Дело № 1-125/2020 (п/д № 12002320043000007)

УИД № 42RS0014-01-2020-000605-48

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Мыски 09 октября 2020 года

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Фисуна Д.П., 

при секретаре судебного заседания Ананиной Т.П., 

с участием государственных обвинителей Ушковой И.В., Володкина Д.С.,

представителя потерпевшего Потерпевший №1,

подсудимого ФИО9,

защитников адвокатов Якуниной Л.К., Яниной А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО9, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 совершил убийство, при превышении пределов необходимой обороны, при следующих обстоятельствах.

07 февраля 2020 года в период времени с 17.00 до 22.06 часов, ФИО9, находясь в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, после совместного употребления спиртных напитков с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подвергся нападению со стороны последнего. Используя явное физическое превосходство над подсудимым, ФИО1 подверг ФИО9 избиению, причинив при этом ему телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты> которые как вред здоровью не квалифицируются. 

В ходе этих действий, ФИО9, осознавая, что действия потерпевшего непосредственной опасности для его жизни не представляют, и могут быть опасны только лишь для его здоровья, защищаясь от совершаемого в отношении него нападения со стороны ФИО1, при этом имея реальную возможность избежать дальнейшего конфликта с последним, объективно оценить степень и характер опасности нападения, осознавая явное несоответствие своих действий характеру и степени общественной опасности действий ФИО1, превысил пределы необходимой обороны, и умышленно, с целью убийства последнего, нанес ФИО1 клинком складного ножа не менее одного удара в переднюю поверхность грудной клетки справа, причинив 

<

данные изъяты>, которое по признаку причинения опасного для жизни вреда здоровью квалифицируется как ТЯЖКИЙ вред здоровью, а также один удар в заднюю поверхность грудной клетки слева, причинив 

<

данные изъяты> которое квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

В результате умышленных действий ФИО9 на месте происшествия наступила смерть ФИО1 от проникающего 

<

данные изъяты>, то есть ФИО9 убил ФИО1

В судебном заседании подсудимый ФИО9 по предъявленному ему обвинению свою виновность признал. Не оспаривает того, что смерть потерпевшего наступила в результате его умышленных действий, однако считает, что совершил убийство потерпевшего при превышении пределов необходимой обороны.

Дал суду показания о том, что с потерпевшим, который приходится ему сыном, у него были неприязненные отношения, поскольку тот вел асоциальный образ жизни, злоупотреблял спиртным, неоднократно подвергал родителей избиениям. В день совершения преступления сын пришел к нему домой вечером около 17 часов, в нетрезвом состоянии, предложил выпить. Он согласился. Во время распития спиртного, сын швырнул с кровати об пол щенка овчарки, который жила у подсудимого. Подсудимый сделал сыну замечание, после чего они стали ругаться. Внезапно ФИО1подошел к подсудимому и толкнул его в грудь (он в это время сидел на диване), тот упал на спину на диван, а потерпевший склонился над ним и стал наносить ему кулаками обеих рук удары по лицу, голове. Подсудимый отворачивался, закрывался руками. Тогда сын уперся ногами о диван и стал наносить подсудимому удары своей головой (лбом) в голову подсудимому, лицо. Подсудимый, чувствуя преимущество сына, нащупал в кармане складной нож, который всегда там находился. С целью защититься от посягательства сына, подсудимый раскрыл нож, и стал махать им в направлении потерпевшего, который находился к нему лицом, но он не помнит, как нанес удар в грудную клетку потерпевшему. Поскольку ФИО1 не прекращал своих противоправных действий, то подсудимый обхватил его обеими руками, и, удерживая нож двумя руками, нанес потерпевшему один удар в спину. После этого удара сын перестал его бить. Подсудимый оттолкнул его от себя, встал и пошел попить воды. Когда вернулся, то увидел что ФИО1 лежит с ножом в спине между кроватью и диваном. Как потерпевший оказался в указанном месте, пояснить не может. Он понял, что убил сына, и позвонил своему старшему сыну Потерпевший №1, рассказал о случившемся. В целом в подробностях конфликт между ним и сыном не помнит, в связи с обусловленными состоянием здоровья провалами в памяти. 

