Гр.дело №2-76/20

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 октября 2020 года Талдомский районный суд Московской области в составе председательствующего судьи Никитухиной И.В. с участием прокурора Головешкиной Е.С. при секретаре Смертиной К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГАУЗ МО «Дубненская городская больница», ООО «Общая практика», ООО «Аэлита-Талдом» о компенсации морального вреда, возмещении вреда, расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГАУЗ МО «Дубненская городская больница», ООО «Общая практика», ООО «Аэлита-Талдом» о компенсации морального вреда, возмещении вреда, расходов.

Требования истца основаны на том, что ДД.ММ.ГГГГ она обратилась в ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» в отделение женской консультации к врачу ультразвуковой диагностики ФИО5 для проведения УЗ-исследования беременности (1 скрининг – 12 недель). После проведения исследования врач выдал ей Протокол УЗИ, в заключении которого указано: «Беременность 12 недель 4 дня», «Врожденные пороки развития – Не выявлено». ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ООО «Аэлита-Талдом» к врачу ФИО6 для проведения УЗ-исследования второго триместра беременности. Исследование выполнялось на платной основе. После проведения исследования врач выдал документ с заключением «Беременность 20-21 неделя. Угроза прерывания беременности. Преждевременное созревание плаценты», «Врожденные пороки развития – Данных не обнаружено; гипертонус миометрия». Врачом был произведен замер плечевых костей и костей предплечья у плода. В этот же день было проведено УЗИ в клинике по месту проживания, врачом был опровергнут диагноз тонус миометрия. ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ООО «Общая практика» к врачу ФИО7 для проведения УЗИ третьего триместра беременности (3 скрининг – 34 недели). После проведения исследования врач выдал заключение, в котором было указано «Беременность 34 недели + 5 дней. Головное предлежание. Обвитие шеи плода пуповиной. Подозрение на крупный плод», «Пороки развития – Не выявлено». В ходе проведения данного исследования врач проводил замер разных частей плода и в заключении указал их размер. ДД.ММ.ГГГГ ее направили на ультразвуковое исследование к врачу ГАУЗ МО «Дубненская городская больница». После проведения исследования врач выдал протокол УЗИ, в заключении которого указано «Беременность 35 недель 1 день. Головное предлежание», «Пороки развития – Не выявлено». 

ДД.ММ.ГГГГ истец родила мальчика, которому был поставлен диагноз «Врожденный порок развития: врожденное отсутствие предплечья и кисти справа». Ребенку была присвоена категория «ребенок – инвалид». Считает, что действиями врачей грубо нарушены правила и стандарты оказания медицинской помощи. Имеются нарушения при проведении ультразвукового исследования, так как не заметить отсутствие не только пальцев, но и части руки невозможно. Врачами, проводившими ультразвуковое исследование, были допущены нарушения ведения и оформления медицинской документации. Своими действиями и бездействием, некачественно проведенным исследованием ответчиками нарушены права истца в сфере охраны здоровья граждан. В результате истца лишили права знать все о ходе течения беременности, о состоянии здоровья ребенка, принятия решения о сохранении или прерывании беременности, лишили возможности моральной подготовки к тому, что ребенок родится с патологией. Ввиду сложившейся ситуации истцу был причинен моральный вред, отразившийся на психологическом и физическом здоровье. Вследствие того, что ребенок является инвалидом с детства, он также будет испытывать моральные страдания. Помимо прочего ребенку необходимо проводить реабилитационные мероприятия: наблюдение у специализированных врачей, реабилитационные массажи, лечебная физкультура, приобретение ортопедической обуви. Ребенок не сможет вести полноценную жизнь, ему предстоят медицинские операции. Одним из факторов причинения морального вреда является то, что из-за глубокого психологического потрясения истец понимает, что рождение второго ребенка в ее жизни не является возможным ввиду пережитого стресса. На основании изложенного просит взыскать с ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 рублей, с ООО «Аэлита-Талдом» - компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей и стоимость скринингового исследования и почтовых уведомлений в размере 2000 рублей, с ООО «Общая практика» - компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей и стоимость скринингового исследования и почтовых уведомлений в размере 2000 рублей. 

