Решение

 

Именем Российской Федерации 

10 января 2019 года г. Корсаков 

Корсаковский городской суд Сахалинской области в составе

председательствующего судьи Бочаровой Л.А.

при секретаре Шишкиной Е.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «РН-Востокнефтепродукт» к ФИО1, А., ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Б., ФИО6, В., ФИО7 о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю,

установил:

28 августа 2018 г. ООО «РН-Востокнефтепродукт» обратилось в суд с иском к ФИО1, А., ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Б., ФИО6, В., ФИО7 о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю.

В обоснование иска указано, что ответчики являются работниками обособленного структурного подразделения автозаправочного комплекса № филиала № (далее – АЗК №) ООО «РН-Востокнефтепродукт» и с ними заключен договор о полной материальной ответственности. 31 августа 2018 г. на основании приказа ООО «РН-Востокнефтепродукт» № от 15 августа 2017 г. на АЗК№ проведена плановая инвентаризация нефтепродуктов и денежных средств за период с 15 мая по 31 августа 2017 г., по результатам проведения которой выявлены сверхнормативные недостачи нефтепродуктов, что послужило основанием для назначения комиссии по проведению служебного расследования, направленного на выявление причин, способствовавших образованию недостач и установлению виновных лиц. В ходе проведения расследования установлено, что сверхнормативные расхождения данных бухгалтерского учета с фактическими связаны с тем, что операторами не проводились корректировки; возникновение недостач обусловлено неправильным отражением коллективом плотностей нефтепродуктов. Кроме того, ответчики не осуществляли контроль за движением нефтепродуктов, не велся достоверный учет за операциями прихода/расхода нефтепродуктов на АЗК, о чем свидетельствует отсутствие актов на недостачу по форме №-Нп. Ссылаясь на то, что топливо утрачено работодателем из-за виновных действий коллектива АЗК №, указывает, что работодателю причинен ущерб на общую сумму 328 314,88 руб. и с учетом фактически отработанного ответчиками времени, просит взыскать с каждого из них причиненный ущерб в следующем размере: с ФИО1 37 462,31 руб., А. – 34 803,70 руб., ФИО2 – 43 202,51 руб., ФИО3 – 36 942,67 руб., ФИО4 – 25 256,85 руб., ФИО5 36 253,85 руб., Б. 24 785,55 руб., ФИО6 – 35 589,20 руб., В. – 21 812,73 руб., ФИО7 – 32 205,51 руб.

В дополнительных пояснениях от 26 ноября 2018 г. представитель истца указал, что с мая 2017 г. АЗС переведена на новое программное обеспечение учета измерений систем учета в рамках проекта по внедрению технологии онлайн передачи данных о продажах в Федеральную налоговую службу РФ. Услуги по техническому обслуживанию и метрологическому обеспечению с целью поддержания работоспособности средств автоматизации и измерений АЗС оказывала сервисная организация ООО ИК «СИБИНТЕК». С момента установления нового программного обеспечения жалобы от работников АЗС на формирование недостач в связи с выявленными при замерах расхождениями по плотности, дополнительно измеренной АСИ «Струна» и фактическими измерениями не поступали. Указывает, что в обязанности ответчиков при закрытии смены входит контрольная сверка расчетных и фактических остатков нефтепродуктов. Соответствие данных об остатках и показаниях счетчиков в отчете фактическим показателям проверяется принимающими смену сотрудниками в процессе передачи смены. Кроме того, управляющий АЗК должен проводить ежедневно сравнительный анализ показаний измерений «Струна» и фактических ручных замеров плотности и вливов топлива, с целью приведения к соответствию учета АЗС. При наличии дебалансов управляющий и операторы-кассиры в сменных отчетах вправе составить акт на недостачу, вместе с тем на электронную почту ответственных работников филиала истца таких актов не поступало. В течение периода с мая по август 2017 г. АЗК находилась в режиме автоматического ввода данных, при котором действия работников регламентированы Временной инструкцией.

С целью установления причин и обстоятельств недостач в филиале № повторно проведено внутреннее расследование, о чем составлен акт от 08 июня 2018 г. №-Р, выводы комиссии по результатам которого послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском. Полагает, что виновные действия ответчиков выражаются в нарушении положений должностных обязанностей, в том числе ежедневно не обеспечивался метрологический контроль, не принимались меры по предупреждению расхождений учетных данных с фактическими, что не позволило обеспечить правильный учет и сохранность вверенного работодателем коллективу АЗС имущества (топливо). Полагает, что ответчики, заключив коллективный договор о полной материальной ответственности, приняли на себя обязательство по сохранности имущества работодателя.

