РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

 

№2-24/2021

18 марта 2021 года

город Юрга

Томский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Маленика В.Г.,

при секретаре судебного заседания Никифорцевой Г.Ф., помощнике судьи Давыдове С.А.,

с участием представителя истца - командира войсковой части 00000 капитана ФИО1,

ответчика ФИО2, его представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части 00000 к военнослужащему, проходящему военную службу в указанной воинской части, майору ФИО2 о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части 00000 обратился в суд с иском, в котором в порядке привлечения военнослужащего, проходящего военную службу по контракту в этой же воинской части, майора ФИО2 к материальной ответственности, просит взыскать с него 2258968 рублей 43 копейки в счет возмещения материального ущерба, причиненного войсковой части 00000 в результате неправомерного списания материальных ценностей службы горючего и смазочных материалов (далее – ГСМ) данной воинской части, путем перечисления указанной суммы на счет федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Новосибирской области» (далее - ФКУ «УФО МО РФ по Новосибирской области»).

В обоснование иска истец указывает, что на основании приказа командира войсковой части 00000 от 26 февраля 2015 года № 20 ФИО2 назначен на должность командира танковой роты танкового батальона войсковой части 00000 и в соответствии с приказом этого же должностного лица от 7 мая 2015 года № 86 ответчик принял дела и должность, приступил к исполнению должностных обязанностей.

На основании акта выездного контрольного мероприятия, проведенного в отношении войсковой части 00000 Межрегиональным управлением ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации (по Центральному военному округу) (далее - Межрегиональное управление) от 28 апреля 2018 года № 31, а также приказа командира войсковой части 00000 от 25 сентября 2018 года № 1903 о результатах проведения административного расследования по факту неправомерного списания материальных ценностей по службе ГСМ войсковой части 00000 и заключения по материалам административного расследования по вышеуказанному факту от 20 сентября 2018 года, выявлено неправомерное списание материальных ценностей службы ГСМ танковой роты, что составило материальный ущерб на общую сумму 2258968 рублей 43 копейки. Материально ответственным лицом в отношении данного ущерба на момент его выявления являлся ФИО2.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные истцом требования поддержал в полном объеме и дополнительно пояснил, что ФИО2 являлся материально ответственным лицом, который получив топливо для хранения, перевозки и выдачи в войсковой части 00000, ненадлежащим образом произвел списание этого горючего, по своей вине допустил причинение данного ущерба, вследствие чего он должен быть привлечен к полной материальной ответственности на основании Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон).

Также ФИО1 пояснил, что в результате вышеназванных проверочных мероприятий в 3 танковой роте танкового батальона войсковой части 00000 выявлен материальный ущерб, который складывается из: неправомерного списания топлива на вооружение, не имеющего постоянных или временных норм расхода горючего, утвержденных в порядке, предусмотренном в Вооруженных Силах Российской Федерации – термодымовой аппаратуры; сверхнормативного списание топлива в результате приписки наработки военной техники на моточасы, на которые применялась норма расхода горючего на час работы в движении – выполнение задач по оборудованию позиции танков; сверхнормативное списание в результате приписки наработки военной техники на моточасы, на которые применялась норма расхода горючего на час работы на месте.

Таким образом, по его мнению, вина ФИО2 в причинении государству материального ущерба в указанном в иске размере по службе ГСМ установлена в ходе проверочных мероприятий, осуществлявшихся контрольно-финансовым органом Министерства обороны Российской Федерации, о чем имеется соответствующий акт за проверяемый период, а также заключение по материалам административного расследования по данному факту, в связи с чем заявленный иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 исковые требования не признали. ФИО2 пояснил, что указанное в иске и полученное им топливо было полностью израсходовано при выполнении учебно-боевых задач и впоследствии списано по нормам, при этом применение на военной технике термодымовой аппаратуры (далее – ТДА) и выполнение задач по оборудованию позиций танков – отрытия окопов, содержались в плане учений, а небольшое время выполнения данных работ связано с выбором соответствующего места их выполнения. Кроме того ФИО2 указал, что в двух расшифровках о расходе ГСМ к путевым листам, по которым допущено сверхнормативное списание в результате приписки наработки военной технике на моточасы (т. 1 л.д. 113-115), на основании которых и производилось списание топлива, содержится не его подпись.