При проверке показаний на месте 08 февраля 2020 года (том 1 л.д. 81-90), подозреваемый ФИО9 аналогичным образом описывал обстоятельства происшествия, при этом с участием статиста продемонстрировал действия свои и потерпевшего в ходе развития конфликтной ситуации. Указал, что потерпевший повалил его на спину на диван, сам навалился сверху всем телом, после чего наносил удары кулаками и головой по его (ФИО9) голове. Также ФИО9 продемонстрировал, как нанес потерпевшему удар ножом в заднюю поверхность грудной клетки слева, после которого сын прекратил нападение и обмяк. Обстоятельств нанесения удара ножом в переднюю поверхность грудной клетки справа вспомнить не смог. 

Тем самым, в результате следственного действия подсудимый фактически подтвердил показания, данные им на всех стадиях уголовного судопроизводства.

Помимо показаний подсудимого, его виновность в совершении данного преступления установлена показаниями представителя потерпевшего, свидетелей, заключениями экспертов, протоколами следственных действий, вещественными и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Представитель потерпевшего Потерпевший №1 суду пояснил, что подсудимый является его отец, погибший ФИО1 – его младший брат. После развода с супругой брат запил, деградировал, перестал работать, существовал за счет родителей, перестал им помогать, стал агрессивным. Часто между ним и отцом на этой почве возникали конфликты, он бросался на отца с кулаками, несколько раз избивал мать. ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов ему позвонил подсудимый и сказал, что убил ФИО1. Они с женой приехали к отцу, где увидели потерпевшего, который лежал на животе на полу, у него в спине торчал нож. Прибывшие на место сотрудники СМП констатировали смерть брата. Подсудимый был пьян, находился в заторможенном состоянии, на лице были следы побоев. Со слов подсудимого он узнал, что погибший пришел к нему в гости в нетрезвом состоянии, вместе они выпили еще водки. В ходе беседы между ними возникла ссора, после чего ФИО1 повалил подсудимого на диван, сел сверху, и стал руками, головой, избивать отца. Обороняясь, отец вытащил нож и стал им отмахиваться от нападающего, в ходе чего убил потерпевшего. Физически брат был намного сильнее подсудимого, поскольку ранее занимался гиревым спортом, был моложе, в то время как подсудимый имеет преклонный возраст, имеет проблемы со здоровьем, физически слаб, а потому оказать потерпевшему сопротивление без применения оружия не мог. 

Свидетель ФИО3 показала, что ДД.ММ.ГГГГ ее супругу, Потерпевший №1, позвонил подсудимый и сказал, что только что убил своего младшего сына – ФИО1. Вместе с супругом она выехала в дом к подсудимому, где обнаружили, что в комнате на полу лежит погибший ФИО1, из спины которого торчал нож. Подсудимый находился в доме, был пьян и заторможен. Со слов подсудимого она поняла, что между ним и ФИО1 произошла ссора, в ходе которой ФИО1 напал на своего отца, повалил на диван, сел сверху и стал сильно избивать. Защищаясь, подсудимый ударил потерпевшего ножом. На лице подсудимого она видела явные следы побоев. Охарактеризовала потерпевшего ФИО1 отрицательно, поскольку тот злоупотреблял алкоголем, в отношении членов семьи был сильно озлоблен, периодически избивал своих родителей. 

Из показаний свидетеля ФИО5 судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 22.28 часов в бригаде СМП, фельдшером которой она являлась, поступил вызов по адресу: 

<

адрес>. Около дома ее встретили сын подсудимого и его супруга. Пройдя в дом, она увидела лежащим на полу в дальнем угла мужчину, в спине которого торчала рукоятка ножа. Мужчина умер до приезда бригады скорой медицинской помощи.. В доме присутствовал пожилой мужчина – отец погибшего, который по существу произошедшего пояснил, что погибший напал на него в ходе ссоры, а он, защищаясь от нападения, нанес погибшему удар ножом.

Из показаний свидетеля ФИО7 судом установлено, что он является соседом подсудимого, которого характеризует с положительной стороны. Погибшего ФИО1 охарактеризовал с отрицательной стороны, как злоупотребляющего спиртными напитками, ведущего асоциальный образ жизни. Ему известно, что ФИО1 ранее неоднократно избивал своих родителей, сильно бил мать. Подсудимый с сыном справиться не мог, поскольку тот моложе и физически более крепкий, чем он. ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов он видел ФИО1 шедшим в направлении дома подсудимого, потерпевший был сильно пьян. На следующий день от соседей он узнал, что ФИО9 убил своего сына в ходе ссоры, обстоятельств которой свидетелю не известно. 

