Дело № 2-93/2024

УИД № 42RS0014-01-2023-001517-76 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Фисуна Д.П.,

при секретаре судебного заседания Ананиной Т.П.,

с участием заместителя прокурора г. Мыски Тренихиной А.В.

истца ФИО5 

представителя истца ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Мыски Кемеровской области - Кузбасса 15 января 2024 года

гражданское дело по иску ФИО5 к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, процентов за задержку единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда, компенсации морального вреда причиненного нарушением трудовых прав работника,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к ПАО «Южный Кузбасс», просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 285740,47 рублей, единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым тарифным соглашением по угольной промышленности РФ в размере 48060 рублей; проценты за задержку выплаты единовременного вознаграждения в соответствии со статьей 236 ТК РФ за период с 16 июля 2014 года по 30 ноября 2023 года в размере 77886,03 рублей и в дальнейшем с 01 декабря 2023 года на день фактической выплаты на сумму 48060 рублей в размере одной сто пятидесятой действующей в указанный период ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации; компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей; расходы по оплате услуг представителя в размере 11 000 рублей; расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 581 рубль; расходы по оплате заключения о разделения степени вины предприятий в возникновении и развитии профессионального заболевания в размере 3 000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что в результате длительной работы в профессии водителя на вывозке угля и породы при транспортировке горной массы в технологическом процессе у истца возникло профессиональное заболевание.

С 21 января 2014 года по 06 февраля 2014 года он находился на обследовании в стационарном отделении ФГБУ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

Было рекомендовано направить на БМСЭ, СКЛ, медикаментозная реабилитация. Возврат; тяжелому труду было противопоказано.

Заключением МСЭ № от 11 апреля 2014 года ему впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием с 13 марта 2014 года по 01 апреля 2015 года. 

Приказом по филиалу № ГУ КРОФСС РФ № от 18 июня 2014 года в связи с установлением 30% утраты профессиональной трудоспособности впервые ему были назначены ежемесячные страховые выплаты. 

Заключением МСЭ № от 30 апреля 2015 года процент утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% был установлен бессрочно. 

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой № от 15 мая 2013 года во время работы он подвергался воздействию на организм вредных производственных факторов тяжесть: трудового процесса с усугубляющим действием вибрации и неблагоприятный микроклимат СГХ). 

Пунктом 1.4 Р 2.2.2006-05 «Гигиена труда. Руководство, по гигиенической оценке, факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» установлено, что работа в условиях превышения гигиенических нормативов является нарушением Законов РФ «Об основах законодательства РФ об охране здоровья граждан» от 21.11.2011 № 323-ФЗ, «О санитарно- эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 № 52-ФЗ. 

Пунктом 1.5 Р 2.2.2006-05 установлено, что, тех случаях, когда работодатель по обоснованным технологическим и иным причинам не может в полном объеме обеспечить соблюдение гигиенических, нормативов на рабочих местах, он должен в соответствии со статьей 11 ФЗ № 52-ФЗ обеспечить безопасность для здоровья человека выполняемых работ. Это может быть достигнуто посредством выполнения комплекса защитных мероприятий (организационных, санитарно-гигиенических, ограничения по времени воздействия фактора на работника - рациональные режимы труда и отдыха, средства индивидуальной защиты и т.д.). 

Вышеуказанные требования работодатель выполнены не были. 

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № от 06 марта 2014 года профессиональное заболевание возникло в условиях необеспечения работодателем безопасных режимов труда и отдыха в условиях перенапряжения и тяжести трудового процесса. Условия труда по тяжести квалифицируются как вредные 3 класса 3 степени (пункты 17 и 18 Акта).

Вины истца в возникновении и развитии профессиональных заболеваний не установлено.

Согласно заключению врачебно-экспертной комиссии ФГБНУ «НИИ КПГиПЗ» Клиника № от 23 апреля 2014 установлена вина: 9,5% - АО «Междуречье»; 90,5% - ПАО «Южный Кузбасс» ( 3,3% - Сибиргинская автобаза; 7,4% - Мысковская автобаза; 59,5% - «Томусинская автобаза»; 20,3% - Филиал ОАО «Южный Кузбасс - Томусинское автоуправление».