Представитель ответчика ФИО3 пояснил, что полагает недоказанным факт причинения ФИО2 реального ущерба, который должен в силу данного в Законе определения выражаться в утрате или повреждении имущества воинской части, либо расходах, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а поскольку истцом данный материальный ущерб приказом не объявлялся и в книгу учета недостач войсковой части 00000 не заносился, то реальный ущерб отсутствует. Административное расследование проведено формально, форма вины ФИО2 в причинении материального ущерба не установлена. 

Кроме того ФИО3, не представив расчетов суммы ущерба, с ценой иска не согласился, поскольку командир войсковой части 00000 в своих возражениях на вышеуказанный акт от 28 апреля 2018 года № 31 не соглашался с неправомерным списанием горючего на сумму 1109331 рубль 25 копеек по танковой роте ФИО2, однако в исковом заявлении указал всю сумму иска, при этом, будучи несогласным с упомянутым актом, в суд о его оспаривании не обращался. Также ФИО3 указал, что, по его мнению, ФИО2 подлежит привлечению к ограниченной материальной ответственности, поскольку ущерб причинен им по неосторожности ввиду исполнения приказа о проведении учений и списания впоследствии израсходованного топлива.

Командир войсковой части 00000 и руководитель ФКУ «УФО МО РФ по Новосибирской области», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не представили. При этом руководитель учреждения Рябчич представил суду заявление о рассмотрении дела без его участия.

Суд, с учетом положений статьи 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, явка которых обязательной не признавалась.

Выслушав представителя истца, ответчика и его представителя, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Условия и пределы материальной ответственности военнослужащих установлены статьями 3 и 6 Закона, в соответствии с которыми военнослужащий обязан возместить лишь причиненный по его вине реальный ущерб, по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба, с учетом износа имущества. 

Статьей 5 Закона установлено, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов.

Согласно пункту 1 статьи 8 Закона вопрос о возмещении ущерба, размер которого превышает один оклад месячного денежного содержания военнослужащего и одну ежемесячную надбавку за выслугу лет, решается судом по иску командира (начальника) воинской части.

Выпиской из приказа командира войсковой части 00000 от 26 февраля 2015 года № 20 подтверждается, что капитан ФИО2 назначен на должность командира танковой роты танкового батальона войсковой части 00000. 

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части 00000 от 7 мая 2015 года № 86, ФИО2 с 30 апреля 2015 года принял дела и должность командира роты и приступил к исполнению должностных обязанностей, которые включают в себя, в том числе, материальную ответственность за полученное имущество.

Согласно акту выездного контрольного мероприятия, проведенного в войсковой части 00000 Межрегиональным управлением от 28 апреля 2018 года № 31 выявлен материальный ущерб по службе ГСМ за период с 9 ноября 2016 года по 29 декабря 2017 года в 3 танковой роте танкового батальона войсковой части 00000, который складывается из следующих составляющих:

1. Неправомерное списание топлива на вооружение, не имеющее постоянных или временных норм расхода горючего, утвержденных в порядке, предусмотренном в Вооруженных Силах Российской Федерации, на общую сумму 647255 рублей 21 копейка, а именно:

- дизельное топливо (далее – ДТ) «Арктическое» в количестве 6050 кг на сумму 218877 рублей 79 копеек;

- ДТ «Евро летнее сорт С (ДТ-Л-К-4)» в количестве 2012 кг на сумму 70393 рубля 91 копейка;

- ДТ «Зимнее - 35» в количестве 6718 кг на сумму 209377 рублей 72 копейки;

- ДТ «Зимнее смесевое» в количестве 521 кг на сумму 18073 рубля 49 копеек;

- ДТ «Летнее» в количестве 4521 кг на сумму 130532 рубля 30 копеек.

2. Выявлены путевые листы, по которым допущено сверхнормативное списание в результате приписки наработки военной техники на моточасы (определена как разница между количеством отработанных по путевому листу моточасов, подтвержденных показаниями счетчика, отраженными на лицевой стороне документа, и суммы количества часов, на которые произведен расчет в целях определения нормативного расхода). При этом на указанные моточасы применялась норма расхода горючего на час работы в движении. Сумма ущерба составила 1609113 рублей 30 копеек, а именно:

- ДТ «Арктическое» в количестве 12362 кг на сумму 442208 рублей 80 копеек;

- ДТ «Евро летнее сорт С (ДТ-Л-К-4)» в количестве 3963 кг на сумму 138664 рублей 74 копейки;

- ДТ «Зимнее - 35» в количестве18380 кг на сумму 576296 рублей 51 копейка;

- ДТ «Зимнее смесевое» в количестве 1467 кг на сумму 50890 рублей 23 копейки;

- ДТ «Летнее» в количестве 13795 кг на сумму 401053 рубля 02 копейки.

