П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

<

адрес> 10 апреля 2017 года

Судья 

<

адрес> Назаров И.В.

с участием государственного обвинителя прокуратуры 

<

адрес> ФИО21, 

потерпевших ФИО12, ФИО4, ФИО3,

подсудимого ФИО22, 

защитника Гаманковой М.Д., представившей удостоверение № и ордер №, выданный Коллегией адвокатов 

<

адрес>,

при секретаре Колесниковой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению 

ФИО22 ФИО3, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданина РФ, состоящего в браке, имеющего двоих малолетних детей 

<

дата> года рождения и 

<

дата> года рождения, со средним образованием, официально не трудоустроенного, зарегистрированного в 

<

адрес> фактически проживавшего в 

<

адрес>, судимого

22.12.2015 года по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам на срок 180 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 1 год 4 месяца,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО22 совершил убийство трех лиц - ФИО1, 

<

дата> года рождения, ФИО2, 

<

дата> года рождения, и ФИО5, 

<

дата> года рождения.

Преступление совершено в 

<

адрес> 

<

дата> при следующих обстоятельствах:

<

дата> в утреннее время ФИО22 совместно с ФИО1, ФИО5 и ФИО2 распивал спиртные напитки в квартире ФИО1 по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. В период времени с 07.56 часов до 08.00 часов ФИО22, ФИО1 и ФИО2 посетили с целью приобретения продуктов и спиртного магазин «Екатерина», расположенный по 

<

адрес>, после чего вернулись в квартиру ФИО1 и продолжили распитие спиртного вместе с остававшимся в квартире ФИО5. 

После совместного употребления спиртных напитков в период времени примерно с 08.00 часов до 10.00 часов 

<

дата>, более точное время не установлено, у ФИО22, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, на почве возникшей по отношению к ФИО1, ФИО2 и ФИО5 неприязни возник умысел, направленный на их убийство.

Реализуя умысел, направленный на убийство трех лиц, ФИО22 в период времени примерно с 08.00 часов до 10.00 часов 

<

дата>, находясь в комнате квартиры по адресу: 

<

адрес>, с целью лишения жизни нанес ФИО1 имевшемся при нем туристическим ножом не менее одного удара в грудную клетку спереди и не менее семнадцати ударов неустановленным удлиненным металлическим предметом по голове, лицу, обоим верхним и правой нижней конечностям, и убил ее.

Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия в результате открытой черепно-лицевой травмы с множественными фрагментарно-оскольчатыми переломами костей носа, верхней и нижней челюсти, лобных костей, височной и затылочной костей справа, с гематомой в правой височной области, с множественными ушибами и кровоизлияниями в веществе головного мозга в лобных областях, височной и затылочной областях справа, в теменной области справа, в стволе головного мозга, с кровоизлияниями в желудочки головного мозга. Причиненная открытая черепно-лицевая травма находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и по признаку вреда, опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Кроме того, ФИО1 в результате действий ФИО22 были причинены одиночное проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева со сквозным повреждением верхней доли левого легкого, осложнившееся развитием левостороннего гемоторакса (в левой плевральной полости около 200 мл крови), которое в прямой причинной связи с наступившей смертью не состоит, но по признаку вреда, опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью, открытый перелом верхней трети правой локтевой кости, квалифицирующийся как вред здоровью средней тяжести, множественные ссадины и кровоподтеки на верхних и нижних конечностях, поверхностная рана правой ушной раковины, которые расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

После убийства ФИО1 ФИО22 прошел в коридор квартиры, где находился ФИО2, и с целью лишения жизни нанес ему туристическим ножом не менее двадцати трех ударов в голову, грудную клетку, боковую поверхность живота, поясничную область, верхние конечности, сломав во время нанесения ударов клинок ножа, а также нанес не менее двадцати семи ударов по голове и лицу ФИО2 неустановленным удлиненным металлическим предметом, и убил его.

Смерть ФИО2 наступила на месте происшествия в результате открытой черепно-мозговой травмы с фрагментарно-оскольчатыми переломами височной и затылочной костей черепа справа с переходом на основание черепа, с повреждением твердой и мягкой мозговых оболочек, множественными участками размозжения вещества головного мозга, гематомами в правой височно-теменной и височной области, кровоизлияниями в височной, теменной, лобной и затылочных долях мозга справа, ушибами головного мозга в височной и затылочной долях справа. Причиненная открытая черепно-мозговая травма находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и по признаку вреда, опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Кроме того, ФИО2 в результате действий ФИО22 были причинены ушибленные раны волосистой части головы, правого глаза, непроникающие колото-резаные раны волосистой части головы, грудной клетки слева, боковой поверхности живота справа, поясничной области справа, резаные раны ладонных поверхностей правой и левой кисти, которые квалифицируются как легкий вред здоровью, осаднение волосистой части головы в лобной области, которое расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью.

После этого ФИО22 прошел в кухню квартиры, где в состоянии алкогольного опьянения находился ФИО5, и с целью лишения жизни нанес ФИО5 неустановленным удлиненным металлическим предметом не менее семи ударов в область головы и убил его.

Смерть ФИО5 наступила на месте происшествия в результате открытой тупой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под твердую мозговую оболочку, множественными фрагментарно-оскольчатыми переломами костей свода и основания черепа. Причиненная тупая черепно-мозговая травма состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и по признаку вреда, опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Кроме того, ФИО5 в результате действий ФИО22 были причинены ушибленные раны передней поверхности правой ушной раковины, которые квалифицируются как легкий вред здоровью, поверхностная рана в проекции сосцевидного отростка справа, которая расценивается как повреждение, не причинившие вред здоровью. 

После убийства ФИО1, ФИО2 и ФИО5 ФИО22 покинул место происшествия, забрав с собой предметы, использованные при совершении убийства.

В судебном заседании подсудимый ФИО22 первоначально вину не признал, утверждая о своей непричастности к убийству ФИО1, ФИО2 и ФИО5 ФИО22 настаивал, что утром 

<

дата> он ушел из квартиры по 

<

адрес>, ФИО1, ФИО5 и ФИО2 оставались в квартире и распивали спиртное. Вернулся ФИО22 в квартиру примерно через час или полтора, при входе в квартиру неизвестный мужчина нанес ему удары по голове, от которых ФИО22 потерял сознание, придя в себя, он обнаружил в квартире трупы ФИО1, ФИО2 и ФИО5, которых вероятно убил неизвестный мужчина, ударивший ФИО22.

В дальнейшем, давая в судебном заседании показания по существу обвинения, подсудимый ФИО22 изменил свою позицию и признал, что находился в квартире ФИО1 во время убийства пострадавших. При этом ФИО22 утверждал, что ФИО1 и ФИО5 убил ФИО2 в ходе ссоры с ними, ФИО2 пытался убить и ФИО22, ФИО22 совершил убийство ФИО2 обороняясь от него.

Суд отмечает, что подобные версии случившегося ФИО22 высказывал и в ходе предварительного следствия, при этом в ходе допросов и иных следственных действий неоднократно менял показания о своей роли в произошедших событиях.

При этом в ходе предварительного следствия и в судебном заседании ФИО22 давал последовательные показания об обстоятельствах не связанных непосредственно с убийством ФИО1, ФИО5 и ФИО2

Так, ФИО22 не отрицал, что 

<

дата> пришел к своей знакомой ФИО1 на 

<

адрес>, ночевал в ее квартире с 

<

дата>, вместе с ФИО1, ее сожителем ФИО5 и пришедшим в гости к ФИО1 ФИО2 распивал спиртное, ходил вместе с ФИО1 и ФИО2 в магазин «Екатерина» 

<

адрес>, чтобы приобрести спиртное и продукты.

Однако о дальнейших событиях, произошедших утром 

<

дата> после возвращения из магазина «Екатерина» в квартиру ФИО1, ФИО3 давал крайне противоречивые показания.

Так при допросе в качестве подозреваемого 

<

дата> ФИО22 утверждал, что в день происшествия ушел из квартиры ФИО1 примерно в 08 часов утра, а когда вернулся, находившийся в квартире незнакомый мужчина ударил его по голове, от чего ФИО22 потерял сознание. Очнувшись, ФИО22 обнаружил, в квартире трупы ФИО2, ФИО5 и ФИО1, которая перед смертью назвала ему имя ФИО2 (т.6, л.д. 60-66).

В явке с повинной 

<

дата> ФИО22 признал, что находился в квартире ФИО1 в момент смерти пострадавших, наносил удары ножом ФИО2 и удары трубой ФИО5, однако утверждал, что защищался от них. ФИО22 в явке с повинной указал, что примерно в 10 часов утра 

<

дата> после распития спиртного лег спать в одной из комнат квартиры ФИО1, проснулся от того, что ФИО2 металлической трубой наносил удары ФИО1 по голове. ФИО3 стал драться с ФИО2, в ходе борьбы вырвал у него из рук трубу, нанес ножом, который достал из кармана своей одежды, несколько ударов в тело и лицо ФИО2 ФИО5 также пытался ударить ФИО22, и ФИО22 нанес ему несколько ударов трубой по голове. После случившегося ФИО22 и ушел из квартиры ФИО1 взяв с собой нож, которым наносил удары ФИО2, свою одежду ФИО22 в дальнейшем постирал, поскольку она была в крови (т.1, л.д. 71).