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истец иск поддержала и пояснила, что моральный вред был причинен некачественно оказанной медицинской услугой. Все ответчики оказали не качественно медицинскую услугу. Это доказывается протоколами УЗИ. Данные протоколы оформлены некорректно, не везде присутствуют записи, также в пояснениях ответчик ООО «Общая практика» и ООО «Аэлита-Талдом» ссылаются на то, что показаний для прерывания беременности не было, ссылаясь на приказ, однако если внимательно посмотреть этот приказ, то показания для прерывания беременности у нее были. В связи с такими показаниями они должны были предложить прерывание беременности, чего не сделали. Ответ Минздрава и врача Чалигава подтверждают, что была некачественно оказана медицинская услуга. ООО «Общая практика» в своих возражениях ссылается, что это был первый пропущенный порок развития, тем самым они подтверждают, что эта услуга оказана некачественно. Каждым врачом пропущен порок развития у ее ребенка, хотя ничего не мешало его визуализировать. Данный порок у ее ребенка связан не с качеством оказания услуги, а с тем, что врачи ее не предупредили о его наличии. Сам порок невозможно было предотвратить, если бы даже услуга была оказана надлежащим образом. Считает, что неполное заполнение протокола УЗИ является некачественно оказанной услугой. Незаполнение всех граф, возможно, повлекло установление неправильного диагноза ее ребенку. ООО «Общая практика» виновата в том, что ее ребенок родился с таким пороком развития. У нее на тот момент имелись показания для прерывания беременности. На основании приказа Минздрава, в случае постановки такого диагноза порока у плода прерывание беременности возможно независимо от срока беременности, то есть на любом сроке беременности, по показанию консилиума врачей и ее согласия беременность можно было прервать. На УЗИ на 34 неделе ничего не мешало визуализировать порок развития. Как врач утверждает в своих объяснениях, никаких преград у него для этого не было. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 пояснила, что исковые требования поддерживает, с заключением экспертов не согласна.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» пояснил, что возражает против искового заявления. Ответчиком был произведён скрининг в 1 триместре 28.04.2018г. Целью проведения скринингового ультразвукового исследования в 1 триместре беременности является главным образом оценка толщины воротникового пространства. Организация работы по пренатальной диагностике пороков развития плода осуществляется на основании приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О совершенствовании пренатальной диагностики в профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей», согласно которому целью исследования плода на 10-14 неделе беременности является установление срока и характера течения беременности, обязательная оценка толщины воротникового пространства, состояния хориона, формирование групп риска по хромосомной патологии и некоторым ВПР у плода. Однозначно установить у плода на данном периоде течения беременности наличие врождённых пороков развития невозможно. Согласно ранее указанному приказу, возможно установить во 2-м триместре беременности при сроке беременности 20-24 недели, однако даже в этом случае при подобном сроке беременности 20-24 недели со 100% вероятностью установить наличие у плода ВПР невозможно. В рецензии все указано, она была заказана в соответствии с проведенной проверкой. Нет прямой связи между некачественно оказанной медицинской услугой и пороком развития. Сумма заявлена в большом размере и ничем не обоснована. Прерывание беременности по желанию лица возможно на сроке до 12 недель. Дальше только по решению медицинской комиссии. Наличие особенностей течения беременности, которые в случае истца помешали диагностированию у плода ВПР, подтверждается и тем, что несмотря на то, что истец неоднократно проходила скрининговые исследования на разных сроках беременности в трех медицинский организациях у разных специалистов, ни при одном исследовании ВПР плода, на которое ссылается истец, не было диагностировано. УЗИ не может дать 100% вероятность выявления врожденных пороков развития. Нарушений по проведению УЗИ нет. Была сделана рецензия, которая это подтверждает. Медицинская услуга оказана качественно. На 1 скрининге невозможно выявить такой порок развития. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ГАУЗ МО «Дубненской городской больницы» ФИО8 пояснил, что иск не признает. С проведенной экспертизой согласен. Считает, что выводы эксперта обоснованы. Экспертиза имеет решающее значение для разрешения спора. Неправильно заполненные документы не могли повлиять на рождение ребенка с пороками.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ООО «Общая практика» пояснила, что на сроке беременности 30-34 недели, когда проводится 3 скрининговое исследование, выявить конкретные анатомические пороки развития невозможно ввиду определенных обстоятельств. Во-первых, исследованию во время 3 скрининга является положение плода, предлежащая часть и все, что связано с будущим родоразрешением. Это расположение плаценты, расположение плода, его масса, предполагаемая дата родов. Основные моменты направлены на роды, они не направлены на исследование анатомических особенностей плода. Возможно выявление патологий, которые проявляются на поздних сроках вынашивания, и могут быть связаны с сердечно-сосудистой системой, которые могут быть выявлены на поздних сроках беременности. На этот момент плод крупный, он не такой подвижный, по расположению плода не всегда возможно определить все стороны, параметры развития ребенка, только те параметры, которые попадают в обзор аппарата. Также зависит от количества вод, от их состояния. Все это влияет на видимость. Не существует такой методики для выявления всех пороков развития на этой стадии с помощью УЗИ. Что касается оказания самой медицинской услуги, она была оказана качественно. УЗИ было проведено, прибор был исправен, отвлечения врача не было от УЗИ, в протоколе она указала все параметры, которые ею были исследованы. Предполагаемая дата родов указана в заключении. Не указан размер длины голеней, плечей и предплечий. Данные графы присутствуют в Бланке исследования для того, чтобы в случае выявления манифистирующих пороков внести необходимые измерения. Данные измерения в случае отсутствия пороков не обязательны при обследовании в 3 триместре и не нужны для определения массы плода, срока беременности и предварительной даты родов. Данные измерения должны проводиться на 1 и 2 скринингах в специализированных кабинетах перинатальной диагностики специалистами по пренатальному скринингу. Показатели анатомии плода отмечены в протоколе УЗИ разрешенным значком N, обозначающим норму, что соответствует действительности, поскольку пороков развития, перечисленных в протоколе органов и систем плода, плаценты и пуповины у ребенка не выявлено. Врач ФИО7 дала заключение согласно стандартам обследования для данного периода беременности, заключение должно быть клинически интерпретировано лечащим врачом в совокупности с другими факторами. В данном случае причиной возникновения порока у плода являются отклонения в его нормальном развитии, в котором нет вины ООО «Общая практика», в связи, чем ответчик не должен нести ответственность за рождение ребенка с пороками развития. Таким образом, считает, что ультразвуковое исследование ФИО2 проведено качественно, медицинская услуга оказана надлежащим образом, оснований для взыскания с ответчика морального и материального вреда не имеется. На основании изложенного просит в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ООО «Общая практика» отказать. Согласна с позицией представителя Дубненской больницы о том, что если все исследования, проведенные разными специалистами, не выявили порок развития, то, значит, существовали какие-то причины для этого. Если бы выявились пороки развития, то эти показатели должны быть отражены и замеры произведены. Оснований для прерывания беременности не было. Порок развития есть. Врач не отрицает, что она его не определила, но в силу объективных причин. 