В соответствии с приказом по ПAO «Южный Кузбасс» № Пр/ЮК-ТАУ/0820/орг от 15 июля 2014 года на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ ему была выплачена компенсация морального вреда за 30 % утраты профессиональной трудоспособности за 87.2 % вины ПАО «Южный Кузбасс» в возникновении и развитии профессионального заболевания в размере 166 759,53 рублей.

Истец считает, что выплаченная ответчиком сумма компенсации морального вреда в размере 166 759,53 рублей не соответствуют степени его физическим и нравственным страданиям. 

На протяжении всей трудовой деятельности он подвергался воздействию вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса с усугубляющим действием вибрации и неблагоприятный микроклимат в условиях необеспечения работодателем безопасных режимом труда и отдыха. 

Стаж работы с воздействием вредного фактора на дату составления заключения о распределении степени вины составил 20 лет 2 месяца. 

В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья резко ухудшилось. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Его раздражительность сказывается на микроклимате в семье. Его постоянное болезненное состояние заставляет подстраиваться под мое состояние близких ему людей, что доставляет ему особенное страдание. 

Если до получения профессионального заболевания, он вел довольно активный образ жизни: походы в лес за грибами, орехами, занятие любительскими видами спорта - участвовал во всех соревнованиях, которые проводил Ответчик, то с получением профессионального заболевания, он не только всего этого лишен, но и не может делать элементарные вещи. 

Он постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений нет. В соответствии с Программой реабилитации проходит санаторно-курортное лечение, от которого эффект незначительный и на короткий промежуток времени. 

26 сентября 2023 года он обратился к ответчику с заявлением о выплате ему компенсации морального в зависимости от его физических и нравственных страданий, заявления оставлено без ответа и удовлетворения. 

В денежном выражении моральный вред он оцениваю в 500 000 рублей. 

Ко взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» в соответствии со степенью вины ответчика в возникновении и развитии профессионального заболевания подлежит сумма в размере 285 740,47 рублей (500 000 рублей * 90.5% : 100% - 166 759,53 рублей). 

ПАО «Южный Кузбасс» является правопреемников Сибиргинской автобазы, но за З,3% Сибиргинской автобазы компенсация морального вреда Ответчиком не выплачивалась. 

Кроме того, размер компенсации морального вреда был рассчитан Ответчиком без индекса исходя из среднего заработка за период с июля 2010 по июнь 2011, который по расчетам Ответчика составил 37 107,76 рублей.

В соответствии с коэффициентами роста минимальных уровней тарифных ставок (оклад соответствии с Отраслевым тарифным соглашением по угольной промышленности РФ за период с 01 июля 2011 года по 01 июля 2014 года среднемесячная заработная плата, с учетом индексации, составляет 44796,37 рублей согласно следующего расчета: 37 107,75 рублей х 1.011 х 1.000 х 1.014 х 1.015 х 1.017 х 1.019 х 1.019 х 1.016 х 1.012 х 1.017 х 1.0,23*1.024 = 44 796,37 рублей.

Соответственно, сумма компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, с учетом степени вины Ответчика 90.5% составляет 214 819,53 рублей (44 796,37 рублей х 30% х20) - 31 408,57 рублей х 90,5% = 214819.53 рублей). Недоплата составила 48 060 рублей (214 819,53 рублей - 166 759,53 рублей).

В соответствии со статьей 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Ответчик выплатил ему сумму не в полном размере 15 июля 2014 года.

С 16 июля 2014 года по 30 ноября 2023 года подлежат взысканию проценты (денежная компенсация за задержку выплаты).

Размер процентов по состоянию на 30 ноября 2023 составляют 77886,03 рублей.

ПАО «Южный Кузбасс» является правопреемником Сибиргинской автобазы.

В соответствии с приказом генерального директора Кемеровского производственного объединения по добыче угля Кемеровоуголь № от 20.02.1989 автоколонны № 2. 4, 6, 7 Сибиргинской автобазы вошли в состав Мысковской автобазы качестве структурной единицы со всеми зданиями, сооружениями промышленного, бытового и хозяйственного назначения, транспортным и вспомогательным оборудованием, численностью рабочих, руководителей, специалистов и служащих.

Согласно приказу № от 22 февраля 1989 года увольнение работников, указанных в приказе, в том числе водителя 6 автоколонны ФИО5 было осуществлено переводом в Мысковскую автобазу в связи с разделением Сибиргинской автобазы ПО «Кемеровоуголь» на основании приказа Министерства угольной промышленности СССР № от 17 февраля 1989 года и приказа ПО «Кемеровоуголь» № от 20 февраля 1989 года и передачей автоколонн №№ 2, 4, 6, 7, РММ, стройгруппы, ОГМ, детского комбината, общежитий во вновь возданную Мысковскую автобазу ПО «Кемеровоуголь».

Ссылаясь на положения ст. 57, 58, 1093 ГК РФ истец считает, что ПАО «Южный Кузбасс» является надлежащим ответчиком.

Распоряжением Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом № от 18.02.1993 Мысковская автобаза г.Мыски была реорганизована в АООТ «Мысковская автобаза».

Распоряжением Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом № от 09.03.1993 было учреждено акционерное общество «Южный Кузбасс», путем консолидации пакета акций ряда предприятий угольной отрасли. В состав АО «Южный Кузбасс» вошло и акционерное общество «Мысковская автобаза».

Обосновывая расходы на представителя истец указывает, что 22 сентября 2023 года с целью защиты своих законных интересов в суде при рассмотрении исковых требований к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием он заключил договор на оказание юридических услуг с ИП ФИО3.

21 ноября 2023 года был подписан акт выполненных работ, в соответствии с которым стоимость оказанных услуг составила 11 000 рублей.

В соответствии с актом выполненных работ от 21 ноября 2023 года, подписание данного акта является одновременно актом приема-передачи исполнителю денежных средств за оказанные услуги в размере 11 000 рублей.

С учетом изложенного, истец просит удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

Истец ФИО5 и его представитель истца ФИО3, допущенная к участию в деле в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ (л.д. 36), на доводах, изложенных в исковом заявлении настаивали, просили суд исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО6, действующая на основании доверенности в порядке передоверия от 06 сентября 2023 года (л.д. 47,48), диплома (л.д. 49) исковые требования не признала, предоставив письменные возражения, согласно которым ответчик указывает на то, что пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения. Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (п. 1.4 Федерального отраслевого соглашения). Согласно п. 1.5. Отраслевого соглашения положения Соглашения являются обязательными при заключении коллективных договоров (соглашений), а также при разрешении коллективных и индивидуальных трудовых споров. Таким образом, Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ содержит нормы трудового права и направлено на регулирование социально-трудовых отношений и в силу статья 22, 45, 48 ТК РФ федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ является обязательным правовым актом для применения организациями угольной промышленности, к числу которых относится ПАО «Южный Кузбасс».

Пунктами 5.4., 5.5. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении.

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2016 годы уставлено, что в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективного договора).

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателя возникновении и развитии профессионального заболевания.

Порядок и размер выплаты устанавливается в соответствии с Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (п. 10.2 Коллективного договора).

Выплата производится на основании заключенного между работником и работодателе соглашения (ст. 237 Трудового Кодекса РФ) и носит заявительный характер. К заявлению должны быть приложены приказы ФСС о назначении единовременной страховой выплаты, заключение экспертной комиссии об установлении процента вины Работодателя в возникновении и развитии профессионального заболевания, копия справки МСЭ об установлении степени (размера) утраты трудоспособности впервые, иные документы при необходимости. Для расчета данной единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда принимается средний заработок работника, исчисленный за 12 месяцев, предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности. 

На основании заявления Истца, Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2014- 2016 годы (пролонгирован до 01.01.2020), Положения о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс»: - приказом № от 15 июля 2014 года с учетом 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием Ответчик добровольно выплатил Истцу компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 166 759,53 рублей. ФИО5 не возражал в отношении размера указанной суммы и принял её, тем самым согласился с возмещением морального вреда в указанном размере. 

Согласно Заключению МСЭ-2013 № от 11 апреля 2014 года истцу впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием - радикулопатия 

<

данные изъяты> (акт № от 06.03.2014). 27 июня 2014 года истец обратился к Ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием. К заявлению Истца, помимо прочих документов, прилагалось заключение экспертной комиссии № от 23.04.2014 (далее - Заключение). Согласно данному Заключению общий процент вины предприятий, относящихся к ПАО «Южный Кузбасс», составил 87,2% (Мысковская автобаза - 7,4%, ОАО «Томусинская автобаза» - 59,5%, филиал ОАО «Южный Кузбасс» - «Томусинское автотранспортное управление» - 20,3%). Также в предоставленном Заключении указан процент вины в размере 3,3% предприятия «Сибиргинская автобаза». 

На основании заявления Истца, Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2014- 2016 годы, Положения о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс»: приказом № от 15.07.2014 г. с учетом 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием при степени вины Ответчика 87,2% (за все предприятия, относящиеся к ПАО «Южный Кузбасс»), Ответчик добровольно выплатил Истцу компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 166 759,53 рублей. В расчет выплаты компенсации в счет возмещения морального вреда не был включен процент вины предприятия «Сибиргинская автобаза» (3,3%), т.к. ПАО «Южный Кузбасс» не является правопреемником данного предприятия. 

Согласно данным исторической справки по предприятию «Мысковская автобаза» установлено следующее: На основании Приказа МУП СССР № от 17 февраля 1989 года Сибиргинская автобаза разделена на Сибиргинскую автобазу и Мысковскую автобазу с 01 марта 1989 года. В 1998 году ОАО «Мысковская автобаза» реорганизовано в форме присоединения к ОАО «Разрез Сибиргинский». В 2005 году юридическое лицо ОАО «Разрез Сибиргинский» прекратило деятельность и было исключено из реестра юридических лиц в связи с реорганизацией путём присоединения к ОАО «Южный Кузбасс» (с 2016 ПАО «Южный Кузбасс»). Согласно данным справки по предприятию «Сибиргинская автобаза» установлено следующее: В 1990 году предприятие «Сибиргинская» автобаза производственное объединение «Кемероуголь» переименовано в «Сибиргинскую» автобазу концерна «Кузбассразрезуголь». В 1991 году, в связи с реорганизацией, предприятие «Сибиргинская» автобаза концерна «Кузбассразрезуголь» переименовано в «Сибиргинскую» автобазу акционерного общества «Междуречье» (с 2015 АО «Междуречье»). Из вышеизложенного следует, что правопреемником предприятия «Мысковская автобаза» является ПАО «Южный Кузбасс», а правопреемником предприятия «Сибиргинская автобаза» является АО «Междуречье». 

Таким образом, ПАО «Южный Кузбасс» своевременно и в полном объеме исполнило свои обязательства перед Истцом, выплатив Истцу компенсацию в счет возмещения морального вреда в связи с профессиональным заболеванием (полинейропатия верхних конечностей) с учетом степени вины 87,2% (за все предприятия, относящиеся к ПАО «Южный Кузбасс»).

Между тем, представитель ответчика представляет расчет компенсации с учетом положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, согласно которому сумма в счет возмещения морального вреда за 3,3% вины Сибиргинской автобазы составит 6310,85 рублей.

(37107,76 руб. х 20% х 30) - 31408,57 руб.) х 3,3% = 6310,85 руб., где:

37107,76 руб. - среднемесячный заработок истца за период с июля 2010 года по июнь 2011 г. (т.к. работник уволен 01 июля 2011 года);

30 - процент утраты профессиональной трудоспособности;

31408,57 рублей - сумма единовременного пособия. Назначенная КРОФСС;

3,3 % - процент вины предприятия «Сибиргинская автобаза».

Поскольку истец в своем заявлении не указал о выплате компенсации морального вреда за 3,3% вины Сибиргинской автобазы, то оснований к начислению неустойки, по мнению представителя ответчика не имеется.

Так как ответчик не отказывал ФИО5 в единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, своевременно и в полном объеме исполнил свои обязательства перед истцом, выплатив ему компенсацию в счет возмещения морального вреда в связи с профессиональным заболеванием (компрессионно-ишемический синдром шейного уровня) с учетом степени вины 87,2% (за все предприятия, относящиеся к ПАО «Южный Кузбасс»), в этой связи представитель ответчика полагает, что истец не понес никаких моральных страданий, так как ответчиком выполнены все необходимые действия во исполнение ФОС и нормативных документов, действующих в ПАО «Южный Кузбасс», устанавливающих порядок выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда.

Возражая относительно требований о взыскании судебных расходов представитель ответчика указывает, что расходы на представителя завышены, поскольку настоящий спор не является сложным, не требует специальных познаний, правовой экспертизы документов, значительных временных затрат, а потому заявленный размер расходов в 11000 рублей не соответствует степени разумности и справедливости.

В судебном заседании заместитель прокурора города Мыски Тренихина А.В. дала свое заключение, согласно которому полагала возможным, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, требований разумности и справедливости удовлетворить заявленные требования частично.

Суд, выслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, изучив возражения на иск, а также исследовав письменные доказательства по делу, находит заявленные исковые требования в целом обоснованными, но подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В соответствии со ст. 164 Трудового кодекса Российской Федерации, гарантии - средства, способы и условия, с помощью которых обеспечивается осуществление предоставленных работникам прав в области социально-трудовых отношений. Компенсации - денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами

В соответствии со ст. 165 Трудового кодекса Российской Федерации, помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных настоящим Кодексом (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации в следующих случаях: в некоторых случаях прекращения трудового договора, в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами. При предоставлении гарантий и компенсаций соответствующие выплаты производятся за счет средств работодателя.

Согласно пункту 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 года № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. 

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 48 ТК РФ соглашение действует в отношении всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, а также являющихся членами объединений работодателей, иных некоммерческих организаций, входящих в объединение работодателей, заключившее соглашение. Прекращение членства в объединении работодателей не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в объединение работодателей в период действия соглашения, обязан выполнять обязательства, предусмотренные этим соглашением.

Согласно п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В Организациях, кроме Организаций, осуществляющих добычу (переработку) угля, коллективными договорами предусматриваются положения о выплате Работникам, уполномочившим Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, компенсаций за утрату ими профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

При этом в коллективных договорах (соглашениях) или локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом Профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых Работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации.

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2016 годы предусмотрено, что в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективного договора).

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателя возникновении и развитии профессионального заболевания.

Порядок и размер выплаты устанавливается в соответствии с Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (п. 10.2 Коллективного договора).

Выплата производится на основании заключенного между работником и работодателем соглашения (ст. 237 Трудового Кодекса РФ) и носит заявительный характер. Для расчета единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда принимается средний заработок работника, исчисленный за 12 месяцев, предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с абз.2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под хроническим профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно ст. 8 ч. 2 п. 3 ФЗ РФ № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года в качестве гарантии трудовых прав застрахованных лиц, предусмотрено возмещение им морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

Судом установлено, что с 07 июля 1988 по 07 ноября 2011 года истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности водителя автомобиля БеЛАЗ на вывозку угля и породы в разрезах. 07 ноября 2011 года уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением, пункт 8 части 1 статьи 77 ТК РФ (л.д. 10-12).

Как видно из с санитарно-гигиенической характеристикой № от 15 мая 2013 года (л.д. 15-19) во время работы ФИО5 подвергался воздействию на организм вредных производственных факторов тяжесть: трудового процесса с усугубляющим действием вибрации и неблагоприятный микроклимат СГХ). 

Как следует из медицинского заключения от 06 февраля 2014 года (л.д. 23) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился на обследовании в стационарном отделении ФГБУ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

Согласно акта № о случае профессионального заболевания от 06 марта 2014 года (л.д. 20-22) профессиональное заболевание у ФИО5 возникло в условиях необеспечения работодателем безопасных режимов труда и отдыха в условиях перенапряжения и тяжести трудового процесса. Условия труда по тяжести квалифицируются как вредные 3 класса 3 степени (пункты 17 и 18 Акта). Вины истца в возникновении и развитии профессиональных заболеваний не установлено.

Заключением врачебной экспертной комиссии № от 23 апреля 2014 года в возникновении и развитии у истца профессионального заболевания установлена вина следующих предприятий: 9,5% - АО «Междуречье»; 90,5% - ПАО «Южный Кузбасс» ( 3,3% - Сибиргинская автобаза; 7,4% - Мысковская автобаза; 59,5% - «Томусинская автобаза»; 20,3% - Филиал ОАО «Южный Кузбасс - Томусинское автоуправление» (л.д. 14).

В связи с утратой профессиональной трудоспособности ФИО5 Фондом социального страхования РФ Филиалом № ГУ -КРОФСС РФ на основании приказа №-В от 18 июня 2014 года назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 8944,26 рублей (л.д. 29).

Согласно врачебной справки № от 29 апреля 2015 года (л.д. 24) ФИО5 установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, повторно. Тяжелый труд противопоказан.

Как следует из справки МСЭ-2013 № от 30 апреля 2015 года (л.д. 13) ФИО5 установлена степень утраты профессиональной трудовой деятельности в размере 30% бессрочно (акт № от 06 марта 2014 года). 

Как следует из приказа № от 15 июля 2014 года (л.д. 44) 15 июля 2014 года на основании заявления ФИО5 было выплачено единовременная компенсация морального вреда из расчета вина ответчика в размере 87,2% в размере 166759,53 рублей 06 копеек. 

Вместе с тем, со слов истца выплата за 3,3% вины Сибиргинской автобазы произведена ответчиком не была, поскольку ответчик не считает себя ее правопреемником.

Вместе с тем, как следует из распоряжения Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом №-р от 18 февраля 1993 года Мысковская автобаза г. Мыски была реорганизована в АООТ «Мысковская автобаза» (л.д. 32).

В соответствии с приказом генерального директора Кемеровского производственного объединения по добыче угля Кемерово уголь № от 20 февраля 1989 автоколонны № 2, 4,6,7 Сибиргинской автобазы вошли в состав Мысковской автобазы качестве структурной единицы со всеми зданиями, сооружениями промышленного, бытового и хозяйственного назначения, транспортным и вспомогательным оборудованием, численностью рабочих, руководителей, специалистов и служащих (л.д. 30). 

Согласно приказу № от 22 февраля 1989 года (л.д. 33-35) увольнение работников, указанных в приказе, в том числе работника 4 автоколонны ФИО5 (оборот л.д. 34), осуществляется по переводу в Мысковскую автобазу в связи с разделением Сибиргинской автобазы ПО «Кемеровоуголь» на основании приказа Министерства угольной промышленности СССР № от 17 февраля 1989 года и приказа ПО «Кемеровоуголь» № от 20 февраля 1989 года и передачей автоколонн №№ 2, 4, 6, 7, РММ, стройгруппы, ОГМ, детского комбината, общежития во вновь созданную Мысковскую автобазу ПО «Кемеровоуголь».

Таким образом, в результате разделения Сибиргинской автобазы ПО «Кемеровоуголь» возникли два новых юридических лица: Мысковская автобаза и Сибиргинская автобаза, наделенные каждая комплексом имущества, в том числе прав и обязанностей, следующих за указанным имущественным комплексом, в связи, с чем реорганизованное юридическое лицо Сибиргинская автобаза ПО «Кемеровоуголь» прекратило свое существование».

Распоряжением Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом № от 09 марта 1993 года было учреждено акционерное общество «Южный Кузбасс», путем консолидации пакета акций ряда предприятий угольной отрасли. В состав АО «Южный Кузбасс» вошли в том числе акционерное общество «Мысковская автобаза» и автобаза «Томусинская» (л.д. 31). 

С учетом того, что Мысковская автобаза стала правопреемником Сибиргинской автобазы в том числе в отношении автоколонн № 2, 4, б, 7, ответчик - ПАО «Южный Кузбасс» является правопреемником Сибиргинской автобазы ПО «Кемеровоуголь», в силу положений п. 2 ст 58 ГК РФ, согласно которым при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят все права и обязанности присоединенного юридического лица.

26 сентября 2023 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда в размере 452500 рублей (л.д. 25).

Заявление истца ответчиком удовлетворено не было.

Таким образом, судом установлено, что ПАО «Южный Кузбасс» являясь правопреемником Сибиргинской автобазы обязано согласно Федеральному отраслевому соглашению, а также нормам коллективного договора, действовавшим на момент установления у ФИО5 утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% выплатить единовременную компенсацию морального вреда исходя и средней заработной платы истца за 12 месяцев, предшествующих установлению утраты профессиональной трудоспособности из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности.