При дополнительном допросе в качестве подозреваемого 

<

дата> ФИО22 в основном подтвердил содержание своей явки с повинной, однако стал утверждать, что не наносил ударов ФИО5 При этом ФИО22 признал, что наносил удары ФИО2 не только ножом, но и трубой, которую отобрал у него, и однозначно пояснял, что достал нож, которым нанес удары ФИО2, из кармана своей одежды (т.6, л.д. 71-82). 

При проверке показаний на месте 

<

дата>, ФИО22 стал утверждать, что после распития спиртного он в состоянии алкогольного опьянения уснул не в комнате, а за столом в кухне квартиры ФИО1 Проснулся от того, что ФИО2 в кухне наносил металлической трубой удары по голове ФИО1 ФИО5 в это время лежал на полу кухни возле окна. Признавая нанесение ФИО2 ударов ножом и трубой, которую отобрал у него, ФИО22 утверждал, что взял нож на столе в кухне, пояснял при этом, что ФИО2 ФИО1 и ФИО5 наносил удары только трубой, других предметов в руках ФИО2 не было (т.6, л.д. 83-101).

При допросе в качестве обвиняемого 

<

дата> ФИО22 вновь стал утверждать, что после употребления алкоголя уснул не в кухне, а в комнате квартиры ФИО1, что именно в этой комнате, а не в кухне, ФИО2 нанес удары трубой по голове ФИО1. ФИО22 утверждал, что достал нож из кармана своей одежды, чтобы защитить себя и ФИО1 признавал, что нанес ФИО2 удары ножом и отобранной у него металлической трубой, но отрицал нанесение ударов ФИО5 ФИО22 утверждал, что ФИО5 во время происшедшего оказался стоящим между ним и ФИО2 и удары трубой ФИО5 мог нанести только ФИО2 (т.6, л.д.144-148). 

При допросе в качестве обвиняемого 

<

дата> ФИО22 вернулся к своей первоначальной версии и вновь стал утверждать, что в момент убийства ФИО1, ФИО5 и ФИО2 в квартире ФИО1 не находился, ушел из ее квартиры примерно в 09 часов утра 

<

дата> и вернулся примерно в 11 часов 

<

дата>. Когда он вошел в коридор квартиры, неизвестный мужчина высокого роста ударил его в челюсть, а затем по затылку, от чего ФИО22 потерял сознание. Очнувшись, он обнаружил в квартире трупы ФИО1, ФИО5 и ФИО2, прикасался к ним, чтобы проверить, живы ли они и испачкал одежду в их крови, после чего ушел из квартиры (т.6, л.д.202-211).

Анализируя исследованные показания ФИО22, суд отмечает крайнюю непоследовательность его позиции в отношении инкриминируемого деяния, поскольку ФИО22 как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании выдвигались различные и противоречащие его собственным показаниям версии случившегося - от утверждений об отсутствии на месте происшествия в момент убийства пострадавших до доводов об обороне от ФИО2 и ФИО5 

Несмотря на непризнание ФИО22 вины в совершении убийства трех лиц, его вина в совершении убийства ФИО1, ФИО5 и ФИО2 подтверждается совокупностью исследованных доказательств по делу.

Обстоятельства убийства ФИО1, ФИО5 и ФИО2, время и обстоятельства обнаружения их трупов подтверждаются следующими исследованными судом доказательствами:

- показаниями свидетеля ФИО6, проживающей по адресу: 

<

адрес> о том, что днем 

<

дата> она заметила, что дверь квартиры ее соседки ФИО1 открыта. Дверь оставалась открытой в течение нескольких дней, поэтому 

<

дата> ФИО11 позвонила родственнице ФИО1 - ФИО7 и сообщила об этом;

- показаниями свидетеля ФИО7 о том, что днем 

<

дата> ей позвонила соседка ее родственницы - ФИО1, и сообщила, что дверь в квартиру ФИО1 открыта в течение нескольких дней. ФИО7 вместе с мужем приехала в квартиру ФИО1, обнаружила в квартире трупы, в том числе труп ФИО1, и сообщила о случившемся в полицию;

- протоколом осмотра места происшествия – двухкомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес>, находящейся на первом этаже двухэтажного жилого дома и имеющей отдельный вход с улицы через деревянный пристрой. 

В коридоре при входе в квартиру обнаружен труп неустановленного мужчины с признаками насильственной смерти в виде ран в затылочной части головы, в поясничной области, на правой боковой поверхности живота и на лице. Под трупом в луже вещества бурого цвета (крови) обнаружен фрагмент клинка ножа. На двери в первую от входа в квартиру комнату, головой к которой лежит труп, обнаружены брызги вещества бурого цвета (крови), на поверхности стены коридора, в которой расположена указанная дверь, множественные пятна того же вещества на высоте до 45 см от пола. В первой от входа комнате квартиры расположение предметов обстановки не нарушено, следов бурого вещества (крови) не обнаружено.

Во второй от входа комнате на диване обнаружен находящийся в полусидящем положении труп ФИО1, 

<

дата> года рождения, с признаками насильственной смерти в виде ран в области головы, раны на передней поверхности грудной клетки слева. На подлокотнике дивана рядом с трупом ФИО1, подлокотнике и сиденье кресла, стоящего возле места обнаружения трупа, обнаружены следы вещества бурого цвета (крови) в виде брызг и пятен различной формы и размеров, между диваном и креслом, на полу подсохшая лужа того же вещества. В ходе осмотра места происшествия изъята кофта с трупа ФИО1 

В кухне квартиры на полу обнаружен труп ФИО5, 

<

дата> года рождения, с признаками насильственной смерти в виде повреждений в области волосистой части головы. Возле головы трупа на полу, батарее и стене обнаружены многочисленные следы вещества бурого цвета (крови) в виде капель, потеков и брызг, следы того же вещества обнаружены на холодильнике на высоте до 30 см от уровня пола. В кухне на столе обнаружены два ножа – с пластиковой черной рукоятью и деревянной рукоятью, следов вещества бурого цвета на ножах не обнаружено. 

При осмотре на полу коридора квартиры обнаружены семь фрагментов следов обуви в виде отпечатков, образованных веществом бурого цвета (т.1, л.д. 73-104);

- протоколом опознания, в ходе которого труп неустановленного мужчины, обнаруженный в квартире по адресу: 

<

адрес>, опознан ФИО3 как ее брат ФИО2, 

<

дата> года рождения (т.2, л.д. 78-79);

- протокол выемки, в ходе которой в помещении 

<

адрес> изъяты спортивная кофта с капюшоном, спортивная кофта и рубаха с трупа ФИО2 (т.1, л.д. 142-147);

- заключением трассологической экспертизы, исследовавшей следы крови, зафиксированные путем фотографирования при осмотре квартиры по 

<

адрес>, согласно которому 

следы, зафиксированные на двери в первую комнату квартиры (возле трупа ФИО2) и следы на сидении кресла во второй комнате (возле трупа ФИО1), являются брызгами, образованными в результате разбрызгивания вещества следа из интенсивного источника (повреждений на теле, ударах предмета по скоплению вещества следа);

следы на подлокотнике кресла (возле трупа ФИО1), являются помарками и брызгами. Помарки образованы в результате контактного взаимодействия с ограниченной поверхностью предмета, интенсивно окрашенного веществом следа (пучки волос). Брызги образовались в результате разбрызгивания вещества следа из интенсивного источника (повреждений на теле, ударах предмета по скоплению вещества следа);

следы на холодильнике и батарее в кухне (возле трупа ФИО5) являются помарками, образованы в результате динамического контактного взаимодействия с поверхностью предмета, интенсивно окрашенного веществом следа (руки, голова человека);

следы на стене кухни (возле трупа ФИО5), являются брызгами, образованными в результате разбрызгивания вещества следа из интенсивного источника (повреждений на теле, ударах предмета по скоплению вещества следа) (т. 5, л.д. 103-104);

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1, согласно которому на трупе обнаружены телесные повреждения в виде 

открытой черепно-лицевой травмы с наличием ссадин и кровоподтеков на лице, множественных ушибленных ран волосистой части головы, кровоизлияниями в кожно-мышечный лоскут головы, субдуральной гематомой в правой височной области, множественными кровоизлияниями и ушибами вещества головного мозга в лобных областях, в височной и затылочной областях справа, в теменной области справа, в стволе головного мозга, кровоизлияниями в желудочки головного мозга, множественными фрагментарно-оскольчатыми переломами лобных костей, височной и затылочной костей справа, множественными фрагментарно-оскольчатыми переломами костей носа, верхней челюсти справа и слева, нижней челюсти справа. Данная открытая черепно-лицевая травма возникла прижизненно незадолго до наступления смерти от 11 воздействий твердого тупого предмета, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью;

