Судья Пронькин В.А. № 22-6438/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ставрополь 18 декабря 2020 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Краснопеева С.В.,

при секретаре судебного заседания Кийло Г.И.,

помощнике судьи Поповой Я.О.,

с участием

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Ставропольского края Сборец Н.А.,

обвиняемых ФИО и ФИО1, посредством видеоконференц-связи, 

адвокатов Мохова Н.И. и Сыроватко С.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя Будённовского межрайонного прокурора Ставропольского края Борисенко Т.Г., апелляционные жалобы адвоката Петровой Н.Ю. и Рудомановой И.В. на постановление Будённовского городского суда Ставропольского края от 26 октября 2020 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО,

ФИО1,

возвращено Будённовскому межрайонному прокурору Ставропольского края для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению в судебном заседании;

мера пресечения в виде заключения под стражу ФИО и ФИО1 оставлена без изменения; срок содержания их под стражей продлен до 31 декабря 2020 года,

установил:

Будённовским городским судом Ставропольского края в предварительном слушании принято решение о возвращении уголовного дела в отношении ФИО и ФИО1 прокурору в связи с нарушением права обвиняемых на защиту в стадии досудебного производства и несоответствия обвинительного заключения требованиям уголовно-процессуального закона.

В апелляционном представлении заместитель Будённовского межрайонного прокурора Ставропольского края Борисенко Т.Г. считает постановление незаконным. Указывает, что между показаниями ФИО и ФИО1 существенных противоречий не имеется, на протяжении всего следствия они признавали вину в совершении преступлений в полном объеме, в судебном заседании просили не отводить адвоката Ляшенко Н.А. от участия в уголовном деле, указывая, что их права не были нарушены. Таким образом, требования п. 3 ч. 1 и ч. 2 ст. 72 УПК РФ на стадии предварительного следствия соблюдены. Полагает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, поскольку следователь указал все сведения, необходимые для постановления приговора: место и время совершения преступлений, способ, мотивы, цели, последствия и иные имеющие значение для дела обстоятельства. Указывает, что противоречия в описании деяний, на которые суд сослался в постановлении, могли быть устранены в судебном заседании и не являлись основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Кроме того, обращает внимание, что резолютивная часть постановления не содержит сведений о пункте и статье уголовно-процессуального закона, на основании которых суд вернул уголовное дело прокурору. Просит постановление отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство. 

В апелляционной жалобе адвокат Петрова Н.Ю. считает постановление суда незаконным. Указывает, что ФИО1 и ФИО полностью признали вину в инкриминируемых деяниях, высказывались о том, что их право на защиту не было нарушено, желали рассмотреть уголовное дело по существу. Кроме того, полагает, что суд незаконно продлил срок содержания ФИО1 под стражей, не выяснил мнение подсудимого по поводу меры пресечения, не обсудил возможность применения более мягкой меры пресечения. Указывает, что судом не установлены основания для продления срока содержания под стражей, не установлены обстоятельства, предусмотренные в ст. ст. 97, 99 УПК РФ. Просит постановление отменить, дело направить на рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. 

В апелляционной жалобе адвокат Рудоманова И.В. считает постановление суда незаконным. Указывает, что судом не исследованы и не изучены материалы уголовного дела, а также основания правомерности продления срока содержания ФИО под стражей, не приведены доказательства, свидетельствующие о невозможности избрания ФИО более мягкой меры пресечения. Просит постановление отменить, избрать в отношении ФИО меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу проживания. 

В судебном заседании прокурор Сборец Н.А., адвокаты Мохов Н.И. и Сыроватко С.Н., обвиняемые ФИО и ФИО1 поддержали доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, при этом прокурор полагала, что оснований для изменения меры пресечения ФИО и ФИО1 не имеется, адвокаты и обвиняемые считали необходимым изменить меру пресечения на более мягкую. 

Выслушав стороны, рассмотрев доводы апелляционных представления и жалоб, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ основаниями для возвращения дела прокурору являются такие нарушения, допущенные при составлении обвинительного заключения, которые исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, неустранимые в судебном заседании.

В данном случае основаниями для возвращения уголовного дела прокурору суд первой инстанции посчитал нарушение прав обвиняемых ФИО и ФИО1 на защиту на стадии досудебного производства, а также несоответствие обвинительного заключения требованиям ст. 220 УПК РФ. 

Как следует из материалов дела, адвокат Ляшенко Н.А. на основании двух ордеров, выданных 10 июля 2020 года, был допущен следователем СО ОМВД России в качестве защитника ФИО и ФИО1, подозреваемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, и первоначально принял участие 11 июля 2020 года при допросе ФИО в качестве подозреваемого, а 13 июля 2020 года – при допросе ФИО1 в качестве подозреваемого.

Исходя из содержания протоколов допросов, суд первой инстанции пришел к выводу, что в показаниях ФИО и ФИО1 имелись явные и существенные противоречия, касающиеся отношения последних к подозрению. В частности, суд посчитал, что ФИО в своих показаниях фактически отрицал свою причастность к преступлению, а ФИО1 – не только признавал свою вину в совершении преступления, но и указывал о его совершении совместно с ФИО 

Суд посчитал, что установленные противоречия между интересами ФИО и ФИО1 на начальной стадии расследования уголовного дела, являлись основанием для того, чтобы адвокат Ляшенко Н.А. устранился от участия в защите ФИО1, поскольку он ранее уже принял участие в защите ФИО с целью недопущения нарушения прав последнего на защиту, а следователь Астахова Н.С. обязана была на основании п. 3 ч. 1, ч. 2 ст. 72 УПК РФ рассмотреть и разрешить вопрос об отводе адвоката Ляшенко Н.А. от участия в защите ФИО1, учитывая, что его защиту он стал осуществлять после фактического начала защиты ФИО

Вместе с тем, выводы суда о том, что адвокат Ляшенко Н.А. одновременно защищал ФИО и ФИО1, интересы которых противоречат друг другу, что повлекло нарушение права на защиту, признаются судом апелляционной инстанции необоснованными.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявятся противоречия (признание обвинения одним и оспаривание другим по одним и тем же эпизодам дела; изобличение одним обвиняемым другого и т.п.), то такой адвокат подлежит отводу.

Действительно, ФИО и ФИО1 защищал один и тот же адвокат Ляшенко Н.А. Однако, показания ФИО и ФИО1 в качестве подозреваемых, а затем и в качестве обвиняемых, полученные в ходе предварительного следствия с участием адвоката Ляшенко Н.А., каких-либо противоречий, относительно излагаемых ими фактических обстоятельств и признания вины, не содержат. 

Как установлено судом апелляционной инстанции, при первоначальном допросе 11 июля 2020 года ФИО давал показания по обстоятельствам дела, не отрицая своей причастности к совершению деяния, в котором его подозревали, при этом не помнил ряда обстоятельств, поскольку на момент задержания находился в состоянии опьянения. Позиция допрошенного 13 июля 2020 года ФИО1 не противоречила позиции ФИО, он на момент задержания также находился в состоянии опьянения, не помнил некоторых моментов, но более подробно показал об обстоятельствах, о которых допрашивался.

В судебном заседании как суда первой, так и апелляционной инстанции, ФИО и ФИО1 настаивали на том, что участие в деле адвоката Ляшенко Н.А. не нарушало их право на защиту, поскольку на следствии они признали себя виновными, просили суд не отводить адвоката Ляшенко Н.А. от участия в уголовном деле и рассмотреть уголовное дело с его участием, а адвокат не оказывал на них какого-либо давления и не проявлял заинтересованность в исходе дела. 

Таким образом, обстоятельств, предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 72, ч. 6 ст. 49 УПК РФ, исключающих участие адвоката Ляшенко Н.А. в качестве защитника обвиняемых ФИО и ФИО1 по данному делу не имелось. 

Выводы суда о том, что обвинительное заключение по уголовному делу не соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, поскольку содержит противоречия между описанием деяний ФИО и ФИО1 и квалификацией их действий, по мнению суда апелляционной инстанции не являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Возвращая дело прокурору, суд установил, что в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых и в обвинительном заключении указано на умысел ФИО и ФИО1 на незаконные приобретение и хранение наркотического средства марихуана массой 351,40 грамма в крупном размере, без цели дальнейшего сбыта. Однако ФИО и ФИО1 также вменяются незаконные приобретение и хранение частей растений, содержащих наркотические средства конопля (Cannabis) массой 217,30 грамма, совершенные в крупном размере, то есть самостоятельный признак преступления, указанный в диспозиции ч. 1 ст. 228 УК РФ. При этом не указывается об умысле обвиняемых на совершение действий в отношении частей растений, содержащих наркотические средства, что по мнению суда, свидетельствует о нарушении требований п. 3 и п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения. Вместе с тем, таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые препятствовали принятию решения по представленному обвинительному заключению, не имеется.

Как следует из содержания представленного обвинительного заключения, в соответствии с требованиями п. 3 и п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в нем изложены существо обвинения ФИО и ФИО1, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за преступление. Препятствий для принятия судом итогового решения по данному заключению не имелось, поскольку указанные судом недостатки, в случае необходимости, могли быть устранены в судебном заседании.

При таких обстоятельствах, принятое судебное постановление нельзя признать законным, оно подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, фактическим обстоятельствам дела, то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 389.15 УПК РФ, а уголовное дело – передаче в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

Разрешая вопрос о мере пресечения ФИО и ФИО1, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Постановлением Будённовского городского суда Ставропольского края от 15 июля 2020 года ФИО и ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой неоднократно продлевался, а обжалуемым постановлением продлен до 31 декабря 2020 года. 

В соответствии со ст. 255, ч. 1 ст. 110 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого; мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ.

При продлении срока содержания ФИО и ФИО1 под стражей, суд учитывал, что при изменении меры пресечения они с высокой вероятностью скроются от суда, тяжесть обвинения, сведения о личности, их возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для изменения избранной меры пресечения. Поэтому апелляционные жалобы адвокатов в части меры пресечения не могут быть признаны обоснованными.

Не изменились основания для избрания ФИО и ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции. По убеждению суда апелляционной инстанции мера пресечения в виде домашнего ареста не сможет обеспечить надлежащее поведение обвиняемых в период рассмотрения уголовного дела в суде. 

Учитывая, что срок содержания ФИО и ФИО1 под стражей продлен до 31 декабря 2020 года, однако данного срока явно недостаточно для рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, учитывая все обстоятельства, влияющие на разрешение вопроса о мере пресечения, в том числе данные о личности обвиняемых, суд апелляционной инстанции считает необходимым продлить его на два месяца со дня вынесения данного апелляционного постановления, то есть до 18 февраля 2021 года, считая данный срок разумным для рассмотрения уголовного дела. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 108, 109, 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

постановил:

постановление Будённовского городского суда Ставропольского края от 26 октября 2020 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО и ФИО1 прокурору для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению в судебном заседании, отменить;

уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе;

меру пресечения обвиняемым ФИО и ФИО1 оставить без изменения, продлив срок содержания их под стражей на два месяца, то есть до 18 февраля 2021 года;

апелляционное представление прокурора удовлетворить. 

Постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий С.В. Краснопеев