Доводы представителя ответчика о том, что он не является правопреемником Сибиргинской автобазы несостоятельны и опровергаются материалами дела.

Таким образом, невыплаченная в 2015 году сумма единовременной компенсации в счет причинения морального вреда в связи с установлением истцу утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% с учетом вины предприятия, правопреемником которого является ответчик в размере 90,5% из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности составляет 214 819,53 рублей, а также с учетом выплаченной Веревка В.И. единовременной компенсации составляет 48 060 рублей ((44796,37 руб. х 30% х20)-31408,57 рублей х90,5%)-16759,53 рублей).

Разрешая требования истца в части компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, суд исходит из следующего.

Как установлено материалами дела, ПАО "Южный Кузбасс" при определении компенсации морального вреда руководствовался положениями ст. 237 ТК РФ, нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности и коллективным договором из которых следует, что возмещение морального вреда производится в случае установления утраты профессиональной трудоспособности впервые. Работодатель рассчитал компенсацию морального вреда из расчета 30 % утраты профессиональной трудоспособности, установленной впервые, и среднего заработка истца.

При принятии решения суд учитывает, что по своему характеру данная выплата (единовременная компенсация в соответствии с Коллективным договором и п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации) является разовой, выплачивается работнику при установлении ему впервые степени утраты профессиональной трудоспособности и последующее изменение степени утраты профессиональной трудоспособности не влечет повторное взыскание такого вида компенсации в пользу работника.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец указывает, что размер компенсации морального вреда с учетом его особенностей, физических и нравственных страданий, определяет в 500 000 рублей без учета степени вины ответчика.

Суд считает довод истца о том, что выплата компенсации морального вреда в сумме 166 759,53 рублей за полученное им профессиональное заболевание недостаточна, является обоснованным. 

Возражения ПАО «Южный Кузбасс» со ссылкой на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор, на достигнутое сторонами соглашение о выплате не может умалять права истца на полное возмещение вреда.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Пояснения ФИО5 о его физических и нравственных страданиях, обусловленных наличием профессионального заболевания, подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами об обращении его за медицинской помощью и прохождения им лечения, сведениями из медицинских документов, выпиской из амбулаторной карты пациента (л.д. 26). 

Пояснения истца объективно подтверждаются также показаниями свидетелей, опрошенных в судебном заседании.

Так, свидетель ФИО1 показала, что истец является ее супругом. 

<

данные изъяты>

Свидетель ФИО2 показала, что истец приходится ей отчимом, который занимался ее воспитанием с 2 лет. 

<

данные изъяты>

Учитывая фактически обстоятельства причинения вреда, то, что заболевание истец получил при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя, учитывая нравственные и физические страдания истца, индивидуальные особенности, а именно зрелый возраст истца, который в связи с полученным профессиональным заболеванием и вызываемым им болями имеет ограничения в физических движениях, осуществляемой деятельности, образе жизни, от чего ощущает свою ущербность, что свидетельствует о тяжести перенесенных им страданий, принимая во внимание процент утраты ФИО5 трудоспособности, а также учитывая принцип разумности, который стимулирует участников гражданского оборота к ответственному и добросовестному поведению, принцип справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав ФИО5, суд считает, что сумма, выплаченная истцу – 166759,33 рублей, не достаточна для компенсации морального вреда, причиненного работодателем своему работнику. 

Оценивая в совокупности все доказательства по делу, суд приходит к выводу, что денежная компенсация морального вреда ФИО5 должна составлять 500 000 рублей. С учётом установленного проценты вины ответчика – 90,5 %, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы- 166759,33 рублей, подлежащая взысканию сумма составляет 285 180 рублей 47 копеек, и будет соответствовать балансу интересов сторон, является достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий (500 000* 90,5% – 214 819,53 рублей, которые положены Веревка М.В. в силу ФОС). 

Разрешая исковые требования в части взыскания проценты за задержку выплаты единовременного вознаграждения, суд исходит из следующего. 

Согласно статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. 

