Дело №2-860/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 июля 2019 года г.Гурьевск

Гурьевский районный суд Калининградской области в составе: 

председательствующего судьи Олифер А.Г.,

при секретаре Мухортиковой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 ФИО16 к ФИО1 ФИО17 об уменьшении покупной цены, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2, уточнив впоследствии требования, обратился в Центральный районный суд г.Барнаула с иском к ФИО3, указывая, что по договору 22.07.2014 года между ним и ответчиком заключен договор купли-продажи, по условиям которого он приобрел у ответчика объект недвижимости – 

<

адрес > уступленном ему по договору аренды. Согласно п.1.2 договора указанный объект недвижимости принадлежит продавцу по праву собственности на основании договора купли-продажи нежилых помещений от 01.02.2012 года. 25.07.2014 года указанная сделка была зарегистрирована Управлением Росреестра по Алтайскому краю. Стоимость объекта недвижимости, по условию договора, составляет 6500000 рублей. Договор составлен с рассрочкой платежа до 30.09.2016 года. Объект недвижимости передается в момент подписания договора купли-продажи, который одновременно имеет силу акта приема-передачи. 05.08.2014 года им выдана доверенность на ФИО4 на представление его интересов по вопросу подготовки необходимых документов, связанных с оформлением и подготовкой разрешительной и технической документации, необходимой для реконструкции 

<

адрес >, для государственной регистрации права собственности на вышеуказанный объект недвижимости, внесения изменений в ЕГРП в связи с произведенной его реконструкцией. Вплоть до отмены указанной доверенности 04.10.2016 года поверенный пыталась узаконить реконструкцию объекта через уполномоченные государственные органы, однако так и не смогла. В сентябре 2016 года истец обратился с письменным запросом в ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» по Алтайскому краю, от которого ему стало известно, что являвшийся предметом заключенного с ответчиком договора купли-продажи объект недвижимости был снесен на основании заявления ООО «Мега-Лада-Плюс» от 19.10.2005 года, о чем техником вышеуказанного предприятия ФИО5 составлен «Акт установления факта сноса» от 30.11.2005 года, дубликат которого выдан истцу 08.09.2016 года. В результате неоднократных его запросов в БТИ он узнал, что в материалах инвентарного дела имеется технический паспорт от 27.09.2006 года, в котором указано самовольное строительство объекта литер №; упоминания об объекте под литером № в технической документации не содержится. В мае 2017 года из ответа АКГУП «АЦЗКН» по его запросу стало известно, что акт ввода в эксплуатацию объекта под литерами № в инвентарном деле отсутствует. Оказалось, что расположенный на земельном участке объект фактически являлся незаконным самовольным строением - объектом № Таким образом, являвшийся предметом договора купли-продажи объект недвижимости за момент его заключения отсутствовал, о чем ответчику было известно, поскольку он лично присутствовал в качестве представителя ООО «Мега-Лада-Плюс» при составлении 30.11.2005 года акта о сносе техником ФИО5, а в 2012 году совершил сделку в отношении этого же имущества с указанным обществом, в котором учредителем являлась его супруга – ФИО6

По договору от 22.07.2014 года ему продан реконструированный объект недвижимости под литером № он понимал, что его надо узаконить, однако не знал, что объект № был снесен в 2005 году, а ему передан совсем другой объект, который был незаконно возведен на его месте. При заключении договора он рассчитывал приобрести в собственность недвижимое имущество, обладающее всеми признаками объекта недвижимости, однако получил в собственность не реконструированное здание, как утверждал ответчик, а самовольное строение, совсем другой объект недвижимости, поскольку объекта № не существует с 2005 года.

31.05.2016 года между ним и ФИО7 заключен договор купли-продажи здания назначения «нежилое» 

<

адрес >, пунктом 1.2 которого предусмотрено, что право собственности на отчуждаемый им объект недвижимости не зарегистрировано.

О нарушении его права как покупателя на получение объекта недвижимости, соответствующего условиям договора, он узнал, когда вложил много денежных средств. Согласно справке АНО «Институт Экспертных Исследований», рыночная стоимость фактически существующего самовольного строения составляет 1863841 рубль, из чего следует, что указанная в заключенном с ответчиком договоре купли-продажи стоимость объекта значительно завышена.