Ответчики представили письменные возражения, в которых просят отказать в удовлетворении иска в полном объеме. Ссылаясь на акт расследования от 20 сентября 2017 г. и составленный по результатам его проведения протокол заседания рабочей инвентаризационной комиссии от 31 августа 2017 г., полагают, что поскольку было принято решение о списании выявленной недостачи, у истца отсутствует ущерб, а как следствие и предмет спора. В соответствии с актом расследования от 20 сентября 2017 г. неверный расчет фактических и книжных остатков в программном обеспечении образовались в результате некорректного алгоритма работы функции автоматической сверки, что привело к росту сверхнормативных дебалансов в сменных отчетах. Кроме того, плотный график тиражирования по вводу программного обеспечения при продолжительности обучения управляющих АЗС три учебных дня не позволил в достаточном объеме освоить материал. С ответственными работниками не было проведено обучение порядку действий при возникновении нестандартных ситуаций, что не позволило осуществить контроль над работой в программном обеспечении. Кроме того, обращают внимание, что сведения, отраженные в проведенной ревизии, не могут являться доказательствами, подтверждающими ненадлежащее исполнение ответчиками своих должностных обязанностей, а являются следствием бездействия работодателя, которому было достоверно известно о том, что установлена новая программа и коллектив нуждается в получении полноценного обучения. Недостач по нефтепродуктам на момент установки нового программного обеспечения с автоматической сверкой не имелось. Вместе с тем, при установке программного обеспечения программистами ООО «СИБИНТЭК» в программе неверно установлена настройка первой страницы сменного отчета, в связи с чем коллектив не мог видеть дебалансы на закрытие смены. Кроме того, отсутствовала возможность ручной корректировки данных в программе. Работодателю регулярно направлялись служебные записки с указанием на некорректную работу программы. Также указывают, что в нарушение требований трудового законодательства договор о коллективной материальной ответственности подписан только В.; работодатель не ознакомил ответчиков с приказом о назначении ревизии, результатами ревизии, при определении недостач не учел такие обстоятельства, как невозможность установления фактической недостачи вследствие неисправности средства измерения «Струна» при работе с новой программой и бездействием работодателя, которому достоверно было известно о возникших проблемах в работе с новой программой. По мнению ответчиков, работодателем не обеспечены надлежащие условия для хранения имущества, что исключает материальную ответственность работников.

ООО «СИБИНТЕК» представила суду письменные пояснения, отношение к заявленным исковым требованиям в которых не отражено.

В судебном заседании представитель истца Г. поддержала заявленные требования, ответчики возражали против удовлетворения иска.

В судебное заседание не явились ФИО4, ФИО6, Б., ФИО3, ФИО2, А., представители ООО «СИБИНТЕК», о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения представителя истца, ответчиков, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами (часть 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 233 Трудового кодекса РФ определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса РФ урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу части 1 статьи 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со статьей 239 Трудового кодекса РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Согласно статье 241 Трудового кодекса РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 244 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Как следует из материалов дела, ответчики являлись работниками ООО «РН-Востокнефтепродукт» в период с мая по август 2017 г.

19 июня 2017 г. между ООО «РН-Востокнефтепродукт» и членами коллектива АЗК № участка АЗС филиала №общества, в лице руководителя коллектива ФИО3 – управляющего АЗС №, заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, в соответствии с условиями которого коллектив (бригада) приняли на себя полную коллективную (бригадную) материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества работодателя, вверенного ему для осуществления деятельности по реализации нефтепродуктов, сопутствующих товаров, услуг, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (раздел 1).

Согласно пункту 3.4.1 Договора работодатель обязался создать коллективу условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору.

Основанием для привлечения членов коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный коллективом работодателю, а также ущерб, возникший у работодателя в случае возмещения им ущерба иным лицам (пункт 5.1 Договора).

Согласно приложению № к указанному договору с ним ознакомлены все ответчики, кроме В.

Ранее, 01 января 2017 г., с данным коллективом, в лице управляющей В. заключен аналогичный договор, с которым ознакомлены все ответчики.

14 мая 2017 г. АЗК № переведена на новое программное обеспечение учета измерений систем учета в рамках проекта по внедрению технологии онлайн передачи данных о продажах в Федеральную налоговую службу РФ.

В соответствии с приказом ООО «РН-Востокнефтепродукт» от 15 августа 2017 г. № о проведении инвентаризаций всем инвентаризационным комиссиям предписано провести инвентаризацию нефтепродуктов и денежных средств на АЗС/АЗК и нефтебазах.

21, 30 июня, 18 июля и 31 августа 2017 г. проведены инвентаризации нефтепродуктов и денежных средств на АЗК №. Инвентаризации проведены с использованием ручных средств измерений показателей взлива, плотности и температуры по всем резервуарам. Расхождений фактического наличия денежных средств с данными бухгалтерского учета не выявлено по результатам проведения инвентаризаций. Вместе с тем, по результатам инвентаризаций, проведенных в июне и августе 2017 г., рабочей инвентаризационной комиссией выявлены сверхнормативные недостачи нефтепродуктов. Согласно протоколам заседаний рабочей инвентаризационной комиссии от июня и июля 2017 г. комиссия предложила результаты инвентаризаций принять к сведению до доработки программного обеспечения, установленного на АЗК, в августе 2017 г. комиссия предложила результаты инвентаризации отразить в бухгалтерском учете.

В связи с обнаруженными 31 августа 2018 г. на АЗС № сверхнормативными недостачей директором филиала 06 сентября 2017 г. издано распоряжение № о создании комиссии и проведении расследования. Этим же распоряжением создана комиссия по расследованию в составе председателя комиссии ведущего специалиста ООПр Д., членов комиссии ведущего специалиста СРПЭАЗС Е., специалиста первой категории сектора КУ Ж.

Как следует из акта от 20 сентября 2017 г., составленного по результатам проведенного служебного расследования, результаты проведенных плановых инвентаризаций с июня по август 2017 г. принимались к сведению, и в программе СУ АЗК IBS GAS Complex не отражались, в ожидании доработки ПО, установленного на АЗК. Неоднократно поднимался вопрос на селекторном совещании, которое состоялось 05 июня 2017 г. с аппаратом Управления ООО «РН-Востокнефтепродукта» о том, что в ПО «Trade House» неверно рассчитываются плотности, из-за чего ежедневно идет рост дебалансов. В протоколе ПДИК филиала № за июнь 2017 г. просила дать рекомендации по исправлению данных книжных остатков, рассчитанных ПО IBS «Trade House» для дальнейшего отражения скорректированных данных при учете и оформлении актов инвентаризаций, так же просили направить утвержденную инструкцию по проведению инвентаризаций в ПО IBS «Trade House». Кроме того, комиссией установлено, что неверно была установлена настройка первой страницы сменного отчета в СУ АЗС IBS GAS Complex, при которой на начало смены переходили фактические остатки, а не расчетно-книжные. Из-за этого, после закрытия и сдачи смены управляющий АЗС № не могла видеть реальный результат отклонений от фактических остатков нефтепродуктов в резервуарах от книжных. Данный алгоритм настройки ПО IBS «Trade House» был изменен 19 июля 2017 г. Корректировки операторами не производились, так как операции по внесению корректировок в контрольные сверки на конец смены были запрещены. С момента установки СУ АЗК IBS GAS Complex на АЗК № с 15 мая 2017 г. расчет плотности проводился с применением «Автоматической сверки», некорректные расчеты реализации и книжных остатков по нефтепродуктам. Это обстоятельство является основной причиной возникновения недостач за межинвентаризационный период. Отключение автоматической сверки проведено 09 августа 2017 г

Учитывая изложенные факты, комиссия пришла к выводу, что неверный расчет реализации, а также фактических и книжных остатков в ПО «Trade House» за межинвентаризационный период образовались в результате некорректного алгоритма работы функции «Автоматической сверки», что привело к росту сверхнормативных дебалансов. Плотный график тиражирования по вводу ПО – ввод нового объекта каждые три дня, при продолжительности обучения управляющих АЗК, старших смены три учебных дня, не позволил в достаточном объеме освоить материал. Программа обучения была основана лишь на теории. С управляющими АЗК, со старшими смен не было проведено обучение порядку действий при возникновении нестандартных условий, что не позволило осуществить контроль над работой в ПО «Trade House».

Комиссией предложено, в то числе, отрицательные дебалансы по нефтепродуктам в бухгалтерском учете списать за счет прибыли предприятия.

Согласно протоколу ПДИК филиала № ООО «РН-Востокнефтепродукт» № от 20 сентября 2017 г. выводы комиссии по результатам проведенного служебного расследования признаны обоснованными.

