Дело №2-40418

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сретенск 11 сентября 2018 г. 

Сретенский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Коробенковой О.В.,

при секретаре Красовской С.В.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 ФИО6 к обособленному структурному подразделению Нерчинский почтамт УФПС Забайкальского края – филиалу ФГУП «Почта России» о взыскании денежных средств, удержанных работодателем из заработной платы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что с 30 ноября 2012 г. по 12 февраля 2018 г. она работала в обособленном структурном подразделении Нерчинский почтамт УФПС Забайкальского края в должности 

<

данные изъяты>. 06 марта 2013 г. в отделении почтовой связи была обнаружена недостача денежных средств, о которой она сообщила работодателю. Ревизию работодатель провел не сразу, а через продолжительное время. Приказом от 21 июля 2016 г. с ее заработной платы стали удерживать недостачу. Полагает действия работодателя незаконными, так как инвентаризация непосредственно после обнаружения недостачи не проводилась, недостачу стали высчитывать по прошествии трех лет со дня ее обнаружения, ее вина в причинении ущерба не установлена, работодателем не созданы надлежащие условия для хранения имущества.

На основании изложенного, истец просила взыскать с ответчика денежную сумму в размере 56 792 руб. 53 коп., удержанную с ее заработной платы.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по изложенным в заявлении основаниям, дополнительно пояснила, что в ее обязанности входил учет поступивших и израсходованных почтовым отделением денежных средств. 6 и 7 марта 2013 г. она выдавала денежные средства операторам отделения и почтальонам. При подсчете остатка денежных средств 07 марта 2013 г. была обнаружена недостача в размере 91 000 руб. Данная сумма недостачи образовалась за два дня работы – 6 и 7 марта 2013 г. До этого периода и после расхождений по приходным и расходным операциям по кассе не имелось. Полагает, что недостача образовалась в связи с тем, что, выдав 06 или 07 марта 2013 г. оператору часть денежных средств, она не внесла об этом запись в журнал учета, по ее мнению, кто-то из операторов присвоил себе эти денежные средства. По данному факту было возбуждено уголовное дело, однако до настоящего времени виновные лица не установлены. Также пояснила, что при проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей 29 марта 2013 г. она присутствовала, её результаты не оспаривает. В связи с выявленной недостачей она написала объяснительные и согласие на удержание денежных средств с ее заработной платы. Согласие было написано вынужденно, так как боялась потерять работу. Кроме того, надеялась, что по результатам расследования виновное лицо будет установлено.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что удержания с заработной платы истца производились на основании заключенного с ней договора о полной индивидуальной материальной ответственности, акта ревизии, заявления, в котором она согласилась выплачивать недостачу и приказа об удержании. Ревизия была проведена в конце месяца, поскольку 24 числа заканчивался выплатной период, в связи с чем, целесообразнее подсчеты производить в конце месяца. В своих объяснительных от 9 и 29 марта 2013 г. ФИО1 поясняла, что учет и хранение денежных средств 6 и 7 марта 2013 г. осуществлялся ею ненадлежащим образом: 06 марта остаток не пересчитывался, выдача денежных средств оператору не фиксировалась, с рабочего места она отлучалась, не закрыв сейф. На основании согласия истицы выплачивать недостачу работодателем был издан приказ об удержании недостачи, с июля 2016 г. по январь 2018 г. производились удержания. Данный приказ и выплаты по нему истицей не оспаривались. Полагает, что работодатель обоснованно удерживал с ФИО1 денежные средства, так как недостача образовалась по её вине, в результате ненадлежащего учета и хранения денежных средств. Кроме того, заявила о пропуске истцом срока для обращения в суд с названными требованиями. 

Выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав материалы дела суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено законом.

Согласно ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В силу ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

К материально ответственным лицам применяется принцип презумпции вины, заключающийся в том, что в случае недостачи, утраты, порчи или пересортицы товарно-материальных ценностей или денежных средств, вверенных таким работникам под отчет, они, а не работодатель, должны доказать, что это произошло не по их вине.

При отсутствии таких доказательств работник несет материальную ответственность в полном размере причиненного ущерба.

В соответствии со ст. 242 ТК РФ, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Согласно ст. 246 ТК РФ, размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер.

В соответствии со ст. 239 ТК РФ, материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В соответствии с ч. 4 ст. 248 ТК РФ работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Из материалов дела следует, что в период с 30 ноября 2012 г. по 12 февраля 2018 г. ФИО1 работала 

<

данные изъяты> (л.д. 6).

30 ноября 2012 г. с ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, по условиям которого работник принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества (л.д. ).

29 марта 2013 г. в отделении почтовой связи 

<

адрес> была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, по результатам которой работодателем выявлена недостача денежных средств в размере 91 762 руб. 72 коп., о чем составлен акт (л.д. ).

В своих объяснениях работодателю по факту недостачи ФИО1 поясняла, что 07 марта 2013 г., при подсчете остатка денежных средств, она обнаружила, что в сейфе не хватает 91 000 руб., при этом указала, что вероятно она выдала денежные средства оператору, не записав выдачу в журнал кассового оператора, кроме того указала, что 6 и 7 марта 2013 г. она отлучалась с рабочего места, не закрыв сейф, свою халатность признала (л.д. ).

В заявлении от 02 апреля 2013 г. ФИО1 согласилась об удержании с ее заработной платы выявленной недостачи (л.д. ).

На основании согласия работника на возмещение ущерба 21 июля 2016 г. работодателем был издан приказ об удержании из заработной платы истца суммы недостачи (л.д. ).

Согласно представленной в материалы дела справке с июля 2016 г. по январь 2018 г. с ФИО1 было удержано 56 792 руб. 53 коп. (л.д. ). 

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснила, что недостача денежных средств была установлена 07 марта 2013 г. во время учета приходно-расходных операций за 06 и 07 марта 2013 г. и подсчете остатка денежных средств. При выяснении обстоятельств недостачи ФИО1 поясняла, что часть денежных средств из сейфа она неоднократно выдавала оператору ФИО7, последнюю выдачу в размере 91000 рублей она, скорее всего, не внесла в журнал кассового оператора, оператор за получение денежных средств не расписался. 

В ходе судебного разбирательства истец поясняла, что при проведении инвентаризации она присутствовала, ее результаты не оспаривает.

Довод истца о том, что работодатель незаконно удерживал денежные средства, поскольку к моменту начала удержаний прошло более трех лет, следовательно, срок исковой давности истек, суд находит основанном на неверном толковании норм материального права.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применятся при рассмотрении индивидуального трудового спора судом по заявлению одной из сторон.

Таким образом, на правоотношения между работником и работодателем вне судебного разбирательства исковая давность не распространяется. 

Оценивая представленные доказательства и учитывая положения вышеназванных нормативных актов, суд находит требования истца не подлежащим удовлетворению, поскольку причинение ущерба работодателю имело место в результате недостачи, установленной актом ревизии, при заключенном с истцом договоре о полной индивидуальной материальной ответственности, следовательно, работодатель, при наличии согласия самого работника, имел право удерживать недостачу с его заработной платы.

ФИО1, написав согласие на выплату недостачи и признав свою вину, в добровольном порядке приняла на себя обязательства по возмещению ущерба. 

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО6 к обособленному структурному подразделению Нерчинский почтамт УФПС Забайкальского края - филиалу ФГУП «Почта России» о взыскании денежных средств, удержанных работодателем из заработной платы отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Сретенский районный суд Забайкальского края.

Судья Коробенкова О.В.

Копия верна: