Р Е Ш Е Н И Е

 

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и 

24 июля 2019 года г. Жигулёвска

Жигулевский городской суд Самарской области в составе:

председательствующего – судьи Никоновой Л.Ф., 

при секретаре Ермолаевой А.В., 

с участием:

- истца ФИО1, 

- представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, 

- ответчика ФИО3, 

- представителя ответчика – ФИО4, действующей на основании устного ходатайства ответчика, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-506/2019 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании жилого здания самовольной постройкой и сносе самовольной постройки, 

У С Т А Н О В И Л:

Первоначально в суд обратились ФИО1 и ФИО5 с иском к ФИО3, требуя признать жилое здание, расположенное по адресу: 

<

адрес>, самовольной постройкой, а также обязать ответчика снести данную постройку. В обоснование заявленных требований указали, что в 2017 году ответчица на принадлежащем ей земельном участке по адресу: 

<

адрес>, без согласия истцов и получения разрешения на строительство возвела жилой дом, расположив его на расстоянии менее 3-х метров от смежной с участком истцов границы. Истцам принадлежит участок № по 

<

адрес> возражают против сохранения самовольно возведенного ответчиком объекта, о чем неоднократно ставили ФИО3 в известность, а также о том, что упавший с крыши самовольной постройки снег рушит принадлежащую истцам хозяйственную постройку. Данные обращения истцов ответчиком проигнорированы, в связи с чем предъявлен настоящий иск (т.1 л.д.4).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена администрация г.о. Жигулевск (т. 1 л.д. 96). 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ принят отказ истца ФИО5 от поддержания иска, предъявленного к ФИО3 о признании жилого здания самовольной постройкой и сносе самовольной постройки ( т.2 л.д. 30), производство по требованиям иска данного лица прекращено.

Истица ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании требования и доводы иска поддержали, дополнительно, исходя из заключения эксперта ООО «Центральная строительная лаборатория», полагали доказанным нарушение прав истца, выразившихся в имеющейся угрозе жизни и здоровью в связи с несоблюдением при возведении спорного строения противопожарных разрывов, которые должны составлять 18 метров, а фактически расстояние между домами менее 10 метров. Учитывая выводы экспертного заключения о том, что спорное строение не является объектом капитального строительства, полагали возможным его перенос на требуемое нормативами расстояние. 

Ответчица ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании требования иска не признали, пояснив, что жилой дом, который был приобретен ответчицей, ранее представлял из себя часть единого жилого дома, расположенного на ныне существующих участках № и № по 

<

адрес> были разделены, а часть дома со стороны участка истцов – снесена, после чего на участке № возведен отдельно стоящий дом. Ответчица провела реконструкцию принадлежащего ей дома, возведя свайный фундамент с использованием имевшегося под домом бетонного фундамента, новые стены объекта и крышу. Разрешение на реконструкцию своевременно получено не было из-за выявленной реестровой ошибки в расположении земельного участка. Данная ошибка устранялась в судебном порядке. Закончить реконструкцию объекта ответчица не может из-за чинимых ей истцом препятствий в установлении межевых знаков по границе участков. Принятое по данному вопросу судебное решение к настоящему моменту не исполнено, в связи с чем ответчица не имеет доступа к стене своего дома со стороны участка истцов. Спорный объект расположен на том же месте, где и приобретенный ответчицей по договорам дарения жилой дом, претензий по месту расположения которого истцом никогда не высказывалось. Выражая несогласие с выводами заключения эксперта, просили назначить по делу повторную строительно-техническую экспертизу. Считают, что права истца при реконструкции ответчиком своего жилого дома не нарушены, в связи с чем в удовлетворении иска просили отказать.

Представитель третьего лица – администрации г.о. Жигулевск в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом (т.2 л.д.18), просил дело рассмотреть без его участия и вынести решение с учетом фактически предоставленных доказательств по делу ( т. 1 л.д.104-105).

Выслушав пояснения сторон, их представителей, показания эксперта, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определяет, что целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть первая статьи 3 ГПК Российской Федерации устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Тем самым гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 года N 2481-О).

В силу положений статьи 11 Гражданского кодекса РФ в судебном порядке защите подлежит только нарушенное или оспоренное право.

Статьей 12 Гражданского кодекса РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав, одним из которых является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно п. 1 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

В силу требований ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 принадлежит 1/2 доля в праве общей долевой собственности на жилой дом площадью 59, 2 кв.м и земельный участок площадью 600 кв.м с КН №, расположенные по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается копиями свидетельств о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ ( т. 1 л. 

<

...>), а также предоставленной по запросу суда выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д.60, 64).

Собственником смежного земельного участка площадью 1061 кв.м с КН №, а также жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, является ответчица ФИО3, что подтверждается выписками из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ ( т. 1 л.д. 61, 62-63).

