислорода 87%, при исполнении своих должностных обязанностей, в нарушении пункта 1 раздела II должностной инструкцией врача анестезиолога – реаниматолога отделения анестезиологии и реанимации, утвержденной директором ГБУЗ СК «Предгорная районная больница», согласно которому она обязана обеспечить надлежащий уровень специального обследования больных, проведение обезболивания и оказание анестезиологической и реанимационной помощи больным, нуждающимся в этих мероприятиях, в нарушении пункта 5.6.1 временных методических рекомендаций Министерства здравоохранения Российской Федерации по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19): версия 9 (утв. 26 октября 2020 года), а также в нарушении пункта 6 Порядка госпитализации в медицинские организации пациентов с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции COVID-19 или с подозрением на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 в зависимости от тяжести заболевания, являющегося приложением №12, дополненным в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 мая 2020 года №459н к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19 марта 2020 года №198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19», согласно которым пациенты находящиеся в крайне тяжелом состоянии, госпитализируются в структурное подразделение медицинской организации для лечения COVID-19 на койки для пациентов, находящихся в крайне тяжелом состоянии, требующих проведения инвазивной искусственной вентиляции легких, исходя из наличия двух из следующих критериев: а) нарушение сознания; б) SрО2 

<

 92% (на фоне кислородотерапии), в) ЧДД > 35, при наличии у Г.Н. двух критериев, выразившихся в нарушении сознания и уровня насыщения крови кислородом (SрО2) на фоне кислородотерапии менее 92%, вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, относясь легкомысленно, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, но самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, ограничившись дачей рекомендаций медицинскому персоналу терапевтического отделения и внеся дополнительно назначенные медицинские препараты, не перевела Г.Н. в реанимационное отделение больницы для проведения, в том числе, искусственной вентиляции легких, дав рекомендации медицинскому персоналу и расширив список лекарственных препаратов для применения, оставила больного в терапевтическом отделении, тогда как возможности терапевтического отделения не позволяли стабилизировать его тяжелое состояние.

После чего, 15 января 2021 года, примерно в 07 часов 00 минут, по результатам экстренного осмотра больного Г.Н. дежурным врачом – терапевтом К.Н.Н. было установлено его крайне тяжелое состояние, в легких дыхание жесткое, ослабленное, а сатурация кислорода 35%. С учетом данных обстоятельств, Г.Н. экстренно переведен в реанимационное отделение, и начата интенсивная терапия на фоне постоянного мониторирования витальных функций, однако, 17 января 2021 года, в 08 часов 35 минут наступила смерть Г.Н.

Врач – реаниматолог ФИО4 недооценив тяжесть состояния Г.Н., своевременно не перевела больного в отделение интенсивной терапии анестезии и реанимации, что обусловило развитие угрожающего для жизни состояния – острой дыхательной недостаточности тяжелой степени. Указанным бездействием врача-реаниматолога ФИО4 причинен тяжкий вред по квалифицирующему признаку опасности для жизни с расстройством жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (угрожающее жизни состояние) (пункт 6, пункт 6.2, пункт 6.2.6 раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н). Между бездействиями врача-реаниматолога ФИО4 и развитием угрожающего для жизни состояния Г.Н. имеется прямая причинная связь, между бездействиями врача – реаниматолога ФИО4 и наступлением смерти Г.Н. имеется косвенная связь.