На момент заключения договора купли-продажи и до момента получения им сведений из БТИ у него отсутствовала реальная информация о стоимости приобретенного объекта. Кроме того, о том, что объект № является самовольным строением, он узнал из решения Октябрьского районного суда г.Барнаула от 19.11.2017 года по делу по иску ФИО7 к Администрации г.Барнаула о признании права собственности на указанный объект.

Фактически по заключенному с ответчиком договору истец получил не объект недвижимости, а строительные материалы.

Решением Центрального районного суда г.Барнаула от 22.02.2018 года с него в пользу ФИО3 взыскано 4900000 рублей в счет задолженности по договору купли-продажи от 22.07.2014 года, а также проценты. Указанным решением суда установлено, что он выплатил ФИО3 1600000 рублей. Таким образом, с учетом установленной заключением ООО «ЭКСКОМ» от 05.09.2018 года по результатам проведенной по настоящему делу судебной экспертизы (т.2 л.д.126-165) стоимости выкупной цены объекта под литером №, составляющей 1019047 рублей, задолженности перед ФИО3 по договору купли-продажи у него не имеется. 

По приведенным доводам со ссылкой на положения ст.ст. 469, 475, 549, 557 ГК РФ истец окончательно просил суд уменьшить покупную стоимость самовольного строения, расположенного по адресу: 

<

адрес > договору купли-продажи от 22.07.2014 года, заключенному между ним и ответчиком, до 1019047 рублей (согласно заключению ООО «ЭКСКОМ» от 05.09.2018 года по результатам проведенной по настоящему делу судебной экспертизы); взыскать с ответчика в свою пользу 5480953 рубля в счет соразмерного уменьшения покупной цены, а также компенсацию морального вреда в сумме 500000 рублей (т.1 л.д.3-6, т.2 л.д.178-185, т.3 л.д.37).

Одновременно ходатайствовал о восстановлении срока исковой давности, применительно к заявленным в иске требованиям, пропущенного, по утверждению истца, по уважительной причине, ссылаясь на те обстоятельства, что аналогичное требование о соразмерном уменьшении покупной цены им предъявлялось во встречном иске в рамках гражданского дела по иску ФИО3 к нему о взыскании задолженности по договору купли-продажи от 22.07.2014 года, в принятии к производству которого протокольным определением Центрального районного суда г.Барнаула от 11.01.2018-12.01.2018 года ему было отказано; при этом данные действия суда были обжалованы вместе с итоговым решением по делу производство по которому было приостановлено на период с 23.08.2017 года по 10.01.2018 года в связи с назначением по делу судебной почерковедческой экспертизы, при том, что встречный иск им подан сразу после возобновления производства по делу, в то время как ранее подать иск он не имел возможности. Кроме того, 16.02.2018 года он обратился с самостоятельным иском к ФИО3 об уменьшении покупной цены в Октябрьский районный суд г.Барнаула по месту нахождения спорного недвижимого имущества, который определением суда от 20.02.2018 года был возвращен за неподсудностью. Помимо этого, в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности сослался на тяжелое заболевание в феврале 2016 года своей супруги (т.3 л.д.107-115, 163-165, 166, 167184-188). 

Определением Центрального районного суда г.Барнаула от 29.01.2019 года настоящее дело передано для рассмотрения по территориальной подсудности по месту жительства ответчика ФИО3 в Гурьевский районный суд Калининградской области.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился; в ранее состоявшихся судебных заседаниях пояснял, что с 2012 года состоял с ответчиком в дружеских и одновременно в деловых отношениях, арендуя у него объекты бывшей овощной базы. В целях расширения своих торговых площадей он предложил ответчику выкупить принадлежавшую тому пристройку на территории базы под литерами № на что тот пояснил, что не может её продать, поскольку имелись сложности с её регистрацией в качестве объекта недвижимости, и предложил ему узаконить пристройку. На момент приобретения у ответчика спорного объекта ему не было известно о том, что по факту он представляет собой самовольное строение, в частности, что объект под литерами № еще в 2005 году был снесен, а вместо него существует объект под литерами № о чем ФИО3 при совершении сделки умолчал. При этом изначально при совершении сделки ответчик утверждал, что продает ему реконструированный объект №. После заключения договора купли-продажи он предпринимал попытки узаконить реконструкцию указанного объекта, чем в течение года занималась его представитель по доверенности ФИО4, однако данная попытка не увенчалась успехом. Тем не менее, впоследствии он занимался капитальным ремонтом спорного объекта, а в дальнейшем передал данное строение как незарегистрированный объект недвижимости под литерами № каким он и был на момент приобретения его у ФИО3, в собственность ФИО7, которая затем уже в судебном порядке признала свое право собственности на него (т.2 л.д.10-13, 59-61).

Представитель истца ФИО2 – ФИО8 по доверенности требования иска поддержал по приведенным в нем доводам. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился; его представитель ФИО9 по доверенности требования иска полагал не подлежащими удовлетворению как несостоятельные по доводам, приведенным в ранее представленном письменном отзыве, сводящимся к тому, что на момент заключения сторонами договора купли-продажи от 22.07.2014 года истец претензий к состоянию являвшегося предметом договора объекта не имел; утверждение истца о том, что приобретенный им объект является самовольной постройкой, противоречит фактическим обстоятельствам, в частности, что после регистрации на основании указанного договора своего права собственности в отношении объекта Л,Л1 ФИО2 снял его с кадастрового учета, после чего, не исключено, что в данный объект были внесены технические изменения, и по договору купли-продажи от 31.05.2016 года данный объект как строения с литерами № был отчужден им за 8000000 рублей в собственность ФИО7, которая по решению Октябрьского районного суда г.Барнаула от 06.04.2017 года по делу №2-322/2017 узаконила самовольную постройку. При этом решением Центрального районного суда г.Барнаула от 09.11.2017 года по делу №2-4296 с ФИО7 взысканы в пользу ФИО2 денежные средства в счет долга по договору купли-продажи от 31.05.2014 года. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности по данному требованию, составляющий 3 года, исчисляемый с даты государственной регистрации договора купли-продажи от 22.07.2014 года, а именно с 26.07.2014 года (т.1 л.д.125-133). Более того, по мнению стороны ответчика, на момент заключения договора от 22.07.2014 года истцу было известно о наличии обстоятельств, на которые он ссылается как на обоснование своих требований, что в частности следует из вступивших в законную силу решения Центрального районного суда г.Барнаула от 22.02.2018 года по делу №2-27/2018, в рамках которого выяснялись обстоятельства, связанные с переходом права собственности по указанному договору; решения Октябрьского районного суда г.Барнаула от 06.04.2017 года по делу №2-322/2017, при рассмотрении которого дана оценка обстоятельствам продажи объекта под литером №; решения Центрального районного суда г.Барнаула от 09.11.2017 года по делу №2-4296/2017, которым с ФИО7 взыскано в пользу ФИО2 4000000 рублей. Данные судебные акты имеют преюдициальное значение для настоящего дела (т.3 л.д.32, 38-39). Предъявлением настоящего иска ФИО2 преследует цель уклонения его от исполнения обязательства по уплате взысканного с него решением Центрального районного суда г.Барнаула от 22.02.2018 года по делу №2-27/2018 долга в сумме 4900000 рублей. 

Заслушав объяснения лиц явившихся в судебное заседание, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим, гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Как определено ст.421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Согласно п.1. ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу п.п. 1 и 5 ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

К отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

Согласно п.1 ст.549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В соответствии со ст.550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Как определено п.п. 1 и 2 ст.551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

Согласно п.1 ст.552 ГК РФ по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.

В силу требования ст.554 ГК РФ в договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества.

При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

В соответствии с п.1 ст.555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. При отсутствии в договоре согласованного сторонами в письменной форме условия о цене недвижимости договор о ее продаже считается незаключенным.

Как определено в п.1 ст.556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

В силу ст.557 ГК РФ в случае передачи продавцом покупателю недвижимости, не соответствующей условиям договора продажи недвижимости о ее качестве, применяются правила статьи 475 настоящего Кодекса, за исключением положений о праве покупателя потребовать замены товара ненадлежащего качества на товар, соответствующий договору.

В частности, исходя из положения ст.475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца, помимо прочего, соразмерного уменьшения покупной цены.