Свидетель ФИО8 показала, что работает вахтером в общежитии, где проживал потерпевший. ФИО1 охарактеризовала посредственно. Пояснила, что ФИО1 злоупотреблял спиртным. По своему физическому состоянию ФИО1 был довольно крепким мужчиной. Согласно записям в журнале, ФИО1 и его друг по имени ФИО2 ушли из общежития ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов, более она потерпевшего не видела. О смерти ФИО1 узнала от знакомых

Из показаний свидетеля ФИО2, данных в ходе предварительного расследования (том 1 л.д. 120-123), оглашенных в судебном заседании с согласия сторон на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ установлено, что потерпевшего он знает с детства. Свидетелю известно, что у ФИО1 были конфликтные отношения с родителями, отец выгнал его из дома, и тот жил в общежитии. Накануне совершения преступления он распивал спиртные напитки в компании потерпевшего, в ходе чего уснул. Когда проснулся, ФИО1 уже не было. Со слов сожительницы ему стало известно, что потерпевший ушел к своему отцу. Через несколько дней от знакомого ему стало известно, что ФИО1 убил его отец, но при каких обстоятельствах это произошло, ему не известно.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показала, что потерпевший был её соседом, часто злоупотреблял спиртным, водил домой собутыльников, давно не работал. В последний раз видела потерпевшего 06 февраля 2020 года, он распивал спиртное с другом, после чего около 20 часов ушел и более не возвращался. Позднее от жителей общежития ей стало известно, что ФИО1 убил его отец. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 19-30), следователем осмотрен жилой дом по адресу: 

<

адрес>. 

<

данные изъяты> 

Согласно протоколу осмотра трупа от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 31-38), следователем осмотрен труп мужчины, 

<

данные изъяты>

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 26 марта 2020 года (том 1 л.д. 184-190), при судебно-медицинской экспертизе трупа гр-на ФИО1,, ДД.ММ.ГГГГ г.р., были обнаружены: 

<

данные изъяты> 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 08 февраля 2020 года (том 1 л.д. 204-206), у ФИО9 были обнаружены 

<

данные изъяты> Данные повреждения образовались от не менее трех воздействий твердого тупого предмета в срок в пределах 6-12 часов до проведения экспертизы (08 февраля 2020 года), и как вред здоровью не квалифицируются. Согласно описанию рентгеновского снимка № от 11.02.2020 врачом-рентгенологом - четких линий перелома нет. При обращении за медицинской помощью 11.02.2020 был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> 

Согласно заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 21 июля 2020 года, на основании данных судебно-медицинской экспертизы, проведенной 08 февраля 2020 года, изучения представленных медицинских документов, с учетом дополнительных вопросов, комиссия экспертов пришла к выводам, что у ФИО9 в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы ДД.ММ.ГГГГ были обнаружены 

<

данные изъяты>

Согласно заключению судебно-дактилоскопической экспертизы № от 26 февраля 2020 года (том 1 л.д. 237-241), два следа пальцев руки, изъятые с пустой бутылки из-под лимонада «Тархун» на столе в кухне, оставлены указательным и безымянным пальцами правой руки ФИО9. 

Согласно заключению комиссионной судебно-психиатрической экспертизы № от 26 февраля 2020 года (том 2 л.д. 100-103), из которого следует, что ФИО9 в настоящее время каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдает и не страдал таковым на момент совершения правонарушения. 

<

данные изъяты> 

Согласно протоколу выемки от 10 февраля 2020 года (том 1 л.д. 154-158), в Мысковском отделении ГБУЗ КО НКБ СМЭ изъяты: одежда с трупа ФИО1: 

<

данные изъяты>

Согласно протоколу выемки от 08 февраля 2020 года (том 1 л.д. 140-144), согласно которому у ФИО9 изъяты: 

<

данные изъяты> в которых он находился в момент совершения преступления. 

