<

данные изъяты>

25RS0032-01-2019-000381-78 дело №2-292/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июня 2019 года с.Хороль

Хорольский районный суд Приморского края

в составе: председательствующего судьи О.В. Рыпчука,

при ведении протокола судебного заседания секретарем И.Г. Смысловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3

к Хорольскому районному потребительскому обществу, Приморскому краевому союзу потребительских обществ и Центральному союзу потребительских обществ Российской Федерации

о признании недействительными договоров ипотеки,

при участии: истцов - Рева Л.А., ФИО1; представителей ответчиков - Хорольского РАЙПО Аргуновой Д.А., ФИО4, Приморского крайпотребсоюза ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 и Рева Л.А. обратились в суд с названным иском, в котором просили признать недействительными договоры ипотеки №1 от 06.02.2014 и №2 от 27.02.2014, заключенные между Хорольским районным потребительским обществом (далее - Хорольское РАЙПО) и Приморским краевым союзом потребительских обществ (далее - Приморский крайпотребсоюз). В обоснование своих требований истцы указывают, что оспариваемые сделки, предметами которых являются объекты недвижимости, принадлежащие Хорольскому РАЙПО, заключены в нарушение требований ст.173.1 ГК РФ, п.7.1 Устава Хорольского РАЙПО (в редакции 2013 года), поскольку вопрос об их заключении не выносился на общее собрание пайщиков РАЙПО. Истцы, ссылаясь на п.1.5 положения о контроле за сохранностью кооперативной собственности, утвержденного постановлением от 19.04.2010 136-го общего собрания представителей потребительских обществ, полагают, что договоры ипотеки являются сделками по отчуждению недвижимого имущества РАЙПО или сделками, которые могут повлечь его возможное отчуждение. Также истцы усматривают нарушение ответчиками п.п.1.6 и 1.7. названного положения.

В судебном заседании истцы ФИО1 и Рева Л.А. поддержали иск по изложенным в нем основаниям в полном объеме. Пояснили, что оспариваемыми сделками нарушены их права и законные интересы пайщиков РАЙПО, заинтересованных в сохранности кооперативной собственности. О договорах ипотеки они узнали на собрании пайщиков РАЙПО 11.08.2018, ранее им указанные сведения не предоставлялись.

Хорольское РАЙПО в лице своих представителей иск признало, полагает его подлежащим удовлетворению. Поддерживая позицию истцов о том, что вопрос о заключении договоров ипотеки в 2014 году подлежал предварительному одобрению пайщиками РАЙПО, представители указали, что соответствующих документов в РАЙПО не обнаружено, а в полномочия совета РАЙПО вопрос одобрения сделок по отчуждению недвижимого имущества не входит. Представитель РАЙПО адвокат Аргунова Д.А. полагает, что распоряжение имуществом может быть выражено в любом виде. Председатель РАЙПО ФИО4 сообщила, что приступила к исполнению обязанностей председателя с 10.06.2015. В период исполнения своих обязанностей ею выявлены многочисленные финансовые нарушения, образовавшие задолженности, в том числе перед Приморским крайпотребсоюзом. К настоящему времени задолженности погашаются. В отношении лиц, причастных к заключению оспариваемых сделок правоохранительными органами проводятся проверки. О договорах ипотеки она, как председатель РАЙПО, узнала в 2016 году, при попытке совершить действия по государственной регистрации изменения прав в отношении здания «Кооператор». Соответствующих документов в РАЙПО не имеется. ФИО4 сообщила, что Хорольское РАЙПО вышло из состава участников Приморского крайпотребсоюза.

Представитель Приморского крайпотребсоюза по существу заявленных требований возразил. Ссылаясь на п.9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16.02.2017, он указал, что договор ипотеки не является сделкой по отчуждению имущества, являющегося объектом такой сделки, и не влечет его безусловного отчуждения. При заключении оспариваемых договор не требовалось общее согласие пайщиков. Редакция п.1.5 Положения о контроле за сохранностью кооперативной собственности не относила залог к действиям или сделкам, которые могут повлечь отчуждение недвижимого имущества. Соответствующие изменения были внесены лишь в 2017 году.

Истец ФИО2 и ответчик Центральный союз потребительских обществ Российской Федерации (далее - Центросоюз Российской Федерации), извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явились, явку компетентных представителей не обеспечили.

