Дело № 2-2671/19

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

21 августа 2019 года г. Ростов-на-Дону

Ленинский районный суд города Ростова-на-Дону в составе:

Председательствующего судьи Кукленко С. В., при секретаре Закарян С.М., рассмотрев в открытом судебном заседание гражданское дело по иску Рожковой ОВ к ФИО1, ПАО «Сбербанк России», ООО «Вега» о признании недействительным дополнительного соглашения к договору ипотеки,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с настоящим иском ссылаясь на то, что 29.04.1978 между истцом и ответчиком ФИО1 был зарегистрирован брак, в котором супруги находятся по настоящее время. Ответчик ФИО1 является одним из учредителей и акционеров АО «Гефест-Ростов», обладая 32% акций данного общества. 23.12.2016 в своих производственных целях АО «Гефест-Ростов» заключило кредитный договор № № с ПАО «Сбербанк России». 23.12.2016 между ФИО1 и Банком был заключен договор поручительства № №, по которому ответчик выступал перед Банком поручителем по кредитным обязательствам АО «Гефест-Ростов». 26.12.2016 между ФИО1 и Банком был заключен договор залога (ипотеки) № №, по которому истец в счет обеспечения кредитных обязательств АО «Гефест-Ростов» предоставил Банку в залог недвижимое имущество – земельные участки и расположенные на них объекты недвижимого имущества в количестве 37 объектов. Истец, являясь супругой ФИО1 предоставила последнему нотариально удостоверенное согласие супруга на заключение договора залога от 26.12.2016. Однако, недавно истцу стали известны следующие обстоятельства. 28.12.2016 между ФИО1 и Банком было заключено дополнительное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество по договору залога (ипотеки) № №. Между Банком и ООО «Вега» 28.12.2018 был заключен договор уступки прав (требований), согласно которому Банк уступил ответчику все права кредитора к АО «Гефест-Ростов», вытекающие из кредитного договора № № от 23.12.2016, а также договоров, обеспечивающих обязательства по кредитному договору, в т.ч. право требования задолженности в размере 61 495 228,36 рублей, а также права, вытекающие из договоров, обеспечивающих обязательства по кредитному договору. Однако, истец, как супруга ответчика ФИО1 не предоставляла ему никакого согласия на заключение дополнительного соглашения от 28.12.2016, более того, не была уведомлена о заключении указанного дополнительного соглашения. 

На основании изложенного просит признать недействительным дополнительное соглашение от 28.12.2016 о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество по договору залога (ипотеки) № № от 26.12.2016.

Истец, надлежащим образом извещенный о дате и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явился. Дело рассмотрено в отсутствие неявившегося истца в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца – адвокат Михайленко О.В., действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика – ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении, поддержал доводы письменных возражений, представленных в материалы гражданского дела, согласно которым, ответчик полагает, что правила о государственной регистрации договора ипотеки не подлежат применению к договорам ипотеки, заключаемым после дня вступления в силу Федерального закона от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», который вступил в силу с 01.07.2014. Договор залога о признании недействительным дополнительного соглашения к которому заявлены настоящие требования, заключен 26.12.2016. Нотариально удостоверенное согласие ФИО3 – супруги ФИО1 в соответствии со ст. 35 СК РФ на заключение договора залога, получено в установленном порядке, поскольку данная сделка являлась основанием государственной регистрации ипотеки на недвижимое имущество, находящееся в совместной собственности супругов. Кроме того, ответчик заявляет о пропуске срока исковой давности.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» – ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании также не признал исковые требования, просил отказать в их удовлетворении, дал пояснения аналогичные письменным возражениям, приобщенным к материалам данного гражданского дела, в соответствии с которыми, соглашение о внесудебном порядке должно быть заключено в той же форме что и договор залога. В то же время государственная регистрация такого соглашения лишена оснований, поскольку соглашение не влечет возникновение, переход и прекращение ипотеки, не затрагивает существенных условий договора об ипотеке, т.о. ответчик считает, что регистрировать соглашение о внесудебном порядке не нужно, даже при зарегистрированной в ЕГРН ипотеке, т.к. не меняются существенные условия сделки. Также указывает, что 24.12.2016 истец дала нотариальное согласие своему супругу на передачу в залог на условиях по своему усмотрению в связи с получением кредита для ПАО «Гефест-Ростов» в ПАО «Сбербанк России» имущества, указанного в договоре ипотеки от 26.12.2016. Ранее, 22.12.2016, истец, являясь членом совета директоров ПАО «Гефест-Ростов» дала одобрение на заключение кредитного договора, одним из отлагательных условий которого являлось условие о внесудебной реализации заложенного имущества. Денежные средства Банком были перечислены юридическом улицу 28.12.2016 – после выполнения всех условий для получения кредита. Таким образом, ФИО3 достоверно знала или должна была знать, что основным из условий, по которому ПАО «Гефест-Ростов» выдана значительная сумма денежных средств, является залог имущества, нажитого супругами в браке, и в том числе, на условиях дополнительного соглашения к договору ипотеки о внесудебном порядке реализации имущества. Представителем ответчика заявлено о применении срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