одиночного проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, сквозным повреждением верхней доли левого легкого, осложнившееся развитием левостороннего гемоторакса (в левой плевральной полости около 200 мл крови). Данное повреждение возникло прижизненно, от одного воздействия плоского клинка колюще-режущего орудия, имеющего лезвие и обух толщиной около 1,5 мм, в прямой причинной связи с наступившей смертью не состоит, отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью;

открытого перелома верхней трети правой локтевой кости. Данное повреждение возникло прижизненно, от одного воздействия твердого тупого предмета, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоит, вызывает временную нетрудоспособность продолжительностью более 21 дня и по указанному признаку квалифицируется как вред здоровью средней тяжести;

ссадин на тыльной поверхности левого предплечья, на тыльных поверхностях 2, 3, 4 пальцев левой кисти, на передней поверхности правого бедра, кровоподтека на задней поверхности правого предплечья, поверхностной рана мочки правой ушной раковины. Данные повреждения возникли прижизненно, не менее чем от 5 воздействий твердого тупого предмета, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Все указанные телесные повреждения могли возникнуть одновременно в короткий промежуток времени. Телесные повреждения в виде ссадин на тыльной поверхности левого предплечья, на тыльных поверхностях пальцев левой кисти, на передней поверхности правого бедра, кровоподтека на задней поверхности правого предплечья и открытого перелома верхней трети правой локтевой кости могут свидетельствовать о возможной самообороне. 

Причиной смерти ФИО1 явилась вышеуказанная открытая черепно-лицевая травма, после причинения которой смерть пострадавшей наступила в короткий промежуток времени. Учитывая тяжесть открытой черепно-лицевой травмы, сопровождавшейся переломами свода, основания и лицевых костей черепа, совершение пострадавшей после ее получения каких-либо самостоятельных действий полностью исключено. Давность наступления смерти не более 2-2,5 суток к моменту осмотра трупа на месте происшествия (согласно карте осмотра трупа время его начала 19.10 часов 

<

дата>).

При судебно-химическом исследовании в крови и моче трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации, которая при соответствующих клинических проявлениях вызывает алкогольное опьянение тяжелой степени (т.3, л.д. 144-149).

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому на препаратах кожи волосистой части головы ФИО1 обнаружены 3 ушибленные раны с признаками воздействии удлиненной поверхности (неострого ребра, закругленного цилиндра) с зоной контакта 37-40 мм и 3 ушибленные раны с признаками действия ребра твердого тупого предмета длиной около 35 мм. Указанные ушибленные раны могли быть причинены одним предметом при изменяющихся условиях следообразования (другой угол нанесения удара, нанесение удара другой областью предмета).

На препарате кожи с передней поверхности грудной клетки трупа ФИО1 обнаружена колото-резаная рана с признаками воздействия плоского клинка колюще-режущего орудия, имеющего лезвие и обух толщиной около 1,5 мм. Причинение данной колото-резаной раны возможно представленным на исследование клинком ножа (фрагментом клинка, обнаруженным на месте происшествия – в квартире по адресу: 

<

адрес> под трупом ФИО2) Признаков причинения данной раны обнаруженными на месте происшествия ножами с черной пластиковой рукоятью и деревянной рукоятью не установлено (т.3, л.д.153-161);

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2, согласно которому на трупе обнаружены телесные повреждения в виде 

открытой черепно-мозговой травмы с наличием множественных ушибленных ран волосистой части головы, кровоизлияний в кожно-мышечный лоскут головы, фрагментарно-оскольчатыми переломами височной и затылочной костей черепа справа с переходом на основание с повреждением твердой и мягкой мозговых оболочек, множественными участками размозжения вещества головного мозга, гематомами в правой височно-теменной и височной области, кровоизлияниями в височной, теменной, лобной и затылочных долях справа, ушибами головного мозга в височной и затылочной долях справа. Данная открытая черепно-мозговая травма возникла прижизненно, незадолго до наступления смерти, не менее чем от 24 воздействий твердого тупого предмета, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью;

ушибленных ран волосистой части головы, правого глаза, непроникающих колото-резаных ран волосистой части головы, грудной клетки слева, боковой поверхности живота справа, поясничной области справа, резаных ран ладонных поверхностей обеих кистей. Данные повреждения являются прижизненными, возникли незадолго до наступления смерти, при этом ушибленные раны возникли от 2 воздействий твердого тупого предмета, колото-резаные и резаные раны возникли от 6 воздействий предмета, имеющего острую кромку или лезвие. Указанные повреждения в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят, как в отдельности, так и в совокупности повлекли расстройство здоровья продолжительностью до 21 дня и по указанному признаку квалифицируются как легкий вред здоровью; 

осаднения на волосистой части головы в лобной области справа, которое возникло прижизненно, незадолго до наступления смерти, от одного воздействия твердого тупого предмета, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоит и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

Все указанные телесные повреждения могли возникнуть одновременно в короткий промежуток времени. Исходя из характера и расположения повреждений пострадавший при получении открытой черепно-мозговой травмы был обращен по отношению к травмирующему предмету передней, правой и правой задней поверхностями туловища. Обнаруженные резаные раны ладонных поверхностей обеих кистей могут свидетельствовать о возможной самообороне. 

Причиной смерти ФИО2 явилась вышеуказанная открытая черепно-мозговая травма, после причинения которой смерть пострадавшего наступила в короткий промежуток времени. Учитывая тяжесть открытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся переломами свода и основания черепа, совершение потерпевшим после ее получения каких-либо самостоятельных действий полностью исключается. Давность наступления смерти не более 2-2,5 суток к моменту осмотра трупа на месте происшествия.

При судебно-химическом исследовании в крови и моче трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации, которая при соответствующих клинических проявлениях вызывает алкогольное опьянение сильной степени (т.3, л.д.167-172);

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому на препаратах кожи с головы ФИО2 обнаружены раны с признаками ушибленных, возникших в результате воздействия ограниченно-контактирующей поверхности твердого тупого предмета, также обнаружены три ушибленные раны с признаком действия ребра твердого тупого предмета, кроме того имеются раны с признаками ушиблено-рваных, возникших в результате воздействия ограниченно-контактирующей поверхности твердого тупого предмета. Указанные ушибленные раны могли быть причинены одним предметом при изменяющихся условиях следообразования (другой угол нанесения удара, нанесение удара другой областью предмета) (т.3, л.д. 178-185);

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО5, согласно которому на трупе обнаружены телесные повреждения в виде 

открытой тупой черепно-мозговой травмы, сопровождавшаяся множественными ушибленными ранами волосистой части головы, кровоизлияниями в кожно-мышечный лоскут головы и под твердую мозговую оболочку, множественными фрагментарно-оскольчатыми переломами костей свода и основания черепа. Данная открытая тупая черепно-мозговая травма возникла прижизненно, незадолго до наступления смерти от 4 воздействий твердого тупого предмета, состоит в прямой причинной связи с наступившей смертью, отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека и квалифицируется как тяжкий вред здоровью;

ушибленных ран передней поверхности правой ушной раковины, которые являются прижизненными, возникли в короткий промежуток времени незадолго до наступления смерти, от 2 воздействий твердого тупого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят и как отдельно каждая, так и в совокупности отнесены к критериям, характеризующим квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья и квалифицируются как легкий вред здоровью;.

кровоподтека на передней поверхности левой ушной раковины, поверхностной раны в проекции сосцевидного отростка справа, которые возникли прижизненно от 2 воздействий твердого тупого предмета, в причинной связи со смертью не состоят и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью человека.

Причиной смерти ФИО5 явилась вышеуказанная открытая тупая черепно-мозговая травма, после причинения которой смерть пострадавшего наступила в короткий промежуток времени. Учитывая тяжесть открытой тупой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся переломами свода и основания черепа, совершение каких-либо самостоятельных действий пострадавшим после ее получения полностью исключается. Давность наступления смерти в период до 2-3 суток к моменту осмотра трупа на месте его происшествия.

При судебно-химическом исследовании в крови и моче трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации, которая при соответствующих клинических проявлениях вызывает алкогольное опьянение смертельной степени (отравление) (т.3, л.д. 191-195); 

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому на препаратах кожи ФИО5 обнаружены ушибленные раны, возникшие от воздействия удлиненной поверхности твердого тупого предмета (неострого ребра, закругленного цилиндра), также обнаружены две ушибленные раны с признаками воздействия ограничено-контактирующей поверхности твердого тупого предмета, индивидуальные особенности которого не отобразились (т.3, л.д. 199-204);

- заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому наличие на препаратах кожи трупов ФИО1, ФИО2 и ФИО5 ран с признаками действия ребра со сходной длиной может свидетельствовать о причинении их одним предметом.