3. Выявлены путевые листы, по которым допущено сверхнормативное списание в результате приписки наработки военной техники на моточасы. На указанные моточасы применялась норма расхода горючего на час работы на месте. Сумма ущерба составила 2599 рублей 92 копейки, а именно - ДТ «Арктическое» в количестве 72 кг на указанную выше сумму. 

Из протокола от 30 мая 2018 года № 13дсп следует, что Межрегиональным управлением рассмотрены возражения войсковой части 00000 на вышеуказанный акт и удовлетворены частично, при этом возражения в части списания ГСМ, в том числе по танковой роте ФИО2, оставлены без удовлетворения.

Согласно заключению по материалам административного расследования по факту неправомерного (незаконного) списания горючего в подразделениях войсковой части 00000 от 20 сентября 2018 года, проведенного по выявленному Межрегиональным управлением ущербу по службе ГСМ, а также выписке из приказа командира войсковой части 00000 от 25 сентября 2018 года № 1903 по результатах проведенного указанного выше административного расследования следует, что в 3 танковой роте танкового батальона выявлено неправомерное списание материальных ценностей по службе ГСМ на общую сумму 2258968 рублей 43 копейки, по наименованиям видов и количества топлива, соответствующим указанному истцом в исковом заявлении. 

При этом вопреки доводам представителя ответчика, из содержания вышеуказанных документов следует, что ущерб был причинен ФИО2 по неосторожности, а проведенное административное расследование соответствует приказу Министра обороны Российской Федерации от 3 декабря 2015 года № 717 «Об утверждении Наставления по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации».

Ответчик ФИО2 подтвердил в суде, что он действительно являлся материально ответственным лицом, ответственным за надлежащее списание топлива, полученного и использованного в ходе плановых мероприятий по боевой подготовке подчиненного ему подразделения в течение периода времени, подвергшегося проверке финансовым органом Министерства обороны Российской Федерации и отраженного в представленном в деле акте от 28 апреля 2018 года № 31, что также подтверждается представленными в деле копиями расшифровок о расходе ГСМ и путевых листов, актов о списании материальных запасов (топлива).

Приказом Министра обороны Российской Федерации от 13 июля 1992 года № 65 установлены условия и нормы ГСМ на конкретные виды вооружения и военной техники в Вооруженных Силах Российской Федерации, в котором указано, что списание ГСМ производится по фактическому расходу, но не свыше установленных норм, при этом выдача ГСМ для техники, не имеющей постоянных или временных норм, запрещается. 

Вместе с тем, как установлено судом и не оспаривается сторонами, ФИО2 в указанный период допущено расходование дизельного топлива на вооружение, не имеющее постоянных или временных норм расхода, - системах ТДА в ходе выполнения учебно-боевых задач на закрепленных за вверенным ему подразделением танках.

При этом использование подразделением ФИО2 в ходе выполнения учебно-боевых задач штатных систем ТДА было обусловлено включением этих мероприятий в планы боевой подготовки его подразделения, утвержденные военным командованием, что не оспаривается и представителем истца.

Согласно Инструкции по эксплуатации танка, в состав его оборудования включены система ТДА и оборудование для самоокапывания. В главе 12 данной инструкции указано, что расход топлива при работе ТДА составляет около 10 л/мин (т. 1 л.д. 76).

В соответствии со статьей 23 Наставления по боевой подготовке в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 1 декабря 2013 года № 760, на тактическом занятии отрабатываются нормативы, учебные задачи в условиях, максимально приближенных к боевым, в полном составе со штатным вооружением, средствами управления и связи, необходимом количестве боевой техники, обеспечивающими качественную отработку учебных вопросов.

Согласно статей 1-3 Наставления по организации и проведению общевойсковых тактических учений (часть 2, батальон, рота) учения должны проводиться в обстановке, максимально приближенной к боевой, в комплексе со всеми видами боевых действий (боя) и применением различных способов для достижения (выполнения) поставленных учебно-боевых задач. На учениях должна создаваться поучительная и сложная обстановка, требующая принятия обучаемыми командирами самостоятельных и смелых решений, решительных и дерзких действий, выполнения ими внезапно возникающих задач. Кризисность обстановки должна требовать от командиров принятия нестандартных решений. Войска необходимо обучать умелым действиям, ведению боевых действий с максимальным использованием возможностей вооружения и военной техники в любое время суток и года.