Через канцелярию суда поступил письменный отзыв Центросоюза Российской Федерации с приложением копии постановления от 22.04.2017 №1-с/16 об утверждении положения о порядке отчуждения имущества организаций потребительской кооперации и текста названного положения. Возражая на иск, данный ответчик указал, что действующее на момент заключения оспариваемых сделок Положение о контроле за сохранностью кооперативной собственности не требовало одобрения сделок по залогу кооперативной недвижимости. Последующее одобрение такого вида сделок стало обязательным после принятия приведенного выше постановления (п.1.6).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля гражданин ФИО6 сообщил, что в период с 27.03.2007 по 17.04.2017 замещал должность главного юриста Приморского крайпотребсоюза. По поручению руководства им было проведена работа по подготовке текстов, заключению и государственной регистрации договоров ипотеки №1 от 06.02.2014 и №2 от 27.02.2014. Заключению указанных договоров не предшествовало, как он считает, необходимое их обсуждение и одобрение пайщиками Хорольского РАЙПО и Центросоюзом Российской Федерации. Потребность в заключении указанных договоров обуславливалась снижением рисков Приморского крайпотребсоюза, связанных с неисполнением кредитных обязательств Хорольского РАЙПО. По мнению свидетеля, п.1.5 действовавшего в 2014 году Положения о контроле за сохранностью кооперативной собственностью содержал родовое понятие, предполагавшее, как отчуждение, так и возможное отчуждение.

Исследовав в порядке ст.67 ГПК РФ иск и представленные в материалы дела доказательства, заслушав доводы и возражения представителей сторон, показания свидетеля, суд пришел к выводу, что исковые требования удовлетворению не подлежит в силу следующего.

В силу ч.1 и ч.2 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Из буквального толкования содержания права собственности, изложенного в приведенной статье ГК РФ, следует, что понятие «распоряжением имуществом» включает в себя право отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Понятия «распоряжение имуществом» и «отчуждение имуществом» не являются тождественными. Результатом не всякого распоряжения имуществом является его отчуждение в собственность другим лицам.

По сведениям ЕГРН Хорольское РАЙПО по состоянию на 23.05.2019 является правообладателем (собственником) следующих объектов недвижимости:

нежилого помещения - здания торгового центра площадью 684кв.м. кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, обремененного 27.05.2014 ипотекой до 30.04.2016 в пользу Приморского крайпотребсоюза;

земельного участка площадью 800кв.м. кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, обремененного 27.05.2014 ипотекой до 30.04.2016 в пользу Приморского крайпотребсоюза;

нежилого помещения площадью 344,9кв.м. кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес> (этаж 1), обремененного 27.05.2014 ипотекой до 31.12.2015 в пользу Приморского крайпотребсоюза;

нежилого помещения площадью 357,6кв.м. кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес> (этаж 2), обремененного 27.05.2014 ипотекой до 31.12.2015 в пользу Приморского крайпотребсоюза;

земельного участка площадью 417кв.м. кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, обремененного 27.05.2014 ипотекой до 31.12.2015 в пользу Приморского крайпотребсоюза.

Между Хорольским РАЙПО (залогодатель) и Приморским крайпотребсоюзом (залогодержатель) заключены договоры ипотеки №1 от 06.02.2014 и №2 от 27.02.2014, одобренные постановлением от 06.03.2014 №4 совета Хорольского РАЙПО.

Договор ипотеки №1 от 06.02.2014 заключен в обеспечение исполнения договоров займа на общую сумму 1874000 руб. с наиболее поздним сроком возврата 31.12.2015 (п.1.8 договора). Предметом залога по данному договору являются нежилые помещения и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, залоговой стоимостью 3 млн.руб.

Договор ипотеки №2 от 27.02.2014 заключен в обеспечение исполнения договоров займа на общую сумму 2036400 руб. с наиболее поздним сроком возврата 30.04.2016 (п.1.3 договора). Предметом залога по данному договору являются здание продовольственного рынка «Кооператор» и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, залоговой стоимостью 3 млн.руб.

Правовые, экономические и социальные основы создания и деятельности потребительских обществ и их союзов, составляющих потребительскую кооперацию Российской Федерации, определены Законом Российской Федерации от 19.06.1992 №3085-1 (ред. от 02.07.2013) «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» (далее - Закон о потребительской кооперации).