Ответчик ФИО1, надлежащим образом извещенный о дате и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суд не уведомил, с ходатайством об отложении слушания дела не обращался. При таком положении, дело в отношении данного ответчика рассматривается в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец является одним из учредителей и акционеров АО «Гефест-Ростов», обладая 32% акций данного общества. 

23.12.2016 в своих производственных целях АО «Гефест-Ростов» заключило кредитный договор № № с ПАО «Сбербанк России».

23.12.2016 между истцом и Банком был заключен договор поручительства № №, по которому истец выступал перед Банком поручителем по кредитным обязательствам АО «Гефест-Ростов». 

24.12.2016 ФИО3 дала ФИО1 согласие на передачу в залог на условиях по своему усмотрению в связи с получением кредита для ПАО «Гефест-Ростов» в Ростовском ГОСБ № 5221 ПАО «Сбербанк России» имущества: 37 объектов недвижимого имущества. Данное согласие удостоверено нотариусом ШЮВ., временно исполняющей обязанности нотариуса г. Москвы СНБ

26.12.2016 между ФИО1 и Банком был заключен договор залога (ипотеки) № №, по которому истец в счет обеспечения кредитных обязательств АО «Гефест-Ростов» предоставил Банку в залог недвижимое имущество – земельные участки и расположенные на них объекты недвижимого имущества в количестве 37 объектов. 

28.12.2016 между ФИО1 и Банком было заключено дополнительное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество по договору залога (ипотеки) № №. 

Согласно п.п. 4-6 Дополнительного соглашения при наступлении оснований для обращения взыскания на заложенное имущество Залогодержатель в порядке, установленном п. 8 ст. 349 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 3 ст. 59 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» направляет Залогодателю, Должнику и всем иным известным им залогодержателям уведомление о начале обращения взыскания на предмет залога.

Реализация заложенного имущества допускается не ранее чем через 10 (десять) дней с момента получения Залогодателем и Должником уведомления Залогодержателя и 14 дней е момента получения Залогодателем и Должником уведомления нотариуса.

Реализация предмета залога может быть осуществлена любым из предусмотренных ниже способов: оставление Залогодержателем заложенного имущества за собой с зачетом в счет покупной цены требований Залогодержателя к Должнику, обеспеченных ипотекой;

- продажа предмета залога залогодержателем другому лицу без проведения торгов с удержанием из вырученных денег суммы обеспеченного залогом обязательства; реализация на открытых торгах; реализация на закрытых торгах в случаях, предусмотренных законодательством; реализация путем продажи с публичных торгов на основании исполнительной надписи нотариуса в порядке, установленном процессуальным законодательством.