Согласно протоколу осмотра предметов от 15 февраля 2020 года (том 1 л.д. 160-175) следователем осмотрены: 

<

данные изъяты> 

Согласно заключению судебной медико-криминалистической экспертизы № от 25 марта 2020 года (том 2 л.д. 7-25), на кожных лоскутах грудной клетки от трупа гр-на ФИО1, на материале толстовки, рубашки и футболки, принадлежащих потерпевшему, выявлены колото-резаные повреждения: 

<

данные изъяты>

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от 10 марта 2020 года (том 2 л.д. 36-42), на вырезе с ковровой дорожки, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека группы А?, происхождение которой от потерпевшего ФИО1 не исключается. На ноже, представленном на исследование, кровь не найдена; на клинке имеются единичные эпителиальные клетки, антигены А, В и Н не выявлены. На рукояти установлены эпителиальные клетки человека, в которых выявлены антигены А и Н, что не исключает возможности присутствия клеток лица (лиц), которому (которым) свойственны эти антигены, в данном случае, нельзя исключить присутствие клеток потерпевшего ФИО1 и подозреваемого ФИО9 На куртке, представленной на исследование, кровь не обнаружена. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от 10 марта 2020 года (том 2 л.д. 68-73), в подногтевом содержимом с рук трупа ФИО1 имеются эпителиальные клетки, причем, с правой руки обнаружена ещё и кровь человека. При определении групповой принадлежности в крови и клетках установлены антигены А и Н, которые характерны самому потерпевшему и выявляются за счёт его крови и клеток. Кроме того, наличие антигена Н не позволяет исключить примесь клеток лица группы О??, каковым является подозреваемый ФИО9. В подногтевом содержимом с рук подозреваемого ФИО9 установлено незначительное количество эпителиальных клеток; с правой руки найдены ещё и следы крови, видовую принадлежность которой установить не удалось из за малого количества белка в материале. При определении групповой принадлежности в клетках выявлен антиген Н, свойственный самому подозреваемому и, следовательно, произошел за счёт его клеток. Данных за присутствие клеток потерпевшего ФИО1 не получено.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от 10 марта 2020 года (том 2 л.д. 84-89), в пятнах на рубашке, изъятой в ходе выемки у ФИО9, обнаружена кровь человека, в которой выявлен антиген А, что не исключает возможности происхождения крови от лица группы А?, каковым является потерпевший ФИО1 На трико, представленных на исследование, найдены следы крови, видовую принадлежность которых установить не удалось из за малого количества белка в материале. На куртке, изъятой в ходе выемки у ФИО9, кровь не обнаружена. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от 12 марта 2020 года (том 2 л.д. 53-58), на складном ноже (клинке и рукояти), изъятом в ходе осмотра трупа, обнаружена кровь человека группы А?, происхождение которой от потерпевшего ФИО1 не исключается. От подозреваемого ФИО9 кровь произойти не могла. Кроме того, на клинке и рукояти установлены эпителиальные клетки человека, в которых выявлены антигены А и Н, что не исключает возможности присутствия клеток лица (лиц), которому (которым) свойственны эти антигены, в данном случае, нельзя исключить присутствие клеток потерпевшего ФИО1 и подозреваемого ФИО9.

Вещественными доказательствами по уголовному делу являются: складной нож, изъятый при осмотре трупа ФИО1, как предмет, который служил орудием преступления; куртка черного цвета, нож кухонный, мобильный телефон «Samsung gt e 1272», изъятые при осмотре места происшествия – как предметы, которые могут служить средствами для установления обстоятельств уголовного дела; вырез из ковровой дорожки, одежда с трупа ФИО1: кофта (толстовка), рубашка, футболка, трико черного цвета, трико серого цвета, одежда ФИО9: куртка рабочая, рубашка, трико черного цвета как предметы, на которых отразились следы преступления.

Собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, приведенные в приговоре выше, суд находит достоверными, относимыми и допустимыми, в своей совокупности достаточными для доказательства виновности ФИО9 в совершении преступления, обстоятельства которого приведены в приговоре выше. 

Оценивая протокол осмотра места происшествия, протокол осмотра трупа, суд отмечает, что они получены с соблюдением требований закона, полностью согласуются с другими доказательствами по делу. Осмотр жилого дома производился с согласия проживающего в нем подсудимого, в его присутствии. Осмотр трупа ФИО1 производился с участием судебно-медицинского эксперта. В связи с этим суд признает указанные протоколы относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами. 

Оценивая все имеющиеся в материалах дела заключения судебно-медицинских экспертиз, судебно-дактилоскопической экспертизы, комиссионной судебно-психиатрической экспертизы, а также заключения судебной медико-криминалистических экспертиз, суд приходит к выводу, что все они соответствуют требованиям законодательства, являются полными, ясными, выводы каждого из них обоснованы соответствующей исследовательской частью, мотивированы, в каждом случае заключения составлены незаинтересованным в исходе дела экспертом, обладающим необходимыми специальными познаниями и опытом работы в исследуемых областях. Не доверять каждому из приведенных выше заключений у суда оснований не имеется, в связи с чем, суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами. 