Границы принадлежащего ответчице земельного участка с КН № и, соответственно, смежная с участком истца граница, установлены решением Жигулевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.28-40). В составе межевого плана земельного участка с КН № (т. 1л.д. 235-308) имеется постановление администрации г.о. Жигулевск от ДД.ММ.ГГГГ №, из текста которого усматривается, что участок относится к территориальной зоне Ж-1, разрешенное использование: индивидуальные жилые дома с прилегающими земельными участками для индивидуального жилищного строительства (т.1 л.д.305). 

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что ответчиком на своем участке произведено самовольное строительство жилого дома, возведение которого создает угрозу жизни и здоровью истца ввиду несоблюдения противопожарных нормативов, а упавший с крыши самовольной постройки снег разрушает расположенную на участке истца хозяйственную постройку.

В силу п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки, вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности дел с иском о сносе самовольной постройки.

При этом, как разъяснено в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект. 

Понятие реконструкции дано в п. 14 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ. Согласно указанной норме под реконструкцией понимается изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

Частью 2 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ установлено, что строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство.

Согласно ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ выдача разрешения на строительство не требуется в случае, в том числе, строительства, реконструкции объектов индивидуального жилищного строительства (пункт 1.1.); в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования (пункт 3); изменения объектов капитального строительства и (или) их частей, если такие изменения не затрагивают конструктивные и другие характеристики их надежности и безопасности и не превышают предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции, установленные градостроительным регламентом (пункт 4).

В ходе рассмотрения дела подтверждено, в т.ч. заключением эксперта ООО «Центральная строительная лаборатория» ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ №, а также ее показаниями в судебном заседании, что спорный объект расположен в пределах принадлежащего ответчику земельного участка, представляет из себя строение, состоящее из плоских вертикальных и наклонных элементов (стойки и балки из деревянного бруса, обшивка ОСП), объединенных в единую конструкцию, не имеющих прочной связи с конструкциями фундаментов. 

Учитывая данное обстоятельство (расположение объекта в пределах участка истца, имеющего разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства), а также принимая во внимание, что в силу ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ для строительства, реконструкции объектов индивидуального жилищного строительства выдача разрешения на строительство не требуется, основания для признания спорного строения самовольной постройкой отсутствуют.

В обоснование заявленных требований истец ссылается также на нарушение ответчиком градостроительных норм и правил, противопожарных нормативов при возведении спорного строения.

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу статей 304 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения (негаторный иск), подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Негаторный иск - это материально-правовое, внедоговорное требование лица, владеющего индивидуально-определенной вещью на законном основании (титульного владельца), к третьему лицу об устранении длящихся противоправных фактических действий, которые препятствуют осуществлению правомочия пользования недвижимым имуществом.

Предъявляя негаторный иск, направленный на защиту правомочий владения и пользования имуществом, истец должен доказать факт создания ответчиком препятствий в осуществлении собственником правомочий по пользованию этим имуществом, противоправность действий ответчика, реальный характер чинимых препятствий.

Таким образом, истец в данном споре обязан доказать противоправность действий ответчика, поскольку негаторный иск служит средством защиты лишь против незаконных действий соседнего собственника. Требуя устранить препятствия в пользовании свои имуществом, истец обязан доказать, что именно в результате незаконных действий ответчика у него возникли реальные препятствия в пользовании принадлежащим ему имуществом, в данном случае, жилым домом и земельным участком, и что имеют место существенные нарушения.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

В соответствии с пунктом 5.3.4. СП 30-102-99 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" до границы соседнего приквартирного участка расстояния по санитарно-бытовым условиям должны быть не менее: от усадебного, одно-двухквартирного и блокированного дома - 3 м с учетом требований п. 4.1.5 настоящего Свода правил.

Как следует из заключения эксперта и не оспаривается сторонами, спорное строение расположено на расстоянии от 0,9 до 1, 11м от смежной границы участков сторон, на расстоянии 9, 1 м от жилого дома истца и 2, 27 м –от расположенной на участке истца хозяйственной постройки (летней кухни).

Из заключения эксперта усматривается, что покрытие кровли спорного строения выполнено из стального профильного настила с установкой снегозадерживающих устройств, с кровли организован наружный водосток (т. 1 л.д.237). Одновременно эксперт пришел к выводу о том, что установка дополнительной системы снегозадержания и дополнительной системы организованного наружного водоотведения с кровли постройки не требуется ( т. 1 л.д. 242). Будучи допрошенной в судебном заседании эксперт ФИО6 пояснила, что сход снега с кровли спорного строения не может разрушать находящиеся на смежном участке постройки. 

Иных доказательств, подтверждающих нарушение прав собственности или законного владения, истцом суду не предъявлено. Более того, сторона истца выразила возражения по ходатайству ответчика на предмет проведения по делу повторной строительно-технической экспертизы, заявляя об ускорении рассмотрения дела (т. 2 л.д. 65-66).