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ООО «Общая практика» ФИО9 пояснила, что иск не признает, с выводами эксперта согласны. В документах действительно были не все графы заполнены. В рамках УЗИ невозможно было определить на 100% развитие такого порока у ребенка. Недостатки в заполнении медицинской документации не повлияли на рождение ребенка с таким пороком развития. Вины в рождении ребенка с пороком развития нет. Отсутствует причинно-следственная связь между документацией и рождением ребенка. Моральный вред связан с рождением ребенка с пороком развития. Считает, что такие исковые требования не могут быть удовлетворены.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ООО «Аэлита-Талдом» пояснила, что с выводами и рекомендациями эксперта согласны. В их протоколе все графы заполнены. В 20-21 неделю плацента была в норме. Был выраженный тонус матки, и врачом было разъяснено, что при тонусе матки рекомендовано обратиться в женскую консультацию, к врачу гинекологу, так как была угроза прерывания беременности и ускоренное созревание плаценты. Угроза прерывания беременности и ускоренное созревание плаценты это и есть плацентарная недостаточность. Ультразвуковая диагностика никак бы не повлияла на рождение ребенка с таким пороком. Согласно приказу № данный порок не является показанием к прерыванию беременности.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, считает иск не подлежащим удовлетворению.

Согласно положениям ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Исходя из толкования указанных норм, для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности за причинение ущерба заявителю необходимо доказать наличие состава нарушения, включающего факт причинения вреда и его размер, противоправность и вину причинителя вреда, причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

Отсутствие хотя бы одного из указанных элементов делает невозможным удовлетворение требований о возложении на лицо, причинившее вред, обязанности по возмещению ущерба.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Частью 1 статьи 4 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется (пункт 2).

В соответствии с частью 2 статьи 29 Закона о защите прав потребителей потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать:

безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги);

соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги);

безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь;

возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

В соответствии со ст.15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" судам разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона N 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

К отношениям, связанным с оказанием гражданам медицинскими организациями медицинских услуг в рамках обязательного медицинского страхования, применяются положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-I "О защите прав потребителей".