11 мая 2018 г. ООО «РН-Востокнефтепродукт» издан приказ № «О проведении внутреннего расследования», согласно которому с целью проведения внутреннего расследования по недостачам на 16 АЗС/АЗК, складам Ноглики и Оха в 2017 г. и определения корректности действий членов комиссий филиала № по проведению служебных расследований в 2017-2018 г. создана комиссия.

Согласно выводам указанной комиссии, изложенным в акте внутреннего расследования от 08 июня 2018 г., комиссия филиала № не обеспечила детального разбирательства в причинах недостач, сделала неверные выводы. Основываясь на неверных выводах, комиссия филиала № приняла необоснованные решения о списании недостач за счет общества. Комиссиями по проведению расследований, назначенными филиалом №, был причинен ущерб обществу, поскольку Общество было лишено в течение длительного времени возможности возмещения ущерба со стороны виновных лиц.

По результатам проведенного внутреннего расследования комиссией в акте от 08 июня 2018 г. предложено, в том числе, отменить результаты расследований, проведенных комиссиями филиала №, в части выводов и предложений; привлечь председателей и членов комиссий по расследованию филиала № к дисциплинарной ответственности в виде выговора и лишения премии; инициировать взыскание ущерба в судебном порядке.

В обоснование требования о взыскании с коллектива материального ущерба, истец указывает на доказанность совокупности условий необходимых для удовлетворения иска.

Вместе с тем, суд находит данные выводы ошибочными в силу следующего.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ (статья 247 Трудового кодекса РФ).

Из представленных истцом доказательств усматривается, что по результатам проведенного расследования (акт расследования от 20 сентября 2017 г.), в рамках которого от ответчиков истребовались письменные объяснения, их вина в имеющихся сверхнормативных дебалансах нефтепродуктов не установлена.

Основанием для привлечения работников к материальной ответственности послужили результаты проведенного в мае 2018 г. ООО «РН-Востокнефтепродукт» внутреннего расследования. Вместе с тем, при проведении указанной проверки, в нарушение указанных выше требований трудового законодательства, от ответчиков не истребовались письменные объяснения, с результатами проверки последние не ознакомлены, а сама проверка проводилась в отношении членов инвентаризационной комиссии филиала №5.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцом нарушен порядок привлечения работников к материальной ответственности.

Довод истца о доказанности ущерба и его размере суд находит несостоятельным в силу следующего.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

В пункте 8 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения, согласно которым при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом РФ либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных положений Трудового кодекса РФ и разъяснений, содержащихся в пунктах 4 и 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными виновными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности.

В копии акта внутреннего расследования от 08 июня 2018 г. показатели сверхнормативной недостачи по АЗК № не содержатся. Из представленного истцом в материалы дела свода результатов движения НП по АЗС филиала № за межинвентаризационный период, в котором отражены изложенные в акте расследования от 20 сентября 2017 г. показатели сверхнормативной недостачи, не усматривается каким образом заполняются показания в графе невыясненные причины, в то время как указанный показатель в таблице с результатами замеров и фактического наличия нефтепродуктов от 31 августа 2017 г., составленной при проведении ревизии, отсутствует. 

Следует обратить внимание и на тот факт, что свод результатов движения нефтепродуктов по АЗС филиала № за межинвентаризационный период, на основании информации которого истец рассчитывает размер материального ущерба, не подписан. В то время как акт внутреннего расследования от 08 июня 2018 г. не содержит конкретных выводов относительно АЗК №.

Иных, надлежащим образом заверенных документов, достоверно подтверждающих факт причинения истцу реального ущерба и его размер, в материалы дела не представлено. 

Кроме того, в представленных истцом в материалы дела копиях писем членов комиссий филиала №, отсутствуют объяснения членов комиссии, назначенной для проведения внутреннего расследования на АЗК №.

Суд принимает во внимание, что ответчиками, также неоднократно доводилось до сведения руководства о проблемах, возникших при учете движения нефтепродуктов после переустановки автоматизированного системного управления в мае 2017 г., однако работодателем своевременные меры не были предприняты.

Указанные доводы ответчиков подтверждаются, в том числе, имеющимися в материалах дела копиями протоколов заседаний инвентаризационных комиссий, а также актом расследования от 20 сентября 2017 г., из которого следует, что на селекторном совещании 05 июня 2017 г. с аппаратом Управления ООО «РН-Восткнефтепродукт» доведено до сведения истца о том, что в программном обеспечении неверно рассчитываются плотности, из-за чего ежедневно идет рост дебалансов.

Представлена ответчиками в материалы дела и переписка с ООО «СИБИНТЕК», обслуживающим установленное на АЗС программное обеспечение, из которой следует, что ответчики неоднократно доводили до сведения о расхождениях автоматических и ручных замеров плотности нефтепродуктов. Аналогичная информация содержится и в переписке ответчиков с руководством филиала №.

Довод представителей ООО «СИБИНТЕК» о том, что обращаться в сервисную службу для урегулирования вопросов, возникающих при работе с программных обеспечением могут только уполномоченные приказом руководства ООО «РН-Востокнефтепродукт» сотрудники, в то время как с АЗК № запросы поступали не от таких лиц, не свидетельствует о виновных действиях ответчиков, поскольку истцом не представлено суду доказательств доведения до сведения работников порядка направления запросов в ООО «СИБИНТЕК».

Не подтверждается материалами дела и довод истца относительно того, что работодатель предварительно до введения в действие нового программного обеспечения организовал обучение персонала навыкам работы в новом программном продукте. Так, согласно приложению к приказу ООО «РН-Востокнефтепродукт» от 02 марта 2017 г. №-к на обучение в период с 06 по 08 мая 2017 г., из всех ответчиков по настоящему иску направлялась только В. (до брака – ФИО8) Н.В. Новое программное обеспечение введено в эксплуатацию уже 15 мая 2017 г. 

Ссылка истца на положения Временной инструкции, которыми должны руководствоваться ответчики при исполнении должностных обязанностей, и которыми предусмотрена фиксация факта расхождения плотности по товарно-транспортным документам и в резервуарном парке АЗС/К в программном модуле ПИ суд находит несостоятельной, поскольку указанная инструкция утверждена до введения в действие на АЗК № нового программного обеспечения и не учитывала алгоритм и особенности работы с указанной программой. 

Суд принимает во внимание также следующее. По результатам инвентаризаций, проводимых на АЗК после замены программного обеспечения в период с июня по август 2017 г., выявлялись недостачи по всем видам нефтепродуктов и рабочей инвентаризационной комиссией предлагалось принимать результаты инвентаризации к сведению до доработки ПО на АЗК. Указанное подтверждает доводы ответчиков о том, что работодателю было известно о возникновение дебаланса по нефтепродуктам на АЗК №, а также свидетельствует о том, что на протяжении нескольких месяцев истец не принимал мер к обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, что является основанием для освобождения работников от материальной ответственности в соответствии с положениями статьи 239 Трудового кодекса РФ.

Кроме того, при разрешении вопроса о правомерности предъявленных требований, суд принимает во внимание то обстоятельство, что заключенные истцом договоры о полной коллективной материальной ответственности не соответствуют требованиям Типовой форме договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденной Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. № 85.

Исходя из положений статьи 245 Трудового кодекса РФ, а также Типовой формы договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

Вместе с тем, как указано выше, представленные истцом договора заключены лишь с управляющими АЗК №, тогда как иные работники с ними лишь ознакомлены.

При таких обстоятельствах, ввиду нарушения истцом процедуры взыскания материального ущерба, и непредоставления доказательств причинения действиями ответчиков реального ущерба, его размера, причинно-следственной связи между причиненным ущербом и действиями данных работников, с учетом непринятия работодателем мер к обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работникам, а также изложенных нарушений действующего трудового законодательства при заключении договоров о полной коллективной материальной ответственности, суд не находит оснований для удовлетворения иска.

Рассматривая ходатайство В., ФИО1, И., ФИО5, Б., ФИО6, ФИО7 о применении к спорным правоотношениям срока исковой давности, суд не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 392 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Предусмотренный указанной нормой годичный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является специальным. Общий срок исковой давности, установленный нормами Гражданского кодекса РФ, к рассматриваемым правоотношениям не применяется.

Сокращенный срок на обращение в суд является разумным и соразмерным, поскольку направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работодателя.

В отличие от срока исковой давности срок на обращение в суд исчисляется не с того момента, как заинтересованное лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, а со дня обнаружения причиненного ущерба.

Ущерб, о взыскании которого ООО «РН-Востокнефтепродукт» просит в исковом заявлении, обнаружен истцом при проведении инвентаризации 31 августа 2017 г.объяснительные ответчиков также касаются инвентаризации, проводимой 31 августа 2017 г. В суд истец обратился 28 августа 2018 г., то есть в пределах установленного законом срока

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «РН-Востокнефтепродукт» к ФИО1, А., ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Б., ФИО6, В., ФИО7 о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю – оставить без удовлетворения. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Сахалинский областной суд через Корсаковский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

.

Председательствующий судья Л.А. Бочарова

Мотивированное решение составлено 15 января 2019 г.