№

№

Поступило в суд 02.05.2023 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Калининский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи: Гайворонской О.В., 

при ведении протокола

секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО2 о признании сделки недействительной, 

У С ТА Н О В И Л :

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании сделки недействительной. 

В обоснование иска истец ФИО2 указал, что ФИО2 является сыном ФИО3 Его мать ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. Истец обратился к нотариусу ФИО4 для вступления в наследство, но узнал, что наследство отсутствует, в связи с отсутствием имущества, имущественных прав и обязанностей у умершей ФИО3 Однако истцу стало известно, что при жизни ФИО3 являлась собственником 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ истец получил выписку из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости, из которой усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ /за три дня до смети/ собственником квартиры стал его брат-ФИО2 Истец полагает, что сделка по отчуждению квартиры из собственности ФИО3 в собственность ответчика является недействительной сделкой. Так, ФИО3 тяжело болела при жизни, в частности ей были поставлены диагнозы: в 2004 году- сахарный диабет 2 типа, с 2015 остеоартроз, кардиосклероз, диабетическая нефропатия, полинейроэнцефлопатия, ретинопатия обоих глаз, с 2018 артрозная болезнь с поражением крупных и мелких суставов, дорсопатия с поражением шейного и поясничного отделов позвоночника, бронхиальная астма, с ДД.ММ.ГГГГ двухсторонняя хроническая сенсоневральная тугоухость 3 степени, с ДД.ММ.ГГГГ цереброваскулярная болезнь хроническая ишемия головного мозга, а ДД.ММ.ГГГГ был поставлен диагноз: «Рак кардиального отдела с желудка с переходом на пищевод, канцероматоз брюшной полости, мтс в головку поджелудочной железы, печень, селезенку, левый надподчечник, забрюшинные лу. В связи с имеющимися у ФИО3 диагнозами она вынуждена была принимать лекарственные препараты, в том числе трамадол, дексаметазон и др. В связи с тяжелым состоянием здоровья, приемом лекарственных препаратов, имеющих побочные действия в виде спутанности сознания, нарушения когнитивной функции, амнезии и других, влияющих на работу нервной системы, в период с января по март 2022 года ФИО3 была не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, а соответственно и не была в состоянии заключать сделки, осознавать их правовые последствия, то есть не обладала в полной мере дееспособностью. Истец узнал о совершении сделки в момент получения выписки из ЕГРН, то есть ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, срок признания сделки недействительной не пропущен. Согласно выписке из ЕГРН в отношении спорного объекта недвижимости, которая была получена ДД.ММ.ГГГГ и из которой усматривается, что между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры. Оспариваемая сделка нарушает права и законные интересы истца, в так как в случае, если бы данная сделка не была совершена, то квартира была бы включена в наследство и была поделена между наследниками в равных долях, поскольку истец является наследником первой очереди. 

Истец просит признать недействительным договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО2, являющимся основанием перехода права собственности на объект недвижимости с кадастровым номером №, именно, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> из собственности ФИО3 в собственности ФИО2; прекратить право собственности ФИО2 на объект недвижимости с кадастровым номером №, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> / т.1 л.д. 4-6/. 

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что с заключением экспертизы не согласен, считает ее противоречивой, основанной только на свидетельских показаниях, которые заинтересованы в исходе дела. О том что квартиру мама подарила брату ФИО2 ему стало известно после того как он подал заявление нотариуса о принятии наследства. Полагает, что матери специально давали принимать трамадол, чтобы совершить сделку по дарению спорной квартиры. Не отрицал тот факт, что у них с матерью сложился конфликт, однако он был разрешен, после которого мама неоднократно просила его приехать к ней, чтобы поставить укол. Мать одинаково хорошо относилась ко всем своим детям, и не могла добровольно подарить квартиру только одному сыну. 

