РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

04 июля 2018 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Сусловой А.В., с участием помощника прокурора г. Радужный Гизатуллина М.З., истца ФИО1, представителя истца Горевого К.Н., представителя ответчика ФИО2, при секретаре Савко О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-455/2018 по исковому заявлению ФИО1 

<

данные изъяты> к акционерному обществу «Нижневартовское нефтегазодобывающее предприятие» о восстановлении на работе, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Нижневартовское нефтегазодобывающее предприятие» (далее по тексту – АО «ННП») о восстановлении на работе, указывая в обоснование исковых требований, что он состоял в трудовых отношениях с ответчиком на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, был принят на работу в качестве машиниста насосной станции по закачке рабочего реагента в пласт 4 разряда на укрупненный нефтепромысел 4 службы ППН и сдачи нефти (9-В грейд), трудовой договор был заключен на неопределенный срок, его рабочим местом являлось Ван-Еганское нефтегазоконденсатное месторождение, расположенное в 75 км северо-восточнее 

<

адрес>, в 35 км юго-западнее 

<

адрес> и в 40 км восточнее 

<

адрес>, на рабочее место его доставлял служебный автобус. Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор прекращен, он уволен с ДД.ММ.ГГГГ за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей (прогул), основанием послужила служебная записка и.о. директора УНП-4 от ДД.ММ.ГГГГ, акт об отсутствии на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ, его объяснительная от ДД.ММ.ГГГГ. С вынесенным приказом он не согласен, оснований для расторжения трудового договора не усматривает, поскольку трудовые обязанности не нарушал. Согласно акту об отсутствии на рабочем месте, он отсутствовал на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов до 20 часов, что не соответствует действительности, так как в этот день он находился на Ван-Еганском месторождении, плохо себя чувствовал, прошел медицинский осмотр, при котором было зафиксировано повышение артериального давления, в связи с чем медсестра выдала ему лекарство и отправила к врачу, который пояснил, что не может допустить его к работе, затем и.о. директора УПН-4 направил его в общежитие, в данном работодателю объяснении он указал о данных событиях. Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на листке нетрудоспособности, в период которой не допускается увольнение по инициативе работодателя. Ссылаясь на ст.ст. 81, 139, 234, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, просит признать незаконным приказ ответчика о прекращении трудового договора №-к от ДД.ММ.ГГГГ, восстановить его на работе в прежней должности, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула в размере 53 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей (л.д. 4-5).

В возражении на исковое заявление представитель ответчика АО «ННП» просит в удовлетворении исковых требований отказать, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ истец был принят на должность машиниста насосной станции по закачке рабочего агента в пласт 4 разряда УНП-4 службы ППН и сдачи нефти АО «ННП», с ДД.ММ.ГГГГ переведен машинистом насосной станции по закачке рабочего агента в пласт 5 разряда цеха по подготовке, перекачке нефти и поддержания пластового давления УНП-4, ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работодателя, в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей (прогулом). ДД.ММ.ГГГГ при заезде работников цеха ППН на рабочую вахту в соответствии с утвержденным графиком работы был выявлен факт заезда истца на территорию ДКП-17 Ван-Еганского месторождения в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем он не был допущен к дальнейшему проезду на производственную территорию общества и отправлен в г. Радужный. В соответствии с графиком работы, трудовым распорядком на май 2018 года, правилами внутреннего трудового распорядка день заезда на вахту ДД.ММ.ГГГГ являлся для истца рабочим днем. ДД.ММ.ГГГГ в связи с невыходом истца на рабочее место (операторная КНС-1 цеха подготовки и перекачки нефти УНП-4 Ван-Еганского месторождения нефти) в течение всего рабочего дня (смены) был составлен акт об отсутствии на рабочем месте. ДД.ММ.ГГГГ истцу предложено дать объяснения с указанием причин отсутствия на рабочем месте в указанные даты. Согласно объяснениям истца, ДД.ММ.ГГГГ он не был допущен на территорию месторождения сотрудниками ООО «

