Дело № 2-1625/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Нерюнгри 15 ноября 2017года

Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Ткачева В.Г., при секретаре Софроновой Ю.Н., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 М.В, действующей на основании ордера, помощника прокурора г. Нерюнгри Сербина А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию муниципального образования «Нерюнгринский район» «Переработчик» о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к МУП «Переработчик», указывая, что с 10.01.2012 года по 02.10.2012 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности 

<

данные изъяты>. 02.10.2012 года был уволен по инициативе работника на основании п. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ. С увольнением не согласен. Указывает, что 02.10.2017 года вышел на работу, но в связи с плохим самочувствием обратился к директору М с просьбой отпустить на больничный лист, на что работодатель выразил отказ. В связи с этим истцом было написано заявление об увольнении по собственному желанию. В этот же день истец обратился в больницу для открытия больничного листа. 03.10.2017 года истцом было написано заявление о признании заявления об увольнении недействительным, которое было направлено почтой. 04.10.2017 года указанное заявление было зарегистрировано, но во внимание работодателем не принято. 04.10.2017 года работодателем выдан приказ об увольнении и трудовая книжка. С приказом истец не согласился, так как заявление об увольнении было им отозвано. На заявлении об увольнении имеется виза директора М : «ОК в приказ с 2-х недельной отработкой. 02.10.17 г.», далее виза перечеркнута, указано: « уволить датой, указанной в заявлении 02.10.17 г.», при этом дата исправлена на 02.10.17 г. В связи с этим, считает что сначала работодатель принял решение об увольнении с 2-х недельной отработкой, но впоследствии, после подачи заявления на отзыв заявления об увольнении, виза была изменена. Так как в заявлении об увольнении указана дата об увольнении со 02.10.2017 года, а приказ об увольнении и трудовая книжка были получены только 04.10.2017 года, то в указанный период действие трудового договора продолжилось. В связи с изложенным истец просит признать приказ № от 02.10.2017 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) по п.3 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника незаконным; восстановить истца на работе в МУП «Переработчик» в должности 

<

данные изъяты> выплатить заработную плату за время вынужденного прогула, начиная с 02.10.2017 года; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.; взыскать расходы на оплату услуг представителя по составлению искового заявления.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить. Суду пояснил, что незаконность действий работодателя выражается в том, что работодатель вынудил его написать заявление об увольнении. При этом пояснил, что вынужденный характер заявления об увольнении был спровоцирован издевательским отношением работодателя к нему. Уйти в поликлинику работодатель не разрешил, в ультимативной форме было предложено продолжить работать. 02.10.2017 года был открыт больничный лист. Также считает, что 02.10.2017 года не является датой увольнения, так как соглашение относительно даты увольнения достигнуто не было. Полагает, что своевременно воспользовался своим правом на отзыв заявления об увольнении. Заявление об отзыве было направлено истцом работодателю почтой 03.10.2017 года, а 04.10.2017 года он лично принес заявление работодателю. Окончательный расчет при увольнении был произведен с ним 03.10.2017 года, трудовая книжка была выдана 04.10.2017 года. 

Представитель ответчика ФИО2 с исковым заявлением не согласилась, полагает, что порядок увольнения работодателем нарушен не был, истец был уволен по п. 3 ст. 77 ТК РФ на основании его личного заявления. Сведения о том, что ФИО1 не желает увольняться поступили работодателю уже после проведенной процедуры увольнения.

Свидетель М в судебном заседании показал, что является 

<

данные изъяты> МУП «Переработчик». 02.10.2017 года в понедельник юрисконсульт принесла заявление об увольнении ФИО1 по собственному желанию со 02.10.2017 года. Причины увольнения ясны не были, поэтому на заявлении об увольнении была проставлена виза об увольнении с отработкой 2 недели. На 11 ч. 00 мин. было собрано рабочее совещание с участием начальников отделов, на данное совещание ФИО1 не явился, покинул рабочее место. После чего, ранее проставленная виза на заявление об увольнении с отработкой в течении 2 недель, была изменена директором на визу «уволить с даты, указанной в заявлении». 02.10.2017 года был издан приказ об увольнении и были произведены расчеты по заработной плате. Сумма подлежащая выплате перечислена на счет истца 03.10.2017 года, поскольку операционный день в Банке оканчивается в 15 ч. 00 мин. и 02.10.2017 года перечислить деньги не успели. 04.10.2017 года после произведенного окончательного расчета и выдачи трудовой книжки, ФИО1, придя к М, устно выразил желание о продолжении работы.