Колото-резаные (колотые) раны ФИО2 и ФИО1 могли быть причинены одним орудием при различной глубине погружения клинка (т.3, л.д. 209-215);

- заключениями трассологических экспертиз, согласно которым на кофте с трупа ФИО1 имеется повреждение на передней части, которое совпадает с одиночным проникающим колото-резаным ранением передней поверхности грудной клетки на теле ФИО1

На одежде ФИО2 имеются повреждения:

на спортивной куртке - повреждение спереди на левой полочке у проймы левого рукава, группа повреждений (не менее 15) на спинке справа с переходом на заднюю часть правого рукава, два повреждения на левом рукаве – сзади и в нижней части рукава; 

на спортивной кофте - три повреждения спереди на левой полочке у проймы левого рукава (образованы одномоментно, «в складку»), три повреждения на капюшоне (образованы одномоментно, «в складку»), группа повреждений (не менее 13) на спинке справа с переходом на заднюю часть правого рукава, повреждение на левом рукаве сзади; 

на рубашке - два повреждения – на левой полочке и на спинке.

Повреждение, расположенное спереди (у проймы левого рукава) спортивной куртки, три повреждения спортивной кофты, расположенные спереди (у проймы левого рукава, образованные одномоментно) и повреждение на левой полочке рубашки совпадают с непроникающей колото-резаной раной грудной клетки слева на теле ФИО2 

Остальные повреждения на одежде ФИО2 не нашли своего отражения на теле пострадавшего ФИО2, что объясняется разным уровнем следовоспринимающих участков (повреждения являются не проникающими).

Повреждения на исследуемой одежде являются колото-резаными и образованы в результате колюще-режущих ударов предметом, имеющим одну режущую кромку (лезвие) и одну тупую кромку (обух). Колото-резаные повреждения на исследуемой одежде могли быть образованы представленным на исследование клинком ножа (фрагментом клинка, обнаруженным на месте происшествия – в квартире по адресу: 

<

адрес> под трупом ФИО2), либо иным ножом, имеющим такие же характеристики (форма, размеры, особенность обработанной поверхности) (т.4, л.д. 47-58, 65-76).

Анализ протокола осмотра места происшествия в совокупности с заключениями судебно-медицинских, медико-криминалистических и трассологических экспертиз позволяет сделать вывод, что убийство каждого из пострадавших (ФИО1, ФИО2, ФИО5) произошло в месте обнаружения их трупов, поскольку именно вокруг их трупов обнаружено интенсивное разбрызгивание крови из повреждений в области головы пострадавших, при этом согласно выводам судебно-медицинских экспертиз пострадавшие после получения травм в области головы не могли передвигаться и совершать иные самостоятельные действия. 

Обнаружение при осмотре месте происшествия множественных пятен крови на стене рядом с трупом ФИО2 на высоте до 45 см от пола, пятен крови на холодильнике рядом с трупом ФИО5 на высоте до 30 см от уровня пола свидетельствуют, что удары по голове, вызвавшие обильное кровотечение, нанесены пострадавшим после того, как они упали на пол от первых ударов нападавшего. Удары по голове пострадавшей ФИО1 были нанесены, когда она сидела на диване, поскольку брызги и пятна крови обнаружены на подлокотниках дивана и кресла, сиденье кресла в непосредственной близости от головы ее трупа. 

Обнаружение при производстве экспертиз у ФИО1 телесных повреждений в виде ссадин на предплечье и кисти левой руки, кровоподтека на правом предплечье, открытого перелома правой локтевой кости, у ФИО2 резаных ран обоих ладоней свидетельствуют о том, что они пытались оборонятся от нападавшего. Наличие повреждений в области затылка у ФИО2, множественных колото-резаных повреждений на задней части его одежды, нахождение трупа в коридоре вблизи выхода из квартиры, свидетельствуют, что пострадавший в момент нанесения части ударов ножом и твердым тупым предметом пытался убежать из квартиры и был обращен спиной к нападавшему.

Обнаружение при осмотре места происшествия фрагмента клинка ножа, которым был нанесен удар в грудь ФИО1, под трупом ФИО2 свидетельствует, что вначале удар ножом был нанесен ФИО1, а затем нападавший нанес удары ножом ФИО2, сломав клинок ножа во время нанесения ему ударов возле выхода из квартиры.

Отсутствие следов борьбы и самообороны на трупе ФИО5 в совокупности с данными судебно-медицинской экспертизы о его состоянии алкогольного опьянения (концентрация алкоголя в крови и моче соответствующая алкогольному опьянению смертельной степени) свидетельствует, что ФИО5 в силу тяжелейшего алкогольного опьянения не мог обороняться от нападавшего или покинуть помещение кухни квартиры ФИО1 

Исследовав приведенные доказательства, суд приходит к выводу, что в квартире по 

<

адрес> первой была убита ФИО1, которой были нанесены удар ножом в грудь и удары тупым твердым предметом по голове, когда она сидела на диване в комнате квартиры, затем в коридоре квартиры был убит путем нанесения ударов ножом и тупым твердым предметом ФИО2, который пытался спастись от нападавшего и убежать из квартиры, после чего был убит путем нанесения ударов твердым тупым предметом по голове сидевший в кухне в состоянии тяжелейшего алкогольного опьянения ФИО5 

Факт нахождения ФИО22 в квартире по адресу 

<

адрес> в момент убийства ФИО1, ФИО2 и ФИО5, вина ФИО22 в совершении их убийства подтверждается исследованными судом доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО4 о том, что ФИО1 являлась его дочерью и проживала в 

<

адрес> Он совместно с дочерью не проживал и узнал о ее убийстве от сотрудников правоохранительных органов;

- показания свидетеля ФИО8 о том, что вечером 

<

дата> она приходила в гости к своей двоюродной сестре ФИО1, в квартире которой также находились сожитель ФИО1 ФИО5 и незнакомый ФИО8 мужчина по имени ФИО3 (в судебном заседании свидетель указала, что им являлся подсудимый ФИО22) ФИО1, ФИО5 и ФИО22 употребляли спиртное, ФИО22 говорил, что он «всех поит и кормит», спрашивал, будут ли ФИО1 или ФИО8 с ним за это рассчитываться. ФИО8 расценила слова ФИО22 как предложение интимной связи и покинула квартиру ФИО1;

- показаниями потерпевшей ФИО3 о том, что ФИО2 являлся ее братом и проживал совместно с ней в 

<

адрес>. ФИО3 с 

<

дата> находилась на работе, от мужа узнала, что 

<

дата> он увез ФИО2 по его просьбе в 

<

адрес>. Об убийстве ФИО2 ФИО3 узнала от сотрудников правоохранительных органов;

- оглашенными показаниями свидетеля ФИО9, о том, что утром 

<

дата> он на машине поехал из д. 

<

адрес> в 

<

адрес>, вместе с ним поехал брат его жены ФИО2 Примерно в 07.15 часов 

<

дата> ФИО3 высадил ФИО2 в микрорайоне 

<

адрес> 

<

адрес> возле магазина «Екатерина» (т.2, л.д. 135-137);

- протоколом осмотра местности, согласно которому магазин «Екатерина» расположен по адресу: 

<

адрес> расстояние от данного здания до 

<

адрес> составляет 200 метров (т.2, л.д. 193-197);

- показаниями свидетеля ФИО11, проживающей по адресу 

<

адрес>, и ее оглашенными показаниями, данными в ходе предварительного следствия (т.2, л.д. 178-181), о том, что 

<

дата> примерно в 08 часов она зашла в магазин «Екатерина», расположенный неподалеку от ее дома, и увидела свою соседку ФИО1 с двумя незнакомыми мужчинами. Один мужчина стоял рядом с ФИО1 возле входа в магазин, а второй рассчитывался на кассе за приобретенный товар. ФИО1 ушла из магазина вместе с обоими мужчинами;

- оглашенными показаниями свидетеля ФИО10, оперуполномоченного отделения 

<

данные изъяты>», о том, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий по факту убийства трех лиц в квартире по 

<

адрес> 

<

адрес> он осмотрел и скопировал видеозаписи с камер видеонаблюдения магазина «Екатерина» за 

<

дата> (т.2, л.д. 198-200);

- протоколом выемки, в ходе которой у свидетеля ФИО10 изъят CD-диск с видеозаписями камер видеонаблюдения из магазина «Екатерина» за 

<

дата> (т.2, л.д. 202-204);

- протоколом осмотра CD-диска с видеозаписями камер видеонаблюдения магазина «Екатерина» за 

<

дата>, в ходе которого установлено, что на файлах с видеозаписями сделанными в период времени с 07 часов 55 минут до 08 часов 00 минут 

<

дата> зафиксированы входящие в магазин лица, сходные по внешним данным с ФИО1, ФИО22 и ФИО2 На осмотренных видеозаписях лица сходные по внешним данным с ФИО1 и ФИО2 остаются у входа в магазин, а лицо сходное по внешним данным с ФИО22 проходит в помещение магазина, а затем подходит к кассе и рассчитывается за приобретенные товары, после чего все трое указанных лиц выходят из помещения магазина. Также на видеозаписи зафиксирована вошедшая в магазин женщина, сходная по внешним данным с ФИО11, которая проходит к находящемуся в магазине банковскому терминалу и несколько раз смотрит на лиц внешне сходных с ФИО1, ФИО2 и ФИО22. В момент, когда лица, сходные по внешним данным с ФИО1 ФИО2 и ФИО22 выходят из магазина, лицо сходное по внешним данным с ФИО11 остается в помещении магазина (т.2, л.д. 205-214).

