Дело № 10-12/2019

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

с. Чоя 25 июля 2019 года

Чойский районный суд Республики Алтай в составе председательствующего судьи Берсимбаевой С.А., 

частного обвинителя - потерпевшей ФИО1

осужденного ФИО2

защитника: адвоката Бунькова А.С., представившего удостоверение № 96, ордер № 002506 от 12.05.2019 года, 

при секретаре Сахиляновой А.С. 

рассмотрев в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО2, адвокатов Бунькова А.С., Кусрашвили Г.И. на постановленный приговор мирового судьи судебного участка Чойского района Республики Алтай от 30 апреля 2019 года, которым 

ФИО3 ФИО19, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч.1 ст.115 УК РФ, назначено наказание в виде штрафа в размере 7 000 (семь тысяч) рублей.

Гражданский иск ФИО1 удовлетворен частично. Постановлено взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей. 

Заслушав выступления осужденного ФИО2, адвоката Бунькова А.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, частного обвинителя - потерпевшую ФИО1, просившую отклонить доводы жалоб, суд, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 осужден за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшее кратковременное расстройство здоровья, совершенное 19 августа 2018 года в с. Чоя Чойского района Республики Алтай, при обстоятельствах, установленных и изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Осужденный ФИО2 в судебном заседании вину в предъявленном ему обвинении не признал, поддержал доводы, изложенные в апелляционных жалобах. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор мирового судьи судебного участка Чойского района Республики Алтай от 30 апреля 2019 года в отношении него отменить как незаконный и необоснованный, ввиду неправильного применения уголовного закона и вынести оправдательный приговор, мотивируя тем, что судом не доказан умысел на совершение инкриминируемого деяния, так как у него не было мотива причинять потерпевшей какие-либо повреждения. Полагает, что вывод суда о его виновности не подтверждается собранными по делу доказательствами, а именно: показаниями потерпевшей и свидетелей ФИО11, ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО13, ФИО10, поскольку данные свидетели не были очевидцами произошедшего. Считает, что свидетели ФИО6 и ФИО7 относятся к нему отрицательно. Кроме того полагает, что вывод судебно-медицинской экспертизы о причинной связи между образованием травмы и случаем от 19 августа 2018 года не может быть положен в основу доказательства его виновности. 

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Буньков А.С. просит приговор мирового судьи в отношении ФИО2 отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, мотивируя тем, что вывод суда об обоснованности обвинения в той части, что ФИО2 действовал умышленно, с целью причинения ФИО1 физической боли и вреда здоровью, а также предвидел общественно опасные последствия, является несостоятельным и несоответствующим фактическим обстоятельствам дела. Кроме того полагает, что судом не дано оценки показаниям потерпевшей ФИО1 в той части, где последняя пояснила, что полагала об отсутствии умысла ФИО2 на причинение ей телесных повреждений, падение произошло, поскольку она не всей стопой встала на ступень. Считает, что умысел осужденного был направлен не на причинение вреда здоровью ФИО1, а на ограничение ее доступа в дом, физическая боль и повреждение на ноге потерпевшей в результате падения могли быть причинены по неосторожности. Не подтверждается ничем утверждение в приговоре то том, что осужденный взял ФИО1 пальцами за шею и с силой толкн

<

адрес>, что рапорт УУП пункта полиции «Чойский» МО МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ не содержит в себе информации, имеющей доказательственное значение, в связи с чем является недопустимым и подлежит исключению из приговора. 

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Кусрашвили Г.И. просит приговор суда отменить, ФИО2 оправдать в связи с непричастностью к совершению преступления, мотивируя тем, что ни один свидетель не указал конкретно на ФИО2 как на лицо, непосредственно причинившее травму ноги ФИО1, так как очевидцев происшествия в суд представлено не было. Считает, что стороной обвинения не доказан умысел ФИО2 на причинение какого-либо вреда потерпевшей, никаких угроз ФИО1 осужденный не высказывал. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения данных жалоб, отмены приговора суда не усматривает. 

Как следует из протокола судебного заседания, при разбирательстве уголовного дела мировым судьей соблюден принцип состязательности сторон, созданы условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, обеспечено процессуальное равенство сторон, права по представлению и исследованию доказательств.

Вывод суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого деяния соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на проверенных в судебном заседании доказательствах: показаниях частного обвинителя - потерпевшей ФИО1 по факту нанесения телесных повреждений, заключении судебно-медицинской экспертизы, заявлении ФИО1 о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности за причинение ей телесных повреждений.

Эти и другие, приведенные в приговоре, доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел убедительные доводы для признания их достоверными, с которыми суд апелляционной инстанции полностью согласен.

Доводы осужденного ФИО2 о его невиновности в инкриминируемом преступлении судом проверялись и обоснованно отвергнуты, как не нашедшие подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что доводы осужденного о том, что он не причинял телесных повреждений потерпевшей при обстоятельствах, установленных в суде, несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными в суде доказательствами. Доводы ФИО2 опровергаются показаниями потерпевшей ФИО1, которая была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос о совершении преступления. 