Данной нормой материальная ответственность предусмотрена не только за задержку заработной платы, но и иных выплат, причитающихся работнику при увольнении. 

В соответствии с пунктом 4.4 Положения среднемесячная заработная плата для выплаты вознаграждения исчисляется при выплате вознаграждения при прекращении трудовых отношений за последние 12 (двенадцать) месяцев, предшествующих дате прекращения работником трудовых отношений. 

В соответствии с пунктом 4.5 Положения выплата вознаграждения производится в день выдачи заработной платы в месяце, следующим за месяцем подачи заявления. 

В соответствии с пунктом 7.18 Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2020-2022 окончательный расчет за отработанный месяц производится 15 числа месяца, следующего за оплачиваемым периодом. 

При таких обстоятельствах, установив нарушение прав ФИО5 на своевременное получение выплат, причитающихся ему в соответствии пунктом 5.3. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика процентов за задержку выплаты единовременного вознаграждения, начиная с 16 июля 2023 года по 30 ноября 2023 года в размере 77 886,03 рублей, применив расчет истца, и в дальнейшем начиная с 01 декабря 2023 года по день фактической выплаты, в размере одной сто пятидесятой действующей в указанный период ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, исчисляемой от суммы 48 060 рублей.

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). 

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, руководствовался ст. 22, ст. 237 ТК РФ, а также разъяснения постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд полагает с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 1 000 рублей; данный размер компенсации определен с учетом характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, согласно принципам разумности и справедливости. 

Осуществление истцом расходов по оплате услуг представителя в размере 11000 рублей подтверждается договором об оказании юридических услуг от 22 сентября 2023 года (л.д. 38) и актом выполненных работ по договору об оказании юридических услуг от 21 ноября 2023 года (л.д. 39), по условиям которого одновременно с подписанием акта выполненных работ ФИО5 оплачены услуги в размере 11 000 рублей путем передачи денежных средств исполнителю ФИО3 

Исходя из принципов разумности и справедливости, с учётом положений ст. 100 ГПК РФ, суд считает подлежащей взысканию с ответчика расходов за участие в деле представителя в размере 10 000 рублей. 

Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Кроме того, согласно п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

По мнению суда, заявленная истцом сумма 10 000 рублей позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права истца, а также объем и характер предоставленных услуг.

Помимо изложенного, в связи с рассмотрением настоящего дела истец понес дополнительные расходы: расходы на составление выписки из медицинской амбулаторной карты в размере 581 рубль и медицинской экспертизы в связи с заболеванием и установлением степени вины в размере 3 000 рублей. Данные расходы, их стоимость и фактическая оплата истцом, объективно подтверждена товарным чеком № 15545 от 02 октября 2023 года, копией чека -00015639 от 23 апреля 2014 года, чеками (л.д.27,28).

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ч. 1 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на составление выписки из медицинской амбулаторной карты в размере 581 рубль и расходы по оплате заключения о разделения степени вины предприятий в возникновении и развитии профессионального заболевания в размере 3 000 рублей. 

На основании ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, 333.19 Налогового кодекса РФ в размере 2 836 рублей. 

На основании изложенного выше, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» удовлетворить частично. 

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО5, 

<

данные изъяты>:

- недоплату по единовременной выплате в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым тарифным соглашением по угольной промышленности РФ в размере 48060 рублей;

- проценты за задержку выплаты единовременного вознаграждения в соответствии со статьей 236 ТК РФ за период с 16 июля 2014 года по 30 ноября 2023 года в размере 77886,03 рублей и в дальнейшем с 01 декабря 2023 года на день фактической выплаты на сумму 48060 рублей в размере одной сто пятидесятой действующей в указанный период ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, исчисляемой от суммы 48060 рублей;

- компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 285180,47 рублей;

- компенсацию морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав работника в размере 1 000 рублей;

- судебные расходы по делу: расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей; расходы на составление выписки из амбулаторной карты в размере 581 рубль; расходы по оплате заключения о разделения степени вины предприятий в возникновении и развитии профессионального заболевания в размере 3 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход бюджета Мысковского городского округа государственную пошлину в сумме 2836 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда изготовлено 19 января 2024 года.

Председательствующий: Фисун Д.П.