На основании изложенного следует сделать вывод о правомерном применении ФИО2 ТДА как необходимого элемента учебных занятий для полного достижения целей практического обучения личного состава. При этом согласно путевым листам, на основании которых производилось списание дизельного топлива на работу ТДА из расчета 9 литров за минуту работы данной системы, во всех случаях не превышает размера (около 10 л/мин.), установленного технической документацией - Инструкцией по эксплуатации танка.

С учетом изложенных обстоятельств суд находит необоснованными и отвергает доводы истца, основанные на акте ревизии от 28 апреля 2018 года № 31 и заключении по результатам административного расследования, о причинении ФИО2 реального ущерба в размере 647255 рублей 21 копейка действиями, связанными со списанием им дизельного топлива на использование его в работе штатных систем ТДА по созданию дымовых завес.

Вместе с тем суд находит заслуживающими внимания доводы истца о наличии вины ФИО2 в причинении реального ущерба по остальным заявленным истцом позициям неправомерного списания им ДТ.

Так, согласно сообщению АО «Уральское конструкторское бюро транспортного машиностроения» от 17 октября 2018 года № 520-22/14899, оборудование самоокапывания в составе танка Т-72Б3 в соответствии с эксплуатационной документацией (184.ИЭ-11) предназначено для отрытия окопов. Действия и нагрузки при отрытии окопа оборудованием для самоокапывания аналогичны нагрузкам при выполнении данных работ бульдозерным оборудованием. При отрытии окопа возникает повышенное сопротивление движению, вследствие чего следует двигаться только на первой передаче и передаче заднего хода с циклическим изменением направления движения, сопровождаемым перегазовками двигателя. Расход топлива при этом повышается. В связи с этим, к танку Т-72Б3 при выполнении работ по отрытию окопа оборудованием по самоокапыванию допустимо применять норму расхода горючего № 1 приказа Министра обороны Российской Федерации от 13 июля 1992 года № 65 как для бульдозерного оборудования.

Согласно сборнику нормативов по боевой подготовке Сухопутных войск, отрывка и маскировка окопа для танка, выполняемая экипажем танка, оборудованным БТУ на оценку «отлично», по времени составляет 2 часа 45 минут.

Вместе с тем, из представленных путевых листов усматривается, что имеются путевые листы, по которым допущено сверхнормативное списание в результате приписки наработки военной техники на моточасы (определена как разница между количеством отработанных по путевому листу моточасов, подтвержденных показаниями счетчика, отраженными на лицевой стороне документа, и суммы количества часов, на которые произведен расчет в целях определения нормативного расхода), на указанные моточасы применялась норма расхода горючего на час работы в движении (оборудования позиции для танка – отрытие окопов), при этом время, затраченное экипажем для указанных целей, составляло в основном от 30 минут до 2 часов, что составляет существенно меньше времени, установленного нормативом на оценку «отлично».

Довод ФИО2 о том, что при отрытии окопов для танков, с целью уменьшения времени на выполнение данных работ выбирались соответствующие места на местности, суд находит несостоятельным и отвергает, поскольку из его пояснений и протокола рассмотрения возражений от 30 мая 2018 года № 13дсп, следует, что кроме выполнения указанных работ, в данный норматив включалось также время работы личного состава по маскировке позиции, работа с минными тралами и последующего закапывания окопов по окончании занятий, в связи с чем время выполнения работ по оборудованию позиций танков должно увеличится по сравнению с нормативом на оценку «отлично». Кроме того время выполнения норматива по оборудованию позиций танков не подтверждается показаниями счетчиков, отраженных на лицевой стороне путевого листа.

Представитель истца ФИО1 также пояснил, что ФИО2 постоянно применялась, в том числе, дополнительная надбавка 20% на движение машин в условиях бездорожья, в связи с чем норма расхода топлива танка на 100 км пути превысила максимально допустимую норму, указанную в инструкции по эксплуатации, при этом Министром обороны Российской Федерации норма расхода и так определена значительно выше среднего расхода, указанного в инструкции по эксплуатации танка.