<

данные изъяты>» по причине выявления признаков алкогольного опьянения, ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал на работе в связи с плохим самочувствием и не прохождением предвахтового медосмотра. Факт недопущения истца к работе ДД.ММ.ГГГГ работодателем не отрицается и подтверждается составленными актами, при этом факт невыхода истца на работу ДД.ММ.ГГГГ из-за плохого самочувствия не нашел своего подтверждения, с жалобами в здравпункт АО «ГК «

<

данные изъяты>», расположенный на территории Ван-Еганского месторождения, истец не обращался. Учитывая тяжесть совершенного проступка, заключающегося в отсутствии на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ без уважительных причин, на основании служебной записки и.о. директора УНП-4 от ДД.ММ.ГГГГ издан приказ о прекращении трудового договора с работником №-к от ДД.ММ.ГГГГ, от подписи об ознакомлении с приказом истец отказался, о чем составлен акт. Считает, что увольнение истца произведено в соответствии с требованиями трудового законодательства, совершение дисциплинарного проступка и соблюдение процедуры увольнения подтверждаются представленными доказательствами. За медицинской помощью в БУ «

<

данные изъяты>» истец обратился после ознакомления с приказом об увольнении, в период нахождения на территории месторождения в последний рабочий день ДД.ММ.ГГГГ за медицинской помощью в здравпункт не обращался, при таких обстоятельствах, интересы работника нарушены не были. Кроме того, месторождение является комплексом опасных производственных объектов, на территории которого недопустимо ослабление контроля управления, тяжесть возможных последствий предполагает обеспечение полного контроля за безаварийным функционированием производственных объектов (л.д. 88-91).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, и пояснил, что он работал в АО «ННП» вахтовым методом, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ должен был находиться на рабочей вахте, его рабочим местом являлось помещение операторной ППД в цехе ЦППН и ППД УНП-4 Ван-Еганского месторождения. При заезде на вахту ДД.ММ.ГГГГ он не был допущен на территорию месторождения работниками охранного предприятия, так как до этого употреблял спиртные напитки, и им не понравился его внешний вид. ДД.ММ.ГГГГ он находился на территории месторождения, в утреннее время прошел медицинский осмотр, явился на рабочее место, после чего начальник цеха ФИО3 отправил его в общежитие, ссылаясь на то, что у него болезненный вид. В течение рабочей смены ДД.ММ.ГГГГ он отсутствовал на рабочем месте, так как по указанию начальника находился в общежитии. С приказом об увольнении он был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, по окончании последней рабочей смены, после чего он вернулся в 

<

адрес> и обратился в медицинское учреждение, где ему был открыт листок нетрудоспособности, за медицинской помощью в медицинский пункт на территории месторождения он не обращался, работодателю о своей нетрудоспособности не сообщал, указанные в исковом заявлении обстоятельства его обращения за медицинской помощью в действительности имели место ДД.ММ.ГГГГ. Просил признать незаконным приказ ответчика о прекращении трудового договора, восстановить его на работе, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула, исходя из сведений о среднем заработке, представленных ответчиком, в размере 67 236,80 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца адвокат Горевой К.Н., действующий на основании ордера (л.д. 38), полагал, что исковые требования являются обоснованными, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ истец приехал на работу, однако не был допущен на территорию месторождения и отправлен начальником цеха в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ он обратился в медицинский пункт для прохождения предвахтового медицинского осмотра, назвал свою фамилию, вопросов к нему у медицинских работников не возникло, после чего он пришел в цех на рабочее место, однако был направлен руководителем в общежитие, где находился до следующего утра, ДД.ММ.ГГГГ прошел медицинский осмотр и продолжил работу. Считает, что увольнение истца обусловлено тем, что он отозвал ранее поданное им по предложению руководителя заявление об увольнении по собственному желанию.

В судебном заседании представитель ответчика АО «ННП» ФИО2, действующий на основании доверенности (л.д. 36-37), не согласился с исковыми требованиями по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

В судебном заседании помощник прокурора 

<

адрес> Гизатуллин М.З. полагал, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку увольнение истца произведено работодателем с соблюдением требований трудового законодательства.

