РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 января 2020 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Бахина А.А., с участием секретаря судебного заседания Долганева Е.О., административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФИО2, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев административное дело № 2а-7/2020 по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с не предоставлением основных отпусков за 2018 и 2019 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в установленный законодательством срок обратился с административным исковым заявлением, в котором указал, что проходит военную службу по контракту в войсковой части №. 17 июня 2019 года им на имя командира воинской части были поданы рапорта об увольнении с военной службы по истечении срока контракта, направлении на военно-врачебную комиссию (далее ВВК) и профессиональную переподготовку по очной форме обучения в Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского город Санкт-Петербург (далее академия). 

Далее административный истец указал, что с 7 августа по 17 сентября 2019 года ему был предоставлен основной отпуск за 2018 год, во время проведения которого, 2 сентября 2019 года командованием части было вручено направление об убытии в академию для прохождения в период с 04 сентября по 19 декабря 2019 года профессиональной переподготовки.

Также административный истец указал, что 2 сентября 2019 года командованием части ему также было вручено уведомление о предоставлении с 18 сентября по 6 ноября 2019 года неиспользованной части основного отпуска за 2019 год в количестве 50 суток, планируемой дате исключения его из списков личного состава воинской части - 20 марта 2020 года и необходимости до указанной даты выполнить ряд мероприятий, связанных с предстоящим увольнением. 

Далее административный истец указал, что желая пройти обучение, он 2 сентября 2019 года подал на имя командира воинской части рапорт с просьбой считать его, ФИО1, досрочно прибывшим из основного отпуска за 2018 год с 3 сентября 2019 года и полагать его в тот же день убывшим в академию. Однако, должностное лицо в удовлетворении его рапорта отказало и предоставило основной отпуск за 2019 год.

Считая своё право на отдых нарушенным, ФИО1, с учётом уточнений, просил суд признать незаконными:

- отказ командира войсковой части № по рапорту от 2 сентября 2019 года о выходе из отпуска за 2018 год с 3 сентября 2019 года и убытии в тот же день на переобучение в академию, а также переносе основного отпуска за 2018 год на срок после завершения обучения по гражданской специальности в Санкт-Петербурге в период с 04 сентября по 19 декабря 2019 года;

- действия командира войсковой части № в части касающейся одновременного направления административного истца на переподготовку для получения гражданской специальности и предоставлении основного отпуска за 2019 год в количестве 50 суток;

- приказы командира войсковой части № от 7 августа 2019 года № 150 и от 18 сентября 2019 года № 180 о предоставлении отпусков за 2018 и 2019 года, обязав должностное лицо их отменить и предоставить административному истцу неиспользованную часть отпуска за 2018 год с 3 по 17 сентября 2019 года в количестве 14 суток, а также основной отпуск за 2019 год с 24 декабря 2019 года.

Административный истец в судебном заседании требования, с учётом уточнений, поддержал и пояснил, что направление его на профессиональную переподготовку по очной форме обучения в академию в период основного отпуска за 2018 год, а также предоставление в период обучения основного отпуска за 2019 год нарушает его право на отдых. 

Административные ответчики – командир войсковой части № и ФКУ «Управление финансового обеспечения МО РФ по Новосибирской области», будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыли, ходатайств об отложении судебного разбирательства не представили. 

Представитель командира войсковой части № Пахневская в судебном заседании требования административного истца не признала и просила в их удовлетворении отказать. При этом представитель указала, что приказы должностного лица о предоставлении ФИО1 неиспользованной части основного отпуска за 2018 год, а также основного отпуска за 2019 год в связи с предстоящим увольнением с военной службы являются законными и обоснованными. 

Также представитель указала, что предоставление административному истцуотпускав период прохождения переподготовки, произведено в рамках действующего законодательства, уполномоченным воинским должностным лицом, в связи с чем право ФИО1 на отдых не нарушено. 

Заслушав объяснения административного истца и представителя административных ответчиков, исследовав представленные сторонами письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Так, в соответствии с частью 5 статьи 11 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее Закона), а также пп. «г» п.2 и пп. «б» п.4 ст.29 Положения о порядке прохождения военной службы, утверждённому Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 года № 1237 (далее Положение), военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, ежегодно предоставляется основной отпуск, продолжительность которого для военнослужащих, общая продолжительность военной службы которых в льготном исчислении составляет 20 лет и более, устанавливается в количестве 45 суток. При этом военнослужащим, проходящим военную службу по контракту в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и других местностях с неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе отдалённых продолжительность основного отпуска увеличивается на срок до 15 суток.

Как усматривается из приложения №2 к Постановлению Правительства Российской Федерации от 5 июня 2000 года №434 «О сроках прохождения военной службы по контракту в районах и местностях с неблагоприятными климатическими условиями, а также в воинских частях, находящихся за пределами Российской Федерации», Новосибирская область относится к местности, при прохождении военной службы, на территории которой продолжительность основного отпуска военнослужащих увеличивается на 5 суток.

В соответствии с требованиями п.п. 3, 11 и 16 ст. 29 Положения, продолжительность основного отпуска военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в год увольнения с военной службы исчисляется путем деления продолжительности основного отпуска, установленной военнослужащему, на 12 и умножения полученного количества суток на количество полных месяцев военной службы, прошедших от начала календарного года до предполагаемого дня исключения его из списков личного состава воинской части. Округление количества неполных суток и месяцев производится в сторону увеличения. В случае, когда невозможно своевременное увольнение военнослужащего с военной службы (исключение из списков личного состава воинской части), на день его увольнения производится расчёт недоиспользованного времени основного отпуска с предоставлением его военнослужащему. Отпуска предоставляются военнослужащим в любое время года с учётом необходимости чередования периодов их использования, а также обеспечения боевой готовности воинской части и в соответствии с планом отпусков. Предоставление отпусков военнослужащему осуществляется с таким расчётом, чтобы последний из них был использован полностью до дня истечения срока его военной службы. При невозможности предоставления основного и дополнительных отпусков до дня истечения срока военной службы они могут быть предоставлены военнослужащему при его увольнении последовательно, без разрыва между отпусками. В этом случае исключение военнослужащего из списков личного состава воинской части производится по окончании последнего из отпусков. 

Согласно п. 11 ст. 38 Закона, окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списка личного состава воинской части.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что общая продолжительность его военной службы в льготном исчислении по состоянию на январь 2020 года составляет более 25 лет.

Таким образом, судом установлено, что общая продолжительность отпуска ФИО1, с учётом его выслуги, как в 2018 году, так и 2019 году должна составлять 50 суток.

Согласно рапорту административного истца от 4 марта 2019 года, а также выпискам из приказа командира войсковой части № от 1 февраля, 1, 4 и 7 марта 2019 года №№ 20, 40, 41 и 44, соответственно, Трещенко был предоставлен основной отпуск за 2018 год, сроком 72 суток, с 1 февраля по 13 апреля 2019 года, с выездом за пределы гарнизона. При этом указанный отпуск был прерван в связи с убытием административного истца в служебную командировку с 3 по 6 марта 2019 года.

В судебном заседании административный истец пояснил, что в связи с убытием в служебную командировку с 3 по 6 марта 2019 года основной отпуск за 2018 год был использован им всего в количестве 30 суток. 

Согласно графику отпусков офицеров и прапорщиков войсковой части №, предоставление основного отпуска за 2019 год ФИО1 запланировано на период с 25 августа по 25 октября 2019 года.

Из рапорта административного истца от 6 августа 2019 года, а также выписки из приказа командира войсковой части № от 7 августа 2019 года следует, что ФИО1 предоставлен основной отпуск за 2018 год, сроком 42 суток с 7 августа по 17 сентября 2019 года, с выездом за пределы гарнизона.