Вместе с тем, по вопросу о наличии телесных повреждений у подсудимого ФИО9 суд с большим доверием относится к заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 21 июля 2020 года, поскольку именно его выводы находит наиболее объективными, полными и правильными. Такой вывод суд делает исходя из того, что заключение составлено комиссией экспертов, в том числе с привлечением экспертом профильного направления, после непосредственного исследования экспертами первичных медицинских документов на имя подсудимого, чего не имело место при первоначальном исследовании. В связи с этим, в основу принимаемого решения судом принимаются выводы именно повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы подсудимого.

Все вещественные доказательства, приведенные в приговоре выше, получены в результате производства предусмотренного законом следственных и процессуальных действий (в результате выемки, изъяты при осмотре места происшествия), процедура их изъятия была соблюдена, относимость данных предметов и документов к совершенному преступлению доказывается материалами дела. Все указанные выше предметы были осмотрены следователем и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. В связи с этим суд признает их относимыми и допустимыми доказательствами.

Оценивая показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО3, ФИО2, ФИО8, ФИО5, ФИО6, ФИО7 суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются по всем существенным обстоятельствам дела, как между собой, так и с письменными материалами дела, взаимно подтверждают и дополняют друг друга.

Каких-либо сведений о свидетелях при даче ими показаний в отношении подсудимого, оснований для его оговора, ставящих эти показания под сомнение, судом не установлено. 

При этом суд отмечает, что до дачи показаний, потерпевшему Потерпевший №1 и его супруге – свидетелю ФИО3,– разъяснялось их право не свидетельствовать против самих себя и их близких родственников, в том числе против подсудимого.

С учетом изложенного, суд признает показания всех указанных выше лиц относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Показания свидетеля ФИО4 какого-либо доказательственного значения по делу не имеют, в связи с чем они не учитываются судом при постановлении приговора. 

К показаниям подсудимого ФИО9 в части признания им своей причастности к совершенному преступлению, мотиве совершения преступления в целях самообороны, суд относится доверительно, поскольку они, начиная с первоначального опроса на месте происшествия, являются последовательными и непротиворечивыми, согласуются с показаниями свидетелей, объективно подтверждаются другим доказательствам по делу.

При исследовании письменных материалов, судом установлено, что следственные действия с ФИО9 проводились с соблюдением требований, предусмотренных УПК РФ, в том числе, с участием адвоката, подписаны всеми участниками следственных действий, никто из которых не делал замечаний, как по процедуре проведения следственных действий, так и по содержанию показаний ФИО9. Заявлений от самого ФИО9 и его адвоката о том, что он находится в таком состоянии, которое препятствовало проведению следственных действий с его участием, в материалах дела не имеется. 

Перед началом каждого допроса ФИО9 разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права в соответствии с его процессуальным положением, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе, и при их последующем отказе от данных показаний, разъяснялось также право, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ, не свидетельствовать против самого себя. 

Кроме того, суд отмечает, что признательные показания были даны ФИО9 неоднократно и содержат подробную информацию о совершенном им преступлении, которая не была известна следствию и в дальнейшем подтвердилась, а также такие детали, которые могли быть известны только лицу, причастному к совершению преступления. Суд также отмечает, что признательные показания ФИО9 нашли свое подтверждение результатами осмотра места происшествия, не противоречат локализации и механизму образования колото-резаных ран, обнаруженных на теле погибшего, в том числе в части указания подсудимым конкретных обстоятельств нанесения ударов ножом, не противоречащим направлениям раневых каналов. 

Данные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствует о том, что показания на всех стадиях уголовного судопроизводства, при их проверке на месте происшествия, ФИО9 давал без какого-либо воздействия, свободно и добровольно. 

Таким образом, ФИО9 воспользовался предоставленным ему правом, и самостоятельно рассказывал об обстоятельствах совершенного им преступления.

Суд также считает, что у ФИО9 не было оснований для самооговора.

Таким образом, оценив каждое из представленных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимого ФИО9 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Органами предварительного расследования действия ФИО9 квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

Выступая в судебных прениях, государственный обвинитель изменил обвинение в сторону смягчения путем переквалификации действий ФИО9 с части 1 статьи 105 УК РФ на часть 1 статьи 108 УК РФ, предусматривающую более мягкое наказание. 