Из показаний ФИО1 следует, что 19 августа 2018 года в ночное время по возращению домой из кафе по дороге, начался конфликт с ФИО2, который последний продолжил дома и не давал ей спать. Впоследствии ФИО2 стал выгонять ее из дома, стащил ее за руки с дивана, вывел на крыльцо. Находясь в это время спиной к ФИО2, последний пальцами своей правой руки за шею и со значительной физической силой толкнул ее вперед с крыльца. Падая с крыльца, ФИО1 пяткой стопы правой ноги вскользь задела нижнюю ступень крыльца, нога подвернулась, почувствовав в ноге острую боль, она упала перед крыльцом на деревянную площадку. На ее крики и плач из-за боли со второго этажа спустились гости ФИО10 с сожителем. В течение первых пяти минут ее нога в области голеностопного сустава опухла. ФИО10 увезла ее с ФИО2 в больницу. В больнице ФИО2 неоднократно в разговоре со ФИО10 подтверждал факт своих противоправных действий. В последующем в переписке по телефону ФИО2 неоднократно признавал факт совершения вменяемого ему в вину преступления. 

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что в августе 2018 года она с двумя детьми и бывшим сожителем приезжали в гости к ФИО3. 19 августа 2018 года около 04 часов ночи она проснулась от криков ФИО1, спустилась вниз. До этого она слышала, что Б-вы на протяжении 10 минут ругались, ФИО1 просила ее не трогать. Спустившись вниз вместе с сожителем, она увидела ФИО1, сидевшую на крыльце, она плакала, держалась за ногу. На ее вопросы ФИО1 пояснила, что ФИО2, взявшись за шею, толкнул ее с крыльца, и она упала. Поскольку у ФИО1 опухла нога, она вместе с Бочкарёвыми поехала в больницу. В больнице ФИО1 осмотрели, сделали рентген снимок. Когда она находилась с ФИО2 у рентген кабинета, она говорила ему о том, что в следующий раз от его ударов ФИО1 останется в инвалидном кресле, на что тот сказал, что в таком случае ФИО1 не будет ездить в командировки. До указанного случая со слов ФИО1 ей было известно, что ФИО2 неоднократно применял по отношению к ФИО1 насилие. На следующий день ближе к вечеру, около 18 или 19 часов, ФИО10 позвонила ФИО11, которой она рассказала о случившемся.

Доводы защиты о том, что в приговоре ничем не подтверждается утверждение потерпевшей ФИО1 о том, что осужденный взял пальцами руки за шею последней и с силой толкнул с крыльца, являются несостоятельными, опровергаются последовательными непротиворечивыми показаниями потерпевшей ФИО1, свидетеля ФИО10, которая сразу после крика ФИО1 спустилась на улицу и узнала от потерпевшей, что ФИО2, взявшись за шею последней с силой толкнул с крыльца, оснований не доверять которым у суда апелляционной инстанции не имеется. Потерпевшая ФИО1 и свидетель ФИО10 при даче показаний предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, указали на отсутствие личных неприязненных отношений с ФИО2 

Свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО6, ФИО7, ФИО12, ФИО13 не являются непосредственными очевидцами события преступления, однако видели и общались с потерпевшей сразу после случившегося и знают о совершенном в отношении нее преступлении со слов ФИО1 При этом данные свидетели видели ФИО1 сразу после исследуемого события и подтвердили в суде наличие у последней телесных повреждений.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей не имелось, поскольку они последовательны, логичны, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными доказательствами по делу. Тот факт, что свидетели не являлись непосредственно очевидцами момента причинения потерпевшей телесных повреждений, а узнали о случившемся из уст самой ФИО1, не свидетельствует о недопустимости данных доказательств. 

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в исходе дела и об оговоре ими осужденного, по делу не установлено. Доводы об оговоре осужденного свидетелями и ФИО1 проверялись судом, обоснованно отвергнуты, поскольку показания указанных лиц подтверждаются также и показаниями потерпевшей, прямо указавшей на ФИО2, как на лицо, причинившее телесные повреждения.

Кроме того, показания ФИО1 и свидетелей относительно обстоятельств произошедшего конфликта и телесных повреждений, имевшихся у потерпевшей, подтверждаются заключением СМЭ в отношении последней.

Согласно заключению эксперта БУЗ РА «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 22 марта 2019 года № 364, у ФИО1 19 августа 2018 года от подвертывания правой стопы, что могло произойти и при падении на ногу, возникла травма правого голеностопного сустава, проявившаяся болью, припухлостью, ограничением подвижности в суставе. Судя по боли в суставе, отечности в области наружной лодыжки, ограничению подвижности в суставе произошло растяжение связок правого голеностопного сустава, что требовало наложения тугой фиксирующей повязки. Обычно лечение растяжения связок (клинически проявляющихся болью, припухлостью, кровоподтеком, нарушением функции в суставе) фиксирующей повязкой накладывается на срок две – три недели (о чем и было указано врачом-хирургом 20 сентября 2018 года), поэтому растяжение связок согласно п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н, расценивается как повреждение, влекущее легкий вред здоровью человека по признаку кратковременного расстройства здоровья, продолжительностью до 21 дня включительно (т.1, л.д. 124-127).