Согласно выпискам из приказа командира войсковой части № от 18 сентября 2019 года № 180, от 19 сентября 2019 года № 181, а также от 7 ноября 2019 года № 219, ФИО1 с 18 сентября 2019 года полагается прибывшим из основного отпуска за 2018 год и одновременно с указанной даты убывшим в основной отпуск за 2019 год по 6 ноября 2019 года, сроком на 50 суток.

В судебном заседании административный истец пояснил, что предоставленный ему командованием основной отпуск за 2018 год в количестве 42 суток и основной отпуск за 2019 год в количестве 50 суток использовал в полном объёме. Так, в период с 7 августа по 2 сентября 2019 года он отдыхал, а в период с 3 сентября по 6 ноября 2019 года проходил переподготовку в академии, что, по его мнению, является незаконным. При этом в период с 7 августа по 17 сентября, а также с 18 сентября по 6 ноября 2019 года он командованием воинской части к исполнению обязанностей военной службы не привлекался.

Как пояснил представитель административного ответчика, ФИО1 установленным порядком из части основного отпуска за 2018 год и основного отпуска за 2019 год не отзывался, к исполнению обязанностей военной службы в отпусках не привлекался. 

Таким образом, с учётом пояснений административного истца и представителя административного ответчика, судом установлено, что ФИО1 использовал часть основного отпуска за 2018 год в количестве 42 суток и основной отпуск за 2019 год в количестве 50 суток в полном объёме.

Оценивая довод административного истца о том, что командование нарушило его право на отдых, поскольку направило на профессиональную переподготовку в период основного отпуска за 2018 год, а также предоставило основной отпуск за 2019 год в период обучения без учёта его пожелания о времени и месте его проведения, суд находит несостоятельным и отвергает исходя из следующего.

Так, в соответствии с п. 4 ст. 19 Закона, военнослужащие - граждане, проходящие военную службу по контракту, общая продолжительность военной службы которых составляет пять лет и более (не считая времени обучения в военных профессиональных образовательных организациях и военных образовательных организациях высшего образования), в год увольнения с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, истечении срока военной службы, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями имеют право пройти профессиональную переподготовку по одной из гражданских специальностей без взимания с них платы за обучение и с сохранением обеспечения всеми видами довольствия в порядке и на условиях, которые определяются Министерством обороны РФ (иным федеральным органом исполнительной власти и федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба), продолжительностью до четырёх месяцев. В случае увольнения указанных военнослужащих с военной службы в период обучения они имеют право на завершение учёбы бесплатно.

Анализ содержания приведённой нормы Закона позволяет суду сделать вывод о том, что предметом её регулирования является определённая социальная гарантия, направленная на адаптацию военнослужащего после увольнения с военной службы и каких-либо правоотношений в сфере прохождения военной службы она не устанавливает. При этом прохождение (завершение) военнослужащим профессиональной переподготовки пооднойизгражданских специальностейв силу закона возможно и после прекращения военно-служебных отношений.

Таким образом, суд приходит к выводу, что прохождение переподготовки, которая является социальной гарантией, направленной на адаптацию военнослужащего к условиямгражданскойжизни, не влияет на порядок прохождения военнослужащими военной службы, а нормативными правовыми актами установлены лишь условия направления на переподготовку, и обязанность командования при соблюдении таких условий совершить необходимые действия для реализации этого права военнослужащих ещё до их увольнения.

Следовательно, реализация права военнослужащего на профессиональную переподготовку носит самостоятельный характер и зависит только от волеизъявления военнослужащего, реализуется путём подачи последним рапорта на имя командира воинской части, вследствие чего не влияет на предоставление военнослужащему отпуска.

Как усматривается из копии контракта о прохождении военной службы от 20 марта 2019 года, последний заключён административным истцом сроком на один год. О вступлении в силу указанного контракта объявлено приказом командира войсковой части № по 9 апреля 2019 года № 35.