В обоснование своей позиции государственный обвинитель счел установленным в судебном заседании, что причиняя смерть ФИО1, подсудимый действовал в целях самозащиты от нападения со стороны потерпевшего, который повалил его на диван, после чего навалился на него сверху всем весом, и с силой стал наносить множественные удары руками и головой по голове подсудимого. Отмечает, что потерпевший был моложе и физически более сильным, чем ФИО9, занимал более выгодную для нападения позицию, чем защищающееся лицо, вел себя агрессивно. Указанные действия создавали реальную опасность для здоровья ФИО9, а потому у него имелись достаточные основания для защиты от указанного посягательства, в связи с чем государственный обвинитель полагает, что все инкриминируемые ему действия, ФИО9. совершал в состоянии необходимой обороны. 

Вместе с тем, государственный обвинитель счел установленным, что совершаемое в отношении него нападение, представляло реальную опасность только для его здоровья, имея возможность избрать иной, менее травмирующий, способ защиты, не сделал этого, и, действуя умышленно, сознавая, что превышает пределы необходимой обороны, а также общественную опасность и характер своих действий, нанес ФИО1 не менее двух ударов клинком ножа, в результате которых потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший его смерть на месте происшествия.

Заявленное государственным обвинителем изменение обвинения не нарушает право подсудимого на защиту, поскольку новые обстоятельства совершения преступления не отличаются по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного ФИО9 обвинения, объем обвинения не увеличивается, следовательно, право подсудимого на защиту не нарушается. При этом санкция по предложенной государственным обвинителем новой квалификации действий подсудимого не устанавливает более сурового наказания.

Указанные государственным обвинителем обстоятельства, явившиеся основанием для изменения обвинения в сторону смягчения, основаны на анализе исследованных в судебном заседании доказательств, установленных по делу фактических обстоятельств произошедшего, должным образом мотивировано и отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, не ухудшает положение подсудимого. 

С учетом изложенного, в силу ст.ст. 246 и 254 УПК РФ изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения, в связи с чем заявленное государственным обвинителем изменение обвинения подлежит принятию судом. 

Суд квалифицирует действия ФИО9 по ч. 1 ст. 108 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов . необходимой обороны. необходимой обороны.

В судебном заседании установлено, что 07 февраля 2020 года около 22 часов в жилом доме по адресу: 

<

адрес> между подсудимым и его сыном ФИО1, в ходе совместного распития спиртных напитков на почве личных неприязненных отношений возникла ссора, спровоцированная действиями потерпевшего. В ходе ссоры ФИО1, без наличия на то объективных причин, напал на подсудимого, применяя к нему физическую силу повалил его на диван, а сам навалился сверху, чем фактически ограничил действия ФИО9. После этого потерпевший стал наносить удары головой и руками по голове ФИО9, в результате чего причинил ему телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью (побои). Понимая, что нападающий намного превосходит его в физической силе, значительно моложе, в ходе драки находился в положении, предоставляющей ему преимущество (навалившись сверху на подсудимом, тем самым фактически ограничивая его действия и возможность изменить положение), а равно исходя из интенсивности и нападения, общего количества наносимых ударов, их направленности, ФИО9 понимал, что совершаемое в отношении него нападение представляет реальную опасность для его здоровья. Желая защититься от данного общественно опасного посягательства, подсудимый достал имевшийся у него при себе складной нож, и нанес им не менее одного удара в 

<

данные изъяты> чем причинил нападавшему телесные повреждения, квалифицирующиеся, как тяжкий вред здоровью по признаку их опасности для жизни, а также один удар в область задней поверхности грудной клетки слева, от которого нападавшему было причинено 

<

данные изъяты>, квалифицирующееся, как легкий вред здоровью.

Считая достоверно установленным в ходе судебного следствия факт причинения смерти ФИО1 именно в результате умышленных действий ФИО9, суд приходит к выводу, что данные действия были совершены подсудимым в состоянии необходимой обороны, однако, превышая ее пределы, избрав такой способ защиты, который очевидно не соответствовал характеру и степени общественной опасности совершаемого на него посягательства.

По делу бесспорно установлено, что ФИО9 не являлся инициатором конфликта, сделанное им замечание было связано с недовольством поведения потерпевшего в отношении домашнего животного, и в обычной ситуации такое замечание не должно было спровоцировать возникновение ссоры, тем более драки. 

