Дело № 2-33/2025

УИД 35RS0010-01-2024-001182-29

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Вологда 23 января 2025 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Папушиной Г.А.,

с участием помощника прокурора г. Вологды Дементьева И.А.,

при секретаре Калабышевой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Новадент» о защите прав потребителей, 

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Новадент» (далее – ООО «Новадент») о защите прав потребителей.

Требования мотивировала тем, что 07 декабря 2021 года обратилась в ООО «Новадент» к стоматологу-ортопеду ФИО1 для 

<

данные изъяты>. В этот же день был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг, стоимость стоматологических услуг по договору составила 52 820 рублей. 16 декабря 2021 года были поставлены 

<

данные изъяты>. В процессе эксплуатации были обнаружены недостатки стоматологических услуг, а именно: 

<

данные изъяты>. Как следствие 

<

данные изъяты>, что эстетически уничтожило результат предоставленной услуги. 

Просит взыскать с ООО «Новадент» стоимость услуг в размере 52 820 рублей, неустойку в размере 52 820 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 15 000 рублей, штраф.

Определением суда от 20 февраля 2024 года, внесенным в протокол предварительного судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Керамик» и ФИО2

В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель по ордеру адвокат Шиловская О.Н. исковые требования поддержали, просили удовлетворить. Пояснили, что претензия направлена в адрес ответчика в период гарантийного срока, в удовлетворении которой ответчик необоснованно отказал. Судебная экспертиза не могла быть проведена в виду непредоставления медицинской документации со стороны ответчика, справка из медицинской карты к такой документацией не является, поскольку ее можно было составить при наличии первоисточника, который отсутствует. Бремя доказывания оснований для освобождения от ответственности в связи с наличием недостатков в выполненной работе лежит на исполнители. Истец обратилась за оказанием услуг – установка 

<

данные изъяты>, за установлением 

<

данные изъяты> как самостоятельной услуги не обращалась. Истцу оказывалась услуги по установке 

<

данные изъяты>), цель не достигнута. В марте 2024 года были установлен 

<

данные изъяты>. От проведения дополнительной судебной экспертизы отказались в виду отсутствия денежных средств. 

Ранее истец ФИО3 пояснила, что в 2021 году обратилась к ответчику для 

<

данные изъяты>. До этого носила 

<

данные изъяты>, их необходимо было сменить в связи с изношенностью. 16 декабря 2021 года поставлены были новые 

<

данные изъяты>, также ходила на корректировку, подточку. 

<

данные изъяты> уходил в сторону, давил на верхнюю челюсть, тёр, постепенно протез стал разрушаться. 

<

данные изъяты> установлен неправильно, зубы направлены внутрь, давит, на нем вмятины. 

Представители ответчика ООО «Новадент» по доверенности ФИО4 и директор ФИО5, полномочия по должности, с исковыми требованиями не согласились, просили в иске отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Пояснили, что бремя доказывания наличие дефектов к оказанной услуги лежит на истец, имела возможность обратиться к другим специалистам. Доказательств, что услуга оказана ненадлежащего качества, со стороны истца не представлено. В отношении 

<

данные изъяты> претензий истец не высказывала, только в отношении 

<

данные изъяты>. Справка об оказанных услугах была подготовлена, так как ФИО2 не заполняла надлежащим образом медицинскую документацию. Справка подготовлена со слов ФИО2 по производству 

<

данные изъяты>. Полагают, что заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством по делу. Отсутствие медицинской документации не свидетельствует о некачественно оказанной услуги по изготовлению 

<

данные изъяты>. Истец на протяжении 2 лет 3 месяцев использовала 

<

данные изъяты>, претензий не имела. Необходимо время для привыкания к 

<

данные изъяты>, возможны в данный период негативные ощущения. В течении 2 недель истец приходила в клинику, ее осматривал врач и производил подточку. Больше 2 раз точить нельзя, иначе использовать 

<

данные изъяты> будет невозможно. Неоднократно предлагали истцу заключить мировое соглашение, заменить 

<

данные изъяты> и компенсацию морального вреда. От проведения дополнительной экспертизы отказались, поскольку данное ходатайство должно исходить от истца, бремя доказывания как самого факта недостатков, так и причинно-следственной связи лежит на истце. 

