Дело № 2-27/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ г. Кашира Московской области

Каширский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Булычевой С.Н., 

прокурора Типуновой Е.Ю.,

при секретаре судебного заседания Ефимычевой Т.О., 

с участием истца ФИО7, представителя истца ФИО8, представителей ответчика ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» ФИО9, ФИО10, 3-их лиц: представителя АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 

<

данные изъяты> к ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» о взыскании расходов на лечение, утраченного заработка, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО7 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ответчику ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» о взыскании расходов на лечение, утраченного заработка, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов. Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец была доставлена в ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» бригадой скорой помощи с острыми болями в области живота, где ей был поставлен предварительный диагноз 

<

данные изъяты> Сотрудниками ГБУЗ МО «КЦРБ» ей было рекомендовано срочное оперативное вмешательство, касающееся 

<

данные изъяты>, на что она дала свое согласие. В дальнейшем, при проведении операции врачом ГБУЗ МО «КЦРБ» ФИО12 совместно с другими сотрудниками больницы, первоначальный диагноз не был подтвержден, были выявлены 

<

данные изъяты>, и в результате операции было произведено их удаление. При этом никакой подготовки к 

<

данные изъяты> до операции не производилось, истца об этой процедуре никто не предупреждал, в информированном согласии в дальнейшем была сделана рукописная запись, не соответствующая действительности, о том, что истец была проинформирована о предстоящей операции. При проведении операции, в результате халатного отношения к исполнению своих обязанностей со стороны персонала ГБУЗ МО «КЦРБ», в теле истца была оставлена марлевая салфетка размерами 14*11*7 см, которая осталась незамеченной при зашивании операционного надреза. В результате у истца возникли тяжелейшие осложнения здоровья, выразившиеся в долгих и мучительных сильных болях, загноениях, невозможности нормально передвигаться, полным истощением организма. С данными симптомами истец неоднократно обращалась в ГБУЗ МО «КЦРБ», где ее осматривали различные специалисты, однако несмотря на наличие необходимых средств обследования (в том числе УЗИ и томографии), изучение послеоперационного состояния истца не было произведено в достаточном объеме, и не было зафиксировано наличие марлевой салфетки, поставлены неверные диагнозы. Из-за непрофессиональных действий ГБУЗ МО «КЦРБ» истец была вынуждена обратиться за проведением дополнительных медицинских исследований в форме МРТ за счет собственных денежных средств, результаты которого выявили у нее наличие инородного предмета в теле, однако даже после изучения этого исследования сотрудниками ГБУЗ МО «КЦРБ» не были предприняты необходимые мероприятия, а вновь поставлен неверный диагноз. Лишь после ее самостоятельного обращения в ГБУЗ 

<

данные изъяты> спустя почти год после проведения операции ей был поставлен верный диагноз, рекомендована срочная операция по удалению инородного предмета, которая была проведена сотрудниками ГБУЗ 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. Истцом было написано заявление о совершении преступления в отношении нее в правоохранительные органы, ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по г. Кашира ГСУ СК России по Московской области было возбуждено уголовное по ч. 2 от. 118 УК РФ, в качестве виновных лиц к ответственности были привлечены сотрудники ГБУЗ МО «КЦРБ» ФИО12 и ФИО15, однако в дальнейшем уголовное дело было прекращено по нереабилитирующим основаниям – по истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Заключением комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что оставление салфетки в 

<

данные изъяты> повлекло за собой образование абсцесса в 

<

данные изъяты>, спаек и подострого слипчивого перитонита, в связи с чем расценивается как тяжкий вред здоровью. Из заключения комиссии экспертов № следует, что ФИО7 была полностью нетрудоспособна с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время процент утраты общей трудоспособности ФИО7 составляет 30% и вызван прямыми последствиями неправильно проведенного лечения, переосвидетельствование ФИО7 запланировано через 2 года. Согласно Приказу Минтруда России от 20.02.2019 года № 102н величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации для трудоспособного населения за IV квартал 2018 года составила 11 069 рублей. Таким образом, утраченный заработок ФИО7 в размере 100% в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 44 276 рублей (4 месяца * 11 069 рублей); утраченный заработок в размере 30% в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 73055,40 руб. (- 30% от ежемесячного прожиточного минимума = 11 069 рублей (полный заработок)/100 * 30 = 3 320 рублей 70 копеек; 3320,7 * 22 месяца = 73055,40 руб.). Также в заключении экспертов указан перечень медицинских препаратов и процедур, в которых ФИО7 нуждалась в период лечения и реабилитации, на общую сумму 15383,36 руб. Данные лекарства ФИО7 покупала исключительно по рекомендациям врачей ГБУЗ МО «КЦРБ» и прямому назначению. Проживая в Московской области, истец была вынуждена бесчисленное количество раз посещать медицинские учреждения, расположенные в различных 

<

адрес>, в результате чего у нее образовались транспортные расходы в размере 25000 руб. В связи с тем, что истец не обладает юридическими познаниями, она была вынуждена обратиться за юридической помощью. Стоимость юридической помощи на период проведения предварительного следствия составила 80162 руб., стоимость услуг для подачи искового заявления в суд и представления интересов в Каширском городском суде составила 50000 руб. 

На основании изложенного, истец просит суд взыскать в ее пользу с ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» компенсацию расходов на лечение в размере 15 383 рубля 36 копеек, утраченный заработок в размере 117331,40 руб., компенсацию транспортных расходов в размере 25000 руб., моральный вред в размере 5 000 000 руб., штраф в размере 50% от суммы присужденного морального вреда, компенсацию расходов на юридическую помощь в размере 130 162 руб.

Истец ФИО7 и ее представитель ФИО8 в судебном заседании уточненные исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали в полном объеме, просили иск удовлетворить. При этом в судебном заседании истец пояснила, что до проведения ей операции в ГБУЗ МО «КЦРБ» она официально нигде не работала. Чеков, подтверждающих несение транспортных расходов, у нее не сохранилось. В сумму расходов на оплату юридической помощи в размере 130 162 руб. входят расходы на представителей, понесенные в рамках предварительного следствия и в рамках гражданского дела. По настоящему делу расходы на представителя составили 50000 руб. Расходы по копированию в размере 1190 руб. связаны с копированием заключения судебно-медицинской экспертизы для приложения к исковому заявлению. Расходы по пересылке почтовых отправлений связаны с направлением ею жалоб в прокуратуру Московской области, Генеральную прокуратуру и др. на длительность проведения судебно-медицинской экспертизы в ходе предварительного следствия. 

Представители ответчика ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» ФИО9 и ФИО10 в судебном заседании исковые требования признали частично. Полагали, что размер морального вреда, который просит взыскать истец завышен, соразмерной компенсацией будет сумма в размере 100000 руб. В части требований о взыскании утраченного заработка решение оставили на усмотрение суда. Требования о взыскании расходов на лечение полагали не подлежащими удовлетворению, поскольку исследования МРТ и УЗИ могли быть выполнены в рамках ОМС, лекарственные средства были выписаны истцу, когда она находилась на амбулаторном лечении, в связи с чем, взысканию с больницы не подлежат. По этой же причине не подлежат взысканию расходы на перевязочный материал. Препарат 

<

данные изъяты> назначался врачом 

<

данные изъяты>, следовательно, расходы на его приобретение не подлежат взысканию с больницы. Расходы на представителя полагали завышенными. Представили письменные возражения на иск (т. 1 л.д. 242-244), в которых дополнительно указали, что транспортные расходы истцом не подтверждены; расходы на юридическую помощь на стадии производства предварительного следствия взысканию не подлежат, так как на данной стадии истица не нуждалась в юридической помощи, следственный отдел делает свою работу бесплатно, включая предварительное следствие, проведение необходимых экспертиз и т.д. Копирование документов не является юридической услугой. Расходы по пересылке взысканы с ответчика не могут, поскольку не указано, что и куда отправляла истица, связано ли это с судебным разбирательством. Расходы на представителя являются завышенными, рыночная цена по региону составляет 5000-6000 руб. за составление искового заявления, 25000-40000 руб. – за представительство в суде. Также представителями ответчика заявлено о снижении штрафа в порядке ст. 333 ГК РФ в виду его несоразмерности последствиям нарушенного обязательства (т. 2 л.д. 100).

Третьи лица ФИО13 и ФИО14 в судебном заседании решение по иску оставили на усмотрение суда. При этом пояснили, что не являлись лечащими врачами истицы, каких-либо лекарственных средств ей не назначали. ФИО13 также пояснила, что являлась ассистентом при проведении операции ФИО7, считает, что ее вины в причинении вреда здоровью истицы нет.

Третье лицо ФИО12 решение по иску также оставила на усмотрение суда, пояснила, что оперировала ФИО7 Во время операции были 

<

данные изъяты>. Операционная медицинская сестра сообщила, что весь материал, использованный во время проведения операции, удален, в результате чего рана была зашита. На утро у истицы было вздутие живота, было сделано УЗИ, но на таком сроке марлю нельзя было увидеть. В послеоперационном периоде имели место случаи повышения температуры. Она думала, что шло воспаление 

<

данные изъяты>, в связи с чем назначала антибиотики. Затем состояние истицы стабилизировалось, и она была выписана. После выписки истица к ней не обращалась. 

Третье лицо ФИО15 показала в судебном заседании, что являлась операционной медицинской сестрой при проведении операции ФИО7 в ДД.ММ.ГГГГ Операция была экстренная. Доступа к ране она не имеет, ничего не зашивает и не извлекает. Она вместе с санитаркой посчитали израсходованный во время операции материал, цифры у них сошлись. Своей вины в случившемся не отрицает, решение по иску оставляет на усмотрение суда.

Представитель третьего лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО11 в судебном заседании уточненные исковые требования ФИО7 поддержала, пояснила, были допущены нарушения при проведении операции истице. Размер морального вреда оставляет на усмотрение суда. Истица в страховую компанию не обращалась, в связи с чем экспертизу качества оказанной медицинской услуги Общество не проводило.

Исследовав письменные материалы, допросив свидетелей, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, суд находит уточненные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с преамбулой Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Согласно ч. 1 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей" вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Аналогичные положения содержатся в ст. 1095 ГК РФ, в силу которой вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Частью 2 ст. 1099 ГК РФ установлено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. 

В соответствии со ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Из представленных медицинских документов, заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ с учетом письма от ДД.ММ.ГГГГ об исправлении технической ошибки в заключении эксперта (т. 2 л.д. 157-250) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часа у ФИО7 появились острые боли внизу живота, в связи с чем она была доставлена в ГБУЗ МО «Каширская ЦРБ» с подозрением на 

<

данные изъяты> и госпитализирована в гинекологическое отделение. К 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ было получено согласие пациентки на операцию. Предполагаемый объем оперативного вмешательства заключался в 

<

данные изъяты>. Однако, операция проходила с техническими трудностями из-за 

<

данные изъяты> (обнаружено 

<

данные изъяты>). В области 

<

данные изъяты> обнаружены образования, 

<

данные изъяты> - размерами 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> - 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> При оказании медицинской помощи ФИО7 в гинекологическом отделении ГБУЗ МО «Каширская ЦРБ» был допущен дефект лечения - во время операции ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> была оставлена марлевая салфетка.

Послеоперационный период осложнился развитием инфильтрата послеоперационного рубца в связи с чем ФИО7 обращалась на амбулаторный прием к гинекологу и хирургу в поликлинику ГБУЗ МО «Каширская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ, а также получала стационарное лечение в Каширской ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом стационарное лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обусловлено имевшимся осложнением после проведенной ДД.ММ.ГГГГ операции и не находится в прямой-причинно-следственной связи с допущенным дефектом лечения - оставлением марлевой салфетки.

В последующий период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют сведения о систематическом наблюдении ФИО7 гинекологом, хирургом с подробным описанием данных объективного клинического обследования и результатами инструментальных исследований. В представленных документах имеются сведения об обращениях за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ однако они не полные.

Анализ медицинской карты из хирургического отделения ГБУЗ МО «Каширская ЦРБ» за период лечения с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ позволяет заключить, что вероятнее всего, приступ желтухи у ФИО7 был обусловлен длительной интоксикацией на фоне гнойного отграниченного процесса в брюшной полости (абсцесс) вокруг оставленной марлевой салфетки. Таким образом, стационарное лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находится в прямой причинно-следственной связи с допущенным дефектом лечения - оставлением марлевой салфетки.

Явления интоксикации у ФИО7 не были полностью купированы, что потребовало повторной госпитализации. С ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ она получала стационарное лечение в 

<

данные изъяты>, где ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 была проведена операция, во время которой из абсцесса брюшной полости была удалена марля общими размерами 14х11х7, пропитанная гноевидными массами. Таким образом стационарное лечение в 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находится в прямой причинно-следственной связи с допущенным дефектом лечения - оставлением марлевой салфетки.

В дальнейшем у ФИО7 длительное время (до ДД.ММ.ГГГГ) отмечалось наличие свища в области послеоперационной раны, как осложнение проведенного оперативного лечения. В связи с чем ФИО7 получала лечение, в том числе в Каширской ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, стационарное лечение в Каширской ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находится в прямой причинно-следственной связи с допущенным дефектом лечения - оставлением марлевой салфетки.

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ у ФИО7 отмечается 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> как исход образования абсцесса в брюшной полости, спаек (сращений в брюшной полости) и подострого слипчивого перитонита, связанных с оставлением марлевой салфетки в брюшной полости у пациентки во время операции ДД.ММ.ГГГГ. Функциональные нарушения, сопровождающие течение спаечной болезни в этот период можно считать стойкими, что является основанием для установления процентов стойкой утраты общей трудоспособности в связи с допущенным дефектом лечения оставлением марлевой салфетки в брюшной полости у пациентки во время операции ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО7 имелись признаки временной нетрудоспособности, обусловленной подострым слипчивым перитонитом, связанным с оставлением марлевой салфетки в брюшной полости у пациентки во время операции ДД.ММ.ГГГГ, проведенной по этому поводу операцией и последующим восстановительным лечением. В указанный период ФИО7 была полностью временно нетрудоспособна (утрата трудоспособности составляла 100%.) Длительность временной нетрудоспособности ФИО7 обусловлена тяжестью и характером имеющихся у нее функциональных нарушений.

С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время и в настоящее время процент утраты общей трудоспособности ФИО7 по прямым последствиям допущенного дефекта лечения - оставления марлевой салфетки в брюшной полости у пациентки во время операции ДД.ММ.ГГГГ составлял и составляет 30 (тридцать) % - Основание п. 51 «б» Таблицы процентов утраты общей трудоспособности (Приложение к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 г. №194н). Переосвидетельствование через 2 (два) года.

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что за время стационарного лечения ФИО7 в гинекологическом отделении ГБУЗ МО «Каширская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были допущены дефекты лечения и диагностики осложнений: дефект выполнения операции ДД.ММ.ГГГГ — оставление марлевой салфетки в брюшной полости; недооценка тяжести пациентки в послеоперационном периоде, отсутствие диагностики инородного тела брюшной полости. Ответственной за оставление салфетки в брюшной полости ФИО7 является операционная сестра ФИО15, ответственной за отсутствие диагностики инородного тела брюшной полости является лечащий врач ФИО12 Оставление салфетки в брюшной полости повлекло за собою образование абсцесса в брюшной полости, спаек (сращений в брюшной полости) и подострого слипчивого перитонита, в связи с чем согласно п. 6.2.7 «Медицинских критериев определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного приказом Минздравсоцразвития от 24.04.2008 №194н, расценивается как ТЯЖКИЙ вред, причиненный здоровью человека. Между оставлением салфетки в брюшной полости, которое квалифицировано как тяжкий вред, причиненный здоровью ФИО7, и необходимостью проведения операции (ДД.ММ.ГГГГ) по ее удалению, имеется прямая причинно-следственная связь (т. 5 л.д. 79-171 приобщенного уголовного дела №).

ДД.ММ.ГГГГ Следственным отделом по городу Кашире Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Московской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ - оказание сотрудниками ГБУЗ МО «КЦРБ» ФИО7 услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей (т. 1 л.д. 1-2 приобщенного уголовного дела №). ДД.ММ.ГГГГ деяние, совершенное в отношении ФИО7, квалифицировано как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, то есть по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 118 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № и уголовное преследование ФИО12 и ФИО15 по данному уголовному делу по ч. 2 ст. 118 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (т. 6 л.д. 253-263 уголовного дела №).

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установление в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Поскольку в ходе судебного разбирательства было установлено, что ГБУЗ МО «КЦРБ» допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО7, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда. Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из степени тяжести причиненных истцу телесных повреждений, нахождения ее длительное время на стационарном и амбулаторном лечении, индивидуальных особенностей потерпевшего, перенесенных ею физических и нравственных страданий, подтвержденных показаниями свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3, степени вины причинителя вреда, и определяет компенсацию морального вреда за причинение тяжкого вреда здоровью в связи с оставлением марлевой салфетки в брюшной полости в размере 400000,00 руб., что будет соответствовать требованиям разумности, справедливости и достаточности, вследствие чего удовлетворяет иск о взыскании денежной компенсации морального вреда с ГБУЗ МО «КЦРБ» частично.

В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В п.п. «б» п. 27 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 разъяснено, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по прямым последствиям допущенного дефекта лечения - оставления марлевой салфетки в брюшной полости у пациентки во время операции ДД.ММ.ГГГГ в период амбулаторного лечения ФИО7 нуждалась в применении следующих медикаментов: 

<

данные изъяты> нуждалась в применении перевязочного материала (бинтов, повязки на рану, пластыря) и средств для обработки и заживления ран 

<

данные изъяты> Также по прямым последствиям допущенного дефекта лечения - оставления марлевой салфетки в брюшной полости у пациентки во время операции ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 было показано проведение инструментальных исследований: МРТ брюшной полости (ДД.ММ.ГГГГ), УЗИ брюшной полости (ДД.ММ.ГГГГ.), использование ортопедичеких изделий - бандажа, чулков релаксан (при проведении оперативного лечения).

Расходы истца на приобретение вышеуказанных медикаментов, перевязочного материала, ортопедичеких изделий и проведение инструментальных исследований составили 15383 руб. 36 коп., что подтверждается представленными истцом подлинниками чеков, товарных чеков, договора на оказание платных медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Свидетель ФИО4 показал в судебном заседании, что к нему на прием обращалась ФИО7 по поводу плохо заживающей раны. Он прописал ей 

<

данные изъяты>. Данный препарат истица могла приобрести только за свои денежные средства.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что права на бесплатное получение вышеуказанных медикаментов, перевязочного материала, ортопедичеких изделий истец не имела, также как не имела возможности получить качественно и своевременно инструментальные исследования: МРТ брюшной полости и УЗИ брюшной полости.

На основании изложенного, суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы, понесенные в связи с приобретением медицинских препаратов, перевязочного материала, ортопедичеких изделий и инструментальных исследований, нуждаемость в которых установлена заключением проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, в размере 15383 руб. 36 коп.

Согласно ч. ч. 1, 4 ст. 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности. В случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

Из разъяснений, содержащихся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, по его желанию учитывается заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности. Следует иметь в виду, что в любом случае рассчитанный среднемесячный заработок не может быть менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации). Приведенное положение подлежит применению, как к неработающим пенсионерам, так и к другим не работающим на момент причинения вреда лицам, поскольку в пункте 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержится каких-либо ограничений по кругу субъектов в зависимости от причин отсутствия у потерпевших на момент причинения вреда постоянного заработка.

Поскольку на момент ДД.ММ.ГГГГ истица не работала, то вправе требовать возмещения утраченного заработка исходя из величины прожиточного минимума. Приказом Минтруда России 20.02.2019 N 102н установлена величина прожиточного минимума на IV квартал 2018 года для трудоспособного населения 11069 рублей. 

Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 была полностью временно нетрудоспособна (утрата трудоспособности составляла 100%.) С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время и в настоящее время процент утраты общей трудоспособности ФИО7 составлял и составляет 30%, переосвидетельствование через 2 года.

Таким образом, утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (утрата трудоспособности 100%) составляет 44 276 руб. (4 месяца*11 069 руб.), за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (утрата трудоспособности 30%) составляет 73055,40 руб. (11069 руб.*22 месяца*30%), а всего 117331,40 руб.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании утраченного заработка в размере 117331,40 руб. обоснованы и подлежат удовлетворению.

Пунктом 1 ст. 1092 Гражданского кодекса РФ установлено, что возмещение вреда, вызванного уменьшением трудоспособности или смертью потерпевшего, производится ежемесячными платежами.

Статьей 1091 Гражданского кодекса РФ предусмотрена индексация сумм выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего.

Поскольку заключением судебно-медицинской экспертизы установлена утрата общей трудоспособности ФИО7 в размере 30% на будущее время - до даты переосвидетельствования через 2 года (ДД.ММ.ГГГГ), учитывая, что вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ГБУЗ МО «КЦРБ» в пользу истца ежемесячных платежей в возмещение утраченного заработка в результате причинения вреда здоровью в размере 3320,70 руб. начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом индексации пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Московской области, а при отсутствии в Московской области указанной величины - не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

От представителей ответчика ГБУЗ МО «КЦРБ» поступило письменное ходатайство о снижении размера штрафа ввиду его несоразмерности последствиям нарушенного обязательства.

Пунктом 1 ст. 333 ГК РФ установлено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. 

Исходя из того, что неустойка как мера гражданско-правовой ответственности не является способом обогащения, а является мерой, направленной на стимулирование исполнения обязательства, принимая во внимание заявление ответчика о применении ст. 333 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что сумма штрафа несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и взыскивает с ГБУЗ МО «КЦРБ» в пользу истицы сумму штрафа в размере 25000,00 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит взыскать расходы на юридическую помощь в период проведения предварительного следствия в размере 80162 руб.: 50000 руб. услуги адвоката ФИО5, 45000 руб. услуги адвоката ФИО6, 6000 руб. консультация в ООО 

<

данные изъяты> 2000 руб. консультация в коллегии адвокатов 

<

данные изъяты> 1190 руб. услуги по копированию документов, 972 руб. пересылка почтовых отправлений, а также расходы на представителя по настоящему гражданскому делу в размере 50000 руб. Кроме того, истец просит взыскать транспортные расходы в размере 25000 руб.

Из представленных истцом в материалы гражданского дела доказательств: квитанции от ДД.ММ.ГГГГ, соглашения об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, акта выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, договора на оказание юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, чека, договора об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, историй операций по дебетовой карте, договора об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ и расписки усматривается, что истец воспользовалась юридической помощью в ходе предварительного следствия и по данному гражданскому делу, а также, что ею понесены расходы в заявленном размере.

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ.

В части 2 ст. 131 УПК РФ перечислены виды процессуальных издержек, данный перечень не является исчерпывающим.

Поскольку уголовное дело по ч. 2 ст. 118 УК РФ в отношении ФИО12 и ФИО15 было прекращено по нереабилитирующим основаниям до направления в суд, то расходы, понесенные ФИО7 в ходе предварительного расследования, не могут быть возмещены по нормам уголовно-процессуального законодательства РФ и подлежат взысканию в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заявленный ко взысканию размер расходов на представителя является чрезмерным.

Согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон. К их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя. Статья 100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. По смыслу закона разумные пределы расходов на оплату услуг представителя являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются.

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В силу конкретных обстоятельств дела, учитывая категорию дела, его сложность, сроков рассмотрения, количества составленных представителем истца процессуальных документов, требований разумности, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд признает расходы истца на представителей чрезмерными, и принимает решение об удовлетворении требований ФИО7 о взыскании расходов на оплату услуг представителей частично в размере 40 000 рублей в ходе предварительного следствия и 40000 руб. в ходе настоящего гражданского дела.

Расходы истца по копированию заключения судебно-медицинской экспертизы, проведенной в ходе предварительного следствия, для приложения к иску о возмещении вреда здоровью, в размере 1190,00 руб., которые подтверждаются квитанцией серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, суд признает необходимыми, вследствие чего данные расходы подлежат взысканию с ответчика.

Требования истца о взыскании расходов по пересылке почтовых отправлений в размере 972 руб. удовлетворению не подлежат, поскольку, как пояснила в судебном заседании истица и следует из чеков и описи вложения, данные расходы были связаны с направлением жалоб в Главное Следственное Управление, Генеральную прокуратуру РФ, Прокуратуру Московской области, Каширскую городскую прокуратуру, Следственный комитет РФ на длительность проведения судебно-медицинской экспертизы в ходе предварительного следствия, то есть данные расходы не связаны с действиями ответчика. 

Также не подлежат взысканию с ответчика транспортные расходы истца в размере 25000 руб. в связи с тем, что истцом не представлено допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих сумму понесенных расходов. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198,199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

уточненные исковые требования ФИО7 

<

данные изъяты> удовлетворить частично. 

Взыскать с ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» в пользу ФИО7 

<

данные изъяты> в счет возмещения расходов на лечение в размере 15383,36 руб., денежную компенсацию морального вреда за причинение тяжкого вреда здоровью в размере 400000,00 руб., утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 117 331,40 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 25000,00 руб., и судебные расходы на юридические услуги в размере 80000,00 руб., на изготовление копий документов в размере 1190,00 руб., а всего 623521 (шестьсот двадцать три тысячи пятьсот двадцать один) рубль 40 копеек.

Взыскивать с ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» в пользу ФИО7 

<

данные изъяты> ежемесячно в возмещение утраченного заработка в результате причинения вреда здоровью 3320,70 руб. начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом индексации пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Московской области, а при отсутствии в Московской области указанной величины - не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

В удовлетворении исковых требований, превышающих взысканные суммы, а также о взыскании транспортных и почтовых расходов - отказать.

Взыскать с ГБУЗ МО «Каширская центральная районная больница» в доход бюджета городского округа Кашира государственную пошлину в размере 4154 (четыре тысячи сто пятьдесят четыре) рубля 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Каширский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Федеральный судья С.Н. Булычева