Представители истца –ФИО5 и ФИО6, действующие на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года, в судебном заседании позицию истца поддержала, полагали, что экспертное заключение не может являться для суда обязательным доказательством по делу, поскольку эксперты сделали выводы на свидетельских показаниях, которые являются заинтересованными лицами и возможно дали ложные показания суду. Кроме того, экспертиза не отражает всех болезней ФИО3 Считает, что ФИО3 не могла руководить своими действиями, так как принимала сильнодействующий препарат и не могла понимать какую сделку она заключила. Просили иск удовлетворить. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил в суд представителя. Ранее в судебном заседании возражал против удовлетворения иска в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО2- ФИО7, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, поддержал доводы письменных возражений на исковое заявление /т. 1 л.д.125-128/ полагал, что оснований для их удовлетворения не имеется. Обратил внимание на то, что стороны предоставили возможные доказательства по делу, том числе обеспечили свидетелей, которые в большинстве случаев пояснили, что ФИО3, находилась в здравии, понимала что говорит и что делает, была адекватной. Более того, истец сам подтвердил в судебном заседании, что его мама все понимала. Считает заключение экспертизы обоснованным, поскольку экспертами при проведении исследования принимаются во внимания все доказательства по делу, в том числе пояснения сторон и показания свидетелей, а также медицинские документы. Кроме того, истец подтвердил, что между ним и мамой имел место конфликт. Просил в иске отказать. 

Суд, выслушав позицию истца и его представителей, возражения представителя ответчика, допросив в качестве свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, исследовав письменные материалы дела и представленные в суд доказательства, медицинскую документацию в отношении ФИО3, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в полном объеме. К такому выводу суд пришел исходя из следующего. 

В соответствии с п.2 ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

В силу ст.171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

В соответствии с ч.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст.574 ч.3 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Выражение воли, должно быть облечено в предусмотренную законом форму (в данном случае в письменную форму с государственной регистрацией).

В соответствии со ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 являлась матерью истца ФИО2 и ответчика ФИО2 /т. л.д. 65-66/.

Однако, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 скончалась, что подтверждается представленным в суд свидетельством о смерти. /т.1 л.д. 25/.

Также судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор дарения, по которому ФИО3 безвозмездно передала, а ФИО2 принял в собственность трехкомнатную квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №; произведена государственная регистрация права собственности ДД.ММ.ГГГГ за № в Управлении Росреестра по НСО /т.1 л.д.141/. 

Обосновывая свои исковые требования, истец ссылается на то обстоятельство, что ФИО3 при заключении договора дарения ДД.ММ.ГГГГ не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с тяжелым состоянием здоровья, приемом лекарственных препаратов, имеющих побочные действия в виде спутанности сознания, нарушения когнитивной функции, влияющих на работу нервной системы.

Однако, как усматривается из заключения психиатрического освидетельствования перед сделкой /нотариальным действием/ проведенного врачом-психиатром ФИО8 ООО «Ментал», в отношении ФИО3, по своему психическому состоянию ФИО3 могла участвовать в сделке /нотариальном действии/ /т.1 л.д. 107/.

Свидетель ФИО8, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ суду показала, что она работает в ООО «Ментал» врачом-психиатром, проводила медицинское освидетельствование ФИО3 с целью оценить ее психическое состояние. На ее вопросы ФИО3 ответила чётко и правильно, пояснила, что приняла решение оформить договор дарения квартиры на сына А.. При разговоре ФИО3 пояснила, что у нее гипертоническая болезнь, сахарный диабет, были микроинсульты, онкологических заболеваний не имеет. Ею было сделано заключение о том, что по своему психическому состоянию ФИО3 могла участвовать в сделке.

Кроме того, свидетель ФИО9, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду пояснил, что он внук ФИО3 и родной племянник истца и ответчика. Ему ничего не известно об уколах и лекарствах, которые принимала бабушка, по поводу болезни старался с ней не разговаривать, чтобы ее не расстраивать. Про отношения с ее сыновьями ему не известно, при нем конфликтов между бабушкой и ними не было. Вопросы об ее имуществе он также с бабушкой не обсуждал. Бабушка до смерти находилась в сознании, смотрела телевизор, разгадывала кроссворды, разговаривала на разные темы. 