Выслушав объяснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что на основании приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 принят на работу в ОАО «ННП» в качестве машиниста насосной станции по закачке рабочего агента в пласт 4 разряда службы ППН и сдачи нефти УНП-4 (л.д. 92), ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «ННП» и ФИО1 заключен трудовой договор № на неопределенный срок, в соответствии с условиями которого работнику установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год, вахтовый метод организации работ (л.д. 95-96, 97), на основании приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ истец переведен машинистом насосной станции по закачке рабочего агента в пласт 5 разряда цеха по подготовке, перекачке нефти и поддержания пластового давления УНП-4 ОАО «ННП» (л.д. 93).

Приказом генерального директора АО «ННП» №-к от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 уволен за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей (прогул), по основанию, предусмотренному п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 94), основанием для вынесения приказа явились служебная записка и.о. директора УПН-4 ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, акт об отсутствии работника на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ, объяснительная ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ст.ст. 21 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка и трудовую дисциплину, а работодатель имеет право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В соответствии с п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае отсутствия работника на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены) независимо от его продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно разъяснениям, данным в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор с работником расторгнут по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.

Согласно доводам истца, он является членом профсоюзной организации АО «ННП», между тем, в силу положений ч. 2 ст. 82 Трудового кодекса Российской Федерации учет мнения выборного органа первичной профсоюзной организации при увольнении работников, являющихся членами профсоюза, по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не является обязательным.

В соответствии с ч. 4 ст. 82 Трудового кодекса Российской Федерации коллективным договором может быть установлен иной порядок обязательного участия выборного органа первичной профсоюзной организации в рассмотрении вопросов, связанных с расторжением трудового договора по инициативе работодателя.

В порядке подготовки дела к судебному разбирательству судом предлагалось ответчику представить копию коллективного договора (л.д. 2-3, 34, 70), которая на момент рассмотрения не представлена, при этом стороны полагали возможным окончить судебное разбирательство без исследования данного документа.

В соответствии с ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям. 

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

В силу ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. 

Днем обнаружения проступка, с которого исчисляется срок применения дисциплинарного взыскания, считается день, когда непосредственному руководителю работника стало известно о совершенном проступке, и при этом не имеет значения, наделен ли этот руководитель правом применять дисциплинарные взыскания.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание (ч. 5 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 6 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Пунктом 2.2 трудового договора, заключенного сторонами, установлена обязанность работника добросовестно выполнять свои трудовые обязанности в соответствии с трудовым договором, должностной инструкцией, локальными актами работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, приказы и распоряжения работодателя, соблюдать трудовую дисциплину (л.д. 95-96).

Из графика режима работы работников УНП-4 АО «ННП» на 2018 год, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, с которым истец ФИО1 был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, следует, что в мае 2018 года рабочими днями для истца являлись дни с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 135-137, 138), согласно трудовому распорядку работы работников УНП-ДД.ММ.ГГГГ год, рабочим временем является время с 08 часов до 13 часов, с 14 часов до 20 часов (л.д. 149, 150), как установлено при рассмотрении дела, основанием для применения к истцу дисциплинарного взыскания явилось его отсутствие на рабочем месте без уважительной причины в течение рабочей смены ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с положениями ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

В трудовом договоре, заключенном сторонами, отсутствуют сведения о закреплении за истцом определенного рабочего места, между тем, как следует из трудового договора, истец был принят на работу в службу ППН и сдачи нефти УНП-4 ОАО «ННП» (л.д. 95-96), в приказе о переводе истца на другую работу указано место работы цех по подготовке, перекачке нефти и поддержания пластового давления УНП-4 ОАО «ННП» (л.д. 93), в графике работы персонала, с которым истец был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, местом работы истца указана БКНС-1 УНП-4 АО «ННП» (л.д. 134), из объяснений истца и представителя ответчика в судебном заседании установлено, что в течение рабочей смены истец должен был находиться в помещении операторной ППД в цехе ППН и ППД УНП-4 АО «ННП» на территории Ван-Еганского месторождения нефти.