Третьи лица ФИО2, ООО «Керамик» о дате и времени судебного заседания извещены, в судебное заседание не явились.

Третье лицо ФИО2 ранее пояснила, что в 2021 году оказывала стоматологическую услугу истцу по изготовлению 

<

данные изъяты>. Медицинская карта отсутствует, работала у ответчика до апреля 2022 года. Сначала делаются слепки, ложечка, по ней функциональный оттиск, определение прикуса, примерка 

<

данные изъяты>. Сам 

<

данные изъяты> изготавливало ООО «Керамик». Старый 

<

данные изъяты> использовала в качестве ложечки. Истец выбрала себе 

<

данные изъяты>. 

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон об основах охраны здоровья) медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из пункта 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с пунктом 8 статьи 84 этого же закона к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей).

Согласно статье 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

Согласно абз. 7 - 8 пункта 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей, потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровья пациента.

В соответствии с пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 07 декабря 2021 года между ФИО3 и ООО «Новадент» заключен договор возмездного оказания медицинской услуги, по условиям которого исполнитель обязался оказать потребителю платные стоматологические услуги (установка 

<

данные изъяты>). 

Стоимость услуги составляла 52 820 рублей, оплата которой истцом произведена в полном объеме. 

В связи с выявленным дефектом оказанной услуги 05 мая 2022 года ФИО3 обратилась в ООО «Новадент» с претензий о безвозмездном устранении недостатков, а в случае невозможности их устранения о возврате денежных средств за услугу. В удовлетворении указанной претензии ответчик отказал. 

Стоматологические услуги истцу оказывала ФИО2, состоявшая в трудовых отношениях с ООО «Новадент» и имеющая соответствующее медицинское образование, что подтверждается трудовым договором от 14 марта 2016 года, дополнительным соглашением от 21 апреля 2021 года, медицинскими документами (том 1 л.д. 52-60). 

При этом работы по изготовлению 

<

данные изъяты> по заявкам ответчика осуществляло ООО «Керамик» на основании договора на выполнение работ от 01 марта 2021 года. 

На запрос суда медицинская документация истца ответчиком предоставлена не была, поскольку утеряна (том 1 л.д. 51). Представлено лишь наряд от 07 декабря 2021 года, пояснения врача ФИО2 (том 1 л.д. 93, 94), справка о датах и произведенных медицинских услугам по изготовлению 

<

данные изъяты> (том 1 л.д. 136-137), поскольку медицинская карта истца врачом ФИО2 не заполнялась. 

С целью установления качества оказанной стоматологической услуги по ходатайству ответчика определением суда от 14 мая 2024 года назначена судебная стоматологическая экспертиза, проведение которой поручено ЧЭУ «Северо-Западное бюро негосударственных судебных экспертиз и специалистов». 

Согласно заключению эксперта № отсутствие ведения медицинской документации в ООО «Новадент» по факту оказания медицинской (стоматологической) помощи ФИО3 квалифицируется экспертной комиссией, как дефект оказанной медицинской (стоматологической) помощи. 

Ввиду отсутствия в представленной на исследование документации достаточных медицинских сведений об оказанной в ООО «Новалент» медицинской (стоматологической) помощи ФИО3 правильность проведенных лечебно-диагностических мероприятий, правильность выбора метода лечения и причинно-следственная связь возможных дефектов оказанной медицинской помощи с неблагоприятными последствиями у пациентки в рассматриваемом случае экспертной оценке не подлежат. 

В соответствии с пунктом 3 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 20 марта 2020 года № 206н «Об утверждении Порядка организации и проведения экспертизы качества, эффективности и безопасности медицинских изделий», экспертиза качества, эффективности и безопасности медицинских изделий проводится федеральным государственным учреждением, находящимся в ведении Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения. 