Право выбор способа реализации заложенного имущества принадлежит Залогодержателю.

В случаях, установленных законом, а также в случае возникновения разногласий между Залогодателем и Залогодержателем при определении начальной продажной цены заложенного имущества, привлекается независимый оценщик из числа аккредитованных в ПАО Сбербанк.

Залогодатель обязан предоставить Предмет залога независимому оценщику для проведения оценки, по поручению Залогодержателя, в течение 3 (Трех) рабочих дней с даты получения соответствующего требования Залогодержателя.

Между Банком и ООО «Вега» 28.12.2018 был заключен договор уступки прав (требований), согласно которому Банк уступил ответчику все права кредитора к АО «Гефест-Ростов», вытекающие из кредитного договора № № от 23.12.2016, а также договоров, обеспечивающих обязательства по кредитному договору, в т.ч. право требования задолженности в размере 61 495 228,36 рублей, а также права, вытекающие из договоров, обеспечивающих обязательства по кредитному договору. 

Заявляя настоящие исковые требования, истец ссылается на то, что нарушены ее права, поскольку дополнительное соглашение от 26.12.2016 к договору залога (ипотеки) было заключено ответчиками ФИО1 и ПАО «Сбербанк России» без ее нотариального согласия как супруги залогодателя.

В связи с указанным, истец просит признать недействительным указанное выше дополнительное соглашение к договору залога (ипотеки).

Также истец указывает, что о дополнительном соглашении от 26.12.2016 ей стало известно когда ознакомилась с судебными актами Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону, опубликованными в сети интернет посредствам ГАС «Правосудие» и находящимися в открытом доступе, в разделе «Судебное делопроизводство». ФИО3 не была привлечена к участию ни по одному из гражданских дела, рассмотренных Ленинским районным судом г. Ростова-на-Дону, считает, что не ранее 27.02.2019 ей могло быть известно о наличии оспариваемого дополнительного соглашения.

Как следует из ст. 35 СК РФ, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, п. 3 ст. 35 СК РФ).

Оформление супругом нотариально удостоверенного согласия является внешним проявлением воли (волеизъявлением), которое доводится до сведения третьих лиц путем совершения конклюдентных действий - передачей согласия другому супругу.

Согласно статье 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, нотариальные действия от имени Российской Федерации на территории других государств совершают должностные лица консульских учреждений Российской Федерации, уполномоченные на совершение этих действий.

Нотариальное удостоверение согласия супруга на совершение сделки осуществляется по правилам, предусмотренным Основами законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Советом Российской Федерации 11.02.1993 N 4462-1, которые предусматривают проверку дееспособности обратившегося к нотариусу за удостоверением согласия гражданина (статья 43 Основ), установление его воли, разъяснение смысла, значения и последствий данного нотариального действия (статья 54 Основ), что позволяет достичь необходимого результата подтверждения нотариусом осознанного выражения дееспособным лицом своего волеизъявления.

В силу п. 1 ст. 10 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)», договор об ипотеке подлежит государственной регистрации, соответственно, для передачи в залог объектов недвижимости в количестве 37, принадлежащих супругам ФИО3 и ФИО1, являющихся их общим имуществом, необходимо было получение нотариального согласия истца, поскольку договор залога (ипотеки) заключался ее супругом – ФИО1

Наличие данного документа (нотариального согласия) подтверждает наличие согласия супруга на отчуждение имущества, пока заинтересованной стороной не доказано иное.

Волеизъявление лица на одностороннюю сделку (к которой относится дача нотариального согласия на отчуждение общего имущества) обусловлено наличием собственноручной подписи лица в документе, свою подпись истец не оспаривала.

Истец полагает, что дополнительное соглашение от 28.12.2016 к договору залога (ипотеки) является сделкой, на совершение которой необходимо было получение ее иного нотариального согласия.

Суд не может согласиться с указанной позицией истца.