Как следует из акта об отсутствии работника на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ, с которым истец был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, комиссией в составе начальника ЦППН и ППД ФИО3, и.о. начальника ЦППН и ППД ФИО5, мастера ЦППН и ППД ФИО6 был установлен факт отсутствия истца ФИО1 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ с 08 до 20 часов (л.д. 101), аналогичные сведения содержатся в служебной записке и.о. директора УНП-4 ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 133), в табеле учета рабочего времени за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что 02 и ДД.ММ.ГГГГ истец отсутствовал на работе без уважительных причин (л.д. 148).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что указание в акте об отсутствии работника на рабочем месте о времени его составления 18 часов не является основанием для признания его недопустимым доказательством, поскольку факт отсутствия истца на рабочем месте подтверждается совокупностью исследованных доказательств, при этом в ходе судебного разбирательства истец подтвердил, что он отсутствовал на рабочем месте в течение всей смены, находясь в общежитии, которое не является рабочим местом истца, а предназначено для междусменного отдыха работников.

Как следует из материалов гражданского дела, до применения дисциплинарного взыскания работодателем от истца получено объяснение, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ он не вышел на работу по причине плохого самочувствия, и не прошел предвахтовый медосмотр (л.д. 103).

В обоснование исковых требований истец ссылается на то обстоятельство, что в день его отсутствия на рабочем месте он прошел предвахтовый медицинский осмотр и был готов приступить к работе, однако не был допущен к работе начальником цеха, который направил его в общежитие, где он находился до следующей рабочей смены.

Между АО «ННП» и АО «Группа компаний «

<

данные изъяты>» заключен договор на оказание медицинских услуг №Д от ДД.ММ.ГГГГ, предметом которого является оказание медицинских услуг, в том числе, на Ван-Еганском месторождении АО «ННП» (л.д. 121-132).

Согласно сообщению обособленного подразделения АО «Группа компаний «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 в здравпункты Ван-Еганского месторождения нефти ХМАО - Югры за медицинской помощью и для прохождения предвахтового медицинского осмотра не обращался, имеются сведения о его обращении ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на головную боль, при осмотре врач терапевт ФИО7 на основании объективных данных (АД 145/90 мм рт. ст., ЧСС 80 в мин) установил диагноз артериальная гипертония первой степени (л.д. 71).

Сведения об обращении истца за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 19 минут содержатся в журнале учета обращений, копия которого представлена по запросу суда обособленным подразделением АО «Группа компаний «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> (л.д. 72-76).

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству представителя ответчика свидетель Свидетель №2 показала, что она работает в обособленном подразделении АО «ГК «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> фельдшером здравпункта, расположенного на территории УНП-4 Ван-Еганского месторождения, ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время с 07 часов до 09 часов во время проведения предрейсового медицинского осмотра в помещение здравпункта зашел истец, представился, на ее вопрос о том, что случилось, не ответил и ушел, при этом она почувствовала от него запах алкоголя, о чем сообщила специалисту по охране труда и промышленной безопасности. ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 19 минут истец пришел в здравпункт, сообщив, что его направил начальник цеха, однако в связи с чем, он не знает, после чего истец был осмотрен врачом.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству представителя ответчика свидетель ФИО7 показал, что он работает в обособленном подразделении АО «ГК «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> врачом в здравпункте, расположенном на территории УНП-4 Ван-Еганского месторождения. В утреннее время ДД.ММ.ГГГГ в здравпункт обратился истец с жалобами на головную боль и повышенное давление, по результатам осмотра показатели артериального давления были 145/90, в неотложной медицинской помощи истец не нуждался, являлся трудоспособным. Впоследствии за медицинской помощью, в том числе ДД.ММ.ГГГГ, истец не обращался, каких-либо жалоб не высказывал. 

Таким образом, доводы истца о прохождении им предвахтового медицинского осмотра ДД.ММ.ГГГГ опровергаются показаниями свидетелей, оснований не доверять которым суд не усматривает, поскольку они последовательны, согласуются между собой и другими исследованными доказательствами по делу, обстоятельств, свидетельствующих о наличии заинтересованности свидетелей в исходе дела, судом не установлено.