Доводы ФИО2 о том, что в расшифровках о расходе ГСМ к путевым листам, на основании которых списана сумма ущерба 2599 рублей 92 копейки, стоит не его подпись, суд отвергает, поскольку в соответствии со статьей 145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации командир роты обязан знать материальную часть, правила эксплуатации вооружения, военной техники и другого военного имущества роты, проверять не реже одного раза в месяц их наличие, состояние и учет, результаты осмотра (проверки) вооружения, военной техники и боеприпасов заносить в книгу осмотра (проверки) вооружения, военной техники и боеприпасов. То есть командир роты, являясь материально-ответственным лицом, обязан контролировать списание материальных ценностей.

Доводы представителя ответчика об отсутствии реального ущерба, поскольку, в соответствии с приказом Министра обороны Российской Федерации от 28 марта 2008 года № 139дсп, командиром воинской части выявленный ущерб приказом не объявлялся, а также о не обращении указанного должностного лица в суд об оспаривании акта выездного контрольного мероприятия от 28 апреля 2018 года № 31 в виду несогласия с ним, суд находит несостоятельными, в связи с тем, что не издание такого приказа не может свидетельствовать об отсутствии выявленного ущерба. При этом, как следует из протокола от 30 мая 2018 года № 13дсп, возражения командира войсковой части 00000 на указанный выше акт рассмотрены и удовлетворены частично, в связи с чем, право на обращение в суд об оспаривании упомянутого акта, либо обращения в суд с исковым заявлением, принадлежит исключительно должностному лицу - командиру воинской части. 

Кроме того суд находит несостоятельными и отвергает доводы представителя ответчика о том, что списание ФИО2 израсходованного топлива производилось вследствие исполнения приказа о проведении учебно-боевых занятий, поскольку данный приказ является для него обязательным в части выполнения задач по участию в учебно-боевых занятиях, а в случае выполнения соответствующих мероприятий, надлежащим образом оформить и списать израсходованное топливо согласно установленным нормам.

Представленный стороной истца расчет сомнений у военного суда не вызывает, поскольку составлен соответствующим должностным лицом и в установленном порядке, что соответствует положениям пункта 1 статьи 6 Закона.

При этом судом не усматривается оснований, предусмотренных пунктом 3 статьи 3 Закона, исключающих материальную ответственность ФИО2.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что поскольку ФИО2, являясь материально-ответственным лицом, на основании имеющихся у него полномочий лично принял под отчет для хранения, перевозки и выдачи в своем подразделении военное имущество, однако надлежащее хранение, использование и последующее списание вверенного ему имущества - дизельного топлива различных марок, должным образом не организовал, вследствие чего войсковой части 00000 был причинен по его вине (неосторожная форма вины) реальный материальный ущерб в размере 1611713 рублей 22 копейки.

Рассматривая вопрос о размере ущерба, который необходимо взыскать с ответчика, военный суд приходит к выводу о возможности применения положений статьи 11 Закона.

Так, оценивая значительный размер подлежащего взысканию с ФИО2 причиненного ущерба, принимая во внимание материальное положение ответчика, проходящего военную службу по контракту и имеющего доход только в размере его ежемесячного денежного довольствия, на иждивении которого находятся двое малолетних детей, с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины, семейного и имущественного положения, суд находит возможным уменьшить размер денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика, до суммы 1000000 рублей.

Ввиду того, что финансовое обеспечение и операции с денежными средствами войсковой части 00000 осуществляет ФКУ «УФО МО РФ по Новосибирской области», суд полагает необходимым взыскать с ФИО2 названную сумму в пользу данной воинской части с зачислением денежных средств на расчетный счет указанного финансового органа.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, военный суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление командира войсковой части 00000 к ФИО2 о возмещении материального ущерба удовлетворить частично в размере 1611713 (один миллион шестьсот одиннадцать тысяч семьсот тринадцать) рублей 22 копейки, отказав в удовлетворении иска в остальной части на сумму 647255 (шестьсот сорок семь тысяч двести пятьдесят пять) рублей 21 копейка.

На основании статьи 11 Федерального закона от 12 июля 1999 года №161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» снизить размер денежных средств, подлежащих взысканию с ФИО2, до 1000000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу войсковой части 00000 путем перечисления указанной суммы на расчетный счет Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Новосибирской области» в счёт возмещения материального ущерба денежные средства в размере 1000000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО2 в бюджет муниципального образования город Томск государственную пошлину в сумме 13908 (тринадцать тысяч девятьсот восемь) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Томский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья В.Г. Маленик

Резолютивная часть решения суда объявлена 18 марта 2021 года.

Мотивированное решение суда составлено 24 марта 2021 года.