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона N 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона N 323-ФЗ).

Как установлено судом, ФИО2 на протяжении беременности неоднократно проводились ультразвуковые исследования плода, а именно ДД.ММ.ГГГГ в ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» врачом ультразвуковой диагностики ФИО5 проведено УЗИ беременности (1 скрининг – 12 недель); ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Аэлита-Талдом» врачом ФИО6 проводилось УЗИ второго триместра беременности; ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Общая практика» врачом ФИО7 проводилось УЗИ третьего триместра беременности (3 скрининг – 34 недели); ДД.ММ.ГГГГ в ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» врачом ФИО10 проводилось УЗИ плода при беременности 35 недель 1 день.

При этом ФИО2 в результате каждого ультразвукового исследования были выданы протоколы УЗИ, в которых занесены результаты проведенного исследования. Все протоколы содержали сведения о том, что врожденных пороков развития не выявлено. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 родила мальчика, которому был поставлен диагноз «Врожденный порок развития: врожденное отсутствие предплечья и кисти справа». Ребенку была присвоена категория «ребенок – инвалид».

Полагая, что ответчиками оказана медицинская услуга ненадлежащего качества, нарушены правила оформления протоколов УЗ-исследования, истец обратилась в суд с иском о компенсации морального вреда, который выразился в том, что истца лишили права знать все о ходе течения беременности, о состоянии здоровья ребенка, принятия решения о сохранении или прерывании беременности, лишили возможности моральной подготовки к тому, что ребенок родится с патологией. В связи с пережитым стрессом истец считает, что рождение второго ребенка в ее жизни не является возможным.

Для проверки доводов истца и возражений ответчиков судом назначалась судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ МО "Бюро судебно-медицинской экспертизы".

Согласно выводам комиссии экспертов: 

УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ было выполнено в соответствии со схемой ультразвукового обследования беременной женщины, утвержденной Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, с указанием необходимых параметров, предусмотренных для первого этапа обследования. Недостаток оформления протокола исследования в виде неотображения условий визуализации не оказал влияние на формирование у плода врожденного порока развития в виде редукционного порока верхней конечности;

УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ было выполнено в соответствии со схемой ультразвукового обследования беременной женщины, утвержденной Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, с указанием необходимых параметров, предусмотренных для второго этапа обследования. Недостатки оформления протокола исследования в виде неотображения условий визуализации, отсутствия указания стороны (правая или левая) при фиксации размеров трубчатых костей, не оказали влияние на формирование у плода врожденного порока развития в виде редукционного порока верхней конечности;

УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ было выполнено в соответствии со схемой ультразвукового обследования беременной женщины, утвержденной Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, с указанием необходимых параметров, предусмотренных для третьего этапа обследования. Недостатки оформления протокола исследования в виде неотображения условий визуализации, обоснования затруднений при определении длины плечевых костей, костей предплечья, голени, отсутствие указания дня последней менструации, отсутствие оценки соответствия размеров плода гестационному сроку, не оказали влияние на формирование у плода врожденного порока развития в виде редукционного порока верхней конечности;

УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ было выполнено в соответствии с требованиями проведения ультразвукового исследования беременной женщины. В схему ультразвукового обследования беременной женщины, утвержденной Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, данный срок беременности (35 недель 1 день) не входит. Недостатки оформления протокола исследования в виде неотображения условий визуализации, обоснования затруднений при определении длины плечевых костей, костей предплечья, голени, отсутствие указания дня последней менструации, отсутствие оценки соответствия размеров плода гестационному сроку, фиксации количества околоплодных вод, неправильное определение массы плода (263 г), не оказали влияние на формирование у плода врожденного порока развития в виде редукционного порока верхней конечности.

Выявленные недостатки оформления протоколов УЗИ не оказали влияние на формирование у плода врожденного порока развития в виде редукционного порока верхней конечности. 

Экспертами указано, что на невозможность диагностики отсутствия части правой верхней конечности при проведении УЗИ могла повлиять затрудненная визуализация плода, связанная с особенностями положения конечностей, повышенным тонусом матки, физиологическим маловодием, большими размерами плода в конце беременности, техническим уровнем ультразвукового прибора, на котором проводилось исследование. Во время беременности ультразвуковое исследование беременной ФИО2 проводилось четыре раза несколькими специалистами, и ни в одном из исследований аномалия не была установлена, что может свидетельствовать о затрудненной визуализации конечностей плода. 