В соответствии со ст.15 названного Закона управление потребительским обществом осуществляют общее собрание (высший орган), совет (представительный орган) и правление (исполнительный орган) потребительского общества. Отчуждение недвижимого имущества потребительского общества относится к исключительной компетенции общего собрания пайщиков потребительского общества ч.2 ст.16 Закона о потребительской кооперации. Аналогичное положение содержится в п.7.1 устава Хорольского РАЙПО (2013 года).

Разъяснение понятие «отчуждение» применительно к недвижимому имуществу потребительского общества положения Закона от 19.06.1992 №3085-1 не содержат.

Постановлением от 19.04.2010 136-го общего собрания представителей потребительских обществ утверждено положение о контроле за сохранностью кооперативной собственностью, целью которого является обеспечение сохранности материально-технической базы потребительской кооперации России, ее преумножение и эффективное использование, защита имущественных интересов организаций потребительской кооперации системы Центросоюза Российской Федерации (п.1.2). Одним из основных принципов положение являлся разрешительный порядок отчуждения кооперативной собственности (п.1.3).

В п.1.5 положения указано, что для его целей под отчуждением (возможным отчуждением) имущества понимаются любые действия по передаче имущества, прав на него (как права собственности в целом, так и права владения, пользования и распоряжения в отдельности) иному юридическому лицу, как за плату, так и безвозмездно путем оформления любых незапрещенных законодательством сделок, а также любые действия, которые могут повлечь в дальнейшем с большей или меньшей долей вероятности такое отчуждение.

Органом управления Центросоюза Российской Федерации, обеспечивающим контроль за обеспечением сохранности кооперативной собственности, является совет Центросоюза Российской Федерации в лице создаваемой им комиссии, которая рассматривает материалы о возможном отчуждении имущества, в населенных пунктах с численностью населения, превышающей 300 человек, и извещает о своем решении совет областного союза потребительских обществ (п.1.6, 1.7, 1.8).

В иске указано, и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что договоры ипотеки №1 от 06.02.2014 и №2 от 27.02.2014 не получили предварительного одобрения пайщиков РАЙПО, поскольку не выносились на обсуждение общего собрания, также они не были предварительно одобрены Центросоюзом Российской Федерации.

Согласно ч.1 ст.3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст.12 ГК РФ.

Частью 1 ст.173.1 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Пайщики Хорольского РАЙПО - ФИО1, ФИО2 и Рева Л.А., ссылаясь на свою заинтересованность в сохранности кооперативного имущества, полагая, что договоры ипотеки заключены в нарушение п.7.1 Устава РАЙПО, положения о контроле за сохранностью кооперативной собственности от 19.04.2010, ст.173.1 ГК РФ, обратились в суд с настоящим иском.

В п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, по смыслу ч.1 ст.196 ГПК РФ, суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Согласно ч.3 ст.196 ГПК РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

В рассматриваемом случае суд не усматривает установленных законом обстоятельств для выхода за пределы заявленных требований. Истцами заявленным требования о признании договоров ипотеки недействительными сделками, как не получивших предварительного одобрения общим собранием пайщиков и Центросоюзом Российской Федерации. Иных требований иск не содержит. Уточнений (дополнений) изложенных в иске оснований, на стадиях рассмотрения дела, допускающих совершение истцами названных процессуальных действий, истцами заявлено не было. В связи с этим у суда не имеется оснований для оценки оспариваемых сделок на предмет их соответствия нормам права, не содержащимся в иске.

Существенным для настоящего дела, является квалификация оспариваемых сделок на предмет того, требовалось ли при их заключении предварительные ободрения пайщиками и головной организации.

Пункт 1.5 положения о контроле за сохранностью кооперативной собственностью прямо не причислял сделки по залогу к сделкам по отчуждению кооперативной собственности, а также к действиям, которые могут повлечь в дальнейшем большей или меньшей вероятностью отчуждение данного имущества. Расширительное толкование данного положения суд считает ошибочным в силу следующего.

При рассмотрении настоящего дела используются положения ГК РФ в редакции, действовавшей в период с 14.11.2013 до 04.05.2014, Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Федеральный закон об ипотеке) в редакции от 21.12.2013, действовавшей в период заключения оспариваемых сделок.