Как установлено в ходе судебного разбирательства 22.07.2014 года между ФИО3 (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) заключен договор купли-продажи, по условию пункта 1.1. которого Продавец продал Покупателю здание 

<

адрес > (т.1 л.д.63-66).

Отчуждаемое недвижимое имущество принадлежит Продавцу по праву собственности на основании договора от 01.02.2012 года купли-продажи нежилых помещений, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права №, выданным Управлением Росреестра по Алтайскому краю от 02.03.2012 года.

Продавец является арендатором земельного участка, на котором расположено отчуждаемое недвижимое имуществ, на основании договора №902-з от 15.09.2008 года аренды земельного участка, государственная собственность на который не разграничена, сроком до 22.04.2018 года (п.1.2 договора). 

Покупатель до заключения настоящего договора ознакомился с техническим состоянием недвижимого имущества, претензий к нему не имеет (п.1.3 договора).

Если в дальнейшем Покупатель обнаружит недостатки в качестве приобретаемого недвижимого имущества, то наступают последствия, предусмотренные ст.ст.475 и 480 ГК РФ. Если недостатки в качестве являются скрытыми и Продавец в момент заключения настоящего договора не знал о их наличии и не мог предупредить о них Покупателя, то он освобождается от ответственности (п.1.4 договора).

Продавец передает Покупателю вышеуказанное имущество в момент подписания настоящего договора, который одновременно будет иметь силу акта приема-передачи (п.1.5 договора).

По договоренности сторон до полного расчета Покупателем за указанное недвижимое имущество оно будет находиться в залоге у Продавца (п.1.6 договора).

С момента подписания сторонами настоящего договора обязанность Продавца по передаче отчуждаемого недвижимого имущества Покупателю считается исполненной (п.1.7 договора).

Стоимость отчуждаемого недвижимого имущества составляет 6500000 рублей и подлежит оплате Покупателем Продавцу в следующем порядке: 1000000 рублей в срок до 20.09.2014 года, 300000 рублей – до 30.12.2014 года, 300000 рублей – до 30.03.2015 года, 300000 рублей – до 30.06.2015 года, 300000 рублей – до 30.09.2015 года, 300000 рублей – до 30.12.2015 года, 300000 рублей – до 30.03.2016 года, 300000 рублей – до 30.06.2016 года, 340000 рублей – до 30.09.2016 года )п.2.1 договора).

Право собственности ФИО2 на указанное имущество зарегистрировано Управлением Росреестра по Алтайскому краю 25.07.2014 года.

Ранее вышеуказанное здание гаража с пристроем здания 

<

данные изъяты> в составе объектов бывшей плодоовощной базы принадлежал ОАО «Ленобщепит», которым впоследствии отчужден по договору купли продажи от 06.06.2002 года в собственность ООО «Мега-Лада-Плюс», которым, в свою очередь, по договору купли-продажи от 01.02.2012 года отчужден в собственность ФИО3 (дело А03-3296/06-4, дело №А03-1392/06, находившиеся в производстве Арбитражного суда Алтайского края - т.1 л.д.89-93, 241-252).

Указанный объект недвижимости поставлен на кадастровый учет с КН №. 

Свои обращенные к ФИО3 требования истец основывает на утверждении о том, что в момент заключения с ним договора купли-продажи он добросовестно заблуждался относительно продаваемого ему объекта недвижимости под литером №, которого, как выяснилось впоследствии, а именно в 2016 году, по факту не существовало в связи со сносом его еще в 2005 году ООО «Мега-Лада-Плюс», а ему передан совсем иной являющийся результатом самовольного строительства объект под литером №

Разрешая требования иска, суд исходит из следующего.

Так, в 2017 году ФИО3 обратился в Центральный районный суд г.Барнаула с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по оплате стоимости приобретенного последним по договору купли-продажи от 22.07.2014 года объекта недвижимости под литерами № (дело №2-27/2018).

Возражая по существу обращенных к нему требований в рамках рассмотрения вышеуказанного дела, ФИО2 приводил аналогичные доводы, ссылаясь, в частности, на то, что являвшийся предметом заключенного с ФИО3 договора от 22.07.2014 года объект недвижимости на момент совершения сделки не существовал, а, следовательно, не мог быть предметом сделки, полагая, таким образом, договор купли-продажи ничтожным.