Из анализа исследованных доказательств также представляется возможным сделать вывод о том, что нападение со стороны ФИО1 являлось для подсудимого внезапным и неожиданным, к такому развитию событий он был не готов и фактически действенного сопротивления нападавшему, до применения ножа, не оказывал. На это объективно указывает отсутствие на теле ФИО1 следов борьбы, в то время как у подсудимого имеются телесные повреждения, которые могли образоваться от нанесения ему ударов руками и головой, как твердых тупых предметов. 

Суд также отмечает, что в момент нападения подсудимый и его сын находились в доме одни, сам конфликт происходил в вечернее время в отдельно стоящем жилом доме, в связи с чем у ФИО9 отсутствовала реальная возможность позвать на помощь. 

Агрессивное поведение потерпевшего и нанесение им множественных ударов головой, руками по голове подсудимого очевидно указывает об отсутствии у нападавшего намерения самостоятельно прекратить совершаемое им общественно-опасное посягательство.

Из показаний подсудимого, представителя потерпевшего, свидетелей также следует, что ранее ФИО1 неоднократно применял физическое насилие к своим родителям, в том числе к подсудимому. Помимо этого потерпевший, в силу значительной разницы в возрасте с ФИО9, состояния своего здоровья, занятий спортом в молодости, разницы в антропометрических данных (росте, весе и пр.) имел перед подсудимым существенное преимущество в физической силе. 

Приведенные выше обстоятельства в их совокупности, наряду с внезапностью и интенсивностью совершенного нападения, факта нахождения потерпевшего в состоянии сильного алкогольного опьянения, усиливающего его общую агрессию, занятия им положения, предоставляющего преимущество в драке (навалившись сверху на подсудимом, тем самым фактически ограничивая его действия и возможность изменить положение), общего количества наносимых ударов и их направленности, у ФИО9 имелись основания полагать, что со стороны потерпевшего на него совершается нападение, которое было реальным, при этом представляло действительную угрозу для здоровья подсудимого. 

В связи с этим у подсудимого возникло законное право на самооборону путем совершения действий, соответствующих характеру и опасности совершаемого в отношении него посягательства. 

Таким образом, материалами дела установлено, что, нанося не менее одного удара ножом в переднюю поверхность грудной клетки, и один удар в область левой лопатки потерпевшего, ФИО9 действовал только в целях отражения нападения от противоправных действий ФИО1, иных мотивов причинения вреда здоровью потерпевшего не имел. 

Однако, избранная ФИО9 форма защиты – применение ножа и нанесение им нескольких ударов в область грудной клетки, где располагаются жизненно важные органы человека, не соответствовала обстановке, характеру и опасности посягательства и выходила за пределы необходимой обороны.

Суд отмечает, что имевшее место нападение заведомо для подсудимого хотя и представляло потенциальную опасность для его здоровья, однако не создавало реальной опасности для его жизни. Об этом объективно свидетельствуют характер нападения (нанесение ударов руками, головой) и отсутствие у пострадавшего серьезных телесных повреждений. 

В свою очередь, применяя в целях самообороны нож, подсудимый имел реальную возможность наносить удары нападавшему в иные части тела, где не располагались жизненно важные органы человека (например, по рукам или ногам), либо избрать иной способ защиты, в том числе путем причинения не колотых, а резаных ран потерпевшему и т.д.. Не смотря на это, ФИО9 умышленно нанес потерпевшему удары ножом, заведомо для виновного создающие реальную угрозу жизни потерпевшего, что явно не соответствовало характеру и опасности совершаемого в отношении него посягательства, то есть превышало допустимые пределы необходимой обороны.

Об умысле подсудимого на причинение смерти потерпевшего свидетельствует не только количество и локализация ранений: не менее одного удара в области передней поверхности грудной клетки справа и один удар в область задней поверхности грудной клетки слева, то есть в места расположения жизненно важных органов человека, но и орудие совершения преступления – нож, которым был нанесен удар. Заключением судебно-медицинской экспертизы подтверждается, что подсудимый причинил потерпевшему 

<

данные изъяты> которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и находится в непосредственной причинной связи со смертью потерпевшего, наступившей на месте происшествия до прибытия бригады скорой медицинской помощи.

При назначении наказания подсудимому ФИО9 суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление, условия жизни подсудимого и его семьи, состояние здоровья подсудимого и его близких, влияние назначенного наказания на подсудимого и членов его семьи.