Из рапортов ФИО1 от 17 июня 2019 года усматривается, что административный истец ходатайствовал об увольнении с военной службы по истечении срока контракта о прохождении военной службы, прося при этом направить его на ВВК и профессиональную переподготовку в академию.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что в марте 2020 года у него истекает срок заключённого им контракта, при этом рапортов командованию по вопросу дальнейшего прохождения военной службы он не писал. С увольнением по истечению срока контракта о прохождении военной службы он согласен, о чем написал соответствующий рапорт, в котором также указал просьбу пройти ВВК и профессиональную переподготовку в академии. 

Также ФИО1 пояснил, что он желал пройти переподготовку именно в академии по избранной им специальности с очной формой обучения. Прохождение переобучения в других учебных заведениях для него было нецелесообразным.

Кроме того, в судебном заседании ФИО1 пояснил, что в период с 25 июня по 6 августа 2019 года он проходил ВВК в военном госпитале, по окончании которой был признан годным к военной службе с незначительными ограничениями по пункту - «Б».

Факт прохождения административным истцом ВВК в период с 25 июня по 6 августа 2019 года подтверждается выписками из приказа командира войсковой части № от 25 июня и 6 августа 2019 года № 117 и № 149.

Таким образом, судом установлено, что в отношении административного истца после 17 июня 2019 года командованием была инициирована процедура его увольнения с военной службы по истечению срока контракта о прохождении военной службы.

Согласно уведомлению Врио заместителя начальника академии от 6 августа 2019 года (исходящий № 20/840) на имя командира войсковой части №, ФИО1 отобран для прохождения профессиональной переподготовки в академии. При этом учебное заведение не располагает возможностями по размещению слушателей, оплате суточных и компенсации стоимости проезда к месту учёбы и обратно. В случаи согласия с перечисленными условия ФИО1 необходимо прибыть к 14 часам 4 сентября 2019 года в академию для обучения, которое окончится 19 декабря 2019 года. 

Как следует из уведомления командира войсковой части № от 30 августа 2019 года (исходящий № 42/592), Терещенко сообщается о предоставлении с 18 сентября по 6 ноября 2019 года неиспользованной части основного отпуска за 2019 год в количестве 50 суток, планируемой дате исключения его из списков личного состава воинской части - 20 марта 2020 года и необходимости до указанной даты провести ряд мероприятий в связи с предстоящим увольнением. Данное уведомление доведено до административного истца 2 сентября 2019 года.

Согласно направлению, выданному командиром войсковой части № от 30 августа 2019 года, ФИО1 предложено убыть в академию на профессиональную подготовку с 4 сентября по 19 декабря 2019 года. 

Из копии рапорта административного истца от 2 сентября 2019 года усматривается, что ФИО1 в связи с убытием для прохождения профессиональной переподготовки просит командира войсковой части № считать его вышедшим из отпуска за 2018 год с 3 сентября 2019 года и полагать убывшим с указанной даты в академию на переобучение на основании уведомления от 6 августа 2019 года (исходящий № 20/840). Из резолюции командира войсковой части №«НШ нецелесообразности до окончания отпуска» на рапорте административного истца от 2 сентября 2019 года, следует, что ФИО1 в удовлетворении его просьбы отказано.

Согласно выписке из приказа начальника академии от 4 сентября 2019 года № 956, ФИО1 с 4 сентября по 19 декабря 2019 года зачислен в учебную группу профессиональной переподготовки из числа увольняемых военнослужащих.

Из выписок из приказа командира войсковой части № от 7 ноября и 20 декабря 2019 года №№ 219 и 250усматривается, что административный истец полагается убывшим в учебный отпуск сроком на 43 суток с 7 ноября по 19 декабря 2019 года в академию для прохождения профессиональной подготовки, с которой прибыл 20 декабря 2019 года.

Таким образом, судом установлено, что административный истец уже находящийся в основном отпуске за 2018 год, предоставленном в период с 7 августа по 17 сентября 2019 года, добровольно согласился с прохождением переподготовки с 4 сентября того же года, несмотря на имеющееся у него право отказаться от её прохождения в указанный период. 

Следовательно, Министерство обороны РФ, а также командование воинской части выполнило перед административным истцом свои обязательства, и его право на образование и отдых не было нарушено.