Таким образом, нарушений схемы ультразвукового обследования беременной женщины, утвержденной Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № "О совершенствовании пренатальной диагностики в профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей" при ведении беременности у ФИО2 не установлено.

В соответствии с Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 572н "Порядок оказания медицинской помощи по профилю "акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)", Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 457 "О совершенствовании перинатальной диагностики в профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей" беременной ФИО2 в период наблюдения беременности регулярно проводились ультразвуковые исследования на предмет выявления патологий и аномалий плода. УЗИ проведены в 1, 2 и 3 триместрах беременности. При обследованиях ФИО2 не выявлено анатомических пороков и аномалий развития плода.

Экспертами в заключении указано также, что ультразвуковое исследование во время беременности не является 100% методом диагностики врожденных пороков развития. Указанный метод исследования имеет ряд ограничений, к которым относятся вынужденное положение плода в полости матки, приведенные конечности к телу плода, положение рук под или вдоль туловища, головы плода, избыточная подкожно-жировая клетчатка матери, физиологическое маловодие в III триместре беременности, низкая точность дородовой диагностики данной патологии, возможно, также связана с ее редкостью. 

Таким образом, судом установлено, что истцу проводилось неоднократно ультразвуковое исследование, в результате которого ни одним врачом, имеющим соответствующее образование и специализацию, не был выявлен порок развития плода. При этом в суд представлены документы, свидетельствующие о том, что врач ООО «Общая практика» ФИО7 имеет Сертификат специалиста, позволяющий осуществлять медицинскую деятельность по специальности «Ультразвуковая диагностика» (л.д.121 том 1), врач ФИО5 имеет Сертификат специалиста, позволяющий осуществлять медицинскую деятельность по специальности «Ультразвуковая диагностика» (л.д.146 том 1). 

С учетом изложенного, не диагностирование порока развития у плода истца по результатам проведенных дородовых обследований не является дефектом при оказании медицинской помощи, а обусловлено объективными причинами - сложностью диагностики этого порока при рутинной оценке анатомии плода и отсутствием показаний для целенаправленного его поиска.

Также нет оснований для вывода, что наличие недостатков в оформлении протоколов ультразвуковых исследований при перинатальном скрининге явилось причиной не выявления пороков развития плода.

Отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между патологиями ребенка ФИО2 и качеством оказанной медицинской помощи истцу. Комиссия экспертов пришла к выводу, что имеются объективные сложности перинатальной диагностики врожденной аномалии, которая имеется у ребенка истца и которая была выявлена после рождения ребенка.

Подтверждением вывода об объективных сложностях перинатальной диагностики врожденных аномалий у несовершеннолетнего является и тот факт, что ультразвуковые исследования в период ведения беременности ФИО2 проводили четыре врача специалиста ультразвуковой диагностики в различных организациях на разных ультразвуковых приборах.

Таким образом, суд полагает, что отсутствуют основания для удовлетворения иска, поскольку факт ненадлежащего исполнения ответчиками обязательств (оказания медицинской услуги ненадлежащего качества) не нашел своего подтверждения в судебном заседании.

На жалобы ФИО2, направленные в учреждения, проводившие ультразвуковые исследования, ответчиками даны ответы. В частности, заместителем главврача по медицинской части ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» дан ответ о том, что в некоторых случаях детальная визуализация плода значительно затруднена в связи с особенностями строения тканей, расположением матки и расположением плода, поэтому в ряде случаев, ранние методы диагностики позволяют выявить наличие всех патологий, в других такое выявление не представляется возможным (л.д.29 том 1). Директором ООО «Аэлита-Талдом» дан ответ на обращение, в котором указано, что исследование проводилось при выраженном тонусе миометрия, который затрудняет визуализацию; осмотр конечностей измерялся фрагментарно; служебной проверкой не выявлено грубого халатного отношения врача ФИО6 при проведении исследования (л.д.33 том 1). Генеральным директором ООО «Общая практика» ФИО2 дан ответ на обращение, в котором указано, что УЗИ на более поздних сроках после 30 недель направлены на оценку общего развития плода и плаценты, предлежания и других параметров, которые могут привести к проблемам во время родоразрешения; выявление пороков развития конечностей в III триместре затруднено в связи с размерами и положением плода; замер плечевых костей после 30 недель проводится только по медицинским показаниям, в обычных случаях не проводится (л.д.77-78 том 1). При проведении проверки прокурором по жалобам ФИО2 нарушений в части порядка рассмотрения обращений ФИО2 не установлено (л.д. 53, 55 том 1). 