Как установлено судом при рассмотрении указанного дела и нашло отражение в решении по нему от 22.02.2018 года (т.2 л.д.238-244 настоящего дела), по сведениям, представленным ФГУП «Ростехинвентаризация» по Алтайскому краю, действительно 30.11.2005 года сотрудниками БТИ установлен факт сноса здания 

<

адрес > (т.1 л.д.25-26, 140-145 настоящего дела).

Между тем, суд учел, что 05.09.2014 года, то есть после заключения с ФИО3 договора купли-продажи от 22.07.2014 года ФИО2 выдал на имя ФИО4 нотариально удостоверенную доверенность, которой уполномочил последнюю на представление его интересов в уполномоченных государственных органах и организациях по всем вопросам, связанным с оформлением и подготовкой разрешительной и технической документации, необходимой для реконструкции здания 

<

данные изъяты> с пристроем здания 

<

данные изъяты> находящихся по адресу: г

<

адрес >, для государственной регистрации права собственности на вышеуказанный объект недвижимости, внесения изменений в ЕГРП в связи с произведенной его реконструкцией (т.1 л.д.60, т.2 л.д.103-оборот настоящего дела).

Согласно материалов регистрационного дела на здание 

<

данные изъяты> с пристроем здания 

<

данные изъяты>, 11.11.2014 года, а затем и 28.11.2014 года ФИО2 и ФИО4 как его представитель обратились через МФЦ в Управление Росреестра по Алтайскому краю с заявлениями о прекращении государственного кадастрового учета указанного объекта недвижимости с КН № и о прекращении права собственности на него (т.1 л.52-62, т.2 л.д.83).

Подводом к обращению ФИО2 с указанными заявлениями послужил акт обследования от 06.11.2014 года объекта с КН №, составленный по заданию ФИО2 кадастровым инженером ФИО10, по заключению которого настоящий акт обследования подготовлен для снятия с государственного кадастрового учета здания гаража с пристроем здания 

<

данные изъяты> в связи со сносом, а также для исключения сведений о нем из ЕГРП (т.2 л.д.85 настоящего дела).

Решением от 03.12.2014 года ФБГУ «ФКП Росреестра» по Алтайскому краю на основании вышеуказанного акта обследования объект недвижимости снят с кадастрового учета (т.2 л.д.91).

Примечательно также, что 14.10.2014 года ФИО2 обращался в Барнаульское отделение филиала ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» с заявлением об определении инвентаризационной стоимости здания склада с пристроем по адресу: 

<

адрес > но не под литером №, а под литером № по данным технического паспорта по состоянию на последнюю дату обследования 26.09.2014 года (т.2 л.д.105).

Так, согласно акту от 26.09.2014 года обследования указанного объекта с непосредственным участием ФИО2, объект недвижимости по указанному адресу под литером № является результатом самовольного строительства, а из приложения к акту обследования («Характеристика здания») следует, что годом его постройки является 2006 год (т.2 л.д.103-оборот-116).

Далее, как установлено решением Центрального районного суд г.Барнаула от 22.02.2018 года, 31.05.2016 года между ФИО2 (Продавец) и ФИО7 (Покупатель) заключен договор купли-продажи, предметом которого являлось отчуждение объекта недвижимости – здания назначения «нежилое», литер № расположенного по адресу: 

<

адрес >, согласно техническому паспорту по состоянию на 13.10.2014 года, из пункта 1.2 которого следовало, что право собственности на отчуждаемый объект недвижимости не зарегистрировано (т.1 л.д. 128-131, т.3 л.д.159-162).

Вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г.Барнаула от 06.04.2017 года за ФИО7 признано право собственности на нежилое здание, расположенное по адресу: 

<

адрес >

Основываясь на установленных вышеприведенных обстоятельствах суд пришел к выводу, что, заключая с ФИО3 договор купли-продажи от 22.07.2014 года, ФИО2 был осведомлен о том, что объект права, в отношении которого имелась регистрация у ФИО3, а именно строения под литером № отсутствует.

Фактически ФИО2 вступил во владение объектами под литером № до заключения вышеуказанной сделки, о чем свидетельствуют правоотношения сторон по поводу аренды земельного участка, занятого спорным объектом недвижимости; производил работы по ремонту строения, осознавал, что площадь объекта и характеристики иные нежели указанные в договоре.