Оценивая перечисленные выше доказательства, принимая во внимание положения п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд приходит к выводу о том, что допущенные со стороны ответчика нарушения градостроительных норм при возведении спорного строения не могут быть признаны значительными, несоблюдение градостроительных требований в части минимального расстояния от исследуемого объекта до межевой границы земельного участка и постройки на соседнем участке при отсутствии доказательств нарушения прав истца, не может служить основанием к удовлетворению иска о сносе строения. 

При разрешении спора судом не принимаются доводы истца о том, что спорное строение возведено ответчиком ФИО3 при отсутствии согласия истца, поскольку стороны являются собственниками самостоятельных объектов - жилых домов и земельных участков, в связи с чем согласие истца на возведение ответчиком строений на принадлежащем ему земельном участке не требуется.

Также в обоснование заявленных требований ФИО1 и ее представитель ссылаются на нарушение ответчицей при возведении жилого дома требований пожарной безопасности, поскольку между жилым домом истца и спорной постройкой не соблюдены противопожарные разрывы, что, по мнению истца, может привести к созданию пожароопасной обстановки.

В силу п. 1 ст. 1065 ГК РФ опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием к иску о запрещении деятельности, создающей такую опасность.

Согласно указанного экспертного заключения, расстояние между жилым домом истца и спорным строением составляет 9, 1м, что противоречит требованиям СП 4.13130 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям». При этом, определяя допустимое минимальное противопожарное расстояние в 18 метров, эксперт исходит из самой высокой (V степени огнестойкости) спорного объекта, не приводя тому никаких мотивов и расчетов. 

Кроме того, в своих расчетах эксперт руководствуется только положениями таблицы N 1 СП 4.13130, согласно которой противопожарные расстояния между жилыми и общественными зданиями предусмотрены от 6 до 15 метров в зависимости от степени огнестойкости здания и класса конструктивной пожарной опасности, не учитывая положения п. 4.13 того же свода правил, предписывающего определять противопожарные расстояния между жилыми домами на соседних земельных участках также с учетом требований подраздела 5.3.

Подраздел 5.3 содержит специально установленные требования к объектам класса функциональной опасности Ф1.4 (одноквартирные жилые дома, в том числе блокированные), предназначенным для постоянного проживания и временного (в том числе круглосуточного) пребывания людей при организованной малоэтажной застройке.

Согласно п. 5.3.2 СП 4.13130 противопожарные расстояния между жилыми зданиями при организованной малоэтажной застройке, в зависимости от степени огнестойкости и класса их конструктивной пожарной опасности следует принимать в соответствии с таблицей 2.

В соответствии с таблицей № расстояние между жилыми зданиями при организованной малоэтажной застройке должно составлять от 6 до 8 метров. В рассматриваемом споре расстояние между домами составляет 9,1м.

При указанных обстоятельствах (неприменения подлежащих применению нормативов, отсутствие расчетов определения степени огнестойкости спорного строения) заключение эксперта в части установления нарушений требований СП 4.13130 не может быть принято судом в качестве допустимого доказательства. 

Более того, сам по себе факт возведения строения с отступлением от требований пожарной безопасности, достаточным правовым основанием для его сноса не является. Лицо, заявляющее такие требования, должно доказать, что несоблюдение противопожарных норм повлекло нарушение его права, и, что защита нарушенных прав иным способом, помимо сноса, невозможна, поскольку избранный способ защиты всегда должен быть соразмерен допущенным нарушениям права.

Снос строений является крайней мерой, которая применяется в исключительных случаях, когда восстановление нарушенных прав и охраняемых законом интересов невозможно иным способом, и что защита прав и интересов одного лица не должна осуществляться за счет несоразмерного ущемления прав других лиц.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела истцом не представлены доказательства опасности эксплуатации возведенной ответчиком постройки, создания угрозы причинения вреда в будущем, а также доказательства, подтверждающие, что устранить допущенное ответчиком нарушение возможно только путем сноса постройки, что отсутствует возможность устранения допущенных нарушений посредством выполнения каких-либо иных мероприятий. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что основания, по которым ФИО1 просит возложить на ответчика обязанность снести жилой дом, является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, избранный истцом способ защиты прав не соответствует допущенным ответчиком нарушениям в части несоблюдения градостроительных норм, несоразмерен нарушению права истца и выходит за пределы, необходимые для его применения, в связи с чем в удовлетворении требований о сносе постройки следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО3 о признании жилого здания, расположенного на земельном участке с КН № по адресу: 

<

адрес>, самовольной постройкой и сносе данной постройки, отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи жалобы в Жигулевский городской суд.

Судья Л.Ф.Никонова

Решение в окончательной форме изготовлено 29 июля 2019 года.

Судья Л.Ф.Никонова