В судебном заседании свидетель ФИО11 пояснила, что она в ходе предварительного следствия участвовала в дополнительном осмотре указанных видеозаписей (т.2, л.д. 216-218) и подтвердила, что именно она зафиксирована стоящей у банковского терминала на осмотренных видеозаписях от 

<

дата>.

В судебном заседании подсудимый ФИО22 подтвердил, что он действительно заходил утром 

<

дата> в магазин «Екатерина» 

<

адрес> вместе с ФИО1 и ФИО2, чтобы купить спиртное и продукты, и именно ФИО22, ФИО1 и ФИО2 зафиксированы на указанных видеозаписях камер видеонаблюдения магазина «Екатерина» за 

<

дата>;

- показаниями свидетеля ФИО16 и его оглашенными показаниями (т.2, л.д. 187-189) о том, что 

<

дата> он один находился в своей квартире по адресу: 

<

адрес> Примерно в 10 часов он находился в кухне и услышал из соседней 

<

адрес>, кухня которой имеет общую стену с их кухней, стоны, по его мнению, стонал мужчина, и звук примерно пяти глухих ударов, после которых звуки из квартиры прекратились. 

<

дата> он узнал, что в 

<

адрес> обнаружены трупы трех человек;

- показаниями потерпевшей ФИО12 о том, что ее погибший сын ФИО5 проживал с ФИО1 в 

<

адрес>, вход в квартиру ФИО1 и соседнюю 

<

адрес> осуществляется с улицы с торца дома. Утром 

<

дата> после 09 часов ФИО5 и ее дочь ФИО13 на своем автомобиле ВАЗ 2107 приехали к дому ФИО1, ФИО5 стала стучать в дверь и окна квартиры ФИО1, но ей не открыли. На улице рядом с домом стоял ФИО14, с которым ее сын ранее учился в одном классе. На вопросы ФИО5 ФИО14 сказал, что пришел к знакомому в 

<

адрес> и жильцов 

<

адрес> не видел. После этого ФИО5 с дочерью уехали. О смерти сына ФИО5 узнала 

<

дата> от сотрудников полиции;

- показаниями свидетеля ФИО13, пояснившей аналогично об обстоятельствах приезда к дому ФИО1 утром 

<

дата> и указавшей, что именно она управляла автомобилем, на котором вместе с матерью - ФИО12, приезжала к дому ФИО1

- оглашенными показаниями свидетеля ФИО15, проживающего по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> о том, что утром 

<

дата> примерно в 09.30 часов он купал свою малолетнюю дочь в ванной комнате, выйдя из ванной, увидел на сотовом телефоне пропущенный звонок от ФИО14, поступивший в 09.42 часов. Он перезвонил ФИО14, который сказал, что приезжал к ФИО15, стучал в дверь и звонил на сотовый, но ФИО15 дверь не открыл. ФИО15 пояснил, что не слышал стук дверь и звонок телефона из-за шума воды в ванной комнате, какого-либо шума в квартире ФИО1 он также не слышал (т. 2, л.д. 227-230, 234-236);

- показаниями свидетеля ФИО14 о том, что 

<

дата> он приехал к своему знакомому ФИО15, проживающему по адресу: 

<

адрес> - 1. Он постучал в двери квартиры ФИО15, находящиеся в торце дома, рядом с дверью 

<

адрес>, затем позвонил ФИО15 на сотовый, время звонка, зафиксированное на сотовом телефоне, было 09.42 часов, однако ФИО15 двери не открыл. В это время во двор дома заехал автомобиль ВАЗ 2107, за рулем которого сидела девушка, из машины вышла пожилая женщина (в судебном заседании свидетель указал на потерпевшую ФИО12), которая подошла к 

<

адрес>, стучала в двери и окна квартиры. После этого ФИО5 подошла к ФИО14 и спросила не видел ли он жильцов 

<

адрес>, на что ФИО14 ответил, что пришел к их соседям из 

<

адрес> никого из 

<

адрес> не видел. После этого ФИО5 села в свой автомобиль и уехала. Почти сразу после ее отъезда открылась дверь 

<

адрес>, из нее вышел незнакомый ФИО14 мужчина, не славянской внешности, среднего роста, с крупными чертами лица. Мужчина держал в руке удлиненный предмет длиной примерно 30 см, быстрым шагом прошел мимо ФИО14 и завернул за угол дома. ФИО14 видел этого мужчину в течение нескольких секунд. Вскоре после этого ФИО14 уехал от дома по 

<

адрес> находился возле данного дома с момента своего приезда не более 10 минут. Позже ФИО14 перезвонил ФИО15, который сказал, что купал в ванной ребенка, поэтому не слышал стук в дверь и телефонный звонок. 

В судебном заседании свидетель ФИО14 утверждал, что утром 

<

дата> он видел выходившим из 

<

адрес> дома по 

<

адрес> 

<

адрес> именно ФИО22, поскольку выходивший мужчина имел тот же рост, телосложение, не славянскую внешность, крупные черты лица, что и подсудимый ФИО22

Изложенные показания свидетелей и протоколы следственных действий подтверждают, что ФИО22 находился в квартире ФИО1 вечером 

<

дата>, примерно в 08 часов 

<

дата> вместе с ФИО1 и ФИО2 заходил в магазин «Екатерина», находящийся в 200 метрах от дома ФИО1, где приобрел спиртное и продукты, вышел из квартиры ФИО1 в промежуток времени между 09.42 и 10.00 часами 

<

дата>. 

Свидетель ФИО16 пояснил, суду, что он слышал стоны и звук ударов из квартиры ФИО1, раздававшиеся из кухни (где в дальнейшем был обнаружен труп ФИО5), примерно в 10 часов 

<

дата>, из показаний свидетеля ФИО14 следует, что ФИО22 покинул квартиру ФИО1 примерно в это же время, то есть в момент убийства пострадавших находился в квартире ФИО1. При этом описанное свидетелем ФИО14 поведение ФИО22, который оставался в квартире ФИО1 в то время, когда ФИО12 стучала в ее дверь и окна, покинул квартиру сразу после того, как ФИО5 уехала от дома ФИО1, свидетельствует о его намерении не быть застигнутым на месте убийства трех лиц;

- протоколом обыска квартиры по адресу: 

<

адрес>, в которой проживал ФИО22, в ходе которого в помещении ванной комнаты, обнаружена и изъята металлическая, имеющая деревянные вставки рукоять ножа с фрагментом обломанного клинка, в помещении спальни обнаружена и изъята пара перчаток черного цвета (т.1, л.д. 121-138);

- протоколом задержания подозреваемого ФИО22, в ходе которого произведен его личный обыск и изъята куртка, спортивные брюки, кофта, носки, и ботинки (т.6, л.д. 2-5);

- заключениями трассологических экспертиз, согласно которым пригодные для исследования следы на пяти вырезах из линолеума с места происшествия - квартиры по адресу: 

<

адрес>, образованные наслоением вещества бурого цвета, не могли быть оставлены обнаруженными на месте происшествия двумя парами кроссовок и женскими сапогами (обувь ФИО2, ФИО5 и ФИО1), могли быть оставлены ботинком на правую ногу ФИО22 (т.4, л.д. 157-178, 182-195);

- заключением биологической экспертизы, согласно которому в следах обуви на вырезах линолеума с места происшествия - квартиры по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> обнаружена кровь человека, в четырех из исследованных следов кровь произошла от ФИО2, в двух – в результате смешения крови ФИО5 и ФИО2 (т.4, л.д. 112-132);

- заключением криминалистической экспертизы, согласно которому фрагмент клинка ножа на рукояти, изъятой в ходе обыска в квартире по адресу: 

<

адрес>, ранее составлял единое целое с фрагментом клинка ножа, обнаруженным под трупом ФИО2 в квартире по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> изъятым в ходе осмотра места происшествия (т.4, л.д. 27-30);

- заключением биологической экспертизы, согласно которому на рукояти ножа с фрагментом клинка, изъятой в ходе обыска в квартире по адресу: 

<

адрес>, обнаружены ядросодержащие клетки, которые произошли от ФИО22 и не произошли от ФИО2, ФИО5 и ФИО1 (т.4, л.д. 5-19);

- заключением трассологической экспертизы, согласно которому на куртке, изъятой в ходе личного обыска ФИО22, имеются следы-наслоения вещества, похожего на кровь, которые являются помарками и образованы в результате контакта следовоспринимающих участков с поверхностью предметов, окрашенных веществом следа, с последующих их замыванием.