При этом вопреки мнению административного истца действующее законодательство не содержит запрета на прохождение переподготовки в период предоставленного ему отпуска, как и необходимости его отзыва из отпуска либо его продления по указанному основанию, так как военнослужащий лишён возможности выбора начала и окончанияобучения.

Поскольку, как указано выше, право на профессиональную переподготовку зависит исключительно от волеизъявления военнослужащего, последний при соблюдении установленного нормативными правовыми актами порядка вправе воспользоваться им в любоевремя, в том числе в период реализации конституционного права на отдых, что и было сделано административным истцом.

Следует также отметить, что Терещенко сам избрал место прохождения переподготовки, которое совпало с основными отпусками за 2018 и 2019 годы.

Более того, по мнению суда, при несогласии со временем прохождения переподготовки ФИО1 мог отказаться от её прохождения в указанный период, и это обстоятельство не лишало бы его права на профессиональную переподготовку в иной период.

С учётом изложенного, суд находит, что действия командира войсковой части № касающейся одновременного направления административного истца на переподготовку для получения гражданской специальности и предоставлении основного отпуска за 2019 год в количестве 50 суток, законными, а данное требование административного истца не подлежащим удовлетворению.

При этом принятое командиром войсковой части № решение по рапорту ФИО1 от 2 сентября 2019 года об отказе считать его вышедшим из отпуска за 2018 год с 3 сентября 2019 года и убытии с указанной даты на переобучение в академию, а также перенесении полагавшихся ФИО1 отпусков на более поздний срок (после завершения переподготовки), по мнению суда, является обоснованным и не нарушает прав административного истца, в связи с чем суд считает необходимым отказать в удовлетворении указанных требований ФИО1.

Указанный вывод суда основывается на том, что порядок предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков лицам, проходящим военную службу, устанавливается законодательством и регулируется подзаконными нормативными правовыми актами с учётом специфики военной службы как деятельности, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства.

На основании ст. 75, 76 Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Устав внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации), командир воинской части отвечает за постоянную боевую и мобилизационную готовность вверенной ему воинской части и обязан поддерживать данную готовность.

По смыслу приведённых правовых норм решение вопросов очерёдности и времени предоставления каждому военнослужащемуотпуска, может быть принято исключительно командиром и оформлено путём издания соответствующего приказа, обязательного для исполнения всеми военнослужащими. Иначе как осуществление командиром своих властных полномочий в отношении подчинённых в процессе руководства частью такие действия расценены быть не могут.

Следовательно, в условиях устранения причин, препятствующих в дальнейшем исключению ФИО1 из списков личного состава части, суд считает, что действия командира войсковой части №, связанные с предоставлением ему перед предстоящим увольнением отпусковв период св период с 7 августа по 17 сентября, а затем с 18 сентября по 6 ноября 2019 года, не могут рассматриваться как нарушение прав административного истца. 

В судебном заседании, достоверно, установлено, что в этот период времени ФИО1 на службу не прибывал и никаких обязанностей военной службы не исполнял. Следовательно, действия командования части к нарушению его права на отдых не привели.

Что же касается прохождения ФИО1 обучения по программе переподготовки в период с4 сентября по 6 ноября 2019 года, то по убеждению суда данное обстоятельство не может рассматриваться как нарушающее его право на отдых, так как это действие совершено административным истцом исключительно по своей воле и в своём интересе.

Оснований для отзыва и переноса основных отпусковТрещенко, суд, как указывалось выше, не усматривает. При этом прохождение административным истцом обучения по программе переподготовки к числу таких оснований не относится, поскольку производится только по желанию военнослужащего и не связано с исполнением им обязанностей военной службы. Конкретные сроки прохождения обучения не зависят от волеизъявления командования части.