В соответствии с пунктом 27 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не определяется, если медицинские документы отсутствуют либо в них не содержится достаточных сведений, в том числе результатов инструментальных и лабораторных методов исследований, без которых не представляется возможным судить о характере и степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. 

Оснований сомневаться в выводах заключения экспертов у суда не имеется, поскольку экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отвечает требованиям относимости и допустимости, экспертиза проведена с соблюдением норм гражданско-процессуального законодательства, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение, имеют необходимый стаж работы для проведения данного рода экспертизы. Экспертами проведено подробное изучение материалов дела, в заключении содержатся ответы на вопросы, имеющие значение для разрешения дела по существу; экспертное заключение обоснованно, аргументировано с научной точки зрения.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Таким образом, закон возлагает на исполнителя услуг обязанность по доказыванию того, что услуги оказаны в полном объеме и надлежащего качества. 

Для разрешения спора и установления данных, юридически значимых обстоятельств и была назначена судебная стоматологическая экспертиза, однако в заключении эксперта ЧЭУ «Северо-Западное бюро негосударственных судебных экспертиз и специалистов» отсутствует ответ на вопрос о наличии недостатков в самом изделии – 

<

данные изъяты>. 

На основании изложенного и в соответствии со статьей 87 Гражданского процессуального кодекса судом на обсуждение вынесен вопрос о назначении повторной судебной стоматологической экспертизы, от проведения которой стороны отказались в ходе рассмотрения дела.

Таким образом, суд приходит к выводу, что дефекты ведения медицинской документации являются нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Статьей 15 упомянутого Закона установлено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Положениями статьи 22 Закона № 323-ФЗ закреплено право каждого на получение в доступной для него форме имеющейся в медицинской организации информации о состоянии своего здоровья, в том числе сведений о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.

Пациент либо его законный представитель имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, и получать на основании такой документации консультации у других специалистов.

В соответствии с пунктом 11 части 1 и пунктом 14 части 1 статьи 79 Закона № 323-ФЗ медицинская организация обязана вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; обеспечивать условия для проведения независимой оценки качества условий оказания услуг.

Медицинская документация является доказательством при разрешении конфликтов между пациентом и врачом, пациентом и медицинской организацией, поскольку в ней аккумулируется информация о состоянии пациента, проведенных лечебно-диагностических мероприятиях, жалобах, предъявляемых пациентом, причинах обращения за медицинской помощью и т.д.

Именно медицинская документация позволяет ознакомиться с выполненными медицинскими вмешательствами, основаниями для их проведения (обоснование клинического диагноза, записи осмотров и консилиумов врачей-специалистов, показания и противопоказания к медицинскому вмешательству и др.), проанализировать процесс оказания медицинской помощи пациенту и соблюдение всех необходимых требований.

Ведение медицинской документации в установленном порядке является составной частью профессиональной медицинской деятельности, что определено действующим законодательством (определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 04 октября 2021 года № 88-17182/2021).

Отношения пациента с медицинским учреждением не ограничиваются непосредственно разовым посещением учреждения, а связаны, в том числе, с возможностью повторного лечения, получением либо истребованием медицинских документов, в частности, для продолжения лечения в ином учреждении. Следовательно, при оказании медицинских услуг ведение медицинской документации является обязательным, в связи с чем некачественное оформление медицинским учреждением медицинской карты либо ее утрата влечет нарушение прав пациента как потребителя медицинских услуг.

Поскольку заключением судебно-медицинской экспертизы выявлены дефекты ведения медицинской документации в ООО «Новадент», что привело к нарушению прав истца как потребителя медицинских услуг, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ООО «Новадент» в пользу истца компенсации морального вреда.

Принимая во внимание фактические обстоятельства причинения истцу морального вреда, дефекты, допущенные при оказании медицинской помощи, которые не позволяют экспертам определить правильность проводимых мероприятий, выбора оказания медицинской помощи, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, принцип разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ООО «Новадент» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Разрешая требования истца в части взыскания убытков в виде уплате денежных средств за некачественные услуги в размере 52 820 рублей, суд исходит из следующего. 

