Дело № 2-3973/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 сентября 2017 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Шибанова К.Б., 

при секретаре Иванове К.В.,

с участием представителей истца ЗАО «ЭЛСИ» ФИО1 и ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Закрытого акционерного общества «ЭЛСИ» к ФИО3 о возмещении работником ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭЛСИ» (далее также – ООО «ЭЛСИ», Общество) обратилось в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, в сумме 1 574 415 руб., в обоснование заявленных требований указав на то, что на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года был принят на работу в ЗАО «ЭЛСИ» на должность 

<

данные изъяты>. В тот же день между Обществом и ФИО3 были заключены бессрочный трудовой договор №, а также договор о полной материальной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ года ответчик переведен на должность 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года – на должность 

<

данные изъяты>, а ДД.ММ.ГГГГ года – на должность 

<

данные изъяты>. Занимая должность 

<

данные изъяты> ЗАО «ЭЛСИ», ФИО3 являлся 

<

данные изъяты> Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 уволен по п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 была составлена расписка, в соответствии с который ответчик обязался передать изделие – 

<

данные изъяты>, на склад Общества в срок до ДД.ММ.ГГГГ года. Согласно акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ года, работоспособность изделия 

<

данные изъяты> не проверялась. В последующем при проведении заводских испытаний было установлено, что переданное ФИО3 изделие находится в неработоспособном состоянии. В частности, согласно протоколу № проверки работоспособности изделия от ДД.ММ.ГГГГ года, составленному ООО «НТК «Криогенная техника», при проверке изделия выявлено охлаждение корпуса криостата. В соответствии с актами от ДД.ММ.ГГГГ года и от ДД.ММ.ГГГГ года, составленными ИФП СО РАН, 

<

данные изъяты> подвергалось механическим и электрическим воздействиям, в частности, на изделие подавался ток, превышающий допустимые величины, изделие было вскрыто, а в последующем залито неизвестным веществом белого цвета, часть изделия имеет оплавления, в связи с чем восстановлению не подлежит. Из изложенного следует, что ДД.ММ.ГГГГ года ответчик передал Обществу неработоспособное изделие 

<

данные изъяты> по неизвестным причинам находившееся до этого момента у ФИО3, которое он пытался каким-то образом использовать, а после выхода изделия из строя, вскрывал его. Стоимость восстановительного ремонта изделия составила 1 574 415 руб. 

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ года и от ДД.ММ.ГГГГ года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ООО «НТК «Криогенная техника» и ФГБУН Институт физики полупроводников им. А.В. Ржанова Сибирского отделения Российской академии наук (далее - ИФП СО РАН). 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «НТК «Криогенная техника» и ИФП СО РАН, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Представители истца ЗАО «ЭЛСИ» ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по мотивам и основаниям, приведенным в исковом заявлении и в приобщенных к материалам дела письменных возражениях на возражения ответчика ФИО3 

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4 в судебном заседании иск Общества не признали, сославшись в объяснениях на обстоятельства, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, приобщенных к материалам дела. 

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, заслушав показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами (ст. 241 ТК РФ).

В силу положений ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами.

Случаи полной материальной ответственности определены в ст. 243 ТК РФ. В частности, согласно пункту 2 части 1 данной статьи материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Частью 2 ст. 243 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель, в соответствии со ст. 247 ТК РФ, обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Как установлено в судебном заседании из письменных материалов дела, на основании приказа Общества № ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 был принят на работу в ЗАО «ЭЛСИ» на должность 

<

данные изъяты>

В тот же день между Обществом и ФИО3 были заключены бессрочный трудовой договор № а также договор о полной материальной ответственности, в соответствии с п. 1 которого ФИО3 принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, обязуется бережно относиться к переданному работодателем имуществу и принимать меры к предотвращению ущерба, вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного имущества. В силу 

<

данные изъяты> договора о полной материальной ответственности, работник не несет материальной ответственности, если ущерб причинен не по его вине. Пунктом 

<

данные изъяты> данного договора определено, что его действие распространяется на все время работы с вверенным работнику имуществом работодателя.