Экспертами в заключении также указано, что данные литературы и клинической практики свидетельствуют о том, что наибольшей информативностью для исключения РПК плода обладает ультразвуковое исследование, произведенное на сроке 18-24 недели беременности, когда пальцы, как правило, разогнуты; ультразвуковая диагностика в более позднем сроке гестации имеет ограничения; на сроке до 12 недель возможность выявления дефекта сомнительна. 

Довод истца о том, что она не согласна с выводами экспертов, суд отклоняет, так как судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом представленных материалов дела, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме того, экспертное заключение не содержит исправлений, выполнено в специализированном экспертном учреждении, в связи с чем, суд принимает заключение комиссии экспертов ГБУЗ МО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" в качестве доказательства по делу.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии с положениями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Не доверять заключению комиссии экспертов, оценка которого произведена в совокупности с иными имеющимися в материалах дела доказательствами, не имеется оснований.

Эксперты обладают специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, имеют стаж экспертной работы, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал. Методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы научно обоснованы, непротиворечивы.

Представленная Рецензия на ведение беременности ФИО2, выполненная специалистами ГБУЗ МО МОНИИАГ, не опровергает выводов комиссии экспертов, так как содержит выводы о наличии дефектов в оформлении протоколов УЗИ в части информации о затрудненной визуализации, некорректно указанных сроков беременности. При этом специалистами отмечено, что редукционный порок развития конечностей – редкое состояние, связанное с различными факторами, в основном с ранним тромбозом сосудов хориона и амниотическими тяжами. УЗИ является единственным методом, диагностирующим врожденные аномалии развития до родов, однако при помощи ультразвука нигде в мире не выявляют все врожденные пороки развития в 100% случаев. К причинам, приводящим к снижению качества пренатальной диагностики, несомненно, можно отнести положение плода, когда визуализация отдельных его частей с целью исключения анатомических дефектов иногда сложна и размер подкожно-жировой клетчатки у беременной, а также ее индивидуальная особенность в способности проводить ультразвук, что значительно ухудшает адекватную оценку анатомии плода (л.д.156-158 том1). 

Так как судом не установлено нарушения ответчиками прав ФИО2, как потребителя, суд отказывает истцу в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

При этом, довод истца о том, что она была лишена права решать, сохранять ли ей беременность или прервать ее, суд считает необоснованным, так как в соответствии с заключением экспертов, со ссылкой на Приказ Минздравсоцразвития РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении перечня медицинских показаний для искусственного прерывания беременности», прерывание беременности независимо от срока показано лишь при аномалиях плода с неблагоприятным прогнозом для жизни плода (то есть пороках несовместимых с жизнью), установленных методами (УЗИ, кариотипирования плода, молекулярной диагностики) и определяется решением перинатального консилиума. Врожденная ампутация части верхней правой конечности не представляет угрозы для жизни плода и матери, то есть не является несовместимым с жизнью пороком, и поэтому не является показанием для прерывания беременности. 

Возможность повторной беременности для ФИО2 не исключается, так как в соответствии с заключением экспертов, в большинстве случаев данные аномалии возникают спорадически, и риск их повторения при последующей беременности у той же женщины незначительный. 

Так как допущенные ответчиками дефекты оформления медицинской документации не повлияли на рождение у истицы ребенка с пороком развития конечности, то приведенные истцом доводы о том, что в дальнейшем ей предстоят значительные затраты на реабилитационные мероприятия: наблюдение у специализированных врачей, реабилитационные массажи, лечебная физкультура, приобретение ортопедической обуви, проведение ребенку медицинских операций, не могут повлечь взыскание компенсации морального вреда с ответчиков, так как указанная патология не явилась следствием ненадлежащих действий или бездействия ответчиков. Каких-либо доказательств наличия врачебной ошибки, халатности или небрежности, непрофессионализма, иных недостатков оказанных истице услуг, при рассмотрении настоящего дела не установлено, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения заявленных истицей требований, в том числе о возмещении расходов на проведение ультразвукового исследования и почтовых расходов.

На основании изложенного, суд отказывает ФИО2 в удовлетворении исковых требований. 

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО2 к ГАУЗ МО «Дубненская городская больница», ООО «Общая практика», ООО «Аэлита-Талдом» о компенсации морального вреда, возмещении вреда, расходов оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Московский областной суд через Талдомский районный суд. 

Судья И.В.Никитухина

Решение в окончательной форме

составлено ДД.ММ.ГГГГ