Так в соответствии с п. 1 ст. 131 ГК РФ, право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации.

В силу п. 1 ст. 452 ГК РФ, соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Согласно п. 5 ст. 3 Федерального закона от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», правила о государственной регистрации договора ипотеки, содержащиеся в Федеральном законе от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и Федеральном законе от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», не подлежит применению к договорам ипотеки, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, который вступил в силу 01.07.2014.

Договор залога (ипотеки) о признании недействительным дополнительного соглашения к которому заявлены исковые требования ФИО3 заключен 26.12.2016, соответственно, правила о государственной регистрации к дополнительному соглашению от 28.12.2016, не применимы.

Таким образом, нотариально удостоверенное согласие ФИО3 как супруги ФИО1 на заключение договора залога от 26.12.2016, получено в установленном порядке, поскольку именно данная сделка являлась основанием для государственной регистрации ипотеки на недвижимое имущество, находящееся в совместной собственности супругов ФИО5.

Получение ФИО1 нотариального согласия от супруги ФИО3 на заключение дополнительного соглашения к договору залога (ипотеки) не требовалось, т.к. оспариваемое дополнительное соглашение от 28.12.2016 не подлежало обязательной государственной регистрации (и не было зарегистрировано).

Ответчиками ООО «Вега» и ПАО «Сбербанк России» заявлено о применении срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 (в ред. от 7 февраля 2017 г.) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО6 ссылалась на то, что о факте заключения дополнительного соглашения к договору залога (ипотеки) от 26.12.2016 ей стало известно не ранее 27.02.2019 – даты вынесения решения Ленинским районным судом г. Ростова-на-Дону по гражданскому делу по иску ФИО1 к ООО «Вега» о прекращении обращения взыскания на предмет залога во внесудебном порядке и обращении взыскания на предмет залога путем продажи заложенного имущества с публичных торгов, опубликованным в сети интернет посредствам ГАС «Правосудие» и находящимися в открытом доступе, в разделе «Судебное делопроизводство». 

ФИО3 не была привлечена к участию в деле, в связи с чем, ранее о заключенном дополнительном соглашении ей не было известно.

Ответчик ПАО «Сбербанк России», заявляя о применении срока исковой давности, ссылается на тот факт, что истец, как член совета директоров ПАО «Гефест-Ростов» дала одобрение на заключение кредитного договора, одним из отлагательных условий которого являлось условие о внесудебной реализации заложенного имущества. Денежные средства Банком были перечислены юридическом улицу 28.12.2016 – после выполнения всех условий для получения кредита. Таким образом, ФИО3 достоверно знала или должна была знать, что основным из условий, по которому ПАО «Гефест-Ростов» выдана значительная сумма денежных средств, является залог имущества, нажитого супругами в браке, и в том числе, на условиях дополнительного соглашения к договору ипотеки о внесудебном порядке реализации имущества. 

Ответчик ООО «Вега» ссылается на то, что учитывая значительное количество объектов недвижимого имущества (37), находящихся в совместной собственности супругов, истец, действуя добросовестно и разумно в своих интересах, должна была проявить интерес к правой судьбе данных объектов с момента дачи нотариального согласия на заключение договора залога (ипотеки), т.е. с 24.12.2016. 

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд полагает, что в данном случае, к оспариваемому дополнительному соглашению, подлежат применению положения об оспоримости сделки, срок исковой давности по которой составляет 1 год.

При этом, суд соглашается с позицией ответчиков о том, что истец, являясь собственником 37 объектов недвижимого имущества, должны была проявить осмотрительность и знать о судьбе указанных объектов недвижимости еще в декабре 2016 года.

В связи с указанным, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленным исковым требованиям, соответственно, они не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Рожковой ОВ к ФИО1, ПАО «Сбербанк России», ООО «Вега» о признании недействительным дополнительного соглашения к договору ипотеки, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 26 августа 2019 года.

Судья Кукленко С. В.