На перчатках ФИО22, изъятых в ходе обыска по адресу: 

<

адрес>, имеются следы-наслоения вещества, похожего на кровь, которые являются помарками и брызгами (т. 4. л.д. 137-144);

- заключениями биологических экспертиз, согласно которым на куртке ФИО22, изъятой в ходе личного обыска, и на лицевой стороне перчатки ФИО22 для правой руки, изъятой в ходе обыска в квартире по адресу: 

<

адрес> обнаружена кровь ФИО5 

На лицевой стороне перчатки ФИО22 для левой руки обнаружена кровь, произошедшая в результате смешения крови ФИО5, ФИО2 и ФИО1 

На одном носке ФИО22, изъятом в ходе личного обыска, обнаружена кровь ФИО2 

На ботинках ФИО22, изъятых в ходе личного обыска, - на внешне-боковой поверхности и шве возле застежки-молнии правого ботинка, верхне-передней части левого ботинка - обнаружены следы крови человека, которая произошла от ФИО2 (т.4, л.д. 5-19, 112-132).

- заключением биологической экспертизы, согласного которому на срезах ногтевых пластин с пальцев обеих рук ФИО5 обнаружены ядросодержащие клетки и кровь человека, которые произошли от ФИО5 и не произошли от ФИО2, ФИО1 и ФИО22

На срезах ногтевых пластин с пальцев обеих рук ФИО1 обнаружены ядросодержащие клетки и кровь человека, которые произошли от ФИО1 и не произошли от ФИО2, ФИО5 и ФИО22 (т.5, л.д. 46-53);

- заключением биологической экспертизы, согласно которому на рубашке, кофте и спортивной куртке ФИО2 обнаружена кровь человека. В описательной части заключения эксперта отражено, что кровь человека обнаружена на тринадцати различных участках одежды ФИО2 (объектах исследования). В результате молекулярно-генетического исследования обнаруженной крови установлено, что на всех объектах исследования кровь произошла от ФИО2 и не произошла от ФИО5, ФИО1 и ФИО22 (т.4, л.д. 95-106). 

Согласно заключению амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы ФИО22 каким либо психическим расстройством ранее не страдал и не страдает в настоящее время. В момент совершения инкриминируемого ему деяния он находился в состоянии простого алкогольного опьянения и не обнаруживал какого-либо хронического расстройства психической деятельности, временного или постоянного расстройства психической деятельности, слабоумия или иного болезненного состояния психики, которое бы лишало его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, его действия носили последовательный и целенаправленный характер, он сохранил о них ясные воспоминания. По своему психическому состоянию в настоящее время он способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать показания, защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. Во время совершения инкриминируемого деяния ФИО22 в состоянии физиологического аффекта, а также ином эмоциональном состоянии, способном оказать существенное влияние на его поведение в исследуемой ситуации, не находился. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО22 не нуждается (т.5, л.д. 110-115).

Оценив заключение амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной компетентной экспертной комиссией в совокупности с материалам дела и данными о личности подсудимого, суд не находит оснований ставить заключение экспертов под сомнение и признает ФИО22 вменяемым по отношению к содеянному.

В судебном заседании подсудимый ФИО22 первоначально выдвинул доводы о том, что его не было в квартире ФИО1 в момент убийства пострадавших. ФИО22 настаивал на версии происшедшего, высказанной в ходе предварительного следствия при допросе в качестве обвиняемого от 

<

дата> (т.6, л.д. 202-211), то есть на том, что он покинул квартиру ФИО1 примерно в 09 часов 

<

дата>, вернулся туда примерно в 11 часов того же дня, при входе в квартиру его ударил незнакомый мужчина, от чего ФИО22 потерял сознание, очнувшись он обнаружил в квартире трупы пострадавших.

О такой версии произошедших событий поясняла и свидетель ФИО17, совместно с которой ФИО22 проживал с конца 2015 года и которой сообщил данную версию непосредственно после происшедшего.

Свидетель ФИО17 пояснила, что в марте 2016 года к ней собиралась приехать ее дочь. ФИО17 попросила ФИО22 на время приезда дочери не находится в ее квартире. 

<

дата> ФИО22 ушел к своей знакомой, в квартире которой ночевал в ночь с 05 на 

<

дата>. Ночью ФИО22 позвонил ФИО17 по его голосу ФИО17 поняла, что ФИО22 пьян. Затем ФИО22 позвонил ФИО17 в 10.45 часов 

<

дата>, стал говорить, что «в квартире трупы, убивают», просил ФИО17 приехать, но она отказалась. Примерно в 11 часов 

<

дата> ФИО22 пришел домой к ФИО17 и рассказал, что утром 

<

дата> ушел из квартиры знакомой, когда вернулся, то его при входе в квартиру ударили по голове и он потерял сознание, очнувшись, обнаружил знакомую и ее сожителя в крови, на вопрос, кто это сделал знакомая назвала имя «Сережа».

Эту же версию событий непосредственно после происшедшего ФИО22 пытался рассказать и соседке ФИО17- ФИО18

Свидетель ФИО18 в судебном заседании и в ходе следствия (т 3, л.д. 17-19) поясняла, что примерно в 11 часов 

<

дата> в дверь ее квартиры позвонил ФИО22, стал говорить, что необходимо куда-то съездить, что там находятся трупы. На предложение ФИО18 вызвать полицию, ФИО22 ответил, что в полиции ему не поверят и он «не хочет за кого-то отвечать». ФИО22 находился в состоянии алкогольного опьянения, и ФИО18 прекратила разговор с ним.

Факт производства ФИО22 звонков на телефон ФИО17 в указанное ею время подтверждается исследованной детализацией телефонных соединений (т.1, л.д. 192-195).

Вместе тем, показания свидетеля ФИО14, потерпевшей ФИО12 и свидетеля ФИО13 в своей совокупности однозначно свидетельствуют, что ФИО22 покинул квартиру ФИО1 не в 09.00 часов, как он утверждал, а примерно в 10.00 часов. Показания свидетеля ФИО16 о том, что в это же время он слышал в кухне квартиры ФИО1 звук ударов и стоны, подтверждают, что в момент убийства пострадавших ФИО22 находился в квартире ФИО1. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ФИО22, он в ходе экспертизы заявлял о нанесении ему незнакомым мужчиной ударов кулаком в область головы, вызвавших потерю сознания, однако у него не обнаружено каких-либо повреждений в области головы (т. 3, л.д. 137-138). 

В судебном заседании эксперт ФИО19, разъясняя данное заключение, пояснила, что в условиях описанных ФИО22 нанесение ему ударов по голове, которые вызвали бы потерю сознания, но не оставили следов в виде телесных повреждений, исключается. 

Изложенное свидетельствует, что версия подсудимого ФИО22 об отсутствии на месте происшествия в момент убийства пострадавших полностью опровергнута исследованными судом доказательствами.

Оценивая в этой связи показания свидетелей ФИО17 и ФИО18, суд отмечает, что о случившемся в квартире ФИО1 им известно только со слов ФИО22 ФИО22 сообщил им не соответствующую действительности версию происшедшего, которую в дальнейшем изложил и при допросе в качестве подозреваемого от 

<

дата> (т.6, л.д. 6о-66).

О не соответствии данной версии фактическим обстоятельствам дела дополнительно свидетельстуют заключение судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 (т.3, л.д. 144-149) и пояснения в судебном заседании эксперта ФИО19, согласно которым после получения открытой черепно-лицевой травмы ФИО1 не могла совершать каких-либо самостоятельных действий, то есть не могла двигаться, членораздельно говорить и не могла назвать чье-либо имя (по версии ФИО3 назвала имя «Сергей» как лица, якобы напавшего на нее).

При этом суд отмечает, что исходя из совокупности исследованных показаний свидетеля ФИО14 и данных детализации телефонных переговоров (т.1, л.д. 192-195) ФИО22 позвонил ФИО17 не из квартиры пострадавшей ФИО1, как он утверждал, а спустя примерно час после ухода из ее квартиры, то есть подготовившись к изложению ФИО17 не соответствующей действительности версии происшедшего. 