Согласно выводам заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы №771 от 6 октября 2022 года, при жизни Г.Н. страдал рядом тяжелых прогрессирующих неизлечимых хронических заболеваний: гипертонической болезнью 2ст, 2ст, риск 4 (высокий) сердечнососудистых осложнений, дисциркуляторной энцефалопатией смешанного генеза 2ст; ишемической болезнью сердца (ИБС), кардиосклерозом атеросклеротическим; сахарным диабетом 2 тип.; Г.Н. заболел остро 29 декабря 2020 года в период пандемии новой коронавирусной инфекции COVID-19. В виду отсутствия положительной динамики, на фоне проводимого лечения, 03 января 2021 года гр. Г.Н. бригадой СМП был доставлен в ГБУЗ СК «Пятигорская городская специализированная инфекционная больница», выполнена МСК органов грудной полости, диагностирована КТ картина двусторонней вирусной пневмонии, подозрительной в отношении COVID-19, степень поражения КТ-1 (распространение 15-18%), в связи с чем, 03 января 2021 года в 18 часов 39 минут часов пациент госпитализирован в бокс инфекционного отделения ГБУЗ СК «Предгорная районная больница», что соответствует эпидемиологическому протоколу, выставлен предварительный диагноз: «Острая внебольничная двусторонняя полисегментарная (вирусная?) пневмония, среднетяжелая форма, ДН 1ст (дыхательная недостаточность). Подозрительный на COVID-19 случай (гипертоническая болезнь 2ст, 2ст, риск 4, ХСН 2А, ФК 2, сахарный диабет 2 тип)». Пациент уложен в прон-позицию, начата инсуффляция увлажненного кислорода, назначено клинико-лабораторное обследование, ПЦР на наличие РНК коронавируса, консультации эндокринолога и кардиолога, начата противовирусная, антибактериальная, этиотропная, симптоматическая, дезинтоксикационная терапия, антикоагулянты, антиоксиданты, антипиретики. Судебно-медицинская экспертная комиссия отмечает, что в период пандемии новой коронавирусной инфекции SARS-CoV-2 (COVID-19) все пациенты с респираторными инфекциями и пневмониями лечатся в соответствии с Методическими рекомендациями Министерства Здравоохранения РФ по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19). В стационаре гр. Г.Н. получал правильную патогенетическую терапию в соответствии с Временными методическими рекомендациями Министерства здравоохранения Российской Федерации по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 9 (утв. 26 октября 2020 года). Отрицательный результат ПЦР на наличие РНК коронавируса SARS-CoV-2 не является отказом от указанного выше протокола лечения. Ввиду отрицательного результата ПЦР на наличие РНК коронавируса SARS-CoV-2 12 января 2021 года Г.Н. из инфекционного отделения переведен в терапевтическое отделение, осмотрен врачом-терапевтом Б.А.М., выставлен правильный диагноз: «Внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония средней степени тяжести. ДН 1-2 степени. Сахарный диабет 2 тип, на инсулинотерапии, декомпенсированный. ДЭП 2ст, смешанного генеза. ИБС. Кардиосклероз атеросклеротический. Гипертоническая болезнь 2ст, 2ст, риск ССО 4, ХСН 2А. ФК 2 (NYHA)», назначен план обследования в полном объеме, медикаментозная терапия скорректирована, в связи с декомпенсацией сахарного диабета неоднократно осмотрен эндокринологом, назначена инсулинотерапия. 14 января 2021 года в виду нарастания дыхательной недостаточности в 17 часов 40 минут гр. Г.Н. осмотрен дежурным реаниматологом ФИО4: в легких дыхание жестковато, ослаблено в нижних отделах, сатурация кислорода 87%, число дыхательных движений 20 в минуту, больной оставлен в терапевтическом отделении. Пациент Г.Н. в 17 часов 40 минут, учитывая выраженность дыхательной недостаточности и уровень сатурации крови - 87%, нуждался в переводе в реанимационное отделение, однако, врач ФИО4 необоснованно отказала в переводе. 15 января 2021 года в 07 часов 00 минут (через 11 часов после осмотра ФИО4) пациент экстренно осмотрен дежурным врачом-терапевтом К.Н.Н. - состояние крайне тяжелое, в легких дыхание жесткое, ослабленное, сатурация кислорода 35%, вызван дежурный реаниматолог, переведен в реанимационное отделение, начата интенсивная терапия на фоне постоянного мониторирования витальных функций. В реанимационном отделении ГБУЗ СК «Предгорная РБ» обследование и лечение гр. Г.Н., в соответствии с выставленным диагнозом, проведено в полном объеме, было направлено на поддержание витальных функций организма и спасение жизни пациента, но, несмотря на усилия врачей 17 января 2021 года в 08 часов 35 минут (через двое суток после перевода) наступила его смерть. В связи с тем, что труп Г.Н. не исследовался, в категоричной форме высказаться о причине смерти не представляется возможным. Однако, с учетом клинических данных (клиника острой дыхательной недостаточности с развитием острой сердечной недостаточности) и эпидемиологической ситуации (пандемия СОУГО-19) экспертная комиссия считает, что смерть Г.Н. наступила от новой коронавирусной инфекции СОVID-19, осложнившейся тотальной двусторонней пневмонией, приведшей к нарушению реологических свойств крови, тромбообразованию, развитию острой сердечной недостаточности и гипоксического отека головного мозга. Судебно-медицинская экспертная комиссия утверждает, что врач-реаниматолог ФИО4 недооценила тяжесть состояния Г.Н., необоснованно отказала в медицинской помощи в реанимационном отделении, что обусловило развитие угрожающего для жизни состояния - острой дыхательной недостаточности тяжелой степени. Г.Н. действиями врача-реаниматолога ФИО4 причинен тяжкий вред по квалифицирующему признаку опасности для жизни с расстройством жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (угрожающее жизни состояние) (п.6, п.6.2., п. 6.2.6. раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н). Между действиями врача-реаниматолога ФИО4 и развитием угрожающего для жизни состояния пациента имеется прямая причинная связь. Между действиями врача-реаниматолога ФИО4 и наступлением смерти Г.Н. имеется косвенная связь, так как комиссия экспертов считает, что даже при переводе Г.Н. 14 января 2021 года в 17 часов 40 минут в реанимационное отделение жизнь возможно могла быть спасена. Дефектов при оказании медицинской помощи Г.Н. остальными врачами и другим медицинским персоналом ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» не имеется.

Ссылаясь на то, что в результате действий врача анестезиолога-реаниматолога ГБУЗ СК Предгорная районная больница» ФИО4, наступила смерть её отца Г.Н., в связи с чем, она испытывала нравственный страдания, ФИО3 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.

Разрешая требования истца, суд исходит из следующего.

Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации)

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда. (ст.ст. 12, 151 ГК РФ)

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред. (п.2 ст.1064 ГК РФ). (п.12)

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда. (пункт 14)

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» также указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Как было указано выше, вступившим в законную силу приговором Предгорного районного суда Ставропольского края от 26 декабря 2024 года ФИО4 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 118 УК РФ.

В силу ч 4. ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

С учетом указанных положений закона, суд считает установленным факт причинения врачом анестезиологом-реаниматологом ГБУЗ СК Предгорная районная больница» ФИО4 тяжкого вреда здоровью Г.Н., по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей. При этом, между действиями врача анестезиолога-реаниматолога ФИО4 и наступлением смерти Г.Н. имеется косвенная связь.

Соответственно, ФИО3 доказан факт причинения ей морального вреда, который заключается в нравственных страданиях, вызванных смертью её отца Г.Н. Истец переживает утрату, поскольку с отцом её связывали теплые взаимоотношения, основанные на любви, взаимопонимании, взаимопомощи и поддержке.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Суд учитывает, что ФИО3 потеряла отца, которым она воспитывалась с рождения, лишившись его заботы, любви, поддержки. Соответственно, ФИО3 имеет право на предъявление требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку события, связанные со смертью отца, несомненно свидетельствуют о причинении ей нравственных страданий, обусловленных потерей близкого и родного человека, а также переживаниями по этому поводу.

Как следует из п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Так, согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, ответчик ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» является работодателем ФИО4, которая недооценив тяжесть состояния Г.Н., своевременно не перевела больного в отделение интенсивной терапии анестезии и реанимации, что обусловило развитие угрожающего для жизни состояния – острой дыхательной недостаточности тяжелой степени. Учитывая, что между бездействиями врача-реаниматолога ФИО4 и развитием угрожающего для жизни состояния Г.Н. имеется прямая причинная связь, между бездействиями врача – реаниматолога ФИО4 и наступлением смерти Г.Н. имеется косвенная связь, в результате которых погиб отец истца, ответчик ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» несет ответственность за причиненный вред, с учетом наличия в действиях его работника виновного поведения.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер причиненных истцу нравственных страданий, вызванных потерей родного человека, вследствие чего истец испытывает стресс, душевную боль, обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень вины ФИО4, то обстоятельство, что вред здоровью Г.Н. был причинен в результате неосторожных действий ФИО4

Также суд учитывает, что ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» является медицинской организацией, входящей в государственную и муниципальную системы здравоохранения, участвует в реализации Базовой программы обязательного медицинского страхования в рамках Федерального закона от 29 ноября 2010 года №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», является участником реализации Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2023 года №2353 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов», а также, что ответчик в том числе, за счет своей коммерческой деятельности - предоставлением платных медицинских услуг, закупает медицинское и иное оборудование, осуществляет ремонт служебных помещений в целях улучшения оказания медицинской помощи и расширения видов медицинской помощи населению, выплачивает мотивирующие надбавки к заработным платам медицинского персонала, а также оплачивает наложенные административные штрафы, денежные суммы, взысканные судебными актами по различным основаниям, на регулярной основе оказывает гуманитарную (финансовую) помощь участникам зоны специальной военной операции на Украине, иных благотворительных и социальных программ на территории Предгорного муниципального округа Ставропольского края.

Учитывая фактические обстоятельства дела, исходя из того, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых является приоритетной, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и считает возможным взыскать сГБУЗ СК «Предгорная районная больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей. Суд полагает, что с учетом обстоятельств дела, указанный размер компенсации согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. Правовых оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда сверх указанной суммы суд не усматривает.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу расходы.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

Как следует из ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Установлено, что в данном гражданском деле интересы истца по доверенности представляла ФИО1, полномочия представителя оформлены надлежащим образом, применительно к требованиям ст. 53 ГПК РФ.

ФИО3 заявлено требование о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 90000 рублей. Между тем, указанные расходы документально не подтверждены, договор на оказание услуг, доказательства оплаты этих услуг суду не представлены.

Поскольку истцом не доказан факт несения расходов по оплате услуг представителя, а также связь между указанными расходами и настоящим гражданским делом, правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 90000 рублей, суд не усматривает.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются: истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Таким образом, поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика ГБУЗ СК «Предгорная районная больница» подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Предгорного муниципального округа Ставропольского края, размер которой в соответствии с ч. 1 ст. 333.19 НК РФ составляет 3000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Предгорная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением и судебных расходов - удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Предгорная районная больница» (ОГРН: 

<

***>; ОКПО: 48616644; ИНН: 

<

***>) в пользу ФИО3 в счёт компенсации морального вреда денежные средства в размере 800 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Предгорная районная больница» о взыскании в счет компенсации морального вреда денежных средств в размере 200 000 рублей и судебных расходов в сумме 90 000 рублей, отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Предгорная районная больница» (ОГРН: 

<

***>; ОКПО: 48616644; ИНН: 

<

***>) в бюджет Предгорного муниципального округа Ставропольского края, государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Предгорный районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 24 февраля 2026 года.

Судья Г.А. Соловьянова