Исходя из положения ст.334 ГК РФ, ст.1 Федерального закона об ипотеке основным назначением залога, как способа обеспечения исполнения обязательств, является преимущественное право кредитора по обеспеченному залогом обязательству получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества в случае неисполнения должником этого обязательства. Положения ч.2 ст.334, 338, 346 ГК РФ, ст.29, 37 Федерального закона об ипотеке сохраняют за залогодателем права владения и пользования имуществом, заложенным по договору об ипотеке, включая извлечение из него плодов и доходов. Также в силу приведенных правовых норм залогодатель вправе любым способом распорядиться предметом залога с согласия залогодержателя.

В пунктах 3.3 договоров ипотеки №1 от26.02.2014 и №2 от 27.02.2014 указано, что после их заключения залог устанавливается без фактической передачи имущества залогодержателю.

Положения приведенных правовых норм о залоге во взаимосвязи с условиями договор ипотеки, позволяют суду сделать вывод, что оспариваемые договоры ни в каком смысле не являются сделками по отчуждению имуществом, а также действиями, способными повлечь в дальнейшем с большей или меньшей долей вероятности такое отчуждение.

Так, после заключения договоров ипотеки, объем правомочий РАЙПО как собственника объектов недвижимости, указанных в них, не изменился. Хорольское РАЙПО по настоящее время владеет и пользуется данными объектами и извлекает из них доходы. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Правомочия собственника по распоряжению данным имуществом ограничены необходимостью согласованных названных действий с залогодателем. Однако, к вопросу обеспечения сохранности кооперативной собственности данное обстоятельство отношения не имеет.

При надлежащем исполнении обязательства кредитор, вне зависимости от наличия или отсутствия залогового обеспечения, не наделен правами, влекущими отчуждения заложенного имущества. Ненадлежащее исполнение юридическим лицом обязательства, предполагает возможность обращения взыскания на его имущество должника в порядке, определенном законодательством об исполнительном производстве либо законодательством о банкротстве. Наличие залогового обеспечения в данном случае значения не имеет, оно лишь предоставляет залогодержателю определенные преимущества.

О том, что ипотека не является сделкой по отчуждению имущества, являющегося объектом такой сделки, и не влечет его безусловного отчуждения, указал Верховный Суда Российской Федерации в определении от 13.09.2016 №18-КГ16-102, включенном в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 (п.9).

Поскольку оспариваемые договоры ипотеки не являются договорами по отчуждению кооперативного недвижимого имущества, суд не усматривает оснований для применения в их отношении положений Закона о потребительской кооперации и устава Хорольского РАЙПО относящих вопрос об их заключении к исключительной компетенции общего собрания пайщиков. К аналогичному выводу приходит суд в части доводов о необходимости применения к данным договорам положения о контроле за сохранностью кооперативной собственности, утвержденного постановлением от 19.04.2010 136-го общего собрания представителей потребительских обществ.

Таким образом, рассматривая настоящее дело, суд не установил условий недействительности оспариваемых договоров ипотеки по заявленным в иске основаниям (ст.173.1 ГК РФ). Иные доводы истцов и представителей Хорольского РАЙПО судом во внимание не приняты, как не имеющие отношения к заявленным в иске требованиям. Доводы о недобросовестности финансово-хозяйственных действий прежнего руководителя Хорольского РАЙПО ФИО7, убывшей со слов свидетеля ФИО8 на постоянное место жительства в Краснодарский край, и иных лиц, причастных к заключению и государственной регистрации оспариваемых договоров, могут быть приняты судом во внимание при наличии в иске соответствующих требований и их подтверждении допустимыми доказательствами в установленном порядке.

Учитывая изложенное руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении иска ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Хорольскому районному потребительскому обществу, Приморскому краевому союзу потребительских обществ и Центральному союзу потребительских обществ Российской Федерации о признании недействительными договоров ипотеки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Хорольский районный суд Приморского края в течение месяца.

Судья /подпись/

Резолютивная часть решения суда оглашена в судебном заседании 17.06.2019. Его полный текст изготовлен 21.06.2019.

Судья /подпись/

<

данные изъяты>

Судья Хорольского районного суда Рыпчук О.В.