Кроме того, показания свидетелей подтверждаются сведениями, содержащимися в журнале предвахтовых медицинских осмотров здравпункта ОП в 

<

адрес> АО «Группа компаний «

<

данные изъяты>», в котором истец не значится в числе работников, проходивших ДД.ММ.ГГГГ предвахтовый медицинский осмотр (л.д. 47-86), доводы истца о прохождении медицинского осмотра опровергаются его объяснением, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ он не прошел предвахтовый медосмотр (л.д. 103).

Доводы истца о том, что он отсутствовал на рабочем месте по распоряжению руководителя, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку они не подтверждены какими-либо доказательствами, при этом из объяснений истца и представителя ответчика следует, что распоряжение об отстранении истца от работы в порядке, установленном ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем не издавалось, ходатайств о допросе указанного лица в качестве свидетеля сторонами не заявлено.

Иных доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин отсутствия на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ, истцом суду не представлено, сведений о том, что после выхода на работу истец предоставлял работодателю документы, подтверждающие уважительность причин отсутствия на рабочем месте, материалы гражданского дела не содержат.

При этом доводы представителя истца о том, что увольнение истца обусловлено тем, что им было отозвано заявление об увольнении по собственному желанию, поданное ранее по предложению руководителя, также не подтверждены доказательствами.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлен факт отсутствия истца на рабочем месте в течение рабочей смены ДД.ММ.ГГГГ без уважительных причин, данное обстоятельство могло являться основанием для применения работодателем дисциплинарного взыскания, при этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю.

С приказом об увольнении истец ФИО1 был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, в установленный законом срок, от подписи об ознакомлении с приказом отказался, о чем работодателем составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 94, 147), данное обстоятельство истец подтвердил при рассмотрении дела.

В соответствии с ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно разъяснениям, данным в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. 

Ссылаясь на увольнение в период временной нетрудоспособности, истец ФИО1 представил суду копию листка нетрудоспособности №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что истец был освобожден от работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 21).

Между тем, как следует из объяснений истца, за медицинской помощью в БУ «Радужнинская городская больница» он обратился после окончания рабочей вахты и ознакомления с приказом об увольнении, при этом во время нахождения на работе в последний рабочий день ДД.ММ.ГГГГ за медицинской помощью он не обращался, работодателю о временной нетрудоспособности также не сообщал, в связи с чем суд полагает, что работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие действий истца. 

В соответствии с ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

С учетом обстоятельств, при которых истцом был совершен дисциплинарный проступок, суд приходит к выводу о соответствии вида примененного к истцу дисциплинарного взыскания тяжести совершенного им проступка, принимая также во внимание предшествующее поведение истца и его отношение к труду, которое подтверждается представленными ответчиком копиями акта о выявленном нарушении от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при въезде на ДКП-17 УНП-4 Ван-Еганского месторождения выявлен факт нахождения истца с признаками опьянения (л.д. 98), акта об отказе истца от прохождения медицинского освидетельствования для установления состояния опьянения от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 99), акта об отсутствии истца на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 100), объяснения истца от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 102), характеристики в отношении истца (л.д. 153).

Кроме того, как следует из объяснений представителя ответчика, в связи с отсутствием истца на рабочем месте исполнение его должностных обязанностей было возложено на других работников, при этом укрупненный нефтепромысел на территории месторождения нефти является комплексом опасных производственных объектов.

Принимая во внимание, что работодателем были соблюдены установленные трудовым законодательством порядок и срок применения дисциплинарного взыскания, оснований для удовлетворения исковых требований о признании приказа о прекращении трудового договора и восстановлении на работе суд не находит. 

Требования истца в части взыскания с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда являются производными от основных требований о признании приказа незаконными и восстановлении на работе, в связи с чем удовлетворению также не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 

<

данные изъяты> к акционерному обществу «Нижневартовское нефтегазодобывающее предприятие» о признании незаконным приказа о прекращении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с 09 июля 2018 года, путем подачи апелляционной жалобы, представления прокурора через Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Решение в окончательной форме принято 09 июля 2018 года.

Судья /подпись/ А.В. Суслова