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 был переведен на должность 

<

данные изъяты> ЗАО «ЭЛСИ», с ним заключено дополнительное соглашение к трудовому договору №

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 переведен на должность 

<

данные изъяты> ЗАО «ЭЛСИ», с ним заключено дополнительное соглашение к трудовому договору №

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 назначен на должность 

<

данные изъяты> Общества 

<

данные изъяты>, между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение к трудовому договору №.

Из объяснений сторон судом также установлено, что в период работы в Обществе в должности заместителя директора по техническим вопросам ФИО3 являлся руководителем проекта: «

<

данные изъяты>», в рамках которого Общество осуществляло разработку и изготовление (с привлечением третьих лиц) фотоприемных модулей на базе фотоприемника 

<

данные изъяты> 

Приказом Общества № от ДД.ММ.ГГГГ года 

<

данные изъяты> ФИО3 уволен ДД.ММ.ГГГГ года в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника (п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ).

Как видно из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3, как работником Общества, была составлена расписка, в соответствии с которой ответчик, в том числе, обязался передать на склад ЗАО «ЭЛСИ» в срок до ДД.ММ.ГГГГ года 

<

данные изъяты> 

Согласно подписанному сторонами акту приема-передачи изделия 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 передал, а ЗАО «ЭЛСИ», в лице представителя ФИО5, приняло изделие 

<

данные изъяты> в составе 

<

данные изъяты> 

Как это следует из вышеназванного акта приема-передачи, изделие 

<

данные изъяты> передано ФИО3 Обществу в надлежащем виде, на момент передачи изделия у Общества не имеется претензий к его качеству и работоспособности. 

Акт приема-передачи изделия 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года, кроме того, содержит рукописную запись, согласно которой при передаче изделия не проводилась проверка «распайки кольца контактного». 

Судом из письменных материалов дела также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года ЗАО «ЭСЛИ» обратилась в ООО «НТК «Криогенная техника» с просьбой провести диагностику части вышеуказанного изделия (микрокриогенной системы) в связи с тем, что во время заводских испытаний изделие не вышло на рабочий режим. 

Согласно протоколу № проверки работоспособности микрокриогенной системы при нормальных климатических условиях 

<

данные изъяты>, в результате испытаний, проведенных ДД.ММ.ГГГГ года специалистом ООО «НТК «Криогенная техника», было выявлено охлаждение корпуса криостата в процессе работы микрокриогенной системы. 

Сведений о причинах выявленных дефектов в работе изделия вышеуказанный протокол не содержит. В то же время в соответствии с представленными представителем ООО «НТК «Криогенная техника» письменными объяснениями на иск, при проведении испытаний изделия специалистом ООО «НТК «Криогенная техника» было установлено, что сразу после включения изделия появляется резкий звук, нехарактерный для его работы. Также было выявлено, что изделие, состыкованное с криостатом, не было заправлено рабочим давлением, вследствие чего якоря линейных двигателей ударялись об ограничители перемещений с характерным стуком. При дальнейшей диагностике со вскрытием герметичного корпуса 

<

данные изъяты> была обнаружена поломка двух 

<

данные изъяты> произошедшая по причине длительной работы изделия в ударном режиме. 

ДД.ММ.ГГГГ года ЗАО «ЭЛСИ» обратилось в ООО «НТК «Криогенная техника» с просьбой выполнить диагностику и ремонт микрокриогенной системы 

<

данные изъяты> (заводской № №

ДД.ММ.ГГГГ года ООО «НТК «Криогенная техника» выполнило работы по ремонту вышеуказанной части изделия 

<

данные изъяты> и сдало результат работ заказчику ООО «ЭЛСИ» по акту сдачи-приемки работ. 

Стоимость вышеназванных работ составила 

<

данные изъяты>. и была оплачена Обществом ДД.ММ.ГГГГ года, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ года. 

В последующем ДД.ММ.ГГГГ года Общество обратилось к производителю 

<

данные изъяты> - ИФП СО РАН, с просьбой провести диагностику и ремонт данного криостата в связи с тем, что изделие не выходит на режим поддержания температуры по причине разгерметизации криостата. 

В соответствии с актом исследования от ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ года специалистами ИФП СО РАН проведено исследование фотоприемного устройства (

<

данные изъяты>), по результатам которого выявлены внешние дефекты изделия в виде скола керамики 50-ти контактного разъема криостата, царапины металлического корпуса криостата рядом с местом расположения скола, отсутствие 4-х контактных выводов на разъеме, заливка неизвестным веществом белого цвета штенгеля и сварочных швов, а также дефекты электрических цепей в виде обрыва спирали прогрева геттерного узла и обрыва в модуле регистрации 4-го выхода. 

Поименованный акт содержит указание на то, что исследуемое фотоприемное устройство подвергалось внешним механическим и электрическим воздействиям, в результате которых вышел из строя геттерный узел и были получены вышеперечисленные повреждения, вследствие чего фотоприемное устройство восстановлению не подлежит. 

Согласно акту исследования фотоприемного устройства (

<

данные изъяты>) от ДД.ММ.ГГГГ года, составленному специалистами ИФП СО РАН, в процессе дополнительного исследования внутренней части криостата установлено наличие разрушений значительной части проводников геттерного узла, остатки которых имеют признаки оплавления, потемнение внутренних металлических частей корпуса криостата, предположительно, в результате осаждения испарившихся проводников геттерного узла, неисправность фотоприемного линейчатого модуля, а также наличие на гильзе держателе напыленного слоя в результате перегрева либо осаждения распыленного металла проводников геттерного узла. Указанные повреждения образовались в результате подачи на геттерный узел тока, превышающего допустимые величины, вследствие чего произошло испарение проводников геттерного узла с их последующим осаждением на все внутренние поверхности криостата. Неисправность фотоприемного модуля может являться следствием перегрева либо неправильного подключения. Для восстановления фотоприемного устройства требуется замена всех узлов криостата и фотоприемного линейчатого модуля. 

ДД.ММ.ГГГГ года между ЗАО «ЭЛСИ» (заказчик) и ИФП СО РАН (исполнитель) заключен договор № на выполнение работ по восстановлению фотоприемного устройства 

<

данные изъяты> для спектрального диапазона 

<

данные изъяты>, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство провести по заданию заказчика ремонт фотоприемного устройства 

<

данные изъяты> для спектрального диапазона 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты> а заказчик, в свою очередь, обязался принять результат работ и оплатить исполнителю их стоимость в размере 1 394 937 руб. 

Доказательств, подтверждающих принятие результатов работ, предусмотренных вышеуказанным договором, и оплату их стоимости в размере 1 394 937 руб., Обществом в материалы дела не представлено. 

При этом из ответа ИФП СО РАН на запрос суда следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ года фотоприемный модуль на базе фотоприемного устройства 

<

данные изъяты> для спектрального диапазона 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) находится в ИФП СО РАН в соответствии с условиями договора № от ДД.ММ.ГГГГ года. 

В обоснование заявленного требования о взыскании с ответчика материального ущерба в размере 1 574 415 руб., соответствующем стоимости восстановительного ремонта 

<

данные изъяты>, Общество сослалось на то обстоятельство, что указанное изделие было передано ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года в неработоспособном состоянии, то есть с недостатками (дефектами), исключающими возможность его использования по назначению, которые были причинены вследствие виновных действий ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Оценивая действительность на юридически значимый применительно к спорным правоотношениям период времени заключенного между истцом и ответчиком договора о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующему. 

Трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению сохранности материальных ценностей, переданных ему под отчет.

Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержден Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85. В данный Перечень не включена должность заместителя руководителя организации по техническим вопросам. 

При этом поскольку в материалы дела не представлена должностная инструкция заместителя генерального директора ЗАО «ЭЛСИ» по техническим вопросам ФИО3, не имеется оснований и для вывода о том, что, занимая указанную должность, ответчик выполнял какие-либо из приведенных в вышеназванном Перечне виды работ, непосредственно связанные с обслуживанием товарно-материальных ценностей.

При таких обстоятельствах следует признать, что договор о полной материальной ответственности не мог быть заключен с ответчиком после его назначения ДД.ММ.ГГГГ года на должность 

<

данные изъяты>, а потому, вне зависимости от правомерности заключения ДД.ММ.ГГГГ года с ФИО3, как 

<

данные изъяты> ЗАО «ЭЛСИ», указанного договора, начиная с ДД.ММ.ГГГГ года данный договор не может служить основанием для привлечения ФИО3 к полной материальной ответственности за ущерб, причиненный работодателю в связи с исполнением им должностных обязанностей 

<

данные изъяты>. 

Как отмечалось судом выше, в соответствии с ч. 2 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть также установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», судам необходимо иметь в виду, что в силу части второй статьи 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере может быть возложена на заместителя руководителя организации или на главного бухгалтера при условии, что это установлено трудовым договором. Если трудовым договором не предусмотрено, что указанные лица в случае причинения ущерба несут материальную ответственность в полном размере, то при отсутствии иных оснований, дающих право на привлечение этих лиц к такой ответственности, они могут нести ответственность лишь в пределах своего среднего месячного заработка.

Заключенный ДД.ММ.ГГГГ года между ЗАО «ЭЛСИ» и ФИО3 трудовой договор (в редакции дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ года), не содержит положений, устанавливающих полную материальную ответственность работника за причиненный работодателю ущерб.

Соответственно, исходя из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, ФИО3 может нести перед Обществом ответственность за причиненный своими виновными противоправными действиями прямой действительный ущерб в пределах среднего месячного заработка. 

При этом для возложения на ответчика ФИО3 данного вида ответственности Обществу надлежит доказать противоправность поведения (действий или бездействия) ответчика, его вину в причинении ущерба, причинную связь между виновным противоправным действием (бездействием) ответчика и наступившим ущербом, наличие прямого действительного ущерба и его размер. 

Вместе с тем допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих наличие совокупности вышеперечисленных обстоятельств, являющихся основанием для привлечения работника к ответственности за причиненный работодателю прямой действительный ущерб, Обществом вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ в судебном заседании не представлено. 

В частности, как отмечалось судом выше, согласно акту приема-передачи изделия 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 передал ЗАО «ЭЛСИ» 

<

данные изъяты> в составе криостата 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, в надлежащем виде, а Общество приняло данное изделие в отсутствие претензий к его качеству и работоспособности. 

При этом из объяснений ответчика ФИО3, показаний 

<

данные изъяты> и почтовой накладной № следует, что до ДД.ММ.ГГГГ года поименованное изделие находилось на хранении в ИФП СО РАН в помещении отдела, возглавляемого 

<

данные изъяты> являвшимся работником ИФП СО РАН, в специальном шкафу, обеспечивающем требуемый режим влажности, в целях соблюдения необходимых условий хранения данного изделия, и ДД.ММ.ГГГГ года было направлено ФИО3 по его просьбе почтовым отправлением (получено ответчиком ДД.ММ.ГГГГ года). 

В свою очередь согласно объяснениям третьего лица ФИО5 и показаниям свидетелей 

<

данные изъяты> оснований не доверять которым у суду не имеется, а также представленной копии журнала движения товарно-материальных ценностей склада готовой продукции ЗАО «ЭЛСИ», ДД.ММ.ГГГГ года при приемке от ФИО3 

<

данные изъяты> проводилась проверка его работоспособности (за исключением проверки распайки кольца контактного), в ходе которой на изделие подавался электрический ток, после чего данное изделие функционировало. 

В дальнейшем изделие 

<

данные изъяты> хранилось у заведующей складом отдела материально-технического снабжения ФИО5 в незапираемой тумбочке рабочего стола вплоть до ДД.ММ.ГГГГ года, после чего было получено 

<

данные изъяты> для детального изучения и создания утраченных схем (чертежей), а также 3D модели изделия, и находилось у последнего до ДД.ММ.ГГГГ года. При этом в указанный период времени изделие хранилось 

<

данные изъяты> в своем служебном кабинете, доступ в который для работников Общества открыт, в незапираемой тумбочке рабочего стола. ДД.ММ.ГГГГ года 

<

данные изъяты> возвратил изделие ФИО5, после чего до ДД.ММ.ГГГГ года последнее хранилось в вышеуказанных условиях и ДД.ММ.ГГГГ года было передано для проведения диагностики, в ходе которой изделие не вышло на рабочий режим.

<

данные изъяты> в судебном заседании, кроме того, пояснил, что неисправность изделия могла быть выявлена при его приемке от ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года специалистами Общества, которые, вместе с тем, не были привлечены к участию в такой приемке. 

Таким образом, на основании показаний свидетелей 

<

данные изъяты>., а также письменных материалов дела, суд находит установленным, что при получении изделия 

<

данные изъяты> от ответчика ФИО3 Обществом, в том числе по результатам проведенной проверки работоспособности изделия, не было выявлено наличие каких-либо его недостатков (дефектов), в том числе видимых внешних повреждений, описанных в акте исследования от ДД.ММ.ГГГГ года, составленном специалистами ИФП СО РАН. При этом как в период с ДД.ММ.ГГГГ года, так и в последующем, данное изделие хранилось в условиях, в которых не исключался доступ к нему иных лиц из числа работников ЗАО «ЭЛСИ», и, кроме того, с изделием проводились отдельные виды работ, включая техническое описание и диагностику.

При таком положении следует признать, что Обществом не представлено достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что дефекты изделия 

<

данные изъяты>, в целях устранения которых истцом в ДД.ММ.ГГГГ года заключались договоры на выполнение работ по восстановительному ремонту составных частей данного изделия, возникли до его передачи Обществу ответчиком ДД.ММ.ГГГГ года. 

При этом не может быть принят судом во внимание довод представителей истца относительно того, что на момент приемки изделия от ФИО3 Общество было лишено возможности провести в должном объеме проверку работоспособности изделия, поскольку он полностью опровергается показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> пояснившего в судебном заседании, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ года в штате ЗАО «ЭЛСИ» имелись специалисты, обладающие необходимыми познаниями для установления того, выходит или нет изделие при его включении на рабочий режим, к числу которых относится и сам ФИО6 

В этом связи следует также отметить, что ненадлежащая организация Обществом приемки от ФИО3 технически сложной продукции сама по себе не свидетельствует ни о наличии недостатков (дефектов) данной продукции на момент ее передачи ответчиком Обществу, ни о вине ответчика в возникновении выявленных впоследствии недостатков (дефектов) такой продукции. 

Применительно к вышеизложенному судом, кроме того, учитывается, что диагностика изделия 8ТК112, находившегося в распоряжении ЗАО «ЭСЛИ» с ДД.ММ.ГГГГ года и с указанного времени хранившегося последним в вышеназванных условиях, не осуществлялась Обществом вплоть до ДД.ММ.ГГГГ года. 

В то же время после выявления дефектов изделия Обществом в нарушение требований ст. 247 ТК РФ проверка причин их возникновения не проводилась, условия хранения и использования работниками ЗАО «ЭЛСИ» изделия после ДД.ММ.ГГГГ года работодателем не устанавливались, объяснения от таких работников не отбирались. 

Таким образом, поскольку истцом в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не были представлены допустимые, достоверные и достаточные доказательства, подтверждающие факт повреждения изделия 

<

данные изъяты> по вине ответчика ФИО3, то есть Обществом не доказаны такие юридически значимые обстоятельства, как противоправность поведения ответчика, наличие причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившим ущербом, а также вина ответчика в его причинении, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Закрытого акционерного общества «ЭЛСИ» к ФИО3 – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий К.Б. Шибанов

Мотивированное решение изготовлено 17 октября 2017 года.