Свидетель К в судебном заседании показала, что состоит в трудовых отношениях с МУП МО «Переработчик» в должности 

<

данные изъяты>, исполняла обязанности секретаря. 02.10.2017 года ФИО1 находился на рабочем месте с утра. Директора находился на планерке в районной администрации. ФИО1 подошел к свидетелю и положил на стол заявление об увольнении по собственному желанию. Об этом свидетель сообщила директору. Директор согласовал заявление с двухнедельной отработкой. Потом директор собрал рабочее совещание. До начала рабочего совещания, директор сказал ФИО1, о том, что бы он проходил на совещание, на что ФИО1 отказался, развернулся и ушел, высказав, что продолжать работать не желает. На совещании он не присутствовал, покинул рабочее место. Рабочее совещание прошло без участия ФИО1, после чего директором виза на заявлении ФИО1 была исправлена, указана дата увольнения со 02.10.2017 года. Приказ об увольнении был издан 02.10.2017 года, сотрудники звонили ФИО1 сообщить о необходимости ознакомления с приказом, но он трубку телефона не брал. Окончательный расчет был произведен с ФИО1 03.10.2017 года. Со 02.10.2017 года по 04.10.2017 года ФИО1 на работе не появлялся. 04.10.2017 истец принес больничный лист. Свои действия в связи с увольнением не мотивировал. На плохое состояние здоровья жалоб от него не поступало.

Свидетель Ж суду показала, что является 

<

данные изъяты> МУП «Переработчик». 02.10.2017 года ФИО1 утром находился на работе. Директор М был на планерке в районной администрации, после планерки он приехал, и началось рабочее совещание. ФИО1 на совещании не присутствовал. Секретарь совещания К, увидев ФИО1 в дверях, попросила его, чтобы прошел на совещание, на что ФИО1 повернулся и ушел. После обеда около 15 ч. 00 появился приказ об увольнении, бухгалтерией был начислен окончательный расчет, но. банк в это время платежи уже не принимал, в связи с чем платежное поручение было передано в Банк на следующий день 03.10.2017 года. 

Свидетель П в судебном заседании показал, что состоит в должности 

<

данные изъяты> МУП «Переработчик». Утром 2017 года ФИО1 сообщил свидетелю, что намерен уволиться. Свидетель пытался переубедить ФИО1 в своем решении. После того, как директор приехал, К сказала, что ФИО1 написал заявление об увольнении по собственному желанию, отдал заявление директору, который подписал заявление с отработкой в течение двух недель. После того, как ФИО1 не явился на планерку, директор исправил визу, указал дату увольнения 02.10.2017 года. Это происходило в районе 11 ч.00 мин. на рабочем совещании. Свое желание об увольнении истец не мотивировал. О плохом состоянии здоровья не говорил.

Помощник прокурора Сербин А.Ю. в судебном заседании в своем заключении полагал, что основания для удовлетворения требований истца отсутствуют, так как истец сам попросил уволить его с 02.10.2017 года и стороны достигли соглашения об увольнении с даты, которую указал работник. Доказательства, свидетельствующие о вынужденном увольнении по собственному желанию, истцом не представлены. 

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, заключение прокурора, показания свидетелей, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Приказом МУП «Переработчик» №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу в должности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен трудовой договор.

В соответствии с дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен на 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приказом МУП «Переработчик» №-к от ДД.ММ.ГГГГ уволен по инициативе работника на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

ФИО1 с увольнением не согласен, считает его незаконным, настаивая на том, что работодателем не было принято во внимание заявление ФИО1 об отзыве заявления об увольнении.

При этом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.

Так, в соответствии с пунктом 3 части 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Кодекса).

Согласно части 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. 

Часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что в случае увольнения работника по собственному желанию трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении, если работник и работодатель достигнут соглашения об иной дате увольнения.

Предусмотрев в части первой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации возможность для работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе и установив при этом единственное требование - предупредить об этом работодателя не позднее чем за две недели, а также предоставив в ее части второй возможность сторонам трудового договора достичь соглашения об изменении даты увольнения, федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду.

При этом, действующее законодательство не устанавливает какой-либо обязательной формы, в которой должно быть зафиксировано соглашение, достигнутое между работником и работодателем относительно конкретной даты увольнения. Достижение такого соглашение может быть выражено в одном документе (заявление, виза на заявлении и др.) или в нескольких документах (заявление и приказ). Помимо этого, о достигнутом соглашении могут свидетельствовать совокупность действий сторон трудового договора, выраженных как в письменных документах, так и непосредственно в самих действиях, выражающих волю сторон на установление правоотношений (конклюдентные действия).

Из материалов гражданского дела следует, что 02.10.2017 года ФИО1 на имя директора МУП «Переработчик» было подано заявление об увольнении по собственному желанию, где он указал конкретную дату, с которой просит его уволить - 02.10.2017 года.

Из показаний свидетеля М, являющегося руководителем ответчика, следует, что первоначально он на заявлении поставил визу о необходимости двухнедельной отработки. 