Свидетель ФИО10, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что она является племянницей ФИО3, и двоюродной сестрой истцу и ответчику. В декабре 2021 ФИО3 заболела, в январе 2022 ей сделали первую химиотерапию. После второй химиотерапии она приезжала к ФИО3 в больницу, последняя находилась в сознании, ее узнала. В разговоре ФИО3 сказала, что сын А. посещает ее каждый день, постоянно сидит рядом, не дает спать, требовал от нее переписать квартиру. Жаловалась на то, что ранее он поднимал на нее руку, издевался, между ними периодически происходят конфликты. Сам А. неоднократно при ней называл мать оскорбительными словами, не считал ее матерью. После выписки из больницы она часто приезжала к ФИО3, один раз ставила ей в живот разжижающий укол, ФИО3 находилась в сознании, смотрела телевизор, разгадывала кроссворды, всегда была на связи по телефону, признаков неадекватного поведения не отмечалось. Со слов дочери ФИО3, Ирины ей известно, что она испытывала боль, Ирина ставила ей уколы кетонала, о каких –либо других лекарственных препаратов ей не известно. 

Свидетель ФИО11, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ суду пояснила, что является дочерью ФИО3 и родной сестрой истцу и ответчику. Истец А. и мать проживали совместно в спорной квартире, ответчик А. проживал отдельно. ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно об онкологическом заболевании ее матери, которой впоследствии было проведено 2 химиотерапии, после второй химиотерапии ДД.ММ.ГГГГ мама переехала к ней жить. Первоначально ФИО3 имела намерение разделить квартиру между А. и А., но отказалась. Затем от матери ей стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ она оформила договор дарения квартиры на сына А., пояснила, что обижена на А.. После выписки из больницы мать рассказала, что А. часто ее обижал, оскорблял, иногда поднимал руку, однако ранее мама об этом никому не говорила. А. и А. приезжали навещать маму, А. приезжал каждый день вечером и утром, общался с ней часами, они что-то постоянно обсуждали. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ терапевт поставил маме трамадол, после этого она ставила маме только обезболивающие, и уже ДД.ММ.ГГГГ она первый раз сама поставила матери трамадол по причине сильных болей, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ также ставила трамадол, потому как боли у мамы не проходили, ДД.ММ.ГГГГ мама умерла. Ранее ставила только разжижающие препараты, давала таблетки кардиомагнил, гектрал, обезболивающее-кетанов. В период болезни мама всегда была в сознании, разговаривала, общалась по телефону с родственниками, разгадала кроссворды, смотрела телевизор, новости, признаки неадекватного поведения отсутствовали. 

Свидетель ФИО12, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, указала, что работает санитаркой в ГБУЗ НСО Онкологическая больница 

<

адрес> №, знакома с истцом по работе, они коллеги, также была знакома с матерью истца ФИО3, так как она лежала у них в больнице два раза, она с ней разговаривала о детях, последняя отмечала какой у нее добрый и хороший сын А., говорила про дочь, про второго сына не говорила. ФИО3 показалась ей адекватной женщиной. А. В. ухаживал за мамой, постоянно находился с ней рядом. Дочери и второго сына она не видела, не знакома с ними. На тему конфликтов в семье О. И. они не общались. О. И. была всегда в сознании, понимала о чем идет речь, поддерживала разговоры на разные темы.

Показаниям вышеуказанных свидетелей не доверять оснований не имеется, поскольку они последовательны, правдивы и согласуются с пояснениями сторон и материалами дела. При этом свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем отобраны соответствующие подписки. 

Показания вышеуказанных свидетелей, по мнению суда, не свидетельствуют о том, что ФИО3 страдала какими-либо психическими расстройствами, не руководила своими действиями и не отдавала им отчет при подписании договора дарения ДД.ММ.ГГГГ.

При этом суд отмечает и то обстоятельство, что истец неоднократно в пояснениях указывал на то, что его мать ФИО3 находилась в сознании, отвечала на вопросы, общалась с ним по телефону, неадекватного поведения не проявляла. 

Также судом принимается во внимание справка ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская клиническая психиатрическая больница №», из которой следует, что ФИО3 не состоит под наблюдением врача-психиатра, медицнской документации в отношении нее не имеется, за медицинской помощью не обращалась /т.1 л.д. 208/.

Кроме того, по ходатайству стороны истца, по делу была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Краевого Государственного Бюджетного Учреждения Здравоохранения «Красноярский Краевой Психоневрологический Диспансер №» /т.1 л.д.247-249/.