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Поскольку доказательств, свидетельствующих об оказании услуг при протезировании надлежащего качества, стороной ответчика в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлена, при этом ответчик не воспользовался своим правом на безвозмездное устранение недостатков, проведения осмотра, отказал в данных требованиях, суд полагает, что истец имеет право на взыскание понесенных им расходов за оказание услуги ненадлежащего качества с существенными недостатками, а именно на возмещение стоимости некачественной медицинской услуги в размере 52 820 рублей. 

Доводы стороны ответчика о том, что истцу оказывалась услуга по протезированию верхней и нижней челюсти как две самостоятельные услуги, несостоятельна, поскольку по условиям договора истец обратилась к ответчику за оказанием медицинской услуги, а именно изготовлению и установке протеза как единого медицинского изделия, несмотря на то, что оно состоит из двух частей: нижнего и верхнего протеза (статья 133 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Далее, в соответствии с пунктом 1 статьи 31 Закона о защите прав потребителей требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования. Данные нормы закона регулируют правоотношения, возникшие в связи с выполнением исполнителем работы или оказанием услуги.

Согласно части 3 указанной статьи за нарушение указанного десятидневного срока исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона. 

Пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени). 

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги) (положения абзаца 4 пункта 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей). 

В связи с наличием недостатков в оказанной услуги истец 05 мая 2022 года направила в адрес ответчика претензию, в которой просила безвозмездно устранить недостатки, а в случае отсутствия такой возможности вернуть ей денежные средства. 

Поскольку в десятидневный срок со дня предъявления требования о возврате уплаченных денежных средств не удовлетворены ответчиком, в силу вышеуказанных требований подлежит начислению неустойка. 

Обращаясь в суд с иском, истец просила взыскать неустойку за нарушение сроков возврата денежных средств за период с 12 мая 2022 года по 15 января 2024 года в размере 52 820 рублей, поскольку размер неустойки за указанный период (614 дней) составляет 972 944 рубля 40 копеек, что превышает стоимость услуги. 

Проверяя данный расчет, суд находит его арифметически верным, соответствующим положениям пункта 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей. 

Поскольку размер неустойки не может превышает цену услуги, заявленные истцом требования о взыскании неустойки за нарушение сроков удовлетворения требования потребителя подлежат удовлетворению в размере 52 820 рублей. 

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. 

Учитывая, что требования истца в добровольном порядке не были удовлетворены ответчиком, суд взыскивает с ответчика штраф в пользу истца в размере 67 820 рублей (30 000 + 52 820 + 52 820: 2).

Ходатайство о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации стороной ответчика не заявлялось.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При этом, как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления). 

Из анализа действующего законодательства следует, что разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства.

Для установления разумности расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание юридической помощи, характеру услуг, оказанных по договору, а равно принимает во внимание доказательства, представленные другой стороной и свидетельствующие о чрезмерности заявленных расходов.

Как следует из материалов дела, за оказание юридической помощи (составление искового заявления, составление ходатайств, возражений, претензий т.д.) истцом оплачено 15 000 рублей, оплата данных расходов подтверждена счетом от 12 января 2024 года № и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 12 января 2024 года. 

Представление интересов истца в судебном заседании от 23 января 2025 года представляла адвокат Шиловская О.Н.

Принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также затраченное время на его рассмотрение и непосредственное участие представителя в судебном заседании суда первой инстанции, а также совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований, суд признает заявленный истцом размер расходов на представителя в размере 15 000 рублей разумным, соответствующим балансу между процессуальными правами лиц, участвующих в деле, и объему оказанных услуг.

Согласно статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 612 рублей 90 копеек. 

Руководствуясь статьями 194-197 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новадент», ИНН 

<

***> в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия №, 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, расходы на представителя в размере 15 000 рублей, уплаченные денежные средства в размере 52 820 рублей, неустойку в размере 52 820 рублей, штраф в размере 67 820 рублей. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новадент», ИНН 

<

***> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 612 рублей 90 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд Вологодской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Г.А.Папушина 

Мотивированное решение изготовлено 06.02.2025.