После подачи заявления ФИО1 покинул рабочее место.

Учитывая, что волеизъявление работника на отказ от продолжения работы было однозначным и не вызывающим сомнения, руководителем виза на заявлении была изменена. Из содержания измененной визы следует, что законный представитель работодателя согласился с датой увольнения, которая была предложена самим работником - 02.10.2017 года.

При этом, судом не принимаются доводы истца о том, что в действительности действия по увольнению были произведены работодателем позднее, уже после того, как работодателю стало известно о намерении ФИО1 продолжать работу. Данные доводы опровергаются фактическими обстоятельствами, установленными судом при рассмотрении гражданского дела.

Так, из материалов гражданского дела и показаний свидетелей следует, что именно 02.10.2017 года, то есть в день подачи ФИО1 заявления об увольнении, работодателем был издан приказ об увольнении работника. При этом, в приказе об увольнении указано, что днем увольнения ФИО1 является 02.10.2017 года.

То есть работодателем были совершены фактические действия по увольнению работника той датой, которой сам работник просил, что свидетельствует о достижения между работником и работодателем соглашения по поводу даты увольнения.

Более того, платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ года МУП «Переработчик» произвело с ФИО1 окончательный расчет, перечислив денежные средства в размере 247 824 руб. В судебном заседании истец также признавал и не оспаривал, что окончательный расчет был произведен с ним 03.10.2017 года. Согласно же показаниям свидетеля Ж, являющейся главным бухгалтером МУП «Переработчик», окончательный расчет не смогли выполнить в день увольнения 02.10.2017 года, так как банк во второй половине дня не принимал платежные документы.

Приведенные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что в рассматриваемой ситуации работник и работодатель достигли соглашения относительно конкретной даты увольнения работника - 02.10.2017 года.

В соответствии с частью 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Из пояснений истца следует, что 03.10.2017 года он по почте направил в адрес работодателя заявление, в котором просил считать недействительным свое заявление об увольнении от 02.10.2017 года. Согласно уведомлению о вручении данное почтовое отправление было получено МУП «Переработчик» только 09.10.2017 года.

Помимо этого, 04.10.2017 года ФИО1 сдал непосредственно в МУП «Переработчик» вышеуказанное заявление от 03.10.2017 года, о чем на заявлении была поставлена отметка входящих документов № от 04.10.2017 года.

Таким образом, ФИО1 отозвал свое заявление об увольнении уже после того, как он был уволен с работы на основании данного заявления. Следовательно, заявление ФИО1 от 03.10.2017 года, в котором он просил считать заявление об увольнении недействительным, не имеет юридического значения в рассматриваемой ситуации, так как на момент совершения данного действия работник не состоял с ответчиком в трудовых отношениях.

Помимо этого, ФИО1 утверждает, что его заявление об увольнении по собственному желанию было вынужденным.

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Как следует из пояснений истца, увольнение по собственному желанию носило вынужденный характер в связи с «издевательским» отношением к нему, а также принуждением его к труду, несмотря на плохое самочувствие работника.

Как следует из показаний, допрошенных в судебном заседании свидетелей М, К, Ж, П, 02.10.2017 года истец пришел на работу, жалоб с его стороны на состояние здоровья не было. Устным распоряжением директора было созвано рабочее совещание начальников отделов, на котором должен был присутствовать ФИО1, однако ФИО1 на собрании присутствовать не захотел, покинул рабочее место, сообщив, что не желает продолжать работать.

При этом, истцом не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих его доводы о вынужденном характере заявления об увольнении.

В частности, утверждение о том, что работодатель не хотел отпускать его «на больничный лист» вызывают обоснованным сомнения в связи с тем, что согласно действующему правовому регулированию оформление временной нетрудоспособности при обращении гражданина в лечебное учреждение никоим образом не зависит от того, согласен ли работодатель или не согласен с тем, что работник нуждается в лечении и получает такое лечение.

Более того, 02.10.2017 года ФИО1 был открыт листок временной нетрудоспособности № в ГБУ РС (Я) «Нерюнгринская ЦРБ» сроком на 2 дня. То есть в действительности у ФИО1 не было каких-либо объективных препятствий для обращения в медицинское учреждение за медицинской помощью.

При этом, действующее законодательство не запрещает осуществлять увольнение работника по собственному желанию в период его временной нетрудоспособности, если сам работник на этом настаивает. Работодатель не вправе расторгнуть трудовой договор с работником в период его временной нетрудоспособности только в том случае, если инициатива расторжения исходит от самого работодателя.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о законности увольнения истца, в связи с чем оснований для удовлетворения требования о признании незаконным приказа об увольнении и восстановлении на работе, а также производных требований о взыскании оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия).

Судья В.Г. Ткачев

Решение в окончательной форме изготовлено 20 ноября 2017 года