В судебном заседании ФИО22 также заявлял доводы о том, что в ходе предварительного следствия он дал показания о нахождении в квартире ФИО1 в момент убийства пострадавших и о нанесении ударов ФИО2 при обороне от него вследствие применения незаконных методов ведения следствия. ФИО22 утверждал, что сотрудники полиции, из которых ему известен ФИО20, после задержания в течение нескольких часов избивали его, нанося удары руками и ногами.

Доводы ФИО22 о применении незаконных методов следствия проверялись следственными органами и не нашли своего подтверждения (т.6, л.д. 171-172). Данные доводы проверялись и непосредственно в судебном заседании, в том числе путем допроса свидетеля ФИО20, и суд признает их не соответствующими действительности.

О надуманности данных доводов ФИО22 свидетельствуют, в том числе, его собственные показания, данные после изменения позиции защиты в судебном заседании.

Изменив позицию защиты подсудимый ФИО22 стал утверждать, что правдивыми являются его показания о нахождении в квартире ФИО1 в момент убийства пострадавших и о том, что он убил ФИО2, обороняясь от него, то есть настаивал на правдивости именно тех показаний, которые согласно его предыдущей позиции были якобы даны вследствие незаконного физического воздействия со стороны сотрудников полиции 

Доводы подсудимого о применении незаконных методов ведения следствия опровергаются и объективными доказательствами по делу.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ФИО22 (т. 3, л.д. 137-138) у него при экспертизе обнаружены кровоподтеки на правом надплечье и внутренней поверхности левого плеча, возникшие за 1-2 суток к моменту проведения экспертизы (которая начата в 08.30 часов 

<

дата>), иных повреждений не обнаружено. 

В ходе предварительного следствия ФИО22 пояснял, что обнаруженные при экспертизе повреждения причинены ему сотрудниками полиции (т.6, л.д. 181-183). Однако согласно установленной давности обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе кровоподтеков, они причинены в период времени с 08.30 часов 

<

дата> до 08.30 часов 

<

дата>. Данные повреждения не могли быть причинены ФИО22 сотрудниками полиции, так как он был фактически задержан после 17.20 часов 

<

дата> (т.3, л.д. 24).

Изложенное полностью опровергает доводы подсудимого ФИО22 о применении незаконных методов ведения следствия сотрудниками полиции, избиении его руками и ногами в течение нескольких часов с целью получения признательных показаний.

Исследованными судом доказательствами по делу полностью опровергаются и доводы стороны защиты о том, что убийство ФИО1 и ФИО5 совершено ФИО2, а убийство ФИО2 совершено ФИО3 при обороне от него в условиях превышения необходимой обороны. 

Исследованные судом протокол осмотра места происшествия (т.1, л.д. 73-104), заключений трассологической экспертизы (т. 5, л.д. 103-104) и судебно-медицинских экспертиз (т.3, л.д. 144-149, 167-172, 191-195) свидетельствуют, что при нанесении ударов твердым тупым предметом в область головы пострадавших ФИО1, ФИО2 и ФИО5 происходило интенсивное разбрызгивание крови с обильным попаданием капель и брызг крови пострадавших на окружающие предметы. 

При таких обстоятельствах неизбежно имело место и обильное попадание крови в виде пятен и брызг на одежду и тело лица, наносившего пострадавшим удары тупым твердым предметом, так как это лицо находилось в непосредственной близости от пострадавших в момент интенсивного разбрызгивания крови из повреждений на их телах.

Подсудимый ФИО22 утверждает, что убийство ФИО1 и ФИО5 совершено ФИО2 Вместе с тем при биологической экспертизе с применением молекулярно-генетического исследования (т.4, л.д. 95-106) ни в одном из следов крови на одежде ФИО2 не выявлено присутствие крови ФИО1 или ФИО5. Кровь обнаруженная на одежде ФИО2, во всех обнаруженных следах произошла от него самого и не могла произойти от иных лиц.

Изложенное свидетельствует о непричастности ФИО2 к убийству ФИО1 и ФИО5

Судом установлено и подсудимым ФИО22 в судебном заседании подтверждено, что он находился в квартире ФИО1 в момент убийства пострадавших. В данной квартире, кроме ФИО22, находились только сама ФИО1, ФИО5 и ФИО2 

При этом из всех лиц, находившихся в указанной квартире, включая погибших, только на ФИО22 обнаружены следы крови всех трех пострадавших, что свидетельствует о том, что именно он совершил убийство ФИО1, ФИО2 и ФИО5

Приводя в судебном заседании доводы об обороне от ФИО2, подсудимый ФИО22 заявил, что обнаруженные у него на руках при судебно-медицинской экспертизе кровоподтеки полосовидной формы (т.3, л.д. 137-138) причинил ему ФИО2, нанеся удары тупым твердым предметом (металлической трубой).

Однако установленная судебно-медицинским экспертом давность обнаруженных у ФИО22 кровоподтеков, которые образовались в срок за 1-2 суток к моменту экспертизы, свидетельствует, что они могли образоваться в период времени с 08.30 часов 

<

дата> до 08.30 часов 

<

дата>, то есть после совершения убийства ФИО1, ФИО2 и ФИО5, но до задержания ФИО22, следовательно не могли быть причинены ФИО2, что свидетельствует о недостоверности его версии об агрессивном поведении ФИО2 

О совершении ФИО22 убийства трех лиц свидетельствуют и иные исследованные судом доказательства.

Так, приводя в судебном заседании свои доводы об обороне от ФИО2, ФИО22 утверждал, что во время убийства ФИО2 пострадавших ФИО1 и ФИО5, нанесения самим ФИО22 ударов ФИО2, его перчатки находились на холодильнике в кухне. По утверждению подсудимого следы крови на перчатках образовалась в тот момент, когда он прикасался к трупам потерпевших, одев перчатки, чтобы проверить, живы ли они.

Однако в ходе трассологической и биологической экспертиз (т.4, л.д. 112-132, 137-144) на перчатках ФИО22 обнаружены следы крови в виде брызг на тыльной части лицевой стороны обеих перчаток, которые не могли образоваться при прикосновении к трупам потерпевших (в этом случае следы находились бы на ладонной части и имели бы вид помарок, образованных в результате контактного взаимодействия с поверхностью предмета, опачканного кровью). 

При этом согласно заключению биологической экспертизы кровь, обнаруженная на правой перчатке ФИО22 произошла от ФИО5, кровь обнаруженная на левой перчатке ФИО22 произошла в результате смешения крови всех пострадавших, в том числе и кровь в виде брызг на тыльной стороне перчатки.

Согласно протоколу осмотра места происшествия следы крови на холодильнике в кухне квартиры ФИО1 обнаружены на высоте до 30 см от уровня пола, на верхней части холодильника следов крови не обнаружено. При таких обстоятельствах, если бы перчатки ФИО22 действительно лежали на холодильнике в кухне квартиры ФИО1, брызги крови ФИО5 не могли попасть на них в момент его убийства, также на них не могли попасть брызги крови ФИО1 и ФИО2, которые были убиты в других помещениях квартиры.

Приведенные доказательства свидетельствуют, что следы крови пострадавших в виде брызг на тыльных сторонах перчаток ФИО22 могли образоваться только в момент нанесения ФИО22 ударов твердым тупым предметом ФИО1, ФИО2 и ФИО5 с целью убийства пострадавших. 

Исследовав совокупность доказателств по делу, суд считает необходимым исключить из объема обвинения ФИО22 причинение им пострадавшему ФИО5 кровоподтека на передней поверхности левой ушной раковины, который расценивается как повреждение не причинившее вред здоровью человека.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО13 (т.2, л.д. 68-71) следует, что травму в области левого уха она видела у своего брата ФИО5 ранее 

<

дата>, поэтому не имеется оснований считать, что повреждение в виде кровоподтека на передней поверхности левой ушной раковины причинено ФИО5 в результате действий ФИО22 

Органами следствия в предъявленном ФИО22 обвинении указано, что поводом к убийству трех лиц явилось подозрение ФИО22 в хищении пострадавшими его денег, однако данное обстоятельство должного подтверждения в судебном заседании не нашло.

Исследованные судом доказательства, подтверждающие обстоятельства происшедшего и событий, предшествовавших убийству пострадавших: показания свидетелей и подсудимого о длительном употреблении ФИО22 спиртного в квартире ФИО1, показания свидетеля ФИО8 о вызывающем поведении ФИО22 в ходе употребления спиртного вечером 

<

дата>, показания свидетеля ФИО17 о недовольстве ФИО22 обстановкой в квартире ФИО1, в связи с которым он намеревался ночью покинуть эту квартиру, но не сделал этого, так как ФИО17 отказалась вызвать ему такси, в своей совокупности свидетельствуют, что убийство пострадавших совершено ФИО22 вследствие личной неприязни к ним, возникшей после совместного употребления спиртного.

Оценив совокупность доказательств по делу суд признает полностью доказанной вину ФИО22 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти, трех лиц - ФИО1, ФИО2 и ФИО5 и квалифицирует его действия по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. 