Таким образом, ФИО2 осознавал, что приобретает у ФИО3 вещь, для введения которой в гражданский оборот необходимо совершить установленные законом юридически значимые действия, о чем, в частности, свидетельствуют действия ФИО2 по снятию с кадастрового учета объектов под литером № сразу после регистрации за собой права собственности на них и оформления договора аренды земельного участка, выдача доверенности да производства данных действий на ФИО4

Соответственно, стороны по сделке при её заключении предполагали, что она совершается не в отношении объектов под литером № и здание отчуждается по договору от 22.07.2014 года не как объект недвижимости, прошедший процедуру государственной регистрации, а передавали по договору права на объект, в последующем поставленный на кадастровый учет под литером № и который на момент заключения договора являлся комплексом строительных материалов.

Стороны осознавали, что регистрация сделки на литеры № позволит ФИО2 оформить права на земельный участок, что им и было сделано; дважды заключались дополнительные соглашения к договору аренды, а в последующем права на землю были переданы ФИО7

При этом, судом приняты во внимание пояснения ФИО2, согласно которым он вступил во владение объектом в виде здания, в котором требовалось проведение значительных работ, к проведению которых он приступил до заключения договора от 22.07.2014 года; признает тот факт, что по договору ему было передан строение в фактическое пользование и владение с отличающимися характеристиками от указанных в договоре.

При заключении сделки ФИО2 соглашался с тем, что объект принадлежит ФИО3 при том, что в самом договоре прямо указано об отсутствии претензий к состоянию объекта после ознакомления с ним Покупателя (ФИО2).

Воля и волеизъявление ФИО2 были направлены на заключение соответствующих сделок и он осознавал, какие права приобретает по ним.

При этом, уже после заключения договора от 22.078.2014 года ФИО2 заключил последующую сделку по отчуждению приобретенного объекта недвижимости от 31.05.2016 года с ФИО7, которая впоследствии самостоятельно обратилась в суд с иском о признании права собственности на самовольную постройку.

Данные действия ФИО2 по реализации объекта, проданного ему ФИО3 свидетельствуют о намерении оставить объект недвижимости за собой на период с 2014 года и до его отчуждения.

Согласно выводам суда, доводы ФИО2 о незаконности сделки по договору от 22.07.2014 года преследовали цель снижения объема его обязательств перед ФИО3 в по оплате стоимости приобретенного им объекта.

Исходя из анализа условий договора от 22.07.2014 года в части согласования сторонами условий о его предмете, суд пришел к выводу, что предмет был идентифицированным.

Указанным решением Центрального районного суда г.Барнаула от 22.02.2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением Алтайского краевого суда от 13.06.2018 года (т.3 л.д.244-249), с ФИО2 взыскано в пользу ФИО3 4900000 рублей в счет задолженности по оплате стоимости приобретенного по договору от 22.07.2014 года объекта недвижимости, а также проценты.

Таким образом, приводимые в обоснование заявленных в рамках настоящего дела требований доводы истца являлись предметом исследования и тщательной проверки в рамках ранее рассмотренного Центральным районным судом г.Барнаула гражданского дела с участием тех же сторон.

В силу ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Учитывая установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу обстоятельства, применительно к положению ст.457 ГПК, суд приходит к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению требований иска об уменьшении покупной цены отчужденного по договору от 22.05.2014 года объекта и, напротив, взыскании с ответчика ФИО3 в пользу ФИО2 денежных средств как разницы между стоимостью объекта под литером № по договору и его стоимости по заключению ООО «ЭКСКОМ» №61-18 от 05.09.2018 года по результатам проведенной по делу судебной экспертизы (т.2 л.д.126-165), поскольку на момент заключения договора истец претензий к техническому состоянию объекта истец не имел и не мог не осознавать что фактически приобретает объект с техническими характеристиками отличными от тех, которые предусмотрены договором, о чем прямо свидетельствуют его действия в сентябре-октябре 2014 года, то есть непосредственно после приобретения у ФИО3 объекта, связанные с обследованием объекта для целей снятия его с кадастрового учета как несуществующего объекта под литером № и определению его инвентаризационной стоимости как объекта под литером №, которая определена в ценах на 2014 год в сумме 1936349 рублей (т.2 л.д.103-оборот-110).