Довод жалобы о несоответствии заключения эксперта причинной связи между образованием травмы и случаем 19 августа 2018 года, материалами дела не подтвержден. Заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, выполнено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и согласуется с другими доказательствами виновности ФИО2, в том числе, пояснениями потерпевшей о характере действий осужденного, выводы эксперта мотивированы, научно обоснованы и соответствуют исследовательской части заключения, никаких противоречий в заключении эксперта не имеется. 

При возникновении вопросов по заключению эксперта в судебном заседании был допрошен эксперт ФИО14, который пояснил, что по результатам проведенной повторной судебно-медицинской экспертизы у ФИО1 выявлено телесное повреждение – травма правого голеностопного сустава в виде растяжения связок от подвертывания правой стопы, которое могло произойти при падении на ногу 19 августа 2018 года. Данное телесное повреждение расценивается как повреждение, влекущее легкий вред здоровью человека по признаку кратковременного расстройства здоровья, продолжительностью до 21 дня включительно согласно Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н. При определении степени тяжести вреда здоровью фактический период излечения ФИО1 не учитывался.

При таких обстоятельствах, мировой судья обоснованно положил указанное доказательство в основу приговора, дав ему надлежащую оценку. При этом оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством у суда не имелось. Данные доказательства получены в строгом соответствии с требованиями УПК РФ. Эксперт предупреждался об уголовной ответственности, оснований для сомнений в объективности экспертизы и компетентности эксперта по материалам дела не усматривается.

Доводы защитника о необходимости признания недопустимым доказательством и исключении из числа доказательств рапорта об обнаружении признаков преступления на том основании, что он не является доказательством виновности лица в совершении преступления, отклоняются судом, поскольку в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), а согласно ч. 1 и п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела; в качестве доказательств допускаются иные документы. Поскольку требования норм уголовно-процессуального закона о правильном закреплении доказательств и оформлении соответствующих процессуальных документов выполнены, поводов к исключению указанного защитником рапорта об обнаружении признаков преступления, на основании которого в совокупности с другими материалами дела установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу, не имеется.

Вопреки доводам жалоб защитников и осужденного, суд первой инстанции правильно пришел к выводу, анализируя изложенные доказательства частного обвинения, что данными доказательствами нашло подтверждение то обстоятельство, что ФИО2 умышленно причинил легкий вред здоровью ФИО1

Исходя из фактических обстоятельств дела о наличии умысла на причинение потерпевшей вреда здоровью свидетельствует и тот факт, что, несмотря на наличие у ФИО2 реальной возможности не вступать во взаимодействие с ФИО1, он применил к последней физическое насилие, что привело к причинению легкого вреда здоровью, при этом ФИО2 не мог не осознавать, что им совершались противоправные действия, опасные для здоровья потерпевшей. Со стороны самой ФИО1 по отношению к ФИО2 не было такого посягательства либо угрозы посягательства, которое вызвало бы у осужденного опасения за свою жизнь или здоровье и необходимости защищаться.

Кроме того, об умышленных действиях осужденного свидетельствует также то обстоятельство, что ФИО2 схватил за шею потерпевшую, которая стояла к нему спиной и с силой столкнул последнюю с крыльца, от воздействия которого у ФИО1 образовались телесные повреждения, описанные в заключении СМЭ, и которые расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Утверждение стороны защиты в апелляционных жалобах о том, что ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения могла сама случайно упасть с крыльца, судом были исследованы и обоснованно оценены как несоответствующие действительности, поскольку опровергаются собранными по делу доказательствами.

Мировой судья, тщательно проанализировав совокупность исследованных доказательств, правильно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал совершенное ФИО2 деяние по ч.1 ст.115 УК РФ.

Выводы суда первой инстанции подробно изложены в приговоре, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы ФИО2 о невиновности были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные, поскольку вина ФИО2 полностью установлена совокупностью доказательств, исследованных судом, которые получили надлежащую оценку в приговоре.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст.ст.43, 60 УК РФ, с учётом характера, степени общественной опасности совершенного преступления, его тяжести, данных о личности ФИО2, в том числе возраста, обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного, мировой судья назначил ФИО2 наказание в пределах санкции ч.1 ст.115 УК РФ.

Вместе с тем из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание о неприменении положений ч.6 ст. 15 УК РФ в связи с фактическими обстоятельствами и степени общественной опасности совершенного преступления, поскольку данное преступление относится к категории преступлений небольшой тяжести, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для обсуждения вопроса о применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

Нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, влекущих отмену приговора, в том числе по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, по делу не установлено. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Приговор мирового судьи судебного участка Чойского района Республики Алтай от 30 апреля 2019 года в отношении ФИО3 ФИО20 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора на указание о неприменении положений ч.6 ст. 15 УК РФ в связи с фактическими обстоятельствами и степенью общественной опасности совершенного преступления.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвокатов - без удовлетворения.

Председательствующий С.А. Берсимбаева