<

дата>).

Суд, с учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности преступления, совершенного ФИО22, не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую.

Разрешая гражданские иски о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, заявленные потерпевшими ФИО12 и ФИО3, суд признает, что смертью близких родственников – родного брата ФИО3 ФИО2 и сына ФИО12 ФИО5 потерпевшим причинены значительные нравственные страдания, что в силу ст. 151 ГК РФ является основанием для возложения на виновного обязанности денежной компенсации причиненного морального вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины ФИО22 и то, что моральный вред причинен потерпевшим в результате совершенного им умышленного особо тяжкого преступления, обстоятельства преступления, в результате которого причинен моральный вред, а также учитывает тяжесть причиненных потерпевшим нравственных страданий, которая обусловлена неожиданной для них смертью близких родственников в молодом возрасте в результате убийства (на момент гибели возраст ФИО2 составлял 

<

дата>, ФИО5 - 

<

дата>).

Учитывая изложенное, суд считает необходимы удовлетворить гражданские иски потерпевших о компенсации морального вреда в полном объеме и взыскать с ФИО22 в пользу ФИО12 

<

данные изъяты> рублей, в пользу ФИО3 

<

дата> рублей. Также суд считает необходимым взыскать в пользу потерпевших ФИО12 и ФИО3 компенсацию судебных расходов за составление исковых заявлений, которые подтверждены документально, по 

<

данные изъяты> рублей в пользу каждой. 

Определяя судьбу вещественных доказательств по делу, суд считает необходимым одежду с трупов потерпевших, их обувь, дактопленки и предметы с отпечатками пальцев, окурки сигарет, смывы крови и вырезы с кровью с места происшествия, кухонные ножи с места происшествия уничтожить в силу п. 3 ч.3 ст. 81 УПК РФ как предметы, не имеющие материальной ценности и не востребованные сторонами. Фрагмент клинка ножа и рукоять ножа уничтожить в силу п.1 ч.3 ст. 81 УПК РФ как орудие преступления. Одежду, обувь и телефон ФИО22 передать ФИО17, поскольку в судебном заседании подсудимый выразил мнение о необходимости такого распоряжения его вещами. Патрон охотничьего ружья передать в распоряжение ГУ МВД России по 

<

адрес> для уничтожения в установленном порядке. Детализации телефонных соединений, диски с видеозаписями и фотоматериалами хранить при деле. 

Определяя наказание подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, который характеризуется отрицательно, а также влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Исследовав обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что такое смягчающее обстоятельство как явка с повинной в действиях ФИО22 отсутствует. По смыслу закона под явкой с повинной, которая является обстоятельством, смягчающим наказание, понимается добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде. Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. Признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ или, при наличии к тому оснований, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

В материалах дела имеется документ от 

<

дата>, названный «явкой с повинной» (т.1, л.д. 71), однако содержащееся в нем частичное признание вины сделано ФИО22 после его задержания 

<

дата> по подозрению в совершении убийства трех лиц, после обнаружения в его жилище рукояти ножа, которым было совершено преступление и перчаток со следами крови на них, то есть частичное признание ФИО22 в совершенном преступлении не может быть расценено как явка с повинной. 

Вместе с тем как в указанном документе, названном «явкой с повинной», так и в ходе последующих допросов и проверки показаний на месте ФИО22, признавая частично вину в содеянном сообщал, в том числе, и неизвестные органам следствия сведения об орудии преступления, одежде, в которой он находился в момент его совершения, о предметах, которые он забрал с места происшествия, и эти сведения способствовали установлению объективных обстоятельств содеянного.

В связи с этим суд признает в действиях ФИО22 наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ – активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

Также обстоятельством, смягчающим наказание обвиняемого ФИО22 согласно п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ является наличие малолетних детей.

При назначении наказания суд также учитывает состояние здоровья ФИО22, который в связи с имеющимся заболеванием находится под наблюдением врача (т.6, л.д. 279).

В действиях ФИО22 отсутствует рецидив преступлений, поскольку его судимость по приговору от 

<

дата> погашена на основании п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ в редакции до 

<

дата>, по которой срок погашения судимости за тяжкое преступление составлял шесть лет. По приговору от 

<

дата> ФИО22 судим за преступление небольшой тяжести, которые в силу п. «а» ч.4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются.

Обстоятельством, отягчающим наказание обвиняемого ФИО22 в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Подсудимый ФИО22 пояснял, в том числе в судебном заседании, что вечером 

<

дата> 

<

дата>, то есть перед совершением преступления, он употреблял алкоголь и это оказало влияние на его поведение. Из исследованных показаний ФИО17 и ФИО18 следует, что после совершения преступления ФИО22 находился в состоянии алкогольного опьянения. Установленные судом обстоятельства происшедшего свидетельствуют, что состояние опьянения ФИО3 способствовало совершению преступления, поскольку именно такое состояние вызвало его агрессию по отношению к пострадавшим и привело к убийству ФИО22 трех человек.

Определяя наказание подсудимому, суд учитывает, что ФИО22 совершено особо тяжкое преступление и считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы на определенный срок. 

При этом, несмотря на наличие в действиях подсудимого обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, суд не находит оснований для назначения ему наказания с применением ч.1 ст. 62 УК РФ, поскольку в действиях подсудимого имеется обстоятельство отягчающее наказание и по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ положения ч.1 ст. 62 УК РФ не подлежат применению, поскольку в качестве наказания за данное преступление уголовным кодексом предусмотрено пожизненное лишение свободы. 

В соответствии с ч.2 ст. 71 УК РФ неотбытое дополнительное наказание по приговору от 

<

дата> в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами должно исполняются самостоятельно.

Срок наказания ФИО22 подлежит исчислению с момента постановления приговора, зачету в срок наказания подлежит время содержания его под стражей с 

<

дата>, поскольку согласно имеющегося в материалах дела рапорта (т.3, л.д. 24) ФИО22 был фактически задержан сотрудниками полиции в 17.20 часов 

<

дата>.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать виновным ФИО22 ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. 

<

дата>) и назначить ему наказание 

в виде 19 (девятнадцати) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст. 53 ч. 1 УК РФ установить осужденному ФИО22 следующие ограничения свободы после отбытия наказания в виде лишения свободы: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия уголовно-исполнительной инспекции, осуществляющей надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. 

Возложить на осужденного ФИО22 обязанность в течение срока ограничения свободы являться в уголовно-исполнительную инспекцию, осуществляющую надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации.

Наказание по приговору от 

<

дата> в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 4 месяца исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в отношении ФИО22 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражей и содержать в 

<

адрес>. 

Срок наказания исчислять с 

<

дата>, зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО22 под стражей до постановления приговора с 

<

дата> по 

<

дата>. 

Гражданские иски потерпевших ФИО12 и ФИО3 удовлетворить.

Взыскать с ФИО22 ФИО3 в пользу ФИО12 компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей) и возмещение процессуальных издержек в сумме 

<

данные изъяты> рублей, а всего в сумме 

<

данные изъяты>

Взыскать с ФИО22 ФИО3 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>) и возмещение процессуальных издержек в сумме 

<

данные изъяты> рублей, а всего в сумме 

<

данные изъяты>

Вещественные доказательства по делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств второго следственного отдела 

<

адрес> после вступления приговора в законную силу:

следы пальцев рук на отрезках дактилоскопической пленки, стеклянную бутылку, смывы крови с места происшествия, вырезы из линолеума с фрагментами следов обуви, вырезы из ковра и кресла, фрагмент потолочной плитки, окурки, кроссовки черного цвета, кроссовки серого цвета, женские сапоги, кофту и колготы с трупа ФИО1, спортивную кофту с капюшоном, спортивную кофту и рубаху с трупа ФИО2, футболку с трупа ФИО5, сотовый телефон белого цвета, нож с рукоятью черного цвета, нож с деревянной рукоятью - уничтожить как предметы, не имеющие материальной ценности и не востребованные сторонами;

фрагмент клинка и рукоять ножа – уничтожить как орудие преступления; 

патрон к охотничьему оружию 16 калибра - передать в распоряжение 

<

адрес> для уничтожения в установленном законом порядке;

две пары перчаток, футболку, куртку, спортивные брюки, ботинки, кофту, носки, шапку и сотовый телефон «Нокиа» в корпусе черного цвета с двумя сим-картами «Билайн», принадлежащие ФИО22 - передать ФИО17 (

<

адрес>

диски с детализациями телефонных переговоров, диск с видеозаписями видеокамер внутреннего наблюдения магазина «Екатерина», диски с видеозаписями следственных действий с участием подозреваемого ФИО22, диск с фотоснимками и фототаблицей к протоколу осмотра места происшествия - хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через 

<

адрес> течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе.

Председательствующий Назаров И.В.