То обстоятельство, что он заблуждался относительно характеристик объекта как проданного ему ответчиком в реконструированном состоянии, в то время как по факту ему передан совсем иной объект, являющийся результатом самовольного строительства, суд отвергает как несостоятельные, поскольку для целей применения статьи 222 ГК РФ понятия самовольное строительство и самовольная реконструкция тождественны, предусматривают аналогичные правовые последствия, в частности необходимость совершения и в том, и в другом случае юридических действий для введения объекта в гражданский оборот.

При этом, сам истец утверждает, что о необходимости озаконивания объекта отличного от объекта, являвшегося предметом заключенного с ответчиком договора купли-продажи лишь постольку, поскольку по данным ЕГРП (ЕГРН) последний и только мог являться на тот момент времени объектом гражданского оборота как зарегистрированный по праву собственности за ответчиком, истец в к моменту совершения сделки был осведомлен.

Более того, суд находит заслуживающими внимания доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, применительно к заявленным требованиям.

Так, в соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п.2 ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По общему правилу п.1 ст.196 ГК РФ, срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу п.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, приведенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15).

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства (пункт 12).

В силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети "Интернет".

Положение пункта 1 статьи 204 ГК РФ не применяется, если судом отказано в принятии заявления или заявление возвращено, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований (пункт 17).

Учитывая, как установлено судом, осведомленность истца на момент заключения с ответчиком договора от 22.07.2014 года относительно характеристик являвшегося его предметом объекта недвижимости, последним днем общего срока исковой давности, исчисляемого со дня совершения указанной сделки, в течение которого истец имел возможность оспорить покупную стоимость, являлось 22.07.2017 года.

Доводы истца о том, что о сносе являвшегося предметом договора объекта под литером № ему стало известно лишь в сентябре 2016 года, опровергаются материалами дела, в частности свидетельствующими о непосредственном его участии в обследовании спорного объекта в сентябре 2014 года (т.2 л.д.103-110).

Обстоятельств, указывающих на прерывание указанного срока давности суд не усматривает, поскольку в принятии встречного иска ФИО2 к ФИО3, содержащего аналогичные требования, предъявленного в рамках рассмотрения дела №2-27/2018 протокольным определением Центрального районного суда г.Барнаулаа от 12.01.2018 года было отказано (рт.3 л.д.184-188), а поданный в самостоятельном порядке 15.02.2018 года в Октябрьский районный суд г.Барнаула аналогичный иск определением указанного суда от 20.02.2018 года возвращен за неподсудностью указанному суду (т.3 л.д.163-166).

Оснований для восстановления истцу пропущенного срока исковой давности по приводимым им доводам, в частности со ссылкой на заболевание в 2016 году его супруги, суд не находит, поскольку само по себе данное обстоятельство не свидетельствует об отсутствии у истца в течение всего установленного срока реальной возможности обратиться в суд за защитой, нарушенного по его мнению права, то есть не свидетельствует об уважительности причин пропуска им срока давности.

Суд обращает внимание на то обстоятельство, что с настоящим иском ФИО2 обратился в Центральный районный суд г.Барнаула 22.02.2018 года, то есть в день, когда состоялось решение того же суда по делу №2-27/2018, которым с него в пользу ФИО3 взыскана задолженность по договору от 22.07.2014 года.

Данное обстоятельство в совокупности со всеми иными установленными в ходе судебного разбирательства по настоящему делу в их хронологической последовательности и во взаимосвязи дает основания полагать обращение истца с настоящими требованиями по существу преследующим цель уклонения истца от исполнения обязательств по оплате договорной стоимости приобретенного им по договору от 22.07.2014 года объекта недвижимости.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований иска ФИО2 ФИО18 к ФИО1 ФИО19 об уменьшении покупной цены строения, расположенного по адресу: 

<

адрес >, по договору купли-продажи от 22.06.2014 года, взыскании 5480953 рублей, компенсации морального вреда полностью отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Гурьевский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня составления настоящего решения в окончательной форме.

Судья А.Г. Олифер

Решение в окончательной форме изготовлено 19.07.2019 года.