Подсудимый ФИО9 на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно. ФИО9 проживает один, иждивенцев не имеет. Подсудимый не работает, является пенсионером. Из показаний допрошенных по делу лиц, исследованных в судебном заседании медицинских документов установлено, что у подсудимого имеются ряд заболеваний, которые в совокупности позволяют охарактеризовать состояние его здоровья, как неудовлетворительное. ФИО9 ранее к уголовной либо административной ответственности не привлекался, совершил данное преступление впервые. 

Суд признает и учитывает в качестве смягчающего наказание подсудимому обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, явка с повинной, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО9 добровольно сообщил сотрудникам полиции о своей причастности к убийству ФИО1, то есть фактически имело место его явка с повинной, дал подробные показания об обстоятельствах совершения им преступления, которые на тот момент не были известны органам, осуществляющим уголовное преследование, при выезде на место происшествия продемонстрировал обстоятельства совершения преступления. 

Учитывая то, что именно ФИО1 инициировал конфликт, первым напал на подсудимого и применил к нему насилие, суд признает и учитывает смягчающим наказание обстоятельством противоправное поведение потерпевшего, которое явилось поводом для совершения преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Кроме того, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому, суд учитывает признание им вины в совершении преступления и раскаяние в содеянном; мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании; престарелый возраст подсудимого; плохое состояние его здоровья, а также совершение ФИО9 преступления впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО9, суд по делу не усматривает.

Не смотря на то, что данное преступление совершено ФИО9 в состоянии алкогольного опьянения, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, отсутствие влияния алкогольного опьянения на возникновение и дальнейшее развитие конфликта, повлекшего совершение преступления, а равно сведения о личности подсудимого, суд не усматривает достаточных оснований для признания в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Учитывая вышеизложенное, обстоятельства содеянного, данные о личности ФИО9, суд приходит к выводу, что достижение целей наказания за совершенное им преступление, восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений, ему должно быть назначено наказание в виде ограничения свободы. 

Назначение подсудимому наказания в виде лишения свободы не возможно, поскольку ФИО9 впервые совершено преступление небольшой тяжести, в то время как обстоятельства, отягчающие его ответственность, судом по делу не установлены.

В то же время назначение подсудимому наказания в виде исправительных работ, суд находит излишне мягким, не соответствующим степени вины подсудимого в совершенном преступлении, характеру и степени общественной опасности содеянного, а также наступившим общественно опасным последствиям.

Поскольку назначаемое ФИО9 наказание не является наиболее строгим, предусмотренным санкцией ч. 1 ст. 108 УК РФ, в конкретном случае требования ч. 1 ст. 62 УК РФ не применимы.

В судебном заседании не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления. Оснований для применения ст. 64 УК РФ в отношении подсудимого суд не усматривает.

Поскольку к наказанию в виде ограничения свободы условное осуждение не назначается, применение требований ст. 73 УК РФ не возможно.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО9 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Установить ФИО9 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания либо пребывания в ночное время суток с 23.00 до 06.00 часов; запретить пребывание в кафе, барах, ресторанах и иных местах, где разрешено употребление спиртных напитков; не выезжать за пределы территории Мысковского городского округа 

<

адрес>; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных . ." законодательством Российской Федерации.

Возложить на ФИО9 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Срок ограничения свободы исчисляется со дня постановки осужденного на учет уголовно-исполнительной инспекцией.

Меру пресечения ФИО9 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении сохранить до вступления приговора в законную силу, после вступления приговора в законную силу – меру пресечения отменить. 

Вещественные доказательства, находящиеся на хранении в комнате хранения вещественных доказательств СО по г. Мыски СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу: 

<

данные изъяты>, – уничтожить; 

<

данные изъяты> – возвратить его законному владельцу ФИО9; 

<

данные изъяты> - оставить в распоряжении ФИО9; 

<

данные изъяты> – хранить в материалах уголовного дела; 

<

данные изъяты> – передать для определения их судьбы в соответствии с внутренними нормативными актами в Мысковское отделение ГБУЗ КО НКБ СМЭ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Апелляционные жалобы, апелляционное представление приносятся через Мысковский городской суд Кемеровской области.

В случае подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, заявив об этом в течение 10 дней со дня подачи апелляционной жалобы или вручения апелляционной жалобы, апелляционного представления, затрагивающих его интересы. 

Осужденный также вправе ходатайствовать об участии защитника, в том числе защитника по назначению, при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: Фисун Д.П.

Секретарь суда Самарина Е.С.

Приговор вступил в законную силу 19 октября 2020