Более того, учитывая, что в силу п. 24 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы (уволенный досрочно - не позднее дня истечения срока его военной службы) и не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона и настоящим Положением, следует прийти к выводу, что именно предоставление отпуска имеет приоритет перед прохождением обучения по программе переподготовки. Тем более что, как указано выше, в силу п. 4 ст. 19 Закона прохождение переподготовки не препятствует увольнению военнослужащего с военной службы.

Иное понимание правового смысла приведённых норм ставило бы в зависимость дату исключения военнослужащего из списков личного состава части от избранного учебным заведением времени прохождения переподготовки, а также ставило бы в неравные условия военнослужащих, изъявивших желание пройтиобучениепо программе переподготовки по сравнению с военнослужащими, не изъявившими такое желание.

Довод административного истца о том, что в период прохождения переподготовки в академии он исполнял обязанности военной службы, суд считает несостоятельным и отвергает, поскольку прохождениеобученияпо программе переподготовки не отнесено к случаям, согласно положениям ст. 37 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», когда военнослужащий считается исполняющим обязанности военной службы.

В соответствии с п.10 «Порядка и условий профессиональной переподготовки по одной из гражданских специальностей военнослужащих - граждан Российской Федерации, проходящих военную службу по контракту», утверждённых приказом Министра обороны РФ от 21 октября 2015 года № 630 (с последующими изменениями), военнослужащие, обучающиеся по программам профессиональной переподготовки, в период обучения считаются прикомандированными от воинских частей.

Анализ вышеприведённых норм позволяет суду сделать вывод, что прикомандирование военнослужащих в период обучения к учебным заведениям является способом учёта личного состава органом военного управления.

Учитывая установленные судом, объективные обстоятельства дела, следует прийти к выводу о том, что прав и законных интересов ФИО1 при его убытии на переподготовку в академию, в том числе права на отдых, нарушено не было, а потому командир войсковой части №, издавая приказы от 7 августа 2019 года № 150 и от 18 сентября 2019 года № 180, действовал в строгом соответствии с законом, в пределах своих полномочий и каких-либо прав административного истца не нарушил, в связи с чем у суда отсутствуют основания для признания оспариваемых приказов незаконными и возложении на должностное лицо обязанности по их отмене.

Довод административного истца о необходимости прохождения обучения по программе переподготовки только в период военной службы и о невозможности предоставления ему в это время отпусков основан на неправильном истолковании закона.

Предоставление ФИО1 отпуска за 2019 год без их увеличения на количество суток, необходимое для проезда к месту использования отпуска и обратно, по мнению суда, также не нарушает прав административного истца на отдых и не свидетельствует о незаконности приказа, по следующим основаниям.

Как установлено в судебном заседании, а также подтверждается объяснениями административного истца и представителя административного ответчика, уведомлением командира войсковой части № от 30 августа 2019 года № 42/592, ФИО1 фактически командованием части было предложено исполнить рапорт о предоставлении отпуска за 2019 год. Однако административный истец отказался это сделать в период с 2 по 17 сентября 2019 года и направил рапорт от 30 сентября 2019 года, в котором просил отменить приказ о предоставлении ему отпуска за 2019 год.

Следовательно, по мнению суда у командования воинской части отсутствовали какие-либо правовые основания для увеличения предоставленных ФИО1 отпусков на количество суток, необходимое для проезда к месту тспользования отпуска и обратно.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 намеренно уклонился от написания рапорта о предоставлении ему полагающегося отпуска за 2019 год, что лишило командование части возможности выяснить у административного истца место его проведения.

При этом, как было указано выше, к исполнению обязанностей военной службы в период предоставленных отпусков ФИО1 не привлекался и фактически проводил время по своему усмотрению.

Таким образом, суд находит административное исковое заявление ФИО1 необоснованным и не подлежащим удовлетворению в полном объёме.

Руководствуясь ст.ст. 175-180 и 227 КАС РФ, военный суд,

РЕШИЛ:

Отказать военнослужащему войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 в удовлетворении заявленных исковых требований административного искового заявления об оспаривании действий командира войсковой части № связанных с не предоставлением основных отпусков за 2018 и 2019 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Бахин