Согласно заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы №/д от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ГБУЗ НСО «Красноярский Краевой Психоневрологический Диспансер №» /т.2 л.д.11-28/ ФИО3, на момент составления и подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, обнаруживала признаки органического астенического расстройства смешанного (сосудистого, атеросклеротического, дисметаболического, онкологического) генеза, о чем свидетельствуют жалобы при обращении к врачам на головные боли, быструю утомляемость, снижение работоспособности, головокружение, а также данные первичной медицинской документации о длительном наблюдении и лечении по поводу гипертонической болезни, последствий, ранее перенесенных ОНМК (дважды) с правосторонним гемипарезом, хронической ишемии головного мозга второй степени, сахарного диабета второго типа, наблюдении и лечение у врача-онколога по поводу онкологического процесса, неоднократном прохождении курсов полихимиотерапии. Следует учитывать, что никакие ссылки на неврологическую или соматическую патологию, сколь бы тяжелой она не являлась, не могут заменить реально установленные и объективно подтвержденные симптомы психического расстройства, поскольку прямого параллелизма между соматическими (физическими) заболеваниями и психическими расстройствами не существует. Следовательно, анализ материалов гражданского дела, и прилагаемой медицинской документации позволяет сделать вывод о том, что на момент оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 не прослеживается значительных нарушений интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сфер, которые могли бы существенно повлиять на ее способность понимать значение своих действий и руководить ими. С учетом некоторой противоречивости свидетельских показаний, можно прийти к выводу, что с большей долей вероятности, ФИО13 могла понимать значение своих действий и руководить ими в день оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

У суда не имеется оснований сомневаться в выводах судебной экспертизы, так как экспертиза была проведена в соответствии с требованиями действующего законодательства, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, не представлено суду и доказательств, подтверждающих заинтересованность либо некомпетентность эксперта, эксперт полно, точно и объективно ответил на поставленные вопросы.

При этом суд полагает необходимым отметить, что экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О судебном решении", заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №д, проведенной ГБУЗ НСО «Красноярский Краевой Психоневрологический Диспансер №», поскольку экспертиза проведена комиссией компетентных экспертов, имеющих значительный стаж работы судебно-психиатрическими экспертами, проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", комиссией врачей-экспертов ГБУЗ НСО «Красноярский Краевой Психоневрологический Диспансер №» в соответствии с определением суда о поручении проведения экспертизы этому учреждению, в соответствии с профилем деятельности, определенным для ГБУЗ НСО «Красноярский Краевой Психоневрологический Диспансер №», выданной им лицензией.

Кроме того, комиссия экспертов была предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, не представлено суду и доказательств, подтверждающих заинтересованность либо некомпетентность экспертов, при этом в заключении дана оценка не только представленным медицинским документам, но и показаниям свидетелей, что подтверждается мотивировочной частью заключения.

Таким образом, поскольку истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не приведено доказательств, вызывающих сомнения в правильности и обоснованности заключения экспертов, не представлено иных доказательств, с достоверностью свидетельствующих о нахождении ФИО3 в момент совершения договора дарения в состоянии, в связи с которым она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, то суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора дарения недействительным.

Таким образом, проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 в момент подписании договора дарения ДД.ММ.ГГГГ могла руководить своими действиями и отдавать им отчет, так как истцом в силу ст.56 ГПК РФ не представлено допустимых и относимых доказательств в опровержение вышеуказанных выводов суда.

Таким образом, суд, проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что оснований для признания недействительным договора дарения, заключенного между ФИО3 и ФИО2, являющимся основанием перехода права собственности на объект недвижимости с кадастровым номером №, на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> из собственности ФИО3 в собственности ФИО2 и прекращении права собственности ФИО2 на вышеуказанную квартиру, не имеется. В связи с чем, в удовлетворении иска ФИО2 необходимо отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО2 о признании сделки недействительной отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи жалобы через Калининский районный суд 

<

адрес>. 

Судья/подпись/ О.В. Гайворонская 

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Подлинник решения хранится в материалах гражданского дела № Калининского районного суда 

<

адрес>. УИД №

Решение суда не вступило в законную силу «___»___________